Мастер на все руки

      Надо сказать, что дочь Тадзуна-самы, Цунами, оказалась намного приятнее своего отца. По крайней мере, увидев на пороге своего дома целую толпу незнакомых людей, некоторые из которых были не совсем здоровы, она не сказала ни слова, а быстро предоставила всё, что потребовала Сакура. С утра очнулся Какаши-сенсей, и он был сильно задумчив:       — Мне кажется, я что-то упустил во время боя с Забузой. Обычно ойнины отрезают голову своей жертве, а в нашем случае с разыскиваемым нукенином такого не произошло. Так вот, есть вероятность, что это был сообщник Мечника Тумана, который решил спасти его.       — К тому же настораживает выбор оружия, — добавила Сакура, — обычно сенбонами пользуются ирьенины.       — Тогда всё сходится. Похоже на то, что его ввели в состояние искусственной смерти...       — О чём вы вообще толкуете, ничего не понять! — вмешался Тадзуна.       — Скорее всего, Забуза жив, — архитектор после этих слов быстро приложился к бутылке, несмотря на укоризненный взгляд дочери, и ополовинил её. — Но ему нужно будет время, чтобы восстановиться, и мы тоже не будем терять его даром. После еды я проведу для вас, — тут Какаши тяжело вздохнул, — тренировку, а, начиная с завтрашнего дня, один из членов команды будет со мной дежурить на мосту, пока другие упражняются в свободном режиме.       Уже и так подпорченное настроение ещё больше омрачило появление Инами, сына Цунами. Вот представьте, сидите вы спокойно, завтракаете, и тут появившийся на пороге шкет, которого вы в первый раз в жизни видите, не отходя от порога, заявляет:       — Вы все умрете! — и с меланхоличным видом усаживается и начинает уписывать завтрак.       От такой наглости Наруто едва не подавился, Саске уже был готов постучать ему по спине, чтобы не пришлось откачивать друга всерьёз, но блондин уже завёлся. Хозяйка сразу же извинилась:       — Прошу простить моего сына, он не верит в то, что кто-то может избавить нас от Гато.       — Смерть смертью, а обед по расписанию? Оригинальная расстановка приоритетов. Прошу прощения, Цунами-сан, но нужно уметь отвечать за свои слова. Мы пришли по приглашению твоего деда, чтобы разгребать проблемы чужой страны и попытаться что-то сделать. Хотя этот кинул нас на деньги. А ты только сидишь, жалуешься и скулишь, жалкое зрелище!        Мальчик весь в слезах выбежал из-за стола. Какаши задумчиво протянул своё извечное «Ммааа».       — И зачем ты так с ним? Отца Инари убили головорезы Гато, он стал таким с тех пор.       — Прошу прощения, но почти у каждого в нашей команде есть более тяжёлые потери. Ваш сын должен уметь отвечать за свои слова. К тому же, шиноби некоторых скрытых Деревень за такое «неуважение» могут и убить, с особой жестокостью или нет — зависит от настроения. Аригато икадемас, думаю, нам пора на тренировку.       Воцарилось молчание. Команда номер семь, прервав безнадёжно испорченный завтрак, отправилась за Какаши, чтобы принять участие в небывалом событии — тренировке, которую проведёт для них их сенсей. Он вооружился где-то добытыми костылями и как-то уж слишком театрально захромал по направлению к дереву, не замедляясь, поднялся по стволу и в конце концов завис вниз головой. Удивлённой казалась только Сакура, друзья миновали этот этап развития довольно давно.       — Вот вам одно из упражнений для развития контроля чакры. Тренируйтесь, и у вас всё получится.       — Вы над нами смеётесь, сенсей? — возмутился Наруто и пошёл к тому же дереву, демонстративно засунув руки в карманы, рядом пристроился Саске. Вскоре они уже стояли рядом с джонином в таком же положении, вверх тормашками. — Может быть, поговорим о нормальных тренировках.       Какаши протянул своё «ммааа», явно задумываясь о том, как бы получше отмазаться.       — Ходить по воде мы тоже умеем, — весомо поддержал Саске. — У Сакуры же хороший контроль, она быстро научится.       — Что же вы хотите получить, маленькие вымогатели?       — Оптимально для нас будет начать осваивать вторую стихию, Сакуре подтянуть сюрикендзюцу.       — И даже какие у вас стихии уже знаете?       — У меня — молния, у Наруто — огонь.       — А как же быть с выполнением миссии?       — Сенсей, ни за что не поверю, что у элитного джонина не хватит чакры всего на пару теневых клонов, — вмешался Наруто.       — Уже сейчас хватит, — припечатал Саске.       — Хм, тогда не будем терять время понапрасну! — сказал Какаши, отбрасывая в сторону ненужные костыли и складывая ручные печати. Возле него появились две точных копии.       Так и пошло, а от сенсея наконец-то появился какой-то толк. Конечно, до стихийных техник ещё было далеко, но Саске мог создать между пальцами небольшую молнию, Сакура освоилась с сюрикенами и кунаями получше академического минимума. Наруто же активно использовал теневых клонов для работы со стихией. Когда он осваивал перевод нейтральной чакры в воздушную и её применение, его целью было сделать маленькое воздушное лезвие и разрезать лист дерева пополам, а теперь с помощью огненной чакры надо было его обуглить. Чтобы оставаться боеспособным и быть в состоянии в любой момент помочь команде, если произойдет нападение, мальчик ограничивался десятком клонов, хотя мог бы создать и больше. Но при их развеивании вся накопившаяся усталость полностью передавалась ему, и становилось худо. Однажды он был не в силах бороться с сонливостью и даже не смог встать и вернуться в дом, а прикорнул прямо на месте.       Проснулся он от того, что сработала фуин-сигналка — с самого начала Наруто незаметно создал её вокруг дома и поляны, где они тренировались. Так его приучил Шигеру-сан: постоянная бдительность! Если она сработала, заначит, появился кто-то посторонний!       Оглядевшись, блондин заметил красивенькую девушку в розовом кимоно, рядом с ней стояла корзинка. Оказывается, незнакомка училась на лекаря и пришла сюда, чтобы собрать лекарственные травы для своего больного родственника. Наруто решил помочь и слегка перегнул палку с комплиментами. Со смехом, ему сообщили, что, оказывается, всё это время он распускал перья перед парнем. Блондин залился краской, как маков цвет, ему оставалось только смущенно пробормотать:       — Даттебайо!

***

      Для Хаку было полной неожиданностью встретить в лесу одного из коноховской команды, которая почти смогла победить Забузу-сана. Признаться, он раздумывал, не стоит ли сократить количество возможных противников, особенно если возможность сама идёт в руки, но парнишка, ещё несколько мгновений назад крепко спавший, при его приближении сразу проснулся, что наводило на мысли о скрытой защите — не так уж он и беспечен. Во время беседы удалось выполнить всё, что он хотел — и собрать нужные трава для того, чтобы приготовить новые лекарства для Забузы-сана, и не вызвать подозрение у шиноби Конохи. Его не обычная для мальчика внешность в этот раз выручила: блондин так смутился, что и думать не мог о том, чтобы выискивать подвохи.       Только он успел вернуться к постели пострадавшего наставника, чьим оружием себя ощущал с тех пор, как Забуза-сан спас его и разрешил путешествовать с ним, как туда же ввалился их заказчик, Гато. Он принялся насмехаться над Мечником Тумана и угрожать, что не выплатит ни одного рё, если заказ не будет выполнен. Забуза-сан пока не мог поставить его на место, а Хаку терпел до тех пор, пока обнаглевший торгаш не попытался ударить не восстановившегося наставника.       За неслыханную наглость Гато пришлось расплачиваться сломанной рукой, а телохранители, попытавшиеся вернуться к своим катанам, даже не успели выхватить их из ножен. Хаку едва сдержался, чтобы не вышвырнуть незваных гостей за порог, но наконец-то судоторговец удовлетворился обещанием решить проблему с шиноби Конохи до конца недели и ушёл.       — Я уже начинаю жалеть о том, что согласился взяться за эту миссию. Чем дальше она идёт, тем больше у меня вопросов. Но выбора нет, обязательства уже взяты.       — Но Забуза-сан, ведь Гато не выплатил нам задаток. Мы вправе отказаться от миссии, никто и слова не сможет сказать.       — И куда мы денемся? Финансы поют романсы, и новых заказчиков не предвидится. Единственное, что меня беспокоит — мне показалась странно знакомой татуировка у двух коноховских молокососов, та, что на правой руке. Вот если бы посмотреть на неё поближе, то наверняка что-то вспомнится.       — Сегодня в лесу я случайно встретился с одним из них и хорошо рассмотрел её. Если вам надо, Забуза-сан, я сделаю для вас рисунок.       Вскоре нукенин уже рассматривал символ, изображённый на свитке. Внезапно он экспрессивно выругался, чего обычно не позволял себе при Хаку:       — Это личный знак Привередливого шиноби, я встречался с ним несколько раз. Он всегда ставил его на свои изделия. Значит, это его личные ученики, ксо...       — Он настолько хорош, Забуза-сан?       — S-ранг, подтверждённый. Много лет наёмничал как шиноби-одиночка, неохотно брал командные миссии, но если уж соглашался, то стоял даже за временных товарищей горой. К тому же он из редких настоящих мастеров Фуин, прекрасные печати делал. В последние пару лет его было не видно и не слышно. Значит, битый волчара с чего-то вдруг изменил своим принципам и осел-таки в одной из скрытых деревень, надоело скитаться.       — Чем это нам может грозить?       — Тебе стоит быть настороже в бою с этими двумя. Если за дело берётся Шигеру, так его зовут на самом деле, то свою задачу он выполняет наилучшим образом. А значит, его ученики, даже будучи в ранге генинов, опасны, как шиноби. Теперь-то я не удивлён, что они справились с моими водяными клонами. И запомни на будущее, у Шиноби-не-провалившего-ни-одной-миссии очень долгая память на тех, кто лезет в его дела без разрешения. Если он узнает, что его ученики пострадали по нашей вине, то он будет пытаться нас найти очень старательно... Но не факт, что ему удастся. Мир шиноби велик.       — Хорошо, Забуза-сан!       — Кстати... У меня остался свиток, который в своё время мне подарил Шигеру после того, как нам пришлось вместе выполнять миссию по защите. Пусть он будет у тебя, может, и пригодится.       Хаку с поклоном спрятал лист пергамента в складках одежды и спросил:       — Как им пользоваться?       — Не имею ни малейшего понятия. После совместной заварушки он передал мне свиток, сказав единственное — всегда держи его при себе, если повезет, спасёт тебе жизнь.

***

      Наруто заворочался в постели и только потом окончательно проснулся. Вчера он на тренировке довёл себя до полного изнеможения, но всё же под конец одному из его клонов удалось создать небольшой огненный шар. Стихия огня потихоньку начинала покоряться его усилиям!       Переодевшись из своей любимой пижамы в комбинезон для миссий, он заглянул на кухню, но там никого не было, кроме дочери Тадзуны-сана и Инами. Последний во время редких встреч бросал на Наруто странные взгляды после той отповеди. Блондин позже услышал историю о том, как наёмники Гато убили отца мальчика, который пытался сопротивляться рейдерскому захвату страны, но был жестоко убит. У парня были причины для того, чтобы раскиснуть, но нельзя же всю жизнь горевать, пустить всё на самотёк и только ждать, как чужой дядя придёт и всех спасёт. На Ками надейся, но и сам не плошай!       — Цунами-сан, а где все?       — Отец вместе с твоим сенсеем и командой отправился на мост, ведь сегодня наконец-то должно закончиться строительство! А ты так вчера утомился после тренировки, что тебя решили не трогать и дать поспать подольше.       — Ксо, неужели так сложно было разбудить?! — Наруто опрометью выскочил наружу и вихрем полетел по направлению к мосту. К гадалке не надо ходить, что скорее всего Забуза со своими приспешниками нападёт именно сегодня, а он может не успеть поучаствовать в хорошей драке! Тут внезапно мальчик почувствовал, что опять сработала его сигнальная сеть, но на этот раз возле дома Тадзуны-сана. С учётом вышеперечисленного, вряд ли вторженцы пришли просто засвидетельствовать своё почтение и выпить немного саке из запасов Тадзуны-сама. Наруто на секунду застыл в нерешительности, но потом решился.       К мосту на полной скорости понеслось несколько десятков каге-буншинов, а сам он ненадолго задержится, чтобы защитить оставшихся беззащитными перед нападением. Наруто подоспел вовремя: два головореза схватили Цунами-сан и были готовы убить Инари, который бросился защищать маму. Всё же парень оказался не такой размазнёй! Два неудачника, размахивающих катанами так топорно, что Шигеру-сан скорее всего изувечил бы их просто за издевательство над путём меча, кендзюцу, которому он в том числе обучал Саске, были не ровней юному шиноби и быстро прилегли отдохнуть полностью связанными.       А Наруто устремился со всех ног к мосту. Один из теневых клонов специально развеялся и передал ему всё, что видел. Действительно, Забуза вернулся и сошёлся в сватке с Какаши-сенсеем, Сакура охраняла Тадзуну-сана, а Саске сошёлся в битве с лжеойнином. Теме использовал его последнюю фуин-разработку — скрытый в одежде запечатывающий символ, где скрывалась катана из чакроповодящей стали. Вражеский шиноби мог воспользоваться только кунаями, так что Саске вполне уверенно теснил его. Но помощь другу всё равно не помешает, так что клоны на всякий случай на отдалении начали готовить основу для одного барьера. Конечно, так его эффективность будет снижена, но это лучше, чем ничего.       Наруто не зря опасался пакости. Враг применил какую-то технику, и Саске окружили огромные глыбы льда в виде зеркал. Под их прикрытием друга забрасывали сенбонами. Катана была забыта и убрана обратно в место хранения, Учиха вооружился кунаями и пока ловко отбивал все снаряды, нацеленные в него, наверняка с помощью шарингана.       Огненные техники оказались неэффективны: огненный шар лишь слегка оправил одно из зеркал. А Наруто благодаря совместным тренировкам знал, что клановое додзюцу потребляет немало чакры, и тут есть большой вопрос, что у кого закончится раньше. Саске может получить чакроистощение и остаться перед противником беспомощным, так что пришло время вмешаться.       Забуза заметил его и бросил несколько сюрикенов, но блондин уклонился, лихо запрыгнул внутрь, между щелями в зеркалах, и бодро приземлился перед другом.       — Зачем ты сюда ввалился, уссаратонкачи? Теперь ты тоже в ловушке!       — А как я ещё должен задать нужный вектор? Я пока не так искусен, как сенсей, — огрызнулся он и опустился на колени, выжигая своей чакрой и активируя символ. — Уникальная способность клана Узумаки, — вихрь энергии заструился вокруг и сформировался в барьер, который начал сдавливать ледяные зеркала, запирающие их внутри. Но вражеская техника оказалась непростым орешком. Вместо того, чтобы расколоться, льдины сами начали напирать в ответ. Техника Наруто не выдержала, и барьер рассыпался синими осколками.       — Ксо, надо делать ещё один барьер уже изнутри. Постарайся прикрыть!       Наруто начал рассылать свои многочисленные копии, но они просто не успевали дойти до необходимых точек, не то что начать выпускать чакру, развеиваясь белыми облачками. Их противник молниеносно перемещался между зеркалами, выпуская тучи игл. Друзья попробовали использовать объединенное ниндзюцу, но не сильно преуспели: одна из ледяных глыб оплыла наполовину, практически мгновенно восстанавливая первоначальную форму.       Передышка закончилась, и юных шиноби снова накрыл град из тонких метательных игл. По скорости реакции Наруто уступал Учихе с его необычайным додзюцу, так что его костюм принял на себя немало ударов, и даже плотная ткань не могла служить надёжной защитой. Саске с помощью шарингана заметил, что друг не успевает отреагировать и сейчас получит полный комплект игл в разные части тела. Но Шигеру слишком хорошо обучил его главному принципу командной работы — сам погибай, а товарища выручай.       Узумаки покатился кубарем, а черноволосый мальчик полностью принял удар на себя. Иглы попали точно в поверхностно расположенные нервные узлы, не только причиняя боль, но и препятствуя циркуляции чакры. Саске не удержался на ногах и упал навзничь, но напарник был тут как тут, аккуратно поддержав его голову, чтобы ни в коем случае не дошло до более серьёзных травм.       От ярости у Наруто застучало в висках. Его единственный друг закрыл его собой и может погибнуть, а он, как никчёмный слабак, ничего не может поделать:       — Не прощу! Я убью тебя прямо здесь!       Вокруг мальчика закружился вихрь рыжей чакры, в соседстве с которым даже техника демонических зеркал чувствовала себе неуютно. У Наруто глаза засветились красным огнём, зубы и ногти заострились, сам он встал на четвереньки, как настоящий лис, и набросился на противника. От мощного удара ойнин отлетел назад, разбивая вдребезги собственноручно созданную технику, и с него слетела маска, закрывавшая его лицо.       Это оказался Хаку, тот самый парнишка, с которым он познакомился в лесу. Ярость затихла, когда он увидел знакомое лицо. Наруто недоумевал, как этот мальчик, наверняка, хороший лекарь и ирьёнин, может быть на стороне подлого нукенина Забузы. И тогда Хаку рассказал ему свою историю: последний представитель клана из деревни Скрытого Тумана, обладавшего ледяным кеккей-генкай, которого пытались убить собственные родственники за то, что он не такой, как все. И беглый Мечник Тумана взял под опеку одинокого сироту и тренировал его, чтобы сделать «своим орудием».       Выслушав рассказанную ему историю, Наруто немного успокоился, ярость, обуявшая его после ранения Саске, отступила, но бой ещё не был окончен. Никакие душещипательные истории не должны отвлечь настоящего шиноби от выполнения миссии. Юный ниндзя, обнажив кунай, бросился в атаку, когда впереди, там, где сражались Какаши-сенсей и Забуза, раздался грохот, появилась вспышка, и в воздухе разнёсся звук, похожий на пение птиц — наверняка была применена мощная техника.       Туман из чакры слегка рассеялся, и стало заметно, что Мечника Тумана схватили и прочно удерживали несколько псов с хитай-ате — интересный призыв у их наставника, а сам Хатаке направлялся к обездвиженному противнику. У него в правой руке искрилась, будто прирученная, молния. Наруто мысленно выругался из-за того, что остановился и отвлёкся от боя, заглядевшись на абсолютно постороннее — непростительная ошибка, и ринулся вперед.       Хаку сумел блокировать его кунай и прошептал, складывая печати одной рукой (такой филигранный контроль чакры для Узумаки был пока недостижим из-за большого резерва):       — Прости, Наруто-кун, но я должен тебя покинуть!       Юноша растворился в воздухе, чтобы в ту же секунду появиться перед Забузой и принять на себя удар, который предназначался ему. Раздался страшный треск, снова вспышка, и когда Наруто протер глаза, то увидел, что Какаши-сенсей держит бездыханного Хаку на руках.       От Забузы начало распространяться мощное Ки:       — Ты убил моё орудие, а я порежу твоих учеников, и плевал я на Шигеру, который обманул меня!       Мечник Тумана сорвался к Наруто, вздымая вверх Обезглавливатель, но тот успел отпрыгнуть в сторону, едва разминувшись с клинком — скорость противника уровня джонина была ещё не по плечу генину, пусть и необычному. Но Какаши-сенсей вовремя пришёл на помощь, и вскоре Забуза уже не мог удерживать меч, а из ран от вонзившихся в руки кунаев ручейком струилась кровь.       И тут появились новые действующие лица. Какой-то коротышка в смешном костюме с толпой головорезов начал насмехаться над Забузой. Это был Гато — причина всех бед страны Волн. Оказывается, он нанимал нукенинов, чтобы сэкономить, и не собирался платить ни рё. Распалившись, он начал пинать тело беззащитного Хаку, от чего зубы заскрежетали у всех: глумиться над мёртвыми бесчестно для любого нормального человека, но судовладелец, готовый продать душу за грош, уже был не совсем человеком.       Забуза предложил немедленно прекратить потерявший всякий смысл бой и попытался показать, что он сожалеет лишь о том, что потерял хороший инструмент.       — Что ты несёшь? — не выдержал Наруто. — Всего лишь орудие? Перестань врать хотя бы самому себе! Он любил тебя, как родного отца, и неужели ты ничего к нему не чувствуешь? Почему же шиноби, который перебил весь свой выпуск Академии, так подготовил свой инструмент, что он не хотел убивать.       Мечник готов был прослезиться и попросил лишь одного — кунай. Зажав его в зубах, он, весь израненный, молнией пронесся по рядам нанятых Гато головорезов. Торгаш, который вначале насмехался над никчёмным нукенином из Деревни Скрытого Тумана, сразу спрятался за своих наёмников — откровенный мусор, как воины. Только потому, что Забузу был ранен и потерял много крови, несколько их ударов едва ли не случайно достигли цели, оставив после себя раны, с которыми смогла бы справиться разве что Цунаде Сенджу. Но это не спасло Гато от справедливого возмездия, он нашел свою смерть от руки того, кого пытался обмануть.       Команда из Конохи, к которым подоспели на выручку местные жители, быстро сокрушила оставшихся в живых трусливых приспешников Гато. Забуза был ещё жив и успел произнести свою последнюю волю — умереть рядом с его учеником, так и произошло.       Для команды № 7 всё оказалось не так плохо: Саске вскоре очнулся, он просто потерял сознание от боли и перенапряжения, зато, как выяснилось позже, сумел добиться желаемого и пробудил последнее томое своего шарингана. Но самое удивительное случилось потом. Всё уже было готово для похорон нукенинов, когда все заметили, что грудь Хаку медленно поднимается и опускается — он был жив…