Боги тоже люди

Анубис проводил великолепную Бастет, сделал вглубь Чертогов несколько шагов, как вдруг голова его закружилась, и он впервые в своей долгой жизни потерял сознание. Лель только и успел, что подхватить тяжелое тело почти у самого пола. - Ну, точно! С ним что-то не так. Отец! Да очнись же ты! Но ни легкие пощечины, ни вылитый на голову кувшин холодной воды так и не привели хоть к какому-то результату. Лель перенес тело впавшего в странную летаргию отца в комнату, находившуюся в самом сердце опутанного заклинаниями Смерти Чертога, и перенесся к матери. Может, она знает хоть что-нибудь о таком странном сне? Лада, встретившая его с радостью, выслушала внимательно, посерьезнела и даже словно старше стала, ответила тихо: - О таком не слыхала. Тут явно что-то из черного, злого ведовства. Ты уж извини, сын, не могу помочь. Разумею так: нужно в Египетском пантеоне о том поспрашивать. Знаю, как не любы тебе те родичи, но ведь Анубис – отец тебе. Надо, кровиночка моя, надо, свет моего сердца. Она поцеловала его в обе щеки и с теплым, словно дуновение летнего ветра, благословением матери Лель решительно направился в Золотые Чертоги. Юный Бог был готов к тому, что окажется там в одиночестве, что придется долго и унизительно испрашивать аудиенции Нуна или Ра, но неожиданное присутствие многих, очень многих Богов удивило его. - Что здесь? – тихо спросил он у непривычно мрачного Осириса. - Жалобщики пришли. - И много? - Пока трое. - О чем челобитные? Осирис с неудовольствием взглянул на внука. - Совсем ославянился, - недовольно дернул он бровью. – Боги в сон странный повпадали. Сперва сын мой Гор. Нашла его Исида, что с визитом в Чертоги прибыла. Он лежал у самого входа в растворенных дверях и спал так крепко, что ни заклятия, ни боль не смогли его разбудить. Потом – Мин. Все то же, только без одежд найден был. А там и Шу. Супруга его, Тефнут, отлучилась лишь на краткое время, а вернувшись, нашла его уже таким. Все в смятении прибыли сюда, ожидая ответа от Нуна и Ра. А ты-то с чем? - И Анубис, - выдохнул, не скрывая тревоги, Лель. – Отец тоже в том сне. Как Бастет проводил, так нехорошо с ним и сталось. - Бастет? Ты сказал, что там была Кошка? - Ну, да, - подтвердил Лель. - И у Гора ее запечатлел дух Дома, а в золотом зеркале Мина отразился ее лик. В трех случаях из четырех! Это не простое совпадение! Осирис решительно направился в сторону группы из Небожителей, окруживших Нуна и Ра. Он прошел сквозь небольшую толпу, как нож сквозь мякоть сочного персика и тихо о чем-то начал втолковывать всем. Наконец, указал рукой на Леля. - Подойди, юный Бог! – прогремел величественный даже в мыслеречи голос творца Богов. Лель послушно приблизился. - Осирис поведал нам, что странная напасть поразила еще одного из наших детей. Правда ли в том, что ты видел перед этим Бастет? - Да, правда. Все случилось, как только она ушла, - подтвердил Лель. - Ее надо допросить! – возмущенно воскликнула Исида, которую шумно поддержала переживавшая за мужа и брата своего Тефнут. Ра с Нуном согласно переглянулись и вот уже через мгновение, не достойное измерению клепсидрой, в зале в воронке вынужденного портала криво усмехалась великолепная Кошка. - С каких это пор меня, Богиню, вытаскивают спящей из постели насильно, словно девку-служанку?! – тут же перешла она в наступление, гневно потрясая в воздухе сжатым кулачком. - Уймись, Бастет! – тяжко уронил слова Нун, и Богиня тут же притихла, покорно опустив блестящий гневом взор. – С тех пор мы так поступаем с тобой, как замечена ты была в тех Чертогах, чьи хозяева лежат теперь ни живыми, ни мертвыми: Анубис, Гор, Мин, Шу – всех их постиг странный недуг после твоих визитов. Что ты можешь сказать нам на это? Да не вздумай лукавить! – серьезно предупредил Кошку Нун. Бастет сильно побледнела и прикусила нижнюю губу, взгляд ее прекрасных изумрудных глаз из гневного стал испуганным и растерянным. - Я не хотела! – отчаянно пискнула Кошка. – Это все Сет! А я и предположить не могла! Ну, сами подумайте: откуда мне сделать такой артефакт? Она стащила с безымянного пальца на левой руке невзрачное металлическое колечко и протянула его Ра, держа на открытой ладони. Бог осторожно, словно ядовитого скорпиона, принял его, брезгливо поддев двумя пальцами. Внимательно осмотрев кольцо, громогласно подтвердил: - Да, братья и сестры мои, этот предмет сделан злобным Сетом. В этом нет у меня сомнений, как нет сомнений и в том, что чары, вложенные в него, сходны с теми, что стали причиной недуга, поразившего Богов. Скажи мне, сестра, ведь это он заставил тебя? Бастет всхлипнула и, кивнув головой, уткнулась красивым личиком в оказавшееся удивительно к месту плечо Осириса, который покровительственно погладил ее по спине, уговаривая успокоиться. - Да сколько можно терпеть его выходки! – возмутились Боги. - Это невыносимо! Сначала он преследовал Осириса, потом оболгал Гора, а теперь взялся за всех разом! - Пора уже что-то предпринять всем нам! - До каких пор? - Наказать! Все Боги загомонили разом, требуя от Нуна и Ра высшей справедливости. Так длилось до тех пор, пока сурово нахмурившийся Нун не поднял руки, призывая к тишине. - Что ж, дети мои, пусть будет по-вашему. Не по душе мне такое решение, но и впрямь – слишком далеко зашел в жестоких шутках Сет. Потому он будет лишен силы сроком на Вечность и прикован цепями к скале в своей же пустыне, в самом ее сердце. Днем будет он изнывать от жары, не имея ни капли влаги, ни клочка тени, а ночью будет дрожать от холода, и нечем будет ему согреться. И будет так до тех пор, пока кто-либо из вас или из людей не поможет ему по доброй воле. Справедливо ли наказание? - Да! - Довольны ли вы его условиями? - Да! Да! – раздались многоголосые выкрики. - Тогда – я вызываю Сета! – прогремел Божественный голос Величайшего. … Сет обучал Янниса стрелять из лука. Это был уже далеко не первый урок мастерства, и все эти уроки юноша ждал с нетерпением. Время в Доме Сета шло своим чередом, отличным от остального мира, но это уже не удивляло человека так, как в первые дни у Анубиса. Он знал, что здесь это все так же относительно, как день и ночь и даже – верх и низ. За прошедшие дни он очень окреп от постоянных физических тренировок и научился неплохо владеть мечом. А теперь вот пришло время и для лука. Несмотря на то, что стрелы постоянно норовили улететь в никуда, а мишень так и оставалась не пораженной, Сет не нервничал и не злился, а раз за разом снова и снова показывал правильные движения, словно и не ведал усталости или отчаяния от неумелости своего ученика. Яннис прикусил губу, задержал дыхание, плавно проделал все, как учил Сет и… коварная стрела снова подвела его, сильно забрав вправо. На глаза навернулись слезы обиды на свою косорукость, мальчишка вздохнул и опустил лук, сжав губы в тонкую упрямую полоску. - Ничего, попробуй снова, - Сет призвал улетевшую стрелу и, отловив ее в полете за древко, вручил Яннису. - Прости, я никчемный, словно червяк, - вздохнул мальчишка. - Работай, чтобы не быть им! Давай! Яннис снова сосредоточился, упрямо пытаясь освободить разум от мыслей о предстоящей неудаче, плавно отпустил тетиву и – не поверил своим глазам – стрела была в мишени, пусть и не четко по центру, но очень близко от него! - Молодец! – в голосе Сета слышалась неподдельная радость. Яннис с восторгом посмотрел на него и вытер со лба пот, чуть дрожащей от напряжения рукой. И как он мог раньше бояться Красноволосого?! Да он самый лучший на всем небе Бог! - Я ВЫЗЫВАЮ СЕТА! – прогремел оглушающий и страшный голос, от которого тряхнуло все здание. Где-то в комнатах с полок и столиков посыпались вазы и статуэтки, с потолков просыпалась каменная пыль и крошка. - Что это? – испугано воскликнул Яннис. - Ничего, все нормально. Нун призвал, - пояснил Сет, стараясь, чтобы его голос звучал ровно и спокойно. Не хватало еще как следует перепугать мальчишку! - Пойдем, я покажу тебе, где что лежит и дам свой доступ, - Сет увлек Янниса вглубь анфилады комнат. - Зачем? Ты надолго? Мне можно с тобой? - Нет, со мной точно нельзя. А вот долго ли меня не будет – не знаю. Потому все и показываю. Вот – надевай! Сет нацепил на руку взволнованному мальчишке обычный бронзовый браслет и защелкнул сложный необычный замок. - Это доступ ко всему Дому. Он же позволяет тебе временно, в мое отсутствие, быть хозяином для кое-кого. Я сейчас вас познакомлю – помни, что тебе нечего бояться. Дождавшись утвердительного кивка, Сет щелкнул пальцами, приказывая появиться Духу. Тот тут же обрел видимость и почтительно склонился, признавая права распоряжаться собой как самого Сета, так и его гостя. - Это? – тихо спросил Яннис, стараясь оставаться спокойным. - Дух-охранник, - объяснил Повелитель Пустыни. – Он присматривает за Домом, не допуская в него посторонних, он же будет заботиться о твоем пропитании и всех нуждах. Ослушаться он не может. - Понятно, - кивнул Яннис и посмотрел на напряженного, словно струна арфы Сета, - Знаешь, мне очень не хочется, чтобы ты уходил. Тревожно как-то. - Не беспокойся ни о чем! Я постараюсь не задерживаться, - спокойно улыбнулся Сет, не желая показывать, что и сам немало встревожен столь грозным вызовом. Но тянуть дальше было опасно, и он, взлохматив на голове мальчишки темные густые волосы в дружеском жесте, подмигнул, исчезая в вихре мгновенного портала. Яннис проводил его взглядом, чихнул от оседавшей в воздухе пыли и нахмурился. Его не оставляли сомнения, что что-то не так с этим как бы обычным призывом. - Эй, Дух, - позвал он и отпрянул от неожиданности, когда полупрозрачная материя появилась на расстоянии вытянутой руки от его лица. – Тебя как зовут-то? - Зовут? – Прошелестел Дух. – Это как? - Ну, имя у тебя есть? - Нет, - с сожалением признал тот. - Это неправильно! Раз ты существуешь и разговариваешь, значит, должно быть и имя. Давай я тебя как-нибудь назову? А давай ты будешь зваться Хромид? Ты же охраняешь? Значит, воин! Нравится? Дух взискрился разноцветьем, шаловливо взвился под потолок. Иметь личное имя было очень приятно. Этот юный хозяин был добрым и понравился Духу. Ему хотелось угодить и понравиться в ответ. Может, он чего-нибудь желает? Яннис задумался. - Да, пожалуй… Ты смог бы отправиться вслед за Сетом и посмотреть, что там происходит? Только оставь мне немного еды и воды, ладно? Дух согласно крутнулся вокруг своей оси и, материализовав на столе в той же комнате кучу разные припасов, кинулся по знакомой нити хозяина. Шпионить – это он любил! Ведь красться и подслушивать – так интересно!