Сокровище

Пеннивайз не спешил открывать глаза, хотя кто-то настойчиво звал его извне. Но ему было так хорошо. Он будто плыл по воздуху, а шёлковая темнота ласкала его тело, как лёгкий ветер, прорывающийся сквозь жаркую духоту. Мысли лениво плыли вместе с ним, и совершенно не хотелось на них сосредотачиваться. Ощущения были слишком приятными и давно забытыми... Но всё прервалось в один момент, когда тьма неожиданно показала шипы, как дерзкая роза, и начала вместо ласк безжалостно колоть его тело, что заставило Пеннивайза начать сопротивляться и раскрыть глаза, а затем обнаружить, что оказался он в собственном сознании, освещаемом тусклыми огоньками и управляемом другим существом, настроившим сей мирок на краткий миг против его владельца. Шут ухмылялся. Пеннивайз предпочёл бы, чтоб его лицо было таким же безэмоциональным, как и голос, ведь эта тварь только и рада была показать своё превосходство над ним. Мужчина хотел пояснений, так как, наконец, он оклемался и вспомнил, с кем был только что. Не хватало ещё, чтоб мальчишка его засмеял, мол, падает в обморок во время оргазма. И поди докажи, что его силой выдернули из реальности. Пасмурные раздумья Пеннивайза внезапно прервал чей-то до боли знакомый болезненный стон, раздавшийся совсем рядом. Не веря своим ушам, мужчина повернул голову на источник звука и, уже не доверяя глазам, увидел Билли, который с мученическим видом приподнимался, потирая собственные глаза. Видно, всё ещё не до конца пришёл в себя. Мальчишка был полностью обнажённым, но это было не удивительно, учитывая, в какой момент его отправили сюда. Пеннивайз также вдруг понял, что кроме цепей на нём самом ничего нет. Только здесь их тяжесть он практически не чувствовал. Жаль, что силы тоже. Молча, он перевёл взор на зачинщика всего этого, ожидая объяснений, но краем глаза продолжал следить за мальчишкой, который уже недоуменно озирался по сторонам, и, в конце концов, заметил его. - Где мы? Что произошло? Нас убили? – сипло и без особого испуга прошептал Билл. Пеннивайз отметил про себя, что мальчишка не заикается. То ли шок на него так повлиял, то ли ещё что, выяснять сейчас было некогда, потому что Билл увидел шута и теперь неотрывно пялился на него. Мужчина почувствовал какой-то лёгкий укол раздражения, даже не сразу поняв, что это, но когда понял, чертыхнулся на самого себя. Дожили, он ревнует, да ещё и кого, да ещё и где, да ещё и к кому... Казалось, что эту цепочку можно было продолжать вечно, поэтому он поспешил отбросить досадные мысли и ответил на заданные ему вопросы. - Мы в моём сознании, вероятно... – Пеннивайз не был абсолютно в этом уверен. Ведь, как сюда мог попасть Билли? Но и нынешнее место встречи с шутом ничуть не отличалось от места прошлой встречи. Сплошная темнота. Впрочем, Макромир тоже особо не выделялся. Не дождавшись поправок или уточнений от шута, Пеннивайз продолжил: – А произошло то, что вот это, – он пренебрежительно махнул рукой в сторону комика, который рассматривал обоих пленников с невозмутимой, но бесящей Пеннивайза до зубовного скрежета улыбочкой. – Вытянуло нас из реального мира и затянуло сюда. Зачем – не знаю. Но мы пока живы точно. Наконец, Билл перевёл взгляд на мужчину и спокойно произнёс: - Ну, вопросов у меня только прибавилось. Пеннивайз невольно вспомнил о том, как мальчишка успел доконать его своими бесчисленными вопросами во время их совместного проживания, и раздражённо фыркнул. - У тебя их никогда мало не бывает. Билл насупился. Всякое смущение, появившееся, едва он увидел того, с кем недавно приятно провёл время, мгновенно ушло, и он почувствовал небывалую ностальгию от намечающегося спора. Холодным тоном парень процедил: - Потому что ты на них не отвечаешь. Из тебя хоть душу вытряси – всё равно, ничего не скажешь. - У меня, вообще-то, нет души. Я же рыжий. – буднично подметил Пеннивайз, тоже припоминающий их множественные стычки, казавшиеся теперь такими далёкими и нереальными, будто происходили в другой жизни. Про то, что он, к тому же, ещё и вроде как демон, хотя эта сущность в нём, похоже, уснула, мужчина решил не напоминать. Вместо этого он язвительно добавил: – И я не должен тебе что-либо отвечать. - Да? - возмущённо вскинул голову Денбро, буравя собеседника яростным взглядом и невольно задерживая взор на им же покусанных, припухших губах, а потом опустил ниже на обнажённое тело и... Краска вмиг залила щёки, и парень поспешил отвернуться, впрочем, его реакция не осталась незамеченной от Пеннивайза. А тот неожиданно понял, что опять может читать мысли мальчишки, хотя сил как не было, так и нет. И по идее цепи должны изолировать телепатические каналы. Возможно, шут знал ответы на все вопросы, но он предпочитал пока молчать и наслаждаться предоставленным зрелищем, которое спорщики и не думали прекращать. - Да, я никому ничего не должен. – величественно скрестив руки на груди, непререкаемым тоном заявил Пеннивайз. Шут и Билл уставились на него одинаково возмущёнными взглядами. Комик считал, что носитель ему очень даже много чего задолжал. Хотя бы за сдачу себя в аренду в качестве нехилой силы и спасение от дракона, да и не только. И это ещё не учитывая моральную компенсацию за вековое игнорирование! Билл же... У него были не столь меркантильные желания. Только парень считал, что лучше бы им двигало исключительное желание наживы на Пеннивайзе. После последних слов того на Денбро накатила странная апатия. Ничего не должен, значит... Ему уже были безразличны ответы, да и всё остальное тоже. В конце концов, он скоро умрёт. Но немножко грызла обида. За эту ночь. Незабываемую. Прекрасную. Ошибочную. Видимо, только что она стала ошибкой и для Билла. Понимая, как это глупо в такой момент страдать от неразделённой любви, парень тихо шмыгнул носом, вытирая его кончик рукой. Глаза жгло, прямо как в момент оргазма, но уже не от слепящей вспышки, а от боли и едва сдерживаемых слёз. - Билли, – парень мгновенно обернулся и зло ощетинился, услышав собственное имя. Но ещё больше настроения ему попортила самодовольная ухмылка на наглой симпатичной роже. – Нашёл время убиваться по пустякам*. Пеннивайз старался выглядеть непринуждённо, но где-то в груди когтями скребла его несуществующую душу такая же несуществующая совесть. А больше всего бесило неуёмное желание приблизиться и успокоить мальчишку, которое приходилось подавлять силой. А ведь юноши в этом возрасте такие переменчивые и ранимые, что... Стоп! Совершенно внезапная мысль пробрала тело мужчины до дрожи, но, стараясь не подавать виду, он почти не срывающимся голосом поинтересовался: - Билли... а, а сколько тебе лет? Билл зыркнул на него волком, которому не то, что не дали на полную луну повыть, а ещё и последнего куска человечинки лишили. Но, тем не менее, ледяным тоном он ответил: - Семнадцать. Недавно исполнилось. А что? Денбро порадовался, что всё же ответил, ведь после этого имел наслаждение чуть ли не впервые в своей недолгой жизни (а ещё и скоротечно заканчивающейся) увидеть настоящий ужас, промелькнувший в янтарных глазах Пеннивайза. «Хоть какая-то радость перед смертью» – мрачно подумал парень, отгоняя, как назойливых мух, настойчивые воспоминания о приятной ночи. Тем не менее, кроме злорадного удовольствия Билл также испытывал чрезмерное удивление. Чего там так испугался этот «мистер-я-вам-ничего-не-должен», что лицом стал сравним по цвету с выбеленной стенкой? Но спросить вслух Биллу гордость не позволяла. Шут только хмыкнул, глядя на трепет своего носителя. Ему ничего спрашивать не требовалось. Достаточно было лишь заглянуть в чужие мысли. Впрочем... Комик вдруг обернулся и посмотрел на Билла. Если бы кое-кто сосредоточился не на злости вперемешку со своим эго, то и сам бы смог повторить этот трюк. Поскольку шут впервые за очень долгое время был в чрезмерно великодушном и благоприятном настроении, он решил тонко намекнуть об этом парню. - Билл, – проникновенно начал он, глядя на парнишку. Тот уже и забыл, что с ними находится некое третье существо, и мало не подпрыгнул на месте, когда к нему обратились. Комик терпеливо выждал, пока мальчишка успокоится, и продолжил: – Чего ты сейчас больше всего желаешь? - Убить одну рыжую заразу. – не задумываясь, ответил парень, кинув косой взгляд на всё ещё продолжающего заниматься самоистязаниями Пеннивайза. - Нет-нет. – нетерпеливо покачал головой шут, думая, что люди слишком тупые для завуалированных речей. – Его убить я тебе не дам... – задумчиво пробормотал он и не успел ещё чего-либо добавить, как Билл его перебил. - Это почему же? – недовольно вопросил он с лёгким оттенком ревности в голосе, мысленно представляя, как выдёргивает из колпака звенящие бубенчики шута, другой рукой вырывая у него совсем другие бубенчики. Билл даже не догадывался, насколько ему повезло, ибо комик в тот момент не полез в его мысли. (Как, впрочем, не догадывался и о том, что никаких других бубенчиков вовсе нет, ведь внешний облик шута сплошная иллюзия) Как ни в чём не бывало, шут двинул плечами и невозмутимо ответил: - Потому что он моё тело. И я практически уверен, что если сейчас его убить, умру и я. – он выпрямился и куда бодрее добавил: – Впрочем, об этом чуть позже. У тебя, Билл, есть уникальный шанс выведать всё, что в мыслях Пеннивайза. - Эээ? – в один голос воскликнули пленники. Комик улыбнулся своему носителю очаровательно-мстительной улыбкой, а затем вновь повернулся к Биллу и пояснил: - Мы находимся в сознании Пеннивайза, где его мысли буквально нараспашку. Хотя человек, во всяком случае, не смог бы сюда попасть и прочитать их за одним исключением. Даже я не смог бы протащить тебя сюда без вашей, хех… – шут замялся, деланно краснея. – Так скажем, самодеятельности. Думал, мне придётся остатками силы захватить контроль над Пеннивайзом и самому подталкивать к этому. - Что ты имеешь в виду? – настороженно поинтересовался Билл, даже не пытаясь отодвинуться, когда его недавний партнёр внезапно придвинулся к нему вплотную, буквально дыша в спину обжигающим дыханием. - То, что сейчас вы полностью открыты друг другу, практически одно целое. – охотно сообщил комик и, игнорируя красного, то ли от злости, то ли от смущения Билла, деловито продолжил: – В момент финальной точки сношения вы полностью сконцентрировались друг на друге, и я смог разум обоих утянуть сюда. Ваши тела, разумеется, остались в том мире. - Зачем? – ядовито спросил Денбро, желая разорвать шута голыми руками от таких откровений и новостей. Пеннивайз переваривал слова шута куда спокойней. Его смущение не донимало, да и имелась рациональная мысль, что это всё было затеяно неспроста. Комик мимолётно кивнул на его соображения. - Сейчас всё складывается как нельзя удачней для всех нас. – заметив кислые мины собеседников, явно намекающих, что всё наоборот очень хреново, шут с усмешкой развёл руками и успокаивающе заверил: – Не надо быть такими скептиками. У меня уже всё продумано. - И что же именно? – хмыкнув, недоверчиво протянул Билл. – И может уже хватит тянуть, иначе наши тушки выпотрошат, пока мы будем здесь. Теперь уже хмыкнул Пеннивайз, глядя на мальчишку. Смущение исчезло, как его и небывало. Проснулся цинизм. Бывший дракон не мог припомнить такой стороны в Билли, но ни то, чтобы она ему не нравилась. Просто было слегка непривычно. - У вас есть ещё немного времени до рассвета, – уныло протянул шут, недовольный тем, что его показное шоу особого успеха не сыскало. – Прежде чем я приступлю к главному, хочу убедиться, что вы точно открыты друг другу. Билл, прочти мысли Пеннивайза. Убийственный взгляд от последнего комик проигнорировал. Денбро неуверенно повернул голову к мужчине и вновь обернулся к шуту. - Зачем это всё? – парень красочно представил, что будет с ним, если он всё же подчинится словам этого неведомого существа, а потом он окажется в реальности, где некому будет защитить его тело от разъярённого Пеннивайза… Мысли были не слишком радужные, и он сомневался до последнего. Но комик не растерялся и поспешил поставить точку в этих противоречиях. - Ты же хотел узнать, чего этот демон так испугался, – с ухмылкой подначивал он. – Вот и узнаешь. Сомневаюсь, что он сам тебе захочет поведать. Пеннивайз не сомневался, что не захочет. После того, что произошло совсем недавно, рассказывать мальчишке о таком… И пошатнуть его и без хрупкое доверие к нему, если не окончательно отвернуть от себя. Мужчина злобно посмотрел на шута, испепеляя того взглядом, но понимая, что ничем это не поможет. Билл вздохнул и решился. Сейчас ему было слишком сложно всё полностью осознавать, даже то, что он на грани смерти. Ведомый манипулятором, Денбро уставился на Пеннивайза немигающим взором, совершенно не зная, что делать, и в то же время, понимая, что получается. Хмурое, озлобленное лицо мужчины расплылось перед глазами, пока окончательно не исчезло, а потом бесконечными мгновенными кадрами начали проноситься воспоминания: их секс, западня ведьмы, дни в пещере, первая встреча в ней, его спасение из воды и последующее за ним прощание, скучное существование во время вечных пробуждений, превращение в дракона, битва с ведьмой, мёртвая юная девушка… Раскалывающая боль в голове вырвала Билла из чужих воспоминаний, заставляя закрыть глаза. Тех мимолётных секунд на каждое воспоминание хватило, чтоб собрать всю картину в целом, но одно оставалось для Денбро до сих непонятным, о чём он, немного успокоившись, спросил Пеннивайза. - Так чего ты боялся? Мужчина недоуменно воззрился на него, а спустя секунду облегченно выдохнул и прошептал: - Кажется, ты не успел ничего рассмотреть и понять. Шут, кажись, ничуть не опечаленный этим понимающе кивнул. - Такое бывает в первый раз. И боль тоже. Это естественно. Билл с возмущением уставился на обоих. Боль уже практически угасла, и всё он прекрасно рассмотрел, о чём тут же сообщил остальным. - Билли, тогда что ты не понимаешь? – удивлённо поинтересовался Пеннивайз. Его так и подмывало добавить догадку про сомнительные умственные способности мальчишки, но он тактично промолчал, решив не нагнетать и без того скверную обстановку в своём сознании. - Я не понял, чего ты так испугался. – нахмурился парень. – Последнее воспоминание оборвалось на обнажённом трупе какой-то девицы. Я так понимаю, ты её убил. – без обвиняков заключил он. Мужчина на автомате кивнул, немало изумлённый тем, что мальчишка об этом так спокойно говорит. А где же, как минимум, истерика? А, как максимум… Даже представлять не хотелось. - Да, во время секса. И это дочь Матурин. - Дочь? – ошарашенно переспросил Билл, мигом что-то обдумав и злостно поджав губы. – Понятно теперь, чего она на тебя так взъелась. Но меня-то зачем? - Затем. – раздражённо кинул Пеннивайз, не собираясь ничего объяснять. Еще чего! Он ни в жизнь не повторит слова ведьмы о, видите ли, самом дорогом. Ни-за-что! Билл мгновенно сжал кулаки, готовый спорить до последнего, но не успел начать этот спор, как бывший дракон со священным ужасом в голосе, который совсем недавно мелькал в его янтарных глазах, добавил: - Ей тоже было семнадцать. Видимо, это моё проклятье. Мне нельзя связываться с малолетками. Это никогда добром не кончается. - Чего?! – воскликнул Билл, мигом забыв о своей злости. Она уступила место чрезмерному удивлению, граничащему с шоком. – Ты серьёзно?! - А что такого? – непонимающе вскинул голову Пеннивайз. – Разве ты сам не видишь этих совпадений? Я только сейчас понял, как тебе крайне повезло, что я не убил тебя во время секса. Неимоверными усилиями не покраснев, Билл холодно процедил: - Не напоминай мне о самой большой ошибке в моей жизни. Мужчина насмешливо фыркнул. - А я думал, что таковой ты считаешь свою влюблённость в меня. - Чего?! – в который раз взорвался негодованием и смущением парень. – Ничего подобного! Я тебя вообще ненавижу. - Одно другому не мешает. – невозмутимо пожал плечами Пеннивайз. - Да я тебя… – свирепо прошипел Билл, но воплотить свою угрозу хотя бы на словах не успел, ибо ему помешал шут, невзначай вклинившийся в их беседу и напомнивший кое о чём немаловажном. - Я б с удовольствием ещё посмотрел, как вы грызётесь, – с довольной улыбкой произнёс он. – Но рассвет уже близко, а мне мой носитель ещё нужен живым, как теперешний, так и будущий. - Будущий? – без особого энтузиазма изогнул бровь нынешний носитель. Его не очень волновало, к кому решила уйти его сила после предполагаемого спасения всех. Так даже будет лучше. Пускай катится к чертям. Но нехорошее предчувствие и столь же нехорошая догадка мелькали где-то на периферии сознания, да так, что их почувствовал даже Билл. - Да-да, если бы вы напрягли мозги, то уже б нашли заковырку в моих словах. – со вздохом признался комик. – Но, видимо, придётся объяснять самому. – и он решительно повернулся к Биллу. – Не то, чтоб у тебя есть выбор, да и у меня, в принципе тоже, но… ты согласен стать моим носителем? Могу даже встать на одно колено. – поспешно добавил он. - Эээ? – всё, что смог выдавить из себя Денбро, немало ошарашенный таким внезапным предложением. - Шут! – не хуже дракона прорычал взбешенный Пеннивайз. Причём взбесило его не само предложение шута, а то, с какими словами оно было сделано. Комик трагично вздохнул, переплюнув в этом деле своего небезызвестного театрального коллегу Пьеро, и в который раз пожалел о своей чёртовой судьбе, глядя на нерадивых сообщников. Ничего, когда-нибудь и ему повезёт с носителем, а сейчас пора выбираться из передряги. - Ты согласен? – нетерпеливо спросил он у Билла, желая лишь одного – получить согласие, без которого доступ к телу мальчишки был закрытым. - Но… - Билли, нет! – Пеннивайз, наконец, вспомнил, каким образом происходит вселение, и ревность отошла на второй план. - Но если это поможет. – растерянно прошептал Денбро, посмотрев на мужчину. - Это того не стоит. – рявкнул тот. – Ты можешь не пережить. - Он точно не переживёт, если этого не сделать. – устало напомнил комик о плачевном положении тел пленников. - Другого способа нет? – с рычащими нотками в голосе спросил Пеннивайз. Шут покачал головой. - Брось, он стойкий. Думаю, выдержит. - Без стопроцентной гарантии я не позволю. – парировал мужчина. - Тогда мы все погибнем! – теряя самообладание, выкрикнул комик. Удивительно, но даже это он мог делать бестелесным голосом. - Должен быть другой способ. – лихорадочно размышлял Пеннивайз. Ему казалось, что время пустилось вскачь и неслось галопом, а они безбожно отставали. Носитель и его сила собирались устроить перепалку, но очередному спору не суждено было начаться, ибо Билл внезапно их перебил. - Хватит! – отчеканил он обоим. – Моё тело – мне решать. – безапелляционно заявил парень. - Но… – ещё попытался образумить его Пеннивайз, но видел только решительный взгляд и понял, что выбор уже сделан. Чего он не ожидал так это того, что мальчишка резко повернётся к нему и обхватит плечи своими руками, притягивая к себе. Поцелуй вышел смазанным и быстрым, но от этого не менее чувственным. А потом Билл обернулся к шуту и тихо промолвил: - Да. Пеннивайз ощутил знакомое оцепенение, которое на нём уже когда-то применяли. Не пошевелиться. Не предотвратить. Не защитить. Остаётся только наблюдать, как шут с ухмылкой расщепляется на тусклые жёлтые огоньки и вонзает в сердце несопротивляющегося парня клинок.