Мальчик полусвета

      Саске задумчиво разглядывал дверь гардеробной, которую закрыл на ключ. В это время мальчики комнату не посещали, потому Учиха мог поговорить с Наруто без посторонних ушей — парень волновался. Телефон зазвонил почти в полночь, и своеобразное свидание по телефону продлилось почти пятнадцать минут.       Омега сидел на полу, одетый в лёгкие широкие шорты и такую же майку, обнажённую кожу холодил кафель, а голос мужчины с придыханием обволакивал его своей чувственностью. — Прости, что не мог позвонить чуть раньше, — вокруг Узумаки не было других шумов кроме очень слабого отзвука его же голоса, похоже, он сидел в ванной. — Я всё понимаю, не стоит волноваться.       Саске распаляло осознание всей неправильности ситуации, что они нарушают некое табу, и сладость этого маленького этического преступления оставалась на языке. Было совсем немного неловко, Учиха стеснялся отвечать что-то кроме «да» и «нет», говорил в основном Наруто, иногда останавливался, и между ними повисала тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием. После обычных, стандартных фраз, какие обыденно случаются вначале разговора, мужчина внезапно добавил «хочу тебя», чем разом выбил весь воздух из лёгких омеги. — Не бойся, я не собираюсь устраивать секс по телефону, — кажется, Наруто улыбнулся. — Очень рад, потому что говорить об этом у меня получается ещё хуже, чем сдерживаться. — Мне нравится твоя неудовлетворённость. — Это не неудовлетворённость. — Тебе нужен член. — Мне нужен альфа, — настала очередь Наруто молчать и подбирать слова. — Хочешь встретиться? — Хочу, — Саске поёрзал, ощущая слизь между ягодиц. Он страстно желал, чтобы это было свидание, но учитывая его роль в этих отношениях, омега мог смело предположить смысл этой встречи, — насколько, — Учиха смутился, не зная, как спросить о собственных догадках, — близкой будет эта встреча? — Я хотел тебя куда-нибудь сводить, но если выпадет возможность похозяйничать у тебя между ног, то я определённо ей воспользуюсь. Кожа Саске воспылала от стыда и стеснения. — Ты ужасен. — Ты даже от этого смущаешься? Как ты тогда сообщал парням о своих желаниях? — Во-первых, парень был всего один, а во-вторых, наши отношения скорее были ознакомительными, чем обучающими, так что особых изысков там не было, всё происходило… Быстро. — Смотрю, ты привык быстро заканчивать. — На тебя меня вполне хватает, — на том конце альфа ухмыльнулся. — Во второй раз я хотел тебя вылизать, но потом передумал, когда вспомнил, что придётся ждать, прежде чем ты сможешь снова меня принять после того, как кончишь, а просить тебя взять в рот было не слишком благородным тоном.        Саске прикусил указательный палец и плотно свёл колени. — Ммм, — запланировано надменный звук получился слишком утробным и тягучим, — ты, оказывается, джентльмен. — Не дразни меня своими томными выдохами. — Когда ты хочешь встретиться? — Думаю, в дневное время суток, вечером будет слишком подозрительно. Завтра не уверен, что мы сможем, проведём обычный сеанс. Ты свободен послезавтра? — Да, конечно.       Омега даже не вникал в суть сказанных далее слов, он вновь замолчал, слушая бархатный голос мужчины и утопая в его кокетливых интонациях. Саске даже стало грустно, когда Наруто попрощался, он хотел продлить этот звонок как можно дольше, хотел, чтобы они щупали друг друга через разговор, а его пальцы, блуждавшие под шортами, оставались мокрыми от него самого. Омега чувствовал художника рядом, чувствовал его жар и запах, а на губах, казалось, всё ещё остался вкус его поцелуя.        Наруто прервал звонок, и Саске отложил мобильный на диван, всхлипывая от странной помеси возбуждения и обиды на весь мир и самого себя. Он ушёл в ванную, чтобы ополоснуться. Касаться себя без обольщающего голоса показалось омеге неправильным, потому он не утолил свой голод, а просто заглушил его.       Вся ночь была впереди, а Саске уже с нетерпением ждал их свидания. Он был немного растерянным и неуклюжим, несколько раз чуть не перевернул ведро воды, что таскал с собой по комнатам, спотыкался о пороги, хотя прекрасно знал об их наличии, и даже чуть не сделал это о собственную ногу.       Дейдара взволновано спросил, всё ли с Саске в порядке, и когда услышал, что это просто от задумчивости и витаний, заметно расслабился и добродушно улыбнулся. Учиха наткнулся на друга в гардеробной, где светловолосый омега заметно принюхивался и краем глаза поглядывал на брюнета, но спросить не решался. — Он звонил, — Саске тяжело выдохнул и отвёл взгляд в сторону. — Оу, о чём-то горяченьком говорили? — Можно и так сказать, точнее, он говорил, а я восхищался его баритоном. Так сильно чувствуется? — Саске повёл носом, но собственного запаха почти не почувствовал, наверное, потому что привык к нему. — У меня нюх чувствительный, не забивай голову.       «Сможет ли Хината почувствовать мой запах на её муже?» — омега встал как вкопанный в центре комнаты. — А разве может быть по-другому? Я про чувствительность. Дейдара кивнул и устроился на диване. — Конечно, вот, например, у меня один клиент был, альфа, вообще запахи почти не различал, под него, кажется, даже альфу можно было подложить, он бы догадался только по узлу.       Саске удивлённо уставился на вешалки с куртками и даже облегчённо выдохнул — уж если такие проблемы у альф бывают, то нюх беты не так страшен. Учиха медленно побрёл к дивану и устало шлёпнулся рядом с другом. — А бета может почувствовать запах омеги на альфе? — Думаю да, они же запахи, примерно, так же как и омеги чуют — это я в одном журнале читал, — пояснил омега, — там сравнивали чувствительность полов, когда изучали «истинность». — И как? — В общем, насколько я помню, у альф, в среднем, чувствительность к запахам выше, чем у омег, а у тех, в свою очередь, он не особо отличается от нюха бет, а вот в выделении аромата уже отличия есть. — То есть, если я почувствовал её на Наруто, то его жена может почувствовать мой запах на нём. — блондин пожал плечом и мягко погладил Саске по бедру. — Не волнуйся, даже если она что-то узнает, твой возлюбленный должен будет об этом позаботиться самостоятельно. Всё-таки это в его интересах, а не твоих. Учиха удручённо кивнул головой. — Кстати, а как он выглядит? Ты просто никогда его внешность не описывал детально, но мне прямо интересно, — Дейдара явно просто пытался отвлечь омегу от переживаний. — Не знаю, он странный, — Саске улыбнулся, — не подумай ничего такого, он красивый, но внешность его мне всё-таки кажется немного экзотичной. Если я скажу, что он блондин с голубыми глазами, то ты, наверное, посмеёшься над моими догадками, но его просто нужно видеть. Я сначала думал, что он загорелый, но тон его кожи слишком ровный и не имеет заметной разницы с тоном кожи под нижним бельём, только если он не загорает голым, — Учиха задумчиво прикусил губу, — так что почти уверен, что у него от рождения смугловатый цвет кожи. Волосы очень светлые, золотистые, брови и ресницы тоже, а ещё уголки его глаз немного приподняты вверх и из-за этого его взгляд иногда такой хищный, когда он наклоняет голову вперёд. У него широкая улыбка и ямочки на щеках, они такие трогательные, что хочется коснуться их пальцами, а ещё странные шрамы, возможно, сделаны специально, и есть тату на животе. Он высокий, широкоплечий, в общем, как я уже говорил, красавчик. — А откуда он? — Саске пожал плечами. — Не знаю, он тоже, сказал, что приёмный и своих настоящих родителей не видел. Приёмные родители, похоже, немцы, хотя не уверен, они, судя по всему, люди состоятельные, так что могли взять его где угодно. — Сложно у него всё, — Дейдара приставил палец к губам, — возможно тоже метис, если так сложно определить, откуда он примерно. — А ты хорошо в лицах разбираешься? — блондин засмеялся. — Может быть, только лица я вижу реже, чем члены, вот если нужно было по ним определять, то я прямо мастер. — А что, есть разница? — друг кивнул и снова расхохотался, когда увидел озадаченное лицо Саске. — А что, у Наруто и твоего бывшего прямо один в один?        Учиха немного покраснел, почесал лоб и попытался успокоить развеселившегося блондина. Его смущала своя неосведомлённость, но никогда не думал, что это будет настолько смешить окружающих. Дейдара извинился, игриво шлёпнул друга по бедру и заинтересованно посмотрел в ониксовые глаза. — Не смотри на меня так, конечно разные, просто я никогда не думал их сравнивать. Не скажу, что у моего парня было что-то с этим не так, просто в основном мы делали это в миссионерской, он говорил, что ему так удобнее, сзади он был очень редко. — Наверное, просто вы не очень подходили друг другу в плане физиологии, у омег тоже там не всё одинаково, — последнее было сказано в шутку, и Саске цокнул языком, — а с Наруто как? — Ну, он больше и, мне кажется, что если мы бы друг другу не подходили, он бы даже внимания не обратил, — омега смущённо прикрыл горящие щёки ладонями, — он очень твёрдый. — Это нормально, когда альфа возбуждён. — Мне, конечно, сравнивать почти не с чем, но у бывшего пенис был более мягкий, думаю, это нормально для плоти, а вот у Наруто он твёрдый, очень, будто кусок арматуры внутрь вставили, знаешь, там подходит — не подходит не действует, он просто вторгается внутрь, скажет «понастроили заборов» и прокладывает новую трассу.       Парни рассмеялись, Саске от неловкости, Дейдара от сделанного замечания и столь странного сравнения. — Так, — блондин отдышался и согнул на руке один палец, — что ещё? — Господи, я же тут от стыда сгорю, — Учиха поменял позу, а затем послушно продолжил думать о неприличном, — он любит долгий секс, или просто так получается, я два раза дохожу до точки, пока он разогревается, ему это, кстати, не нравится, он хочет брать до полуобморока, а потом ещё пальцами всё должен потрогать, а у меня всё тело под конец как одна сплошная эрогенная точка. — По твоим описаниям, в прошлой жизни он был латиносом. — Я его уже с усиками представил, — Саске рассмеялся и в то же время помолился всем богам, чтобы эта картина не вернулась к нему в какой-нибудь пикантный момент, смех в постели никогда настроения не поднимал.       Разговор был долгим, так как посетителей в борделе было не много, Дейдара мог отдохнуть, да и Саске должен был дождаться, когда пары освободят комнаты, чтобы после убраться. Они говорили о постыдных для омеги вещах, но , тем не менее, Учиха не спешил завершить разговор, ему было действительно интересно, вдобавок, такими познаниями он немного компенсировал свои переживания по поводу малого опыта.       Саске начал убираться ближе к утру и закончил с рассветом. В борделе, как часто случалось, никого уже не было, мальчики и Кисаме разбрелись по домам. По привычке омега принял душ, чтобы смыть с себя запах хлорки и чужих выделений, случайно попавших на кожу, затем наскоро оделся и поспешил к дому Наруто, где оба упрямо делали вид, что ночью ничего не происходило.       Парень вновь фыркал, когда натягивал на себя сомнительный, по его мнению, наряд, ловил на себе тяжёлые взгляды со стороны, но стоило омеге повернуться в направлении этих взглядов, как Наруто тут же опускал глаза и делал вид, что занят краской. В студии было более шумно, чем обычно — наверху кто-то копошился, играл задорный восточный мотив, в садике, кажется, от недавних холодов поникли все яркие бутоны, а мужчина почти совсем не говорил, даже о погоде.       Приветствие, пару случайных фраз, прощание — всё, что было сказано за этот сеанс; Узумаки искусно изображал отсутствие интереса, настолько, что внутри омеги зародилось сомнение, а не был ли звонок лишь поводом посмеяться над ним, потешить самодовольство альфы и получить желаемый флирт. Учиха не мог спросить, намекнуть, они договорились изображать чужих, и потому его сомнение росло до тех пор, пока при прощании крупная горячая ладонь не скользнула по его руке вниз. Чужие пальцы мимолётно, но достаточно навязчиво пощекотали его ладонь, сердце вмиг успокоилось. — Я провожу тебя до ворот, — альфа редко провожал его, обычно он останавливался у входа в студию, но на этот раз Наруто решил вести его через садик, украдкой поглядывая на красивое по-омежьи милое лицо. — До завтра? — До завтра.       На самом деле они сказали друг другу намного больше, Саске был в этом уверен, им стоило лишь встретиться взглядами.       Домой он вернулся довольно быстро, наверное, потому что гнал велосипед как никогда быстро, то ли от внезапно хлынувшего дождя, то ли от ощущения собственной прозрачности, которую хотелось скрыть за стенами дома. Снаружи небо, полное воды, внутри сухой и холодный воздух, даже печка не грела должным образом. В окно бился мутный свет, который лоскутами ложился на обеденный стол, в пепельнице тлела сигарета, а горький дым лип к волосам. Отец вернулся домой.       Фугаку был совершенно потухшим, словно объёмная тень, которая должна исчезнуть, когда кухню озарит чуть более яркий свет. Его лицо было поплывшим, сероватым, а глаза немного влажными, словно у битой собаки.       Они не поздоровались, но Саске видел, что отец наблюдал за ним, когда он убирал созданный им беспорядок, уносил в ванную грязные вещи и заглядывал в холодильник. Омега старался быть холодным, старался делать вид, что ему всё равно, но когда он понял, что к еде никто не притронулся, всё же заволновался и покосился на Фугаку.       Его лицо осунулось за последние несколько месяцев, одежда висела гадким мешком, а пальцы стального цвета были похожи на зубья граблей. Он пил, плохо питался и где-то пропадал, дома он стал ночевать очень редко, а если и появлялся, то выглядел ужасно. На вопросы безразличным тоном мужчина отвечал таким же безразличием, иногда пьяно ухмылялся и что-то бормотал под нос. Учиха боялся, что его отец вскоре превратится в городского сумасшедшего, который будет слоняться по округе и неразборчиво что-нибудь кричать.       Саске вытащил кастрюлю из холодильника и поставил её на стол, рядом с отцом, затем поспешил удалиться в свою комнату, где ещё долго слушал, как Фугаку прокладывает дорогу от кухни к туалету и опустошает там свой желудок. Омега предпочёл заткнуть уши наушниками.       Он спал под лёгкую расслабляющую мелодию, проснулся уже без неё — наушники выпали во время сна. В доме было темно и пусто — от Фугаку остался только мятый окурок в пепельнице. Омега нахмурился, обругал про себя отца, которого много раз просил не курить в доме, а затем одним резким движением открыл окно, впуская в дом сырой ветер.       Теперь пахло мокрым асфальтом и чьей-то едой, кто-то из соседей готовил, причём весьма ужасно. Саске устало устроился за столом, опустил голову на согнутый локоть и задумался о том, что происходило за последнее время. Он волновался.        Омега знал, что не должен себя накручивать, он и так думает слишком много о плохих вещах, ругает себя, и ещё больше теряется в собственных желаниях. Он бы всё отдал за возможность пропустить настоящее и перейти к будущему, где он знает, что ему делать. Сейчас он растерян.       Фугаку ночью не было дома, утром всё так же не объявился, Саске закрыл дверь, оставил ключ над дверью, на случай, если отец забыл свой, и не спеша отправился на свидание.       Саске соврёт, если скажет, что собирался привычно для себя, даже зная, что, скорее всего, Наруто будет смотреть под одежду, воображать, что на брюнете её нет, омега старательно подбирал то, что сидело на его тонкой фигуре лучше всего. И джинсы, что подчёркивали его упругие бёдра, и свитер, что мягко обволакивал торс и плечи, браслет, что оттенял его нежное запястье, и нижнее бельё, которое Саске оставил на комоде.       Он выглядел хорошо, привлекал взгляды, но ровно до тех пор, пока перед ним не остановилась породистая иномарка, куда он охотно запрыгнул, в привычной манере приветствуя альфу — Саске сомневался в том, как себя вести, потому решил действовать как обычно.       Наруто выглядел как-то непривычно без своей домашней одежды, Учиха уже успел привыкнуть к нему такому — расхлябанному, в ярком халате, майках с рисунками, потёртых джинсах, кое-где заляпанных краской, или пижаме. Конечно, мужчина сейчас выглядел более прилично, но его привычки — расстёгнутые пуговицы тёмной рубашки, более строгие джинсы и чёрное пальто с ярко-красным лацканом, остались прежними. Длинные светлые ресницы подрагивали, когда мужчина переводил взгляд с дороги на омегу, он выглядел спокойно, но когда он говорил, его голос был заметно ниже, чем всегда. — Куда мы едем? — В одно чудесное место, там потрясающе готовят. Надеюсь, что парковка будет не занята, ты же знаешь, как сложно на Рамбле припарковаться.       Мустанг плавно перестраивался из ряда в ряд, обгонял другие машины и щекотливо рычал, когда мужчина давил на газ. Саске оглядывался и узнавал знакомые фасады, ресторанчики, кафе, дорогие бутики — главная улица Барселоны разительно отличалась от улицы, где жил омега, это два совершенно разных мира, где живут разные люди и действуют разные правила.       «Не думал, что вернусь сюда в качестве любовника» — Учиха иронично улыбнулся и перевёл взгляд на Наруто. — Знаешь, я даже не думал, что это всё продолжится.       Альфа улыбнулся, обнажая клыки, на которых каждый раз фокусировалось внимание омеги. Он прошептал что-то вроде «я всё ещё хочу тебя вылизать», но настолько тихо, что Саске пришлось считывать это по губам. — Кто-то говорил, что я только для позирования.       Альфа наклонил голову в бок, а на его щеках проступили ямочки. — Я соврал. — И про зрелую выдержку? — Видимо, да. — Могу ли я сомневаться в остальном? — Вообще удивляюсь, почему ты до сих пор мне веришь.       Саске прикусил губу и скользнул взглядом по сильным бёдрам и напряжённому животу. Учиха определённо хотел того же — вылизать альфу с ног до головы, собрать с его пряной кожи запах языком и проглотить его, чтобы он остался внутри.       Неожиданно вокруг стало темнее — машина въехала на парковку и остановилась у дальней стены, в салоне повисло молчание. Наруто определённо думал выйти, но когда тонкая ладонь легла на его бок, чуть выше тазовой косточки, он неожиданно поднялся с места и почти полностью перевалился через коробку передач, одной рукой опираясь на кресло, в котором сидел Саске, а другой на нагретое солнцем торпедо.       Их губы встретились в жарком, влажном поцелуе, омега цеплялся пальцами за полы пальто, старательно притягивая альфу ближе, чтобы чувствовать его тело под ладонями. Наруто нависал над ним диким зверем, вжимая в мягкую обивку и заставляя сладостно трепетать от исходившего от него жара.       Омега потянулся за добавкой, когда альфа отстранился; их губы были мокрыми и немного припухшими от интенсивной ласки, а дыхание сбивчивым и неровным. — Нам ещё нужно покушать, ты хочешь сейчас?       Саске знал, что будет весь день думать только об одном — почему это всё ещё не произошло, или произошло так поздно. Ему было чхать на возможное мокрое пятно на джинсах, возможность выглядеть хуже после секса, он хотел этого мужчину прямо сейчас. Лёгкая куртка соскользнула с его плеч, омега отбросил её себе под ноги, затем забрался коленями на кресло и наклонился ближе к Наруто. — Давай.        Учиха скинул кроссовки, перелез на заднее сиденье и, не дожидаясь, когда альфа выйдет из автомобиля и обойдёт его, начал стягивать с себя одежду, всю, без остатка — он хотел, чтобы их тела были близки, чтобы они соприкасались как можно больше. Мокрую промежность заметно обдало прохладным воздухом, когда альфа распахнул дверь. Словно дикая стихия Наруто накрыл собой омегу, закрыл дверь и коснулся мягкой кожи губами. Они гуляли по шее, ласкали мочки ушей, и по спине Саске прошлась заметная морозная волна, когда после губ уха коснулся язык и с пошлым хлюпом скользнул внутрь.       Узумаки трогал своего любовника там, где скапливалось его напряжение, мял горячими пальцами его ягодицы, смыкал их на члене, а затем нырял к сокращающейся в такт со стонами омеги дырке.       Всего пара движений пальцами, чтобы смочить их в смазке, и сразу же следом жаждущее нутро распёрла твёрдая плоть. Саске громко всхлипнул и обхватил своими бёдрами бока Наруто, то ли прижимаясь к нему, то ли пытаясь удержать, словно держал между ног не мужчину, а строптивого скакуна. Его поступательные движения были резкими, несдержанными, альфа тёрся своим животом о лобок омеги и почти наваливался на него всем своим весом, от чего проникновение получалось ещё более глубоким и острым. В салоне становилось жарко, мужчина потел и Учиха с откровенным наслаждением собирал горьковато — солёные капли губами, скапливал их на языке и пытался закрыть рот в перерыве между стонами.       Движения учащались, Саске потерял счёт времени, потерял связь с реальностью и, кажется, тонул в море эйфории и страсти. Ему не давали кончить, сжимали половые органы почти до боли, затем отпускали и вновь настойчиво гладили. Учиха впервые застеснялся звука входящего в текущее лоно члена, это были настолько откровенные влажные звуки, сопровождавшиеся гортанным рычанием альфы, что нутро поджималось и тянулось к горлу.       Совершенно дикие толчки, мощные, глубокие, и Саске наконец-то чувствует сладкие спазмы везде — в дырке, в ногах, в руках, даже лице, его тело подрагивает, стискивая в себе чужую плоть, но альфа дёргает бёдрами назад, достаёт откуда-то пакет влажных салфеток и через несколько движений рукой по члену спускает в них. — Хочу кончить в тебя, хочу, чтобы это было внутри, — Наруто широко проводит языком по пульсирующей жилке на шее омеги и просовывает во всё ещё сокращающееся нутро пальцы, — вот тут, — он делает пару толчков и снова вызывает волну спазмов.       Саске перехватывает чужое плечо и сдавленно стонет, ощущая, как мышцы живота несколько раз резко напрягаются. — Тебе нравится меня мучить? — Ты потрясающе кончаешь, — альфа оставил невесомый поцелуй на мокром виске и отстранился, чтобы сесть, — я лично был бы рад, если бы меня мучили оргазмами. — Это был камень в мой огород? — Это было приглашение на чай.       Они долго приводили себя в порядок, обтирались салфетками и кое-как напяливали одежду, раздеваться оказалось куда проще, но это того стоило — Саске не был разочарован ни капельки.