Все прелести юности

— Пошли гулять? — тихо спросил Томас, лёжа на диване рядом со своим парнем. Уже наступил вечер, за окном стремительно темнело. Сангстер хотел побыть наедине с Диланом и не думать постоянно о том, что где-то рядом их друзья и в особенности его сестра. — Но ведь уже поздно, — возразил О’Брайен, впрочем, очень вяло. — Не бойся, я же буду с тобой, — с важным видом ответил блондин и прижал парня ещё ближе к себе. — И вовсе я не боюсь, — возмутился тот и поднялся, хватая за руку Томаса. — Пошли, — тот даже не успел ничего сказать, как его дёрнули с дивана. — Оу-оу, полегче, страстный ты мой, — в весёлой улыбкой на лице произнёс Сангстер, тут же немного смутившись из-за приятного чувства, прокатившегося по всему телу после собственных слов. Дилан всё ещё держал его за руку. Холодные кончики пальцев Сангстера касались контрастно тёплой руки О’Брайена. Это ощущалось ярко -всё ощущалось ярко, ведь абсолютно все чувства восприятия вдруг «сошли с ума». Парни стремительно вышли из дома, крикнув напоследок друзьям, что уходят. — И куда это вы намылились? — услышал возмущение сестры блондин перед тем, как захлопнул дверь. На улице оказалось темнее, чем казалось из дома. Лёгкая прохлада обволакивала, и Дилан машинально прижался ближе к парню. Томас обнял его правой рукой, и они пошли дальше, не особо задумываясь о направлении: это было совершенно неважно для них. — Всё так быстро происходит, — прервал тишину Сангстер, и голос его был слегка хрипловат после долгого молчания. — Только-только мы ссорились, а уже идём в обнимку по улице. — А зачем ещё больше медлить? — спросил брюнет, ощущая боком тепло парня. — Не за чем, — не было видно, но по голосу О’Брайен определил, что блондин улыбается. Тьма сгущалась. Томас включил фонарик на телефоне и светил им вперёд. Вдали показалась пара силуэтов, но помимо этого город казался совершенно пустым. В данный момент он безраздельно принадлежал парням, и они наслаждались тихими минутами в компании друг друга. Время дня не располагало к разговорам, а оно и не нужно было. Если же возникала всё же какая-то мысль, то оба высказывали всё как можно более лаконично. Достаточно было сказать всего ничего –а остальное было понятно и без слов. Сангстер наслаждался спокойствием и умиротворённостью. Всё шло своим ходом и не выходило из-под контроля. Этого-то и не хватало Томасу в последнее время. Он вдруг понял, что совершенно счастлив. — Даже не хочется возвращаться, — пробурчал он, вспомнив, что дома Ава. — Тогда не будем, — как бы в шутку сказал Дилан, но блондин развернул его и приобнял, произнеся: — Давай гулять всю ночь? О’Брайен не ответил. Он уткнулся носом в шею Томаса. Холодный кончик носа коснулся тёплой кожи, и Сангстер ойкнул от неожиданности. Дилан грелся. Вдруг ему стало смешно от того, как слащаво это казалось ему. Но ему нравилось, и он не хотел, чтобы это прекращалось. — Ты улыбаешься? — спросил ласково Томас. — Я чувствую твою улыбку. — Да, я улыбаюсь, — тихо ответил брюнет. — Мне отчего-то тоже безумно радостно, — объявил Сангстер. — Или от «кого-то», — ухмыльнулся он. Они стояли так пару минут. Тишина стояла мёртвая. Вдруг послышался тихий и протяжный звук. — У тебя живот урчит, — заметил Томас. — Будешь батончик? — спросил он и полез в карман. — Не слишком ли быстро ты мне предлагаешь свой батончик? — пошутил Дилан. –Мы же только начали встречаться. — О’Брайен, чёрт тебя побери! — возмутился блондин и почувствовал, что смутился и покраснел, но, к его счастью, в темноте это было незаметно. –Я запрещу общаться вам с Авой, она явно тебя опошляет. — Это плохо? — спросил брюнет прямо в ухо, проведя языком по его поверхности. — Мать же вашу, — шёпотом ругался Сангстер: голос его перестал слушаться. — Как после стольких лет жизни с такой сестрой ты не научился нормально реагировать на подобное? –с каким-то чувством превосходства спросил Дилан и засмеялся. — Нормально я реагирую, — насупился Сангстер. — И вообще, я тут главный. Сказал закрыть тему — значит, закрыли тему. — Ути-пути, — прокомментировал тот. — Теперь ты мой парень, так что я имею полное право тебя покусать за такое, — начал «угрожать» Сангстер. — Мне умиляться или бежать со страху? –спросил О’Брайен со смешинками в голосе, впрочем, немного отодвинулся. — Второе, но у тебя не выйдет, — прошептал Томас и поцеловал его, крепко-накрепко прижав к себе. Дилан не ожидал, что посреди поцелуя Томас его укусит. Нижняя губа закровоточила, и Сангстер нежно зацеловывал место укуса. О'Брайен подумал, что такой Томас очень возбуждает, и прижался ещё ближе. Когда они отстранились друг от друга, парень довольно произнёс, что и не догадывался, что влюбился в вампира. — Я полон сюрпризов, — сказал на это тот. — Теперь не будешь дразнить? — Дразнить? — медленно повторил брюнет и заглянул в глаза парня, отражающие свет фонаря. — Буду, конечно. — Так и знал, — Томас сгрёб его в объятия и стал целовать шею, чередуя с покусами. «Это ж капец. Мы завтра выступаем. А я весь в засосах буду,— подумал О’Брайен. — Ну и похрен. Мне нравится». Вдруг тишину ночи прорезал звонок телефона. Это был, как подумал О’Брайен, «термоядерный звук». — Это Ава, — недовольно произнёс парень. — Специально эту мелодию поставил. Он порывисто дышал, пытаясь успокоить своё тело. Лёгкие горели, кожа — тоже. Прочитав на экране телефона «Ава», Сангстер вздохнул, ведь и так знал. — Алло, что тебе? — спросил блондин, недовольный тем, что их с Диланом прервали. — Что за враждебность в голосе? — возмутилась сестра. — Не офигел там? Я вообще-то волнуюсь. Уже поздно, идите по домам, а то завтра, как зомби, танцевать будете. — И, помолчав секунду, добавила: — Влюблённые придурки, — и несмотря на слова, радостно захихикала. Сангстер закатил глаза и возмутился, что он и сам знает, что ему делать. — Ну всё, штаны задымились — и братец уже решил, что совсем взрослый, — ответила спокойно девушка. — Ладно, делай, что хочешь, но я предупреждала, — и отключилась. Томас пересказал разговор Дилану, но тот поддержал Аву. — Она права. Уже поздно, — сказал он и поцеловал блондина, запустив руки в его волосы. — Пора расходиться, - сказал он, отстранившись. — Позволь хоть проводить тебя до дома, — Сангстер попытался скрыть разочарование и недовольство, а просьба вышла слегка жалкой, но брюнет согласился. Они взялись за руки и пошли в нужном направлении. — Не обижайся, — мягко сказал О’Брайен, чтобы прервать гнетущую тишину. Ответа не последовало. Молчание затягивалось, но отчего-то Дилан чувствовал, что внутри Сангстера идёт борьба. И в конце концов тот поддался порыву. — Я не обижаюсь. — В самом деле? — с недоверием спросил брюнет. — Да, — нехотя ответил тот и спустя минуту решил объясниться: — Я просто хотел побыть с тобой. — У нас ещё будет время, — произнёс совершенно очевидную вещь парень. –Обещаю. Тем временем они оказались у дома О’Брайенов. Настало время прощаться, но они всё не разрывали рук. Томас запустил свободную руку в волосы Дилана и прижал его чуть ближе, так, чтобы их лбы соприкоснулись. Они так и стояли ещё несколько мгновений. — Томми, мы правда совсем-совсем скоро увидимся, — пробурчал брюнет. — Ты прав, — сказал блондин. — До встречи, — и отпустил парня. — До встречи, — О’Брайен направился к двери, а Сангстер наблюдал и лишь спустя пару мгновений после того, как парень скрылся за дверью, он пошёл к себе. Оба думали обо всём произошедшем, и только сейчас они поняли, как всё быстро произошло. Стало даже немного страшно от того пьянящего чувства, которое полностью подавляло волю и лишало трезвости ума. Сёстры уже давно ждали подробных рассказов, но парни упрямо сохранили всё в тайне, и даже Аве в конце концов пришлось смириться, хотя нервы Томасу она прилично потрепала.