1
7 марта 2018 г., 22:34
— И последнее, — с серьезным видом заявляет лидер группы, осматривая всех присутствующих, сидящих на диване. — Никаких отношений внутри группы!
Тэиль давится кофе, сплевывая его на себя и на рядом сидящего Джонни, от которого слышатся маты; Донхек перед тем, как в голос засмеяться с этого, неоднозначно хмыкает, а остальные сидят с полным недоумением на лице.
— Как тебе в голову подобное вообще пришло? — хмурится Доен.
— Я безумно рад, если я единственный, кому одному в голову пришло, что такое возможно. И все же, я серьезно. Мало ли что. Слышишь, Джонни? Тэна это тоже касается, пусть он и живет в другом общежитии.
— Блять, Тэен. Не в обиду, но ты уже хуйню несешь, — фыркает Джонни, вытирая салфеткой, которую подал Марк, кофе со штанов, хотя тут же бросает это дело. Все равно их в стирку уже.
— Согласен, — кивает Доен.
— Всё, на этом мы закончили со сводом правил? Можно расходиться? — тут же встает с дивана Джехен, готовый уйти, но ждет одобрения лидера.
— Я серьезно, ребят, — для пущей серьезности Тэен даже руки на груди скрещивает. — Я понимаю, что это сейчас для всех звучит глупо и, слава Богу, что это так. Но если между кем-то из вас начнутся отношения, какие-то выяснения отношений и прочая-прочая хуетень, это будет иметь последствия и повлияет на настрой всей группы.
— Поднимите руки те, кто желает меня трахнуть! — игриво кричит Хек, осматривая взглядом окружающих. — Что, Марк, даже ты не хочешь? Я огорчен, — вложив в эту фразу весь свой сарказм, произносит Хек. — Хорошо. Поднимите руки те, кто хочет трахнуть Джехена!
— Всё, Хек, — цокает лидер. — Прекращай. Я просто посчитал нужным это озвучить.
— Поднимите руки те, кто хочет трахнуть Сычена! — продолжает Хек с видом достаточно серьезным и уже готовый размахивать руками, как бы предъявляя Тэену: «о, смотри, тут никто никого не желает трахнуть, странно, да?».
Но один желающий находится, отчего вся серьезность Хека сходит на нет, ибо ему кажется это подыгрывание со стороны Юты очень даже забавной идеей, отчего смех младшего снова на все общежитие слышится.
— Ну, а что тут такого? Сычен очень даже ничего, — усмехаясь задорно, с высоко поднятой рукой, проговаривает Накамото.
— Ой, идите в жопу. Я же, блять, серьезно, — махнув рукой и восприняв такую реакцию на свои слова, как оскорбление, лидер разворачивается. — Никакой ебли в стенах этого общежития. Это всё, — проговаривает он напоследок и скрывается на кухне.
Джехен тут же, без всяких комментариев, куда-то уходит, Доен лениво тянется за пультом, Джонни матерится на Тэиля, глядя на свои новые джинсы, который оправдывается чем-то вроде: «не, ну, а ты бы не подавился после таких слов?», а Донхек задорно заявляет:
— Слышал, Юта?! — улыбается во все тридцать два зуба. — Никакой ебли тебе! Увы, — и хлопает по плечу рядом сидящего Сычена, что немой сидит, как рыба, ну или как китаец, который еще в идеале корейским не владеет, отчего каждое слово в голове проскакивает с небольшой паузой после того, как он его слышит. — Не расстраивайся, Сычен. Трахнет тебя кто-нибудь другой когда-нибудь, но не сегодня, не здесь, и не Юта.
— Это настолько хуевый повод расстраиваться, что эта шутка даже улыбки не вызывает, — фыркает Доен, уже во всю каналы листая.
— А если серьезно, хен, мне вот интересно стало, — задумчиво смотрит на Доена Хек. — Если бы ты был бабой, кого бы ты себе в партнеры предпочел?
— Из присутствующих? — также серьезно спрашивает Доен, отрываясь от телевизора.
— Ага.
— Ну, скорее Тэена или Джехена. Но никак не Юту. Уж не в обиду, — усмехается тот, быстро японца взглядом окидывая.
— Да ладно. Я бы тебя тоже ни за что ебать не стал, будь ты хоть бабой. Уж не в обиду, — с точно такой же усмешкой.
— Господи, что вы обсуждаете, — тяжко вздыхает Марк, что до этого бегал по всем присутствующим с ошарашенным лицом лишь. — Я в комнату, — изрекает он, поднимаясь с дивана.
— Я с тобой, — весело проговаривает Хек, направляясь за другом.
Сычен сидит с каменным лицом, пытаясь хоть как переварить происходящее и разобраться в только что услышанном. Шутки шутками, а услышать от друга «я бы тебя трахнул, ты ничего так» — хоть сказано было не так и не в лицо, вызывает в Сычене… вот Сычен и пытается разобраться, что в нем это вызывает.
///
— Ты бы правда меня трахнул? Юта давится от неожиданности зубной пастой вперемешку с водой, полный рот которой у него, выплевывает в раковину остатки и чуть кашляет, пока Сычен спокойно хлопает его по спине, второй рукой продолжая чистить зубы. — Ты правда хочешь это обсудить? — вскинув бровь, Юта внимательно смотрит на друга, который на него же не смотрит ни разу; продолжает свои водные процедуры, как ни в чем не бывало, будто они тут обсуждают, вкусным ли был ужин. К слову, он был отвратителен, потому что перестаньте Марка Ли вообще пускать на кухню даже помощником, но нет же, из-за Тэенова: «все должны принимать участие! Пусть учится готовить, не будет же он один лодырем этаким?». — Просто интересно. Так что? — спрашивает Сычен и следом сплевывает зубную пасту. — Нет, Сычен. Разумеется, что нет. — Нет? — с видом немного глупым переспрашивает он, наконец, поднимая взгляд на друга и закрывая кран. — Нет, — кивает Юта, в подтверждении своих слов. — Точно? Юта пару секунд тупит дико. На языке вертится: «блять, да не беспокойся ты так, я просто шутил», но в Сыченовом взгляде читается вовсе не беспокойство. Это «точно» звучит с долей грусти скорее, нежели с уточнением, что ставит Накамото в тупик немного. — А что, ты бы хотел, чтобы я тебя трахнул? — усмехаясь, спрашивает он. — Да, хотел бы, — уверенно заявляет Сычен, своим привычно низким голосом. Наступает немая пауза. Усмешка с лица Накамото сползает тут же, и он чувствует себя очень глупо, хотя, казалось бы, таким себя должен чувствовать Сычен после подобных слов. Чувства, которые испытывает Юта сейчас, он уже испытывал однажды. В классе восьмом, когда покрыл старшеклассника матом и сказал, что отпиздит, но когда до дела дошло — поджилки трясутся, сердце в бешенном ритме, страх комом в горле, и в общем, хочется — да зассал, одним словом. Вот и сейчас Юта чувствует себя аналогично — разбрасываться словами легко, а тут вот, кажется, почти до дела дошло и это совсем не то, что Юта мог бы сделать. Трахнуть друга? Трахнуть Сычена? Перспектива плохой и не кажется, просто… Юта особо никогда о таком не думал так, чтобы серьезно и сейчас в голове творится что-то неясное от осознания, что ему открыта подобная возможность и вот, хвататься за нее, не хвататься? Такое нормально вообще будет, если они реально переспят? — Я шучу, — усмехается Сычен, хлопая Юту по плечу, что вид ошарашенный не может с лица стереть. — Пошли спать, — говорит он и направляется к выходу из ванной. Точно. Шутка. Это была просто шутка. И Юта тоже же просто шутил на тему того, что трахнул бы Сычена. «Какого черта я сейчас вообще подумал о том, что это возможно?» — проносится в голове у японца, что следом за другом в комнату направляется. Собственно, этот вопрос крутится у него в голове всю ночь. Этот, а также осознание, что эта перспектива ему действительно не казалась плохой. Наоборот, очень даже ничего. «Блять, а этот запрет на еблю не такой уж и бредовый, каким показался изначально» — понимает Юта посреди ночи, глядя на спящего на соседней кровати Сычена и не находя себе места, всё ближе и ближе приходя к осознанию, что да, он вполне бы попробовал переспать с Сыченом, будь возможность. А еще иронично всё это до ужаса. Что мысль о каких-то отношениях между участниками группы пришла в голову именно после того, как лидер сказал, чтобы все эти мысли отбросили куда подальше. Уж лучше бы вовсе молчал, честное слово.
