vervain

На момент, когда Тэхёну исполнилось четыре годика, Бэкхёну было шесть. Младший страдал бессонницей, чем очень часто выводил своего отца, который уже тогда относился к своим сыновьям, как к наказанию. Поэтому Бэкхён очень часто засыпал вместе с братом, перед этим не забыв обработать раны, которые отец в нетрезвом виде оставлял на омегах. Он успокаивающе поглаживал его по напряженной спине, тихо напевал колыбельную, что пел им покойный папа и расплывался в теплой улыбке, когда Тэхён совсем робко подпевал старшему. Правило спать вместе, когда Тэхёну плохо, Кимы соблюдали с детства вплоть до смерти младшего, поэтому Бэкхён знал, как просыпаться в объятиях любимого брата, но просыпаться в объятиях любимого человека совершенно другое. Тэхён обнимал Бэкхёна нежно, трепетно, показывая всю свою любовь и преданность, а Чанёль обнимал крепко, даже во сне защищая любимого, но все с той же любовью, что давала ему основания и право на защиту. Это утро было поистине прекрасным, и эта самая истина тоже играла свою роль, поэтому бережно положив свою руку на щеку мирного спящего Чанёля, Бэкхён шепотом произнес: «Принимаю». Он принюхался и утонул в аромате смешанных запахов, отмечая, что их своеобразная любовь пахнет просто превосходно, но сердце который раз кольнуло, когда бергамот стал преобладать над жасмином. И Бэкхёну теперь, возможно, стоит прислушаться. Мысли об истинности в голове Бэкхёна заменились совершенно другими. Запах Чанёля отдаленно напоминал ему аромат, который часто исходил от его младшего брата, и резкое осознание окатило с головой. Бэкхён боялся. Боялся, что альфой, которому дарил Тэхён свою любовь, может оказаться Чанёль, потому что Бён не посмеет к нему больше притронуться. Он принадлежал не ему, и даже факт того, что альфа – истинный Бэкхёна, и он испытывает к нему явно непростую симпатию, не поменяет решение омеги. Несмотря на то, что Бэкхён все еще очень обижен на своего брата, он слишком уж любит Тэхёна. Омега присел на кровати и встряхнул головой, чтобы избавиться от накативших мыслей. Он осмотрел обстановку и обреченно вздохнул. В комнате был полный беспорядок: на полу валялась одежда, ровной дорожкой расположившись от стены до кровати, с кровати свисало постельное белье и ноги альфы. Решив, что стоит прибраться и сходить в душ, Бэкхён покинул кровать, не забыв напоследок насмотреться на Чанёля и поцеловать его в горячий лоб. Пак же проснулся явно не в объятиях, а в пустой постели. Однако вторая половина кровати еще была теплой и бережно хранила запах Бэкхёна. Он отметил, что в комнате чисто, вся одежда аккуратно сложена на тумбочке у кровати, а вода в хрустальной вазе, где стоят жасмины поменяна. С кухни приятно пахло. Чанёль бы очень хотел найти там Бэкхёна, допустим, на столе, но там стояла лишь тарелка с поджаренными тостами, баночка джема и две пустые кружки, а электрический чайник уже закипал. Отметив, что Бён явно где-то в квартире и убедился в этом, когда отчетливо услышал льющуюся воду из душа. Пак отправился обратно в спальню, решив перестелить постель и переодеться. Сняв с себя грязные боксеры и кинув их в корзину для белья у ванной комнаты, Чанёль натянул на себя новые пижамные штаны и футболку, снова включил чайник и стал менять простынь, но неожиданно наткнулся на какой-то предмет, что вцепился в его пятку. Он раздраженно шикнул, на автомате поднимая ногу и рассматривая поврежденное место, а позже перевел взгляд на причину маленькой истерики. Кольцо. Маленькое серебряное кольцо. Шанс убедиться в том, что это кольцо принадлежит Бэкхёну лежит сейчас под ногами Пака, но тот не спешит. Он тоже боится. Боится именно того, что Бён и правда может иметь какое-то отношение к Тэхёну. Он желал проверить гравировку на кольце, но тянул время. Если сейчас он увидит «навсегда», то ровно столько он не сможет быть с его маленьким Бэкхёном. И кем бы Бён не приходился погибшему омеге, Чанёль не сможет смотреть ему в глаза. Он виноват в его смерти. Сердце бешено билось о грудную клетку, но он все же поднял метал, поднося его к уровню своих глаз. Стоило бы зажмуриться для пущей уверенности, но он лишь медленно проходит взглядом по буквам на внутренней стороне кольца. - Нет. Мысли путаются, кольцо остается в пальцах, а в голове лишь нет. Строгое, но жалкое нет, которое хочется отчаянно кричать. - Что «нет», Чанёль? В дверях Бэкхён. В своей одежде, с еще мокрыми волосами и полотенцем на плечах. В его глазах вопрос, а ноги сами медленно отходят к стенке. Бэкхён зажмуривается сам, когда его пятки касаются знакомого бетона, и тихо спускается по нему вниз, когда слышит гулом низкий голос Чанёля. - Какое отношение ты имеешь к Тэхёну? Бэкхён открывает глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на Чанёле, что стоит у кровати, но все попытки тщетны из-за застилающих зрачки слез. - Так значит ты и есть тот альфа, - Бэкхён жалобно усмехается – первая и последняя любовь Тэхёна. Бён запускает в мокрые волосы свои ладошки и утыкается носом в колени, скуля. Он заставляет Чанёля подлететь к нему за секунду, склониться над ним и спросить вновь. - Кто ты, черт возьми, такой? - Я его старший брат, - слова на удивление даются легко, а в воздухе повисает тишина. В голове Чанёля впервые за долгое время вновь появляется образ Тэхёна, а рядом стоит Бэкхён. Он сравнивает одинаковый оттенок волос, медовые глаза и совершенно одинаковую улыбку. В его голове Тэхён, который тянет свою руку к волосам альфы и Бэкхён, что тянет руку к его подбородку. В голове Тэхён, который один раз в жизни сказал ему о том, что для него существует лишь два человека в этом мире: Чанёль и его брат. На глазах альфы тоже наворачиваются слезы от всей абсурдности происходящего. Человеком, что создала для него природа, человеком, которому он практически отдал свое раненое сердце оказывается его брат. Человек, в котором течет его кровь. Кровь Тэхёна, которого он любил и убил. Альфа сжимает кольцо до появления на ладонях красных отпечатков и швыряет в противоположную стену, когда Бэкхён подскакивает и вылетает из квартиры Пака.

♥♥♥

Пак Чанёль знал, что такое любовь и он никогда ее не отрицал. Он верил, что это высокое чувство способно на все, потому что сам любил. Он никогда не закрывался от окружающего мира. Был дружелюбен и общителен, рос в хорошей семье, но несмотря на это, часто чувствовал одиночество. Отдавал всего себя лишь музыке. Он любил ее так же, как и его. А полюбил еще больше, наверное, когда она их свела. Они учились в одной школе. Чанёль был в выпускном классе старшей школы, в то время, как Тэхён только начинал свое обучение в ней. Пак часто ходил в музыкальный класс после занятий. Ему нравилось каждый раз пробовать что-то новое, чередуя игру на акустической гитаре, ударных и фортепиано, но у него плохо получалось петь. Тэхён петь умел. Его голос был довольно низок, груб и с хрипотцой, именно это заставило прислушаться Пака к каждодневным завываниям за стеной. Их голоса были похожи, но Чанёль не умел управляться со своим так, как Ким. Он попросил у него помощи. А потом он стал тем, кому Чанёль посвящал свои песни. Но он совершил ошибку. Он пережил боль, которая раздирала его сердце пополам, он чувствовал вину, которая не давала дышать ровно и держаться на ногах. Вину, которая практически наложила свои корявые руки на юного альфу. Но, возможно, не сделай он тогда эту ошибку, он бы никогда не повстречал Бэкхёна. Тогда, он бы никогда не узнал о любви истинных. Он появился неожиданно, даря Паку море заботы и аромат жасмина. Нежный, хрупкий, маленький Бэкхён, который никогда не заменит Тэхён. Бэкхён, который просто будет другим, но намного роднее и ближе, потому что его. Потому что природа так решила. Потому что так решило сердце Чанёля. Но, судьба, видимо, решила посмеяться над ним вновь. Бэкхён, тот самый человек, которому Чанёль доставил намного больше боли, чем себе. Бэкхён - тот самый старший брат, который, несмотря на небольшую разницу в возрасте, воспитывал Тэхёна в одиночку. Чанёль не знал причины, почему родителей не было рядом с омегами. Он и сейчас ее не знает, но Ким явно не зря практически никогда не упоминал ни своего отца, ни своего папу. Только брата. Любимого брата. Любимого Бэкхёна. Чанёль должен оберегать его, потому что именно он смог залечить раны в сердце и душе альфы. Но он не может. Если Бэкхён узнает всю правду о той ночи, Бэкхён и сам не захочет оставаться рядом. Чанёль виноват во всем. Чанёль будет ему противен, поэтому проще уйти самому, отгородить его от себя, чтобы не было так больно. Просто не может. Просто слабак. То, что Бён не чувствовал запах Чанёля поначалу, явно было не ошибкой. Таблетки не причем. Просто судьба решила сделать ему еще больнее. Дала влюбиться. Потом дала довериться, а теперь подставила его. Бэкхёну трудно и больно. Бэкхён так верил судьбе, верил, что все к лучшему, что Тэхён когда-нибудь оставит его душу в покое, но он ошибался. Младший все еще рядом, ходит по пятам. Бэкхён ушел, потому что боялся Чанёля. Бэкхён ушел, потому что Чанёль все еще любит Тэхёна. Он никогда не видел его таким злым, никогда не чувствовал агрессии по отношению к себе, но сегодня ему хватило сполна. Пак его альфа, но природа, все-таки ошиблась. Он должен был быть альфой Тэхёна, тогда бы все не обернулось так ужасно. Бэкхён слаб. Бэкхён готов отдать Чанёля даже мертвому Тэхёну, потому что он его брат. Его любимый младший брат. Он ушел. Ушел, потому что так будет проще.

♥♥♥

Бэкхёна на работе не было больше двух недель, но Чанёль так и не спешил находить себе нового секретаря. Кем бы Бэкхён ни был, но он единственный, кто вообще справляется со всей работой, которую ему поручает Пак. Он лучший в своем деле и ни одного такого Чанёль больше не найдет. Однако держать его тоже не было смысла. Бэкхён волен решать все, что хочет, именно поэтому Чанёль дал ему время. Вот только не ищет он его совсем по другой причине. Он знает, что Бэкхён вернется, хотя бы для того, чтобы отдать заявление на увольнение, поэтому совсем не удивляется, когда в очередной понедельник, в приемной, сталкивается с его спиной, у двери своего кабинета. Бэкхён, несомненно, почувствовал Чанёля, но поворачиваться не торопился. На глаза снова накатывались надоевшие слезы, которые Бён думал, что вовсе выплакал, а пульс и запах бергамота отдают в голову. Он должен объяснить Чанёлю то, что не сможет быть рядом с ним, он должен пересилить свое сердце. В то время, как сердце Чанёля хочет его обнять, поцеловать за ушком и сказать, что больше он от него не убежит, а разум спокойно выслушать и отпустить. - Бэкхён, - голос Чанёля в тишине звучит довольно жалобно - тебя долго не было. - Знаю, господин Пак, я принес заявление на увольнение. Бэкхён мысленно считает до десяти и разворачивается. Слезы высохли, так и не успев скопиться в уголке глаз, чтобы упасть. Пак молча принимает из рук секретаря аккуратно сложенный лист и разворачивает его, совершенно не вчитываясь в слова. Он останавливает свой взгляд только на строчке, которая начинается со слова «причина» и на нем же заканчивается. - Причину Вы придумаете сами, - Бэкхён подходит почти вплотную и размеренно дышит куда-то в шею альфы – все, что угодно, - Чанёль кивает – но прежде, чем я уйду, могу ли задать единственный вопрос? - Нет смысла затыкать тебе рот. Отвечу и мы постараемся забыть все, что было между нами, идет? Бэкхён горько усмехается. Именно на такой исход разговора он рассчитывал, но что-то на лице не расцветает улыбка, а ноги не пускаются в пляс. - Вы разозлились, потому что я оказался братом Тэхёна, да? Только и всего? Слёз и правда не осталось, однако в груди что-то неприятно тянет и хочется провалиться под землю, главное не позволять себе смотреть альфе в глаза. - Нет, Бэкхён. Я был зол, потому что не понял этого с самого начала. Зол на себя, потому что уже успел совершить ошибку. - Ошибку? - Бэкхён резко поднимает голову, но не возражает - действительно ошибку - выдыхает. У Бэкхёна выбора нет. Чанёль ответил – разговор должен закончиться, поэтому он старается обойти Пака, не задев его. Однако Чанёль выбор сделать может и делает довольно правильный. Он еле касается до запястья, но даже от этого движения Бён останавливается и огорченно выдыхает. После первой близости со своим альфой, тело реагирует не так резко. Кожа практически не покалывает, а вот сердце готово вырваться из груди. - Мне нужно тебе кое-что рассказать, - разворачивается, к стоящему боком омеге - пройдем в кабинет? - Нет. Говорите здесь, я слушаю, - Чанёль не торопиться, а Бэкхён добавляет - никуда не убегу. Пак понятия не имеет, как на горькую правду отреагирует Бён. Не знает стоит ли заставить его сесть или лечь, но с мыслями собирается быстро. Он рассказывает не все, лишь самое важное: то, что в тот вечер, когда погиб Тэхён, струна на любимой гитаре Чанёля порвалась и то, что он посчитал Кима виноватым в этом. Он рассказал, как выгонял его из комнаты в своем общежитии, как спокойно лег спать, прекрасно зная о том, что Тэхён ночью уйдет из дома. Но Бэкхён упорно не видел вины альфе в случившемся. - Чанёль, я не просил тебя рассказывать, что случилось в тот вечер. Тэхён часто уходил из дома по ночам, тем более, что мы тоже тогда поругались. - Он уходил каждый раз, когда мы ссорились. - Знаю, я не глупый. И каждый этот раз я чувствовал, как мой брат убивается. Знаешь почему он уходил? Потому что я, кажется, добивал его, просил промолчать, всегда, когда он собирался рассказать мне о случившимся. Тогда я не знал причину своего поведения, не принимал близко к сердцу, то, что чувствовал. Я не хотел обижать своего брата, желал помочь, но и слушать почему вы поссорились упорно не хотел. Это я должен винить себя в смерти Тэхёна. Не ты, Чанёль. Вот только я чувствую вину по другому поводу. Я посмел дотронуться до тебя. До человека, которого любил мой брат. Я такое ничтожество, что мне становится противно, когда вижу себя в зеркале. Я не должен был этого делать. Природа ошиблась, когда сотворила меня. Тэхён должен был быть твоим омегой, Чанёль. Он должен был быть омегой, которая принадлежала бы тебе судьбой. - Прекрати. - Нет, Чанёль. То, что ты винишь себя в смерти моего брата – бред собачий, а то, что я виноват перед ним – сущая правда. Горькая правда. В тот день Чанёль видел Бэкхёна в последний раз. Он боролся с желанием найти его всеми способами. Вновь погружался в работу, чтение или сон, но судьба не могла все оставить, как есть. В то время, как Пак наконец решил начать поиски нового секретаря, Бэкхён в который раз пытался набрать его номер. И только спустя десятки попыток, смог нажать на кнопочку «вызов». - Бэкхён?