Мастер на все руки

      Убивать беспомощного противника было не в правилах шиноби Конохи, поэтому Цунами-сан пришлось принять на себя заботу о еще одном пострадавшем. К счастью, никто из семьи архитектора и других местных жителей не задавал лишних вопросов, их вполне устраивало то, что они наконец-то избавились от Гато и его головорезов.       Сакура обследовала Хаку, но ничего серьезного ей выявить не удалось. Лишь небольшое чакроистощение, ослабленные реакции нервной системы. Лучше всего восстановление идет во сне, поэтому юноше от греха подальше дали хорошую дозу снотворного, чтобы получше подготовиться.       А Какаши-сенсея очень интересовал вопрос, как юному Юки удалось избежать смерти, приняв на себя удар его мощной техники. Здесь на помощь пришел Наруто, который мог взглянуть на проблему с точки зрения своего любимого фуиндзюцу, и не прогадал. В одежде Хаку обнаружился использованный свиток, который Узумаки немедленно принялся изучать. Личная метка Шигеру-сана обнаружилась на изделии весьма быстро, зато точно определить его функционал оказалось не так-то просто, но в конце концов Наруто справился и с этим.       Его наставник сотворил шедевр — печать отсроченной смерти. Когда владельцу свитка грозила смертельная опасность, печать активировалась и принимала на себя всю мощь смертельного удара. Более того, она маскировала чакру владельца после использования на некоторое время, достаточное для того, чтобы враги успели принять его за мертвого, а потом медленно выводила организм из анабиоза к нормальной жизнедеятельности.       Загадка была разрешена, но самая главная проблема вставала во всей своей красе — что делать с Хаку. Официально ученик Забузы для мира шиноби не существовал, он не числился в книге Бинго, что давало неплохие шансы для Конохи разжиться новым кланом с перспективным геномом. Но все было просто только на словах, ведь, узнав о смерти Забузы, юноша может просто не захотеть жить.

***

      Генины по очереди дежурили у постели пострадавшего Хаку. Даже Саске пришлось смирить пострадавшую от фактического поражения гордость и присоединиться ко всем: он как никто другой теперь понимал боевую ценность кеккай-генкай клана Юки. Медицинская помощь их поднадзорному больше не требовалась, с анатомической точки зрения он был здоров, зато за психику поручиться никто не мог: у шиноби вообще с ней бывают проблемы.       Везение Наруто сыграло с ним дурную шутку. Именно во время его смены веки Хаку задрожали, и он медленно открыл глаза. Светловолосый шиноби сразу поднес к его губам блюдечко с отваром, которым Сакура-чан сказала обязательно напоить очнувшегося.       — Что произошло с Забузой-саном? С ним все в порядке?       Наруто в точности рассказал о том, как умер один из семи Великих Мечников Тумана. Хаку долго молчал, а потом заговорил:       — Понятно. И зачем же вы спасли меня? Лучше бы я умер вместе с ним.       Наруто подпрыгнул на месте:       — Как ты смеешь говорить такое? Твой ото-сан не для того умер, защищая твое тело от головорезов Гато! Умирая, он смотрел на тебя и хотел лишь одного — чтобы ты остался жив. Свиток, созданный рукой моего мастера, действительно спас тебе жизнь, — в порыве чувств мальчик вздернул Хаку за отворот кимоно. — А ты хочешь разрушить дарованный тебе второй шанс и наплевать на память и волю Забузы? Хочешь, поступай как трус, но тогда ты не шиноби, не мужчина и не достоин памяти своего наставника.       Забывший, как нужно дышать, после этой отповеди Юки лишь наблюдал за пышущим возмущением Наруто, но слова жителя Конохи попали ему прямо в сердце.

***

      После выполнения «заурядной» миссии С-ранга возвращение в Коноху для команды №7 выдалось запоминающееся и вызвало фурор. Не заметить трофейный гигантский меч было невозможно, как и прибавившуюся за время похода численность. Но главные страсти разгорелись после доклада о прошедшей миссии Третьему Хокаге. Его содержание вроде как должно было остаться строго конфиденциальным, но столь грандиозный успех утаить не удалось, так что успехи команды № 7 на ближайшее время стали любимой темой всех жителей Конохи, имеющих хоть какое-то отношение к шиноби.       Вчерашние генины, отправившиеся на первое задание за пределы селения, получили в личное дело выполненную миссию А-ранга, победили несколько неслабых нукенинов, среди которых был один из семи легендарных Мечников Тумана, принесли этот могучий артефакт, как трофей, и убедили перспективного шиноби принять хитай-ате Коногакуре-но-сато.       Понимающие шиноби связывали успех миссии не с талантами генинов и их кланов (Сакуру в этом раскладе, понятное дело, никто не учитывал), которые фактически перестали существовать, а с вполне конкретной фигурой. Сам Какаши признавал, что в сложившейся ситуации не сделал для своих подопечных ничего особенно полезного. Так что Шигеру неожиданно для себя повысил свой рейтинг внутри селения, но и Хирузен выполнил свои планы: он настоятельно рекомендовал Какаши, считай — приказал, выдвинуть своих подопечных на участие в Чунин-шикене, который должен был проходить в деревне в ближайшие недели.       Джонин успел посмотреть на своих подопечных в деле и признавал, что двоим из его команды вполне по силам стать чунинами. А Сакуру, которая как начинающий ирьенин с натяжкой, но тянула на бойца поддержки, мальчишки, скорее всего, сумеют дотянуть до индивидуальных поединков. Но все равно на душе скребли кошки, оставалась лишь маленькая лазейка — просто выдать разрешения, и вдруг кто-то из команды не явится на экзамен, что автоматически приравнивалось к дисквалификации, но надежды на это было мало.

***

      Наруто и Сакура шли по улицам Конохи, ошарашенные неожиданной новостью. После блестяще выполненной миссии их команду снова начали отправлять на бесполезные миссии D-ранга… Но сегодня Какаши-сенсей вместо обычного задания по прополке сорняков на огороде какой-нибудь старушки или сбора накопившегося мусора из ближайшего ручья выдал им письменные рекомендации, которые позволяли им принять участие в экзамене на получение следующего ранга званий шиноби — чунина. Испытания в этот раз проводила Коноха, и скоро сюда начнут прибывать команды генинов, сопровождаемые джонинами, из других Скрытых Деревень. Может быть, будет присутствовать и кто-то из других Пяти Каге, кто знает. Саске отстал от них на время, чтобы пополнить запас снаряжения на всю команду. Наруто, по идее, тоже надо было бы заняться делом — за время его отсутствия все запасы сделанных им печатей закончились, и торговцы весьма настойчиво требовали новую партию. Но не хотелось бросать Сакуру в одиночестве, к тому же, она перестала пытаться лупить его почем зря, ну, почти.       Внезапно Наруто услышал громкие вопли и внутренне поежился. К нему с задорными криками приближалась троица совсем мелких ребятишек, которые еще даже не поступили в академию шиноби. С заводилой этой компании он познакомился недавно, во время одного из своих последних перед выпуском приводов на принудительную беседу к Хокаге. Конечно, с момента появления Шигеру у Наруто больше не было времени на глупости вроде разрисовывания домов жителей деревни, но шило в одном месте заставляло его постоянно экспериментировать с фуин чуть ли не во время занятий.       Иногда эти испытания заканчивались не совсем безобидно и с долей привнесения хаоса и разрушения в окружающее пространство. Так, именно в тот раз, попытка модифицировать дымовую шашку привела к тому, что дурно пахнущая и совершенно непроглядная пелена накрыла класс. В разгар очередной порции нравоучений, которые старик выдавал с огромной скоростью (сказывался опыт), в кабинет влетел какой-то мальчишка, угрожая немедленно расправиться с Третьим.       Дебют закончился финалом: юный мститель упал, запутавшись в собственном длинном шарфе, но не преминул обвинить в своей неудаче Наруто. Недолго думая, оскорбленный в своих лучших чувствах Узумаки прописал мелкому наглецу хорошенький подзатыльник. По не известной Ками и науке причине после этого шкет его зауважал и стал преследовать, требуя от «босса» научить его какой-нибудь крутой технике. Его фирменная техника соблазнения пацана не удовлетворила, и со временем к этой гонке преследования присоединились его друзья, такие же приставучие мальчик и девочка, и не всякий раз (как и сейчас) Наруто успевал ускользнуть.       — Наруто-нии-чан, тебя невозможно найти! — закричал неугомонный ребенок. — Давай, покажи мне какую-нибудь крутую технику, чтобы я мог всем показать, когда пойду в Академию.       — Я же показывал, как делать дымовые бомбочки, фуиндзюцу такое интересное, даттебайо! Покажи мне, что получилось?       Конохамару надулся:       — Это ведь так скучно, сидеть и разрисовать бумажки, чтобы получить в итоге лишь облачко дыма. А мне нужная крутая техника, хотя бы те взрывающиеся штуки. Ну пожалуйста!       Наруто возвел очи горе — взрыв-тэги детям не игрушка. Конечно, чья бы корова мычала, но Узумаки хоть было крайне интересно возиться с любыми печатями — наследственная особенность. А Конохамару в комбинации с шилом в заднем месте, ленью и желанием получить большой «бух» точно что-то напутает или натворит такое, что его вместе с друзьями можно будет отскребать от пола всей деревне. А старик-Третий весьма трепетно относился к своему внуку, не за чем нагнетать обстановку зазря. Только как это объяснишь надоедливой мелочи?       — Я сейчас занят, мы вместе с Сакурой-чан заняты и торопимся.       — Так она твоя? — спросил Конохамару без задней мысли, оттопыривая мизинец (японский жест, обозначающий Женщина; Любовница; Жена; Хозяйка).       Зря он это сделал. Наруто незаметно отошел в сторонку, чтобы не попасть под раздачу. Сакура начала багроветь и завопила нечто нечленораздельное. Конечно, самый непредсказуемый ниндзя Конохи уже несколько лет не гонялся за розоволосой девочкой, благо Шигеру-сан все доступно и по полочкам разложил, как это выглядит со стороны и какие последствия может иметь. Но Сакура по-прежнему очень болезненно относилась к тому, что ее сватали к какому-то мальчишке, кроме ее угрюмого черноволосого принца.       Конохамару летел так, что пятки сверкали, удирая от преследующей его фурии. Видно, что освоение сотого приема тайдзюцу прошло на ура, ведь в некоторых драках лучший прием — хорошая стартовая скорость. Шутки шутками, а дело не нужно забывать. Наруто сложил пальцы в замысловатой комбинации и опустил ладонь на землю:       — Печать Четырех Дланей!       Теперь он мог разыскать своих сокомандников без труда. Забавно, оказывается, Саске уже освободился и занял стратегическую позицию в кроне развесистого дерева, наблюдая за происходящим, и до него добраться было даже ближе, чем до Сакуры.       — Ну ты и наглый, добе! Мы-то думаем, что ты делом занят, не хотим мешать, а ты тут расслабляешься, подглядываешь. Признайся, тебе нравится смотреть за Сакурой, которая всех от тебя гоняет, особенно девчонок, а?       Саске лишь фыркнул, как обычно, но кончики его ушей заалели. Видимо, не так он безразличен к товарищу по команде, как бы ему хотелось, хотя марку держит — залюбуешься.       Тем временем ситуация накалилась. Конохомару, убегая от Сакуры, влетел в какого-то незнакомого шиноби, обряженного в пижаму с черными ушками. Тот пришел в ярость и был готов придушить мальчишку, не обращая внимание на лепет Сакуры. А спутница неизвестного, эффектная блондинка с огромным веером, не торопилась прерывать творящееся безобразие. Усугубляло ситуацию то, что у проявивших агрессию были протекторы Деревни-Скрытой-в-Песке.       Друзья переглянулись и синхронно кивнули: для того, чтобы понять друг друга, слова им были почти не нужны. Возможные скандалы — скандалами, а своих надо выручать. Также откладывался на потом и вопрос, почему патрульные АНБУ считают ворон.       Саске с убийственной точностью швырнул один из камешков, которые недавно лениво подбрасывал, и он попал точно в руку. От неожиданности пижамник выпустил свою жертву, и Наруто сразу подхватил мелкого, оттаскивая его на безопасное расстояние.       — И как таких грубиянов, как вы, пустили в нашу деревню? — задал риторический вопрос Учиха. Наруто в кои-то веки промолчал, лишь сверлил парочку совсем не добрым взглядом.       — Да как вы смеете! — взревел чернявый, доставая из-за спины какой-то футляр, перемотанный бинтами.       Тут заволновалась его спутница:       — Канкуро, ты же не хочешь использовать Карасу посреди чужой деревни?       — Мне плевать, они должны ответить.       — О, теперь мы выяснили, как зовут шиноби, претендующего на титул «самый неудачный наряд года», — начал паясничать Наруто. — А как же зовут вас, о прекрасная незнакомка?       — Темари, Собаку-но-Темари, — машинально ответила девушка.       — Темари-сан, прошу вас, усмирите своего спутника, а то у вас могут возникнуть неприятности.       — И кто же их организует, не ты ли? — продолжил изгаляться тот, кого назвали Канкуро. — Кишка генинов Конохи тонка что-то мне сделать!       Все могло закончиться плачевно, но тут появился еще один персонаж. Внезапно на том же дереве, на котором расположился Саске, в песчаном вихре появился красноволосый мальчик, повиснув на ветке вниз головой.       — Остановись, Канкуро, ты позор нашей деревни!       — Но Гаара, я только хотел проучить этих наглецов… — заволновался парень в пижаме, впрочем, как и девушка, что наводило на очень нехорошие мысли. Очевидно, появившийся мальчик, несмотря на субтильный внешний вид, самый опасный из этой троицы.       — Замолчи и извинись, или я убью тебя.       — Да, конечно, приношу свои извинения.       — Надеюсь, что инцидент исчерпан. Могу я узнать ваши имена? — обратился красноволосый к друзьям.       — Саске Учиха и Наруто Узумаки, — процедили они.       — Я запомню, встретимся на экзамене, — сказал парень и исчез. С этим генином из Суны явно все было не так просто, все почувствовали некое облегчение, как будто с плеч сняли тяжелый груз.

***

      Первый этап экзамена для Саске прошел достаточно… скучно, хотя и принес разочарование от тяжелой умственной отсталости и придурковатости немалого числа участников. Ладно, участники из других деревень, никогда не бывавшие в Академии, имели право повестись на гендзюцу, но генины Конохи? Нет, целая толпа рвалась попасть в 311 кабинет, будучи на втором этаже. Премия Дарвина отдыхает.       Дальше — больше. На их команду напал генин, обряженный в обтягивающее зеленое трико, в котором он был похож на клоуна, сбежавшего из цирка, только грима не хватало. Попытку признания в любви Сакуре можно было засчитать за покушение на убийство, в таком шоке оказалась куноичи от облика парня, так как к убойному костюму прилагались густые брови в стиле покорителя целины и стрижка а-ля горшок. А потом парнишка переключился на них с Узумаки, отчаянно задираясь и пытаясь втянуть их в драку. Объяснять скорбному умом, что на такие провокации они не поведутся, Саске посчитал излишним и лишь уклонялся от атак. Впрочем, парень оказался настоящим спецом в тайдзюцу: обороняться без помощи шарингана оказалось очень непросто.       Градус абсурда лишь нарастал. Мгновение назад бодро махавший руками и ногами Рок Ли, так назвал себя чудик, застыл как стойкий оловянный солдатик, так как откуда ни возьмись появилась здоровущая черепаха — явно чей-то призыв — и начала орать на парнишку. Животное исчезло, но на ее месте появился шиноби, чьей маленькой копией был Рок Ли.       Такой же отвратительный костюм, прическа горшком и густые брови, только в придачу прилагалась ослепительная улыбка и художественное отклячивание пятой точки. В этот момент Саске проверил еще раз, не попались ли они в другое гендзюцу. Сенсей поприветствовал ученика смачным ударом, отправившим тело генина в недолгий полет до ближайшей стенки, а после ему, а заодно и всем присутствующим, была прочитана лекция на тему «как важно для ниндзя хранить в секрете свои техники». Все было бы прекрасно, во время тренировок с Шигеру-саном случалось и похуже. Но скажите на милость, зачем устраивать спектакль на людях?!       С грехом пополам добрались до нужной аудитории. Мать моя Ками! Конечно, после промывания мозга о необходимости маскировки Саске и традиционная одежда его клана казалась слишком привлекающей внимание, но, как наследнику клана, ему нельзя не обладать элементарным чувством вкуса, которому был нанесен непоправимый урон. И он еще думал, что у Канкуро или того же Рока Ли экстравагантный наряд. Зачем раскрашивать себя с ног до головы всеми цветами радуги? Как передвигаться с таким количеством подсумков? Кто додумался обмотать себя бинтом с ног до головы? И ведь приходилось держать серьезную мину, чтобы не испортить привычное о себе мнение. Теме с его маской жизнерадостного дурачка было проще, даже не пришлось изображать истерический смех и сползание на пол, само родилось.       Настораживал только ирьенин из центрального госпиталя, Кабуто, слишком уж подробное досье он собрал на многих участников, да и участие в Чунин-шикене девятый раз подозрительно. Тут уж или похоронили, или вечный генин, исключения редко встречаются. Нужно будет обратить на него внимание. И показательная игра мускулами претендентами из Деревни-Скрытой-в-Звуке, все же что-то было и интересное.       Наконец-то соизволил прийти экзаменатор, назвавшийся Морино Ибики, и началась письменная часть. После озвучивания правил, запутанных до крайности, и предъявления заданий, которые слишком далеко выходили за пределы знаний обычных генинов, стало очевидно, что испытание направлено на что угодно, кроме как просто проверить их знания. Шаринган быстро помог обнаружить подставных участников экзамена, у которых можно было невозбранно списать ответы на задания — не пойман, не вор. Наруто, не мудрствуя лукаво и совершенно не скрываясь, использовал одну из печатей для поиска. А чего скрываться, если снимают всего один балл? Сакура же, блиставшая в теории, писала ответы самостоятельно. Не сказать, что друзья сами не могли решить задания, но ведь проверить себя гораздо интереснее!       Во время экзамена Ибики нагнетал атмосферу, испуская волны Ки, но, опять же, после Шигеру-сенсея смотрелось неубедительно. Так что проблем с секретным десятым вопросом не возникло, все прошли испытание на решительность.       Вот уже и эффектное явление генинам экзаменатора второго этапа, Митараши Анко, стоившее бюджету академии разнесенного вдребезги стекла и сломанного стола. Инструктаж проходили возле сорок четвертого тренировочного полигона, не зря носившего романтичное и вдохновляющее название «Лес смерти». После него отличился Киба Инузука, который пытался продемонстрировать всем, в первую очередь себе, что он ни капельки не боится предстоящего испытания. Кунай Анко ясно показал, что пустое бахвальство до добра не доводит, но эффект воспитательного бенефиса был смазан из-за генина Травы, не вовремя подавшего оброненный клинок. Подавшего собственным удлинившимся до неприличия языком. Мерзость!       Но теперь время шуток закончилось, предстояло действительно серьезное испытание. Всего-то нужно в течение пяти дней отобрать свиток противоположной стихии у какой-нибудь команды и не попасться другим соперникам, жаждущим наживы. Команда № 7 вышла в густой лес из выпавших им по жребию тринадцатых ворот.