Драбблы по Haikyuu!!

Токио тонет в жаре, которая висит вязкой дымкой в неподвижном воздухе. Душит. Кенма сдается и откладывает приставку в сторону. Слишком жарко, чтобы играть. Из одежды на нем только свободные шорты без белья под ними, простынь под спиной быстро нагревается и отвратительно липнет к телу, но перекатываться некуда, предыдущее место лежки еще не успело остыть. Кенма выдирает из-под головы подушку и ложится щекой на постель, прижимается виском к полу под тонким матрасом. Может, лечь прямо на пол? Минуты на полторы станет легче, но и паркет нагреется под разгоряченным телом, и в отличие от простыни, не впитает пот. Почему нельзя просто сменить локацию на зимнюю, как в игре, или спастись охлаждающим заклинанием. Кенма представляет, как чертит в воздухе руны и вдыхает свежий воздух, а в волосах оседают снежинки. — Кенма, я дома! — кричит снизу Куро. Ну да, он проводит здесь так много времени, что вправе так говорить. Родители уехали в отпуск и последние несколько дней Куро фактически живет у Кенмы, даже учебники свои сюда притащил, и одежду на сменку. — Как твои курсы? — спрашивает Кенма, когда Куро показывается в дверном проеме. В руках у него большая коробка, мокрые волосы спадают на лоб, наверняка сунул голову под питьевой фонтанчик на станции. — Вот! — он ставит коробку на пол и начинает отдирать скотч. Куро освобождает новенький вентилятор от пупырчатой пленки и кидает ее в сторону Кенмы. — Зачем, кондиционер скоро починят. — Кенма поднимается на локте и машинально лопает пузырьки на пленке. — Мы к тому времени перейдем из твердого состояния в жидкое, если не в газообразное. — Куро разматывает шнур и находит розетку, щелкает кнопкой включения. Кенму обдает теплым воздухом и по телу идет дрожь. Куро садится рядом и указательным пальцем гладит его по ноге, против направления роста вставших дыбом волосков, без стеснения задирает шорты и щекотно трогает под ними. Кенма ложится так, чтобы воздух дул прямо на него. Перед лицом оказывается коленка Куро и Кенма невесомо ее целует. — Спасибо.