Шаг к доверию

Ко всеобщему удивлению, Моззи согласился пожить с Берками, пока окончательно не поправится. Элизабет предложила, Нил не возражал, а Питер взглянул на жену и промолчал по этому поводу. Он полагал, что о Моззи некому позаботиться, и было очень кстати постоянно его контролировать. Они положили матрас в комнате Нила, и он спал на нем, настаивая, что Моззи должен занять его кровать. Вся эта ситуация была странной, если не сказать больше. Первые несколько дней после того, как они вернулись из больницы, Питер действовал всем на нервы, он все еще сердился из-за того, чему позволил случиться. Он был зол на себя за то, что Нил чуть не пострадал, за то, что позволил навредить другу Нила. Он не хотел снова повторить эту ошибку. Сделать больно Моззи означало сделать больно Нилу. Итак, он злился, ворчал и сыпал саркастичными замечаниями. Берку не нравилось, что в его доме живет преступник, которому он доверял еще меньше, чем Нилу, но пошел на уступку, потому что это было важно для мальчика. Питер обещал помочь ему, а свои обещания он всегда держал. И то, что он сдерживал свои обещания – любые – было очень важно, особенно для кого-то вроде Нила. Нил тоже был зол. Он был зол на Питера, на ФБР, на Адлера, но больше всего он был зол на самого себя. Так что он, естественно, делал вид, что ничего особенного не произошло. Он выполнял домашнюю работу и свои обязанности. Он разговаривал с Моззи, Элизабет и Питером. Он приходил в Бюро после школы, а оттуда - домой. Он жаловался по привычке, когда его оставляли дома, хотя и знал, что заслужил это. Он все время носил маску. Элизабет не злилась. Она, в основном, беспокоилась. Она беспокоилась о том, что Нил и Питер злятся на себя. Она беспокоилась о Ниле и об отсутствии его нормальной реакции на все, что случилось. Так что она сосредоточилась на том, чтобы быть хорошей хозяйкой и поставить своего гостя на ноги. А Моззи, по-видимому, признал ее своим кумиром и с обожанием отзывался о «Миссис Галстук». Через несколько дней после выписки из больницы дела стали налаживаться. Бремя вины Питера немного уменьшилось, Элизабет успокоилась, а Моззи значительно приободрился, больше не чувствуя себя инвалидом в коляске (что очень угнетало его). Оставаться в сознании и на ногах больше часа в день было его возможностью уделить внимание Нилу. Нил и его бесконечное шоу по притворству. У него снова были кошмары. Они были не такими страшными, как раньше, но они будили его, доводя по паники, так что Моззи долго пытался отдышаться после пробуждений. Моз жил с ними уже неделю, и впервые за это время Питер проснулся от криков Нила «Мама!». Очевидно, до этого справлялся Моззи, не будя супругов. Элизабет шевельнулась в постели, но Питер положил ладонь ей на руку и сказал, что пойдет сам. Она неуверенно кивнула и осталась. Питер прошел в комнату Нила, но остановился у наполовину открытой двери. Он увидел, что Моззи опустился на матрас мальчика и пытался его обнять. - Моз, нет. Не прикасайся ко мне! – голос Нила звучал отчаянно. Он тяжело дышал, стараясь не паниковать. Он попытался оттолкнуть Моззи прочь, но остановился, когда услышал болезненный вздох друга оттого, что задел его рану. – Пожалуйста, Моз, отпусти меня. - Это не сработает со мной, Нил. - Просто отпусти, ты знаешь, почему, - прошептал мальчик. Моззи вздохнул. - Я думал, мы прошли через это, Нил. Нил не пытался оттолкнуть его снова. Он не хотел причинить ему боль. - Посмотри, что случилось с тобой. Ты чуть не умер, - сказал Нил. - Но ведь этого не произошло. Нил покачал головой. - Не благодаря мне. Просто держись в стороне, ладно? - Нил… Было что-то такое в тоне Моззи, что заставило мальчика перестать сопротивляться. Он осторожно опустил голову на плечо друга. Тот выдохнул и обнял его. Питер пытался вернуться в спальню незамеченным, но в этот момент он встретился взглядом с мошенником. Моззи, судя по всему, знал, что Питер был свидетелем этой сцены от начала до конца. Агент кивнул и вышел как можно тише. Сейчас в нем нет надобности. После того, что мужчина видел, он наконец-то перестал злиться. Он наконец-то принял Моззи в свою жизнь. Если он хочет удержать подле себя Нила, нужно принять его друга. Нил, наконец, успокоился, поднял голову, и проговорил шепотом: - Я не знаю, смогу ли я это сделать, Моз. Моззи на секунду задумался, что же он имел в виду. - Ты обо всем этом превращении юного преступника в идеального сына? Нил кивнул. - Я не думаю, что могу так подставить Берков, - пояснил он. – Наверное, в конце концов я все испорчу. Не думаю, что Питер когда-нибудь сможет доверять мне, после всего, что я сделал… - А ты доверяешь ему? – серьезно спросил его друг. Это был несложный вопрос, и Нил признался: - Да. Моззи кивнул. Нил молчал некоторое время, затем спросил: - Моз, а ты помнишь своего отца? - Эй, парень, не нужно об этом. Только не снова, - прозвучал ответ, и Моззи положил руку на плечо Нила. - Я не помню своего отца. И я едва помню маму, - Нил отвернулся. – Мое единственное воспоминание о ней я хотел бы забыть. - «Память может быть раем, из которого нас не увести, а может быть адом, из которого не сбежать» - процитировал Моззи. Повисло молчание, а затем Нил опять заговорил. - Может быть, я из тех ребят, которым не посчастливилось иметь семью, и она им не нужна. Может быть, так даже лучше, - заключил он. - Не говори глупостей, - внушительно произнес коротышка, стараясь заглянуть в глаза товарищу. – Каждому человеку нужна семья. Берки знают, чего ты достоин, а если нет, значит, они не достойны тебя. Кэффри пораженно посмотрел на него: Моз никогда так не говорил с ним. Не будучи убежденным, он все же кивнул, встал и помог другу забраться обратно в постель. Сам же он еще два часа глазел в потолок, прежде чему ему удалось уснуть. Моззи покинул дом на девятый день пребывания с Берками. Они вернулись домой, а он просто исчез, не оставив даже записки. Позже мошенник позвонил, сообщил Нилу, что он в порядке, и горячо благодарил миссис Галстук за ее гостеприимство. Через месяц Нил встретился с Моззи в парке. Он бросился к указанной в сообщении скамейке сзади и хлопнул друга по плечу. - Привет, Моз. Прости, я опоздал, - он задыхался от быстрого бега. - Ты работаешь даже по субботам. Что тут скажешь - ФБР, - саркастично ответил Моззи. - Не сейчас, Моззи. Вчера кое-что произошло. Коротышка отложил газету и внимательно взглянул на друга. - Звонила Алекс. Ее схватил Адлер. - Алекс? – Моззи всегда удивлялся, откуда она так много знает об этой проклятой музыкальной шкатулке. Он надеялся, что все успокоится после их последней неудачи, связанной с этой самой шкатулкой, но оказалось, до тишины и спокойствия далеко. Сейчас в деле замешана Алекс, а это значит, что Нил увяз по уши. Кэффри рассеянно кивнул. - Не думаю, что Адлер остановится, - сказал он, озвучивая мысли Моззи. – Он причинил боль стольким людям… Адлер не остановится. Нил не знал, что думать, что делать, но знал, что он не мог позволить кому-либо еще пострадать из-за него. Теперь в беде Алекс, и он не знал, какой план стоит за всем этим. Он просто знал, что должен остановить его, так или иначе, и даже если он погибнет… Пусть будет так. По крайней мере, он позаботится о том, чтобы Адлер умер вместе с ним. Моззи узнал решительное выражение на лице мальчика и нахмурился. - Нил, обещай, что ты не попадешь в беду. Алекс знает, как о себе позаботиться. Просто… пусть этим занимается взрослый… мужчина. Нил улыбнулся. Да, Питер мог помочь, он и сам думал об этом независимо от Моззи. Он поможет, а затем получит травму или еще хуже. Элизабет никогда не простит его. Нет, он должен сделать это один. Он имел дело с Адлером раньше. Внезапно стало ясно, что конец всему этому может положить только он. Моззи в следующий момент сказал нечто, что Нил отвлекся от своих мыслей. - Нил, я часто говорю тебе «спасибо»? - Саркастически? - Нет. -Риторически? - По-настоящему. Нил пожал плечами. - Не могу вспомнить. А что? - Ты много для меня сделал, и я хочу сказать тебе спасибо за это. Ну, ты знаешь, за то, что заставил Галстука выручить меня, и за то, что заботился обо мне потом. - Моз, не стоит, - тон Нила звучал немного смущенно. – Плюс, я думаю, ты для меня много сделал… - Кэффри остановился. Он и правда многим был обязан своему другу. - Ладно. Просто хотел сказать, что я ценю это, - закончил Моззи. - Без проблем, Моз, - тепло сказал Нил. – Слушай, мне надо идти. Увидимся в среду за ужином? - Да, я приду. Скажи миссис Галстук, что я принесу вино. Нил отправился домой. Еженедельные ужины с Моззи поначалу казались странными, но потом все изменилось. Они с Элизабет стали друзьями, и даже Питеру, казалось, нравилось беседовать с мошенником. Возможность представилась через день. Он узнал от команды Питера, что Адлер будет на торжественном приеме в Российском консульстве в субботу. У Элизабет было запланировано торжественное мероприятие. Питер, очевидно, собирался провести день в наблюдении в фургоне. Приходилось быть осторожным, но у Нила был идеальный план, его единственный шанс покончить с этим, раз и навсегда. Нельзя было терять времени, тем более, если Алекс все еще была в руках у Адлера. На самом деле все оказалось просто. В пятницу он сделал копию ключа Питера от ножного браслета и украл настоящий ключ. В 5 часов вечера в субботу он впервые вошел в спальню Берков. Он много раз оставался один дома, но всякий раз только стоял на пороге, оглядывая комнату – он не мог нарушить их доверие, роясь в их вещах. Это казалось неправильным. На этот раз он пошел прямо к сейфу – пару раз юный мошенник видел, как Питер открывал его. Сачмо уселся на пороге, глядя на мальчика с любопытством, и Нил не мог отделаться от чувства вины. Он открыл сейф при помощи ключа и оборудования, которое купил накануне. Нил заглянул внутрь и обнаружил документы, паспорта, несколько фотографий, и запасной пистолет Питера. Застыв, Нил смотрел на него с минуту, а потом резко схватил. На пистолете был предохранитель, но он был заряжен. Мальчик покачал головой, чтобы сбросить оцепенение, и спрятал пистолет за пояс. *** Она ненавидела это. Сидеть и ожидать того, кто, возможно, так и не появится. Диана посмотрела на монитор и неожиданно выпрямилась в сиденье. Не может быть. Она пригляделась ближе. Не может быть. Но так и было. Нил был там, и он только что проскользнул мимо охраны, использовав отвлекающий маневр. Зачем Нил здесь? Она схватила телефон и поспешно проговорила: - Босс, вам это не понравится. - Что там еще? – раздраженно спросил Питер, глядя по сторонам. Он уже был внутри консульства. Там было полно народу, а Берк ненавидел такие приемы. Русские утверждали, что анонимно получили музыкальную шкатулку из Янтарной комнаты Екатерины Великой в Санкт-Петербурге. Она считалась бесценной. У ФБР были веские причины полагать, что Адлер что-то затеял. Владел ли он этой шкатулкой раньше? Если да, зачем отдавать ее назад? А если нет, то были все причины предполагать, что Адлер попытается ее выкрасть. Голос Дианы звучал встревоженно. - Кэффри только что вошел внутрь. - Нил здесь? – спросил Питер, оборачиваясь, пытаясь взглядом найти мальчишку. Он замер, увидев Адлера, поднимающегося по лестнице. - Да. Мне найти его? – Диана уже вышла из машины. - Убедись, что он не столкнется с Адлером, - Питер выключил телефон и пошел наверх, но его остановила охрана. Нил уже поднялся на второй этаж с другой стороны. Он заметил Адлера в тот самый момент, когда вошел, и слышал, как Питер спорит с охранником внизу. Так что он поспешно проскользнул в комнату, в которой находился Адлер, и запер ее изнутри. Диана уже стояла рядом с Питером, отчаянно жестикулируя и тыча своим значком в лицо охранника. Берк взял вибрирующий мобильный. - Галстук, у нас красный код. Питер выругался. - Сейчас не время, Моззи. Он наконец-то поднялся наверх в сопровождении Дианы. - В этот черный день я поворачиваюсь лицом к системе вместо того, чтобы бежать от нее, - сказал Моззи. - Говори быстрее! – выкрикнул Питер. - Помнишь, ты попросил меня сказать, если Нил захочет сделать что-то глупое? Ну, я с сожалением сообщаю, что он снял браслет. - Черт возьми! Питер уже это понял. Нил был где-то здесь, и он точно задумал что-то глупое. - Но это не самое худшее, - Моззи на секунду остановился. – У него пистолет. Они услышали выстрел из комнаты в конце коридора, и Питер на секунду решил, что у него остановилось сердце. Нил. Он сунул телефон в карман брюк и вытащил пистолет. Они с Дианой подошли к двери и попытались открыть ее, но она была заперта. Он слышал голоса за дверью. Нил был там, с пистолетом. Берк ударил плечом в дверь, отчаянно пытаясь отпереть ее. - Нил! – отчаянно закричал Питер. – Нил! Нил дрожал. Его всего трясло. Его глаза были широко открыты, блестящие и красные. Ему пришлось часто моргать, чтобы не проронить слезы перед человеком, которого он ненавидел. Нил попытался вдохнуть глубже. Он только что выстрелил из пистолета Питера. Он проделал отверстие в стене, прямо возле головы Адлера. Они были одни в комнате, но все нужно было сделать быстро. Кто-то тарабанил в дверь с той стороны. Кто-то. Питер. - Скажи, зачем ты убил Кейт. Нил ненавидел себя за то, как прозвучал его голос. Он был наполнен ненавистью и страхом. Мальчик был уверен, что Адлер тоже почувствовал это. - Что ты делаешь, Нил? Я думал, насилие – это не твой стиль, - Винсент Адлер был спокоен и собран, как всегда. Он поднял руки вверх. - Ты убил ее. Ты чуть не убил Моззи, ты похитил Алекс. Назови мне хотя бы одну причину, почему я не должен пустить тебе пулю в лоб прямо сейчас! – выпалил Нил. - Нил, вы все знали, на что шли. Вы были моими дешевыми вложениями, которыми легко манипулировать, и никто бы не скучал по вам, когда пришло бы время избавиться от ваших услуг. - Адлер опустил руки и рассмеялся. – Нужно было, чтобы Кейт послужила примером. Моззи получил то, что заслужил, а у Алекс был ключ от музыкальной шкатулки. Помнишь то небольшое недоразумение с русскими, пару лет назад? Ну, им нужна была шкатулка, а я только хотел получить код, отсюда этот прием… - Заткнись, Адлер. Просто заткнись. Чего ты хочешь от меня, от всех нас? – Нил направил на него дуло пистолета. - Я хочу, чтобы вы проделали еще одну работу… Внезапно дверь распахнулась, и агент Берк, агент Бэрриган, и еще пять агентов ворвались в комнату. Нил бросил косой взгляд и снова поднял пистолет. Он направил его прямо на Адлера и проигнорировал остальных людей. Он должен был покончить с этим сейчас. Просто нажать на курок – и все будет кончено. Все будут в безопасности. Он убьет сукиного сына, который убил Кейт и причинил боль его друзьям. Нил ненавидел его. Питер тоже был здесь. Он говорил с ним. Нил пытался игнорировать его и сосредоточиться на стрельбе в Адлера, но не мог. Это был Питер. - Нил, - осторожно произнес Питер. Он почувствовал облегчение, как только вбежал и увидел, что Кэффри не ранен и не истекает кровью, как уже успело надумать его взбудораженное воображение. Облегчение длилось недолго. Оно исчезло, когда агент увидел впереди подростка с пистолетом в руке, готового убить. Нил, который никогда никому не причинил зла, собирался убить стоящего перед ним человека, и Питеру отчаянно захотелось самому убить Адлера за то, что он довел мальчика до такого. - Нил. Нил, посмотри на меня, - агент опустил пистолет и попытался приблизиться к своему подопечному. - Нил, посмотри на меня. - Он убил Кейт, - в голосе Нила сквозило страдание. – Я убью его, за то, что он причинил боль Моззи и Алекс… Он убил Кейт. Он шагнул ближе к Адлеру, не нарушая зрительный контакт с человеком, в которого собирался стрелять. - Я хочу, чтобы он мучился от боли, так же, как мучилась она, - голос Нила дрогнул. - Мы остановим его, но не так. Так нельзя, никогда. Доверься мне, - голос Питера звучал уверенно и убедительно. - Мошенник никому не доверяет, Нил. Вспомни, я учил тебя этому, - спокойным тоном произнес Адлер. Питер хотел задушить этого человека. - Ради Бога, заткнись, Адлер. Ты не помогаешь. - Он обратился к мальчику снова. - Нил, ты не мошенник, ты даже не взрослый мужчина. Тебе пятнадцать, ты ребенок. Нил снова трясло; слова Питера на него не действовали. - Нил!- Голос Питера дрожал, но он не собирался спорить, он приказывал. – Нил, посмотри на меня! Посмотри на меня, Нил. Нил, давай же. Посмотри на меня. Нил, наконец, повернул голову, чтобы посмотреть на Питера, но не опустил пистолет. Питер вздохнул. Нил выглядел таким потерянным. Потерянным, одиноким, страдающим. Он дрожал, его волосы были растрепаны, в глазах стояли слезы. Он пытался дышать глубже и умоляюще смотрел на Питера. Весь его вид умолял Питера остановить его. - Нил, это не ты, опусти пистолет, - убеждал Берк. – Ты не такой. Нил еще раз посмотрел на Адлера и опустил пистолет. Он отошел и отдал его Питеру, в то время как другие агенты подошли ближе, и Диана застегнула на нем наручники.