Favorite

Part 6

Артур явно окончательно потерял разум, а его упрямый вид говорил о том, что обретать его обратно он совершенно не намерен. Мерлин спорил без передышки на протяжении всего процесса одевания Артура, пытаясь использовать любую возможную мелочь в качестве предлога. — Слушай, разве я не могу просто остаться твоим… слугой с привилегиями? — вновь попытался Мерлин, зашнуровывая тунику Артура. — Нет, не можешь, — ответил Артур и вздрогнул, когда пальцы Мерлина случайно соскользнули и задели его рёбра, после чего Мерлину вновь пришлось перешнуровывать бока его туники. — Но, — снова начал Мерлин спустя какое-то время, тяжело дыша Артуру в плечо. — Перестань спорить, Мерлин, — приглушённо сказал Артур, всё ещё склонившись над кроватью и уткнувшись головой в сложенные на матраце руки. Он со стоном приподнялся, сбросив с себя Мерлина. — Стоит всего одной горничной застукать нас, как об этом узнают все. Просто чудо, что пока никто, кроме Гаюса, ещё не узнал об этом. — Ну узнают они, и что? Мне всё равно! — сказал Мерлин, падая на пол. Артур закатил глаза и встал. — Потому что ты идиот, который ничего не знает о королевском дворе. Тебя через пять минут сожрут заживо. А теперь приведи меня порядок. — Ты не можешь просто приказать мне стать твоим любовником! — возразил Мерлин спустя два раунда, после того, как, наконец, вернул Артура в его кольчугу. — Я сделал это только что, — Артур поправил плащ, притянул Мерлина к себе для последнего поцелуя, от которого у того закружилась голова, и толкнул его обратно на кровать. — А теперь пошевеливайся, — сказал Артур и выскочил из комнаты. Мерлин несколько раз молча открыл и закрыл рот. Итак, последние три недели тянулись бесконечно длинно, серо и уныло, и, если бы на него надавили, он бы признал, что рад возвращению Артура; а под остриём меча Мерлин даже мог признать, что перспектива фантастического секса на регулярной основе не так уж и ужасна. Но это одно дело, а вот стать любовником Артура… Он мог терпеть, когда его еженедельно бросали в колодки — он не позволял вещам, которые могли нанести слишком сильный урон, долететь до него; к тому же, это был неплохой способ понять, что пришло время принять ванну. Он не собирался превращаться в некое гибридное убожество — слишком высокого статуса, чтобы общаться с теми, чей статус ниже его, и слишком низкого статуса для тех, чей статус выше, в результате чего он лишь будет выставлять себя им на посмешище. Ни для того, чтобы иметь возможность избежать поручений или сплетен, ни для того, чтобы им с Артуром было удобнее. Нет. Гарцевать в изысканной одежде, будто он слишком высокого о себе мнения, делать реверансы служанкам; слоняться без дела, не имея никакой реальной работы, кроме как ждать, пока Артур закончит работать и потребует минета; просыпаться с Артуром каждое утро, вытянувшись рядом, любуясь его золотыми, нелепо взъерошенными после сна волосами; целовать Артура за завтраком и, скорее всего, после этого вновь возвращаться в постель; сворачиваться калачиком в руках Артура в холодные ночи близящейся зимы… Мерлин сделал паузу и усилием воли вернул свои мысли к тому, что он не собирается быть любовником Артура. К тому же, учитывая, насколько ужасно и экстремально было то, что его пытались заставить сделать, он не мог поручиться, что просто не влюбится в Артура. Учитывая, что на данный момент Мерлин уже убил около десятка человек, трёх монстров и вырвал власть жизни и смерти из рук злой жрицы, — и всё это ради Артура, — Мерлин немного беспокоился о том, как далеко всё это может зайти. Кроме того, Артур мог бы рано или поздно узнать о его магии. Мерлин вскочил с постели и выбежал к Гаюсу: — Он заметит магию! — ахнул он. Гаюс оторвал взгляд от почерневшего котла, который пытался очистить. — Если ты говоришь об Артуре, думаю, в первую очередь он заметит отсутствие одежды. — Что? — спросил Мерлин. — Гаюс, о чём ты говоришь, ты что, не понимаешь? Артур хочет, чтобы я переехал в его покои. Гаюс не высказал никакого сочувствия: — Я начинаю думать, что так будет лучше. — Он поймает меня через пять минут! — в отчаянии воскликнул Мерлин. — Судя по имеющимся обстоятельствам, — сухо сказал Гаюс, — ты будешь слишком занят для того, чтобы заниматься магией. Надень, пожалуйста, штаны. — Что? — не понял Мерлин. — Ой. Он умылся и снова оделся, после чего собрался с духом и пошёл ждать Артура в его покои. Его сердце гулко билось о грудную клетку. Очевидно, рассказать обо всём Артуру было единственным возможным выходом. И тогда… тогда Артур… или… может он… Ну, по крайней мере, он поймёт, что делить свои покои с Мерлином действительно ужасная затея, а затем Мерлин сможет найти заклинание, которое бы исправило то, что происходило с ними, — что бы это ни было, — и, может быть, затем они смогут притвориться, будто ничего этого никогда и не было. Теперь Мерлин жалел о том, что не разобрался с этим раньше, когда они были в его комнате. Там… там рассказать Артуру обо всём было бы проще. Его комната находилась довольно далеко от остальной части замка. Никто не смог бы ничего услышать ни за стеной, ни из окон. Мерлин закрыл окно и задёрнул занавески — просто на всякий случай. Сначала он просто походил перед камином, затем ещё раз разжёг огонь, хотя он итак горел просто отлично; затем подмёл пол, хотя в этом не было необходимости; потом он попытался немного посидеть в кресле Артура, но не смог долго усидеть на месте и вновь принялся расхаживать по комнате, ожидая, когда Артур, наконец, вернётся. — Где твои вещи? — спросил Артур, пинком захлопывая за собой дверь и уже вешая плащ на стул. Мерлин откашлялся: — Я не могу переехать, — в отчаянии сказал он. — Ты на самом деле не хочешь, чтобы я переезжал. Артур застонал, откинув голову назад и расстёгивая наручи. — Послушай, идиот, — сказал он, — неужели ты думаешь, что мне нравится перспектива выставить тебя перед судом в качестве своего любовника? Мой отец, скорее всего, подумает, что яд отравил мне мозг. — Он помолчал, а затем задумчиво произнёс: — Это, кстати, всё объясняет. — Это не объясняет меня, — напомнил Мерлин. — Вряд ли моя привлекательность требует объяснений, — сказал Артур. — Иди сюда и помоги мне снять доспехи. — Я хочу этого не больше, чем ты! — сказал Мерлин. — О, Артур, — приглушённо передразнил Артур, пока Мерлин стягивал с него кольчугу. — Пожалуйста, Артур, ты так… — Хочешь, я начну цитировать? — Мерлин бросил кольчугу на стол. — Я не несу ответственности за то, что говорил. Мой мозг поражён, — самодовольно сказал Артур. — Ну, этого было не так уж сложно добиться, — отрезал Мерлин, скрестив руки. Артур сердито посмотрел на него. — Твой мозг не поражён! С нами всё в порядке, не считая того… что с нами не так. И я могу это исправить. — Ты сам недавно сказал мне, что Гаюс сказал, что от этого нет лекарства, — сказал Артур, — так что… — Не существует научного лечения, — сказал Мерлин и сглотнул. — Но, может быть… я совершенно уверен, что… то есть, я ещё не искал, но могу найти… — он остановился, сделал глубокий вздох и выпалил: — заклинание. Артур вздохнул, сел в кресло и снял сапоги: — Мерлин, иди и собери свои вещи. — Ты не понимаешь, — сказал Мерлин. — Артур, я колдун. — А я — Император Рима, — кивнул Артур. Мерлин уставился на него: — Я не шучу! Артур раздражённо посмотрел на него. — Ладно, тогда давай, сделай что-нибудь волшебное. — Эм. Что? — спросил Мерлин. На самом деле он не ожидал, что Артур потребует от него доказательств. Артур встал, подошёл к нему и обвёл рукой комнату: — Давай. Покажи мне свои великие и чудесные силы. Мерлин растерянно огляделся. Он уже дважды подмёл комнату, огонь горел, одежда была убрана, доспехи нуждались в чистке, но для этого у него не было под рукой ни щёток, ни масла. Мерлин не думал, что Артуру понравится буря в его покоях или подожжённая кровать. Он мог бы вызвать свет, но в комнате и так было светло, так что это не выглядело бы особенно впечатляюще… Артур закатил глаза и толкнул Мерлина на кровать. Он забрался на него и поцеловал. Мерлин машинально обвил рукой его шею и поцеловал в ответ, его ноги уже раздвинулись, чтобы обхватить бёдра Артура. — Я не… не шучу, — настаивал он, задыхаясь между поцелуями. — Угу, — пробормотал Артур, уткнувшись лицом в челюсть Мерлина, слепо шаря рукой между ними, пытаясь стащить с Мерлина штаны. — Смотри, — в отчаянии сказал Мерлин и уставился вниз. Шнурки на его штанах быстро развязались, запутавшись в пальцах Артура. — Поверить не могу в твою наглость, — сказал Артур, даже не взглянув вниз, вместо этого откинув шнурки штанов и взяв в руку член Мерлина. — Какие у тебя ещё есть требования? — Нет, я только что… Я только что сделал это! — бессвязно пробормотал Мерлин, упираясь бёдрами в руку Артура. — Ты ничего не сделал! — сказал Артур. — Если ты думаешь, что быть моим любовником — значит просто лежать и ничего не делать… — Аааа! — дико воскликнул Мерлин и перевернул их. — Уже лучше, — пробормотал Артур, всё ещё уткнувшись лицом в изгиб шеи Мерлина. — Я и не знал, что ты можешь быть таким. Мерлин рывком высвободился и сел на бёдра Артура. — Я колдун, ты, осёл! — сказал он, а затем прижал запястья Артура к кровати и одним взглядом сорвал с него всю одежду. Артур уставился на него, раскрыв рот. — Вот! — сказал Мерлин. — Теперь ты мне веришь? Мне продолжить удерживать те… — член Артура резко дёрнулся, скользнув по бедру Мерлина. Тот замолчал и уставился на него. — Что… тебе что… нравится… — Заткнись! — сдавленно сказал Артур. В один миг перед глазами Мерлина пронеслось всё то, что они могли бы сделать... а затем он набросился на Артура — и телом, и магией. Артур извивался и выгибался под ним, и Мерлин отчаянно целовал его, кусая его губы. Оба их члена были в его руке; ноги Артура обхватили его бёдра, пока Мерлин продолжал удерживать его запястья и плечи прижатыми к кровати. Артур напрягся и не смог вырваться из невидимых пут; его голова откинулась назад, и он застонал потрясённым, глубоким голосом: — О Боже, о Мерлин, Мерлин, Мерлин, ты абсолютный идиот, — и кончил. Мерлин тихо застонал и кончил следом, обессиленно рухнув на грудь Артура.