Запах мандаринов

Раннее утро. Прохладный ветер гулял по улицам Москвы, огибая встречающиеся на его пути препятствия, и иногда заворачивая на безвестные переулки. Четырёх звёздный отель в центре города, был пропитан сонной аурой, ведь времени было, только семь часов утра. Все ещё спали, все кроме Виктора и его любимого пса Макачина. Сидя на кресле, что стояло подле окна, Никифоров потягивал утренний кофе и гладил по голове пса. Пёс радостно вилял хвостом с блаженно прикрытыми глазами. Юри что-то пробормотал сквозь сон, и Виктор улыбнулся уголками губ. На душе у Российского фигуриста становилось тепло и спокойно от осознания того, что это мило посапывающее чудо появился в его жизни. POV Виктор Когда я впервые его увидел, он выглядел пессимистично, был зол на весь мир, а сейчас с его лица не сходит смущение, в глазах блистает жизнь, а на губах всегда улыбка. Неужели это я его так изменил? Конец POV Виктор Макачин взобрался на колени к своему хозяину и стал лизать Виктору лицо. Никифоров поставил кофе на журнальный столик и тихо смеясь, потрепал пса по голове и подставил ему лицо. Странное дело, Макачин через какое-то время спрыгнул с ног Виктора и пошёл к кровати Кацуки. — Хэй! Хэй! Дружище, ты это куда собрался? — воскликнул Виктор, пытаясь поймать собаку. Но не успел, Макачин запрыгнул на Юри и виляя хвостом, стал лизать лицо Кацуки. Парень недовольно что-то промычал, но нехотя принял сидячие положение и улыбнувшись, сказал: — Доброе утро. — Прости за Макачина, я не успел его остановить, — ответно улыбнулся Виктор и сел рядом с Юри. — Да ничего страшного. Вик-чан тоже был таким, — вроде бы с улыбкой на лице, но в тоже время с некой болью и печалью в глазах, сказал Юри. — Скучаешь по нему, да? — спросил Виктор, в упор смотря на Кацуки. — Да. Последние годы, я очень мало времени проводил с ним. Я–плохой человек, — ответил Юри с улыбкой, но появившимися слезами на глазах. Виктора задели слова Юри, он не ожидал, что парень такого мнения о себе. Опустив голову, Виктор немного помолчал, а потом воскликнул: — Неправда! Ты самый лучший, самый-самый лучший человек, которого я встречал в своей жизни! И если ты хоть раз скажешь, что-то подобное, я на тебя обижусь! — воскликнул Виктор и резко заключил Кацуки в объятиях. У парня перехватило дыхание, а сердце пропустило несколько ударов. Никогда ещё ему никто такого не говорил, даже те же родители, та же Нинами, тот же Пхичит. Искренне благодаря Виктора за поддержку, Юри обнял его в ответ и заплакал. Не зная почему, но заплакал. — Поплачь. Станет легче. Я знаю какого это, винить себя в том, что не был с кем-то рядом, тогда, когда был действительно нужен, — сказал Виктор, уткнувшись в плечо Кацуки. — Ты это про тот раз, когда ты улетел и отдал меня под опеку Якова? — поинтересовался Юри. — Видишь меня насквозь, — с улыбкой сказал Виктор. — Так, ну всё! Нам надо собираться. Через час надо выходить. Ты же помнишь, что мы идём в кино? — Такое вряд ли забудешь, — ответно улыбнулся Юри. Собрались они быстро, до выхода было ещё полчаса. Виктор смотрел в окно, а Юри сидел в телефоне. Парень случайно залез в «календарь», и увидев дату, лицо Кацуки то побледнело, то покраснело. И Виктор это заметил. — Что с тобой, Юри? — спросил Виктор, устроившись рядом с Юри. — Ну… Понимаешь, тут такое дело… По моим расчётам, у меня завтра… — смущённо говорил Юри. — Понятно. И что ты предлагаешь? — поинтересовался Виктор. Юри задумался. А ведь правда, что с этим делать? Не может же он, выгнать Виктора из номера, пусть и на один день, но всё же? — Я… — хотел было что-то сказать Кацуки, но понял, что ошибся в сроках. Виктор не понимал, что произошло, но в данный момент, он испытывал безумное влечение к Юри. С затуманенным взглядом, Виктор прильнул к губам Юри, а тот неумело пытался отвечать на страстные поцелуи. Больше никто не произнес и слова. Альфа целовал нежно, медленно переходя на шею, оставляя засосы. Юри откинул голову на бок, давая больше места для поцелуев, как же он сейчас хотел Виктора. Никифоров уже раздевал Юри, после оставляя влажные следы поцелуев на таком желанном теле. Снова поцелуй, жаркий, тягучий, медленный и такой желанный. Вещи летели в разные стороны. Последний штрих, нижнее белье тоже полетело в сторону. Оба были обнажены. Кацуки не был бы Кацуки, если бы в этот момент не смутился бы и закрыл лицо руками. — Юри, посмотри на меня. – Виктор поднял его за подбородок, улыбнулся и впился в его губы поцелуем. Виктор стал спускаться поцелуями ниже. Кацуки тихо постанывал от умелых ласк, но тут же застонал еще сильнее, когда почувствовал как горячие губы накрывают его плоть. Виктор усмехнулся, вобрал сочащуюся плоть в рот еще глубже. Привкус соляной жидкости на губах был приятен. Юри готов был вот-вот кончить от этого, но Виктор ему не давал этого сделать. Он вновь вернулся к таким сладким губам, от чего парень, слегка захныкал в поцелуе. Юри просил большего. Никифоров это понял. Сначала он ввёл один палец, издавая стон в унисон с Кацуки. Потом добавил второй, и услышал сладостный стон, понимая, что задел ту самую точку. Достаточно растянув парня, Виктор вынул пальцы, заменяя их своим хозяйством. Закинув ноги Юри себе на плечи, стал бережно входить в него. Стоны раздавались на всю комнату. Толчки были медленные, ведь Виктор прекрасно понимал, что для Юри это первый опыт, но бешеный и раздразнившийся Альфа внутри него, заставлял наращивать темп. Кацуки царапал спину Виктору. Внезапно, Никифоров сорвался на бешеный темп, слушая столь пошлые стоны из уст Юри. — Витя…аххх…я кончу сейчас. — Я тоже. Слегка снизив темп, Никифоров сделал пару резких толчков и кончил, но сцепки не было(наверное). Оба были жутко уставшими, но счастливыми. Виктор улыбнулся и притянул Юри к себе и обнял его за талию. И тут Кацуки сморозил на тот момент, ужасную глупость: — По моему мы опоздали на сеанс. Виктор заливисто засмеялся и поцеловал Кацуки. Даже после того, что они делали недавно, Юри по-прежнему остаётся милым и невинным, и именно это и любил в нём Виктор. — Никогда не меняйся, — сказал Виктор с улыбкой и уткнулся носом в тёмные волосы Юри. «Чудесное утро»