Дом, в котором...

— Вот так,— хохоча и допивая свой чай, закончил рассказ Тэхён, о многом конечно же умолчав. — Интересно,— поставив пустую чашку на стол, проговорил младший.— Так вы, типа, лучшие друзья? — Можно и так сказать,— Тэхён пожал плечами и засмотрелся на играющего Ёнтана. Давно он не вспоминал те странные моменты в его жизни. Тэхён завис над воспоминаниями, смотря перед глазами белый шум, как на сломанном телевизоре. Чонгук срочно понял, что Тэхён сломался и ему пора идти. Нет, это не он его сломал, честно. Поэтому, поблагодарив хозяина квартиры и по совместительству нового друга, Чонгук отдаёт поклоны, будто перед ним барин, и собирается ускользнуть, как у самой двери встаёт скала в лице незнакомого парня. Того самого из тэхёновых коллажей. Тот смотрит на него сверху вниз, на вид, безразличным взглядом, но было в нём что-то и цепляющее. Чонгук смотрит на него кроличьим, немного зашуганным, но их гляделки прерывает вернувшийся на Землю Тэхён: — Хосок-хён, ты вернулся!— он быстро подошёл к ним, смотря с широкой улыбкой на обоих.— Чонгук, как ты понял уже, это Хосок-хён, он живёт прямо подо мной. — Ты же знаешь, что можешь не называть меня хёном,— голос у незнакомца на удивление был тёплым, а улыбка подобно утренним лучами солнца. — Ну, хён, не выпендривайся,— это звучало грубовато, но Хосок и бровью не повёл.— Я уважаю тебя, так что уж терпи. На секунду Чонгук почувствовал себя третьим лишним и решил, что о его присутствии уже забыли, поэтому тихо потянулся к дверной ручке. — Уходишь не попрощавшись?— заметив как младший пытается улизнуть, Хосок обратил внимание, на что тот лишь нервно посмеялся. — Хосок, а это Чонгук, тот самый новый сосед на этаже с Сокджином, точнее, один из,— не унимался со знакомством русоволосый. — Один из? — А, да, я живу со старшим братом,— младший сам решил вступить в диалог.— Но вы вряд ли с ним виделись, он очень много сидит в своей комнате и работает над музыкой. — Музыкой, правда?— на хосоковом лице проскользнул интерес и оно стало ещё прекраснее, чем было до этого. — Да, он помешан на музыке, женился бы на ней. — Это чудесно,— тут решает вставить свою партию Тэхён.— Хосок как раз миксует музыку на досуге, в это время из квартиры ни ногой. — Зато этот досуг приносит неплохой хлеб,— пожал плечами самый старший.— Зато так я без очереди могу соревноваться под биты. — Соревноваться?— переспросил Чон младший; заинтересовался уже он. — Уличные рэп, дэнс батлы,— пояснил Хосок без капли высокомерия. — Ого-о-о...— у Чонгука отпала челюсть, чем улыбнуло всех остальных. — Скоро намечается батл, мы точно не знаем когда, но можем взять тебя с собой,— Тэхён вопросительно посмотрел на Хосока, якобы спрашивая разрешения, а тот и не против был. — И твоего брата,— затем самый старший дополнил.       Чонгуковы глаза загорелись алмазами, как у ребёнка при виде новой игрушки. И он ещё больше стал похож на кролика со своими-то зубами. В голове летали сплошные блёстки и фейерверки, а дофамина в организме хоть отбавляй. Когда ребята распрощались, так как было уже довольно поздно, Чонгук спустился вниз без помощи лифта, хоть как-то избавляясь от накатывающей энергии. Хоть что-то в его серой жизни начинает меняться, поэтому, парень даже задумывается, чтобы в скором времени пойти снова в школу. Из-за переизбытка гормона радости, Чонгук не сможет заснуть, даже не пытается. И вместо того, чтобы потратить всю ночь впустую, Чон берет распечатки с заданиями, которые они с Чимином не успели сделать из-за чонгуковой тупости, как он отмахивался, продолжая над ними работу. Ночь всегда поможет, открывая в тебе чуть ли не шестое чувство, так что это только на руку; наутро Чонгук обнаруживает себя проснувшимся сидя за столом. День он проводит как обычно дома, в одиночестве, так как Юнги всё чаще стали вызывать в компанию, там какой-то ярый завал из-за восстановления. Вечером приходит Чимин, хвалит его за самостоятельно проделанную работу и они продолжают заниматься, применяя кнут и пряник, вместо кнута – удар свёртышем, вместо пряника – тоже. — Что ты думаешь о Тэхёне?— как-то меж делом вставляет Чонгук на очередном "уроке" с Чимином. — А вы общаетесь?— обратил внимание Чимин и младший кивает.— Ну, он странный. Я как-то проходил под балконами и мне на голову чуть цветочный горшок не прилетел, представляешь, он, типа, случайно выронил его. — Да, он парень интересный,— младший хохотнул, представляя как Чимину прилетает в голову подарок в виде горшка.— А что насчёт Хосока? — Ты чё и с ним тусуешься?— в голосе проскальзывает нить детской ревности, а острый подбородок впивается в широкое плече. — Чимини ревнует. — Да фу, блин,— Чонгук шуточно отпихивает пухлое лицо Чимина, сжимая его щеки в гармошку.— Отцепись, прилипала. — Пообещай, что не кинешь меня ради них,— старший полез с напором обниматься на уже вопящего Чонгука. — Да не брошу, не брошу, кто меня в школе будет прикрывать, ты или они. Чимин по детски насупился, затем улыбнулся и рассмеялся; домой возвращается Юнги, шурша чем-то в коридоре, на что оба подростка быстро реагируют и выглядывают из чонгуковой комнаты. — Привет, хён!— Чимин сразу же расцвел как весенняя сакура; братья кивнули друг другу. В руках у Юнги был достаточно большой пакет из какого-то японского ресторанчика. Старший снял обувь и прошел на кухню, избавляя целлофан от пластиковых контейнеров, набитых разными пахучими блюдами. — У нас какой-то праздник?— задумчиво произнёс Чонгук, подметил, что еда всё ещё тёплая. — Дела в компании налаживаются, поэтому решил устроить вкусный ужин,— спокойно пояснил Юнги.— Но если тебе запаренная лапша нравится больше, можешь не есть. — Нет-нет, я буду,— Гук сразу же оживился, доставая с полки тарелки. — Я тогда пойду,— тихо произнес Чимин, почувствовав себя третьим лишним. — Ты можешь поужинать с нами, если хочешь,— так же спокойно произносит Юнги, а Чимин взлетает на небеса, радуясь так, будто он маленький мальчик, которого поцеловала девочка в щеку.       Они втроем распаковывают еду и по быстрому накрывают на стол, точнее, на его имитацию из барного уголка и высоких стульев. Юнги наотрез отказывается покупать обеденный стол, потому что, во-первых, есть диван и телевизор, у каждого своя комната со столом, гостей в их доме не бывает, за исключением одного Чимина, а на крайний случай и пол сгодится. Они уселись на высокие стулья и принялись уплетать еще теплые вкусности, постукивая палочками по посуде. Чимин запихивал за обе щеки, он ну очень был рад этой еде. Чонгук ел аккуратно, кидая короткие взгляды на старшего брата, пока тот спокойненько ел. — Так что там за дела в компании?— решил первым поинтересоваться Чон, потому что Юнги не особо собирался рассказывать. — Сделали небольшой косметический ремонт в залах для практики, пытаемся снова возобновить рейтинги, через годик или полтора можем уже запускать рекламу и набирать людей,— хоть и Юнги говорил об этом спокойно, на его лице появилась легкая улыбка, от чего младшему стало приятно. — О, хён, а мне можно к вам?— с набитым ртом оживился Чимин. — Наши двери для тебя всегда закрыты,— отрезал Юнги и Пак недовольно фыркнул.— Но на самом деле, если ты умеешь петь или танцевать, то можно и к нам. — Ох, хён, наш Чимини со своими танцами может уже на сцене блистать,— хохотнул Чон и начал дергать друга за рукав.— Прояви себя! Чимин быстро проглотил содержимое рта, подскочил так, что Юнги немного дернулся, оба брата сразу же приковали взгляды. — Ну, нет, я так не могу, Гук, дай какой нибудь бит.       Чон не долго думая вспомнил песню, которая им с Чимином очень нравится, прочистил горло и запел, а Юнги наблюдал за этим всем чуть ли не с открытым ртом. Он никогда и подумать не мог, что его младший брат может так хорошо петь. Нет, он конечно слышал его пение, и не раз, но тогда они были детьми, и это было больше похоже на завывания койота. Чимин же не отставал и довольно таки пластично двигался под бит, который Гук задавал своим голосом и хлопками. Было видно, что те чувствуют ритм. Шоколадный голос младшего отлично слился с медовым голосом Пака, когда тот стал тихо подпевать, совсем не стесняясь и вместе они выдали "десертный дуэт".       Юнги даже задумался над тем, что из них можно будет сделать неплохой дуэт, по типу "HOMME" назвать его так же слащаво и "десертно" и выпускать под своим крылом. Но это только мимолетная мысль и эксплуатировать брата он не будет, по крайней мере, если тот сам не захочет. На тот момент, когда они закончили сокрушать Юнги своими талантами, старший даже поаплодировал, младшие в шутку поклонились и продолжили есть. — Что ж, это было не плохо, малыши, но нужно еще работать, если хотите стать звездами,— вернувшись в свое обычное энергосберигающее состояние, Юнги закончил с ужином и хотел было спрятаться в своей комнате, но парни уговорили его посмотреть с ними фильм и тот, на удивление, согласился с учетом того, что фильм он выбирает сам. В итоге они смотрят "Воспоминание об убийстве", за двухчасовым просмотром, Юнги засыпает на получасе и спит до самого конца. Парни же досматривают с трудом, Чимин даже успевает оставить робкий поцелуй на щеке старшего, на что Чонгук охреневает и думает, что лучше бы этого не видел. Конечные титры они встречают посапыванием на друг друге и легким храпом под пледом; махровая накидка гуляет с напором от одного спящего тела к другому.