Наваждение

Суббота, вечер. Кабинет директора

— Флитвик, вы уверены? — Я видел его так же, как сейчас вас. — Я тоже видела. — Это очень серьезно, коллеги. Не будем поднимать панику. Я свяжусь с министром. — Мы должны защитить учеников! — Ученикам ничего не угрожает. Мы должны присматривать за Северусом. — Думаете… — Не сомневаюсь. И запомните, никто, подчеркиваю, НИКТО в школе, за исключением присутствующих не должен ничего узнать. МакГонагалл взмахнула палочкой, вызывая патронуса в виде серебристой кошки, и быстро надиктовала сообщение: — Мадам Спраут, я прошу вас безотлагательно подняться в кабинет директора.

***

POV Гарри В Хогвартс я возвращаюсь только к вечеру и изрядно взвинченным. Конечно, из этой внеплановой отлучки мне удалось извлечь свои плюсы — например, к завтраку я отправлю прекрасным леди Малфой фирменное мороженное Фортескью. Думаю, это порадует Гермиону — это ее любимое мороженное, которое нигде, кроме как на Диагон аллее не найдешь. Впрочем, на этом положительные моменты сегодняшнего дня заканчиваются, постепенно сходя на нет под влиянием всего остального. Во мне вовсю бушует безумный коктейль — глухое раздражение вперемешку с разочарованием, желанием что-нибудь разбить, кого-нибудь спасти в старом-добром гриффиндорском стиле, что-то сделать и одновременно просто развалиться в кресле и не делать ничего. И все это было вызвано внезапным срочным визитом в «ВВВ». Вот ведь жуки! Джордж тоже хорош! Ждать столько времени, ни словом не давая знать об истинном положении дел, и довести магазин практически до разорения. В его защиту стоит сказать, что он держался как мог, но все же этого, как оказалось, было недостаточно. Близнецы Фред и Джордж Уизли всегда были единым целым — они жили, говорили и думали как единый организм. После смерти Фреда я не раз наблюдал творческие кризисы у Джорджа. Без брата ему было трудно придумывать новые вредилки, без брата ему было не так интересно ломать голову и испытывать результаты своих изысканий — не с кем было разделить эмоции от удавшейся шутки или вести дискуссии по поводу причин провала. Без брата ему просто было скучно жить. Первое время магазин взяли на себя Рон и Джинни, позволяя Джорджу не вылезать из лаборатории, а с началом нового учебного года работали по выходным. Я, как мог, помогал ему в изобретениях. Еще одна странность — никого, кроме меня Джордж не пускал в их с братом святая святых. Он объяснял это тем, что я «Третий дух рождества», единственный инвестор, но я думаю, Джордж просто знал, что никто кроме меня не сможет понять его так, как Герой, потерявший всех. Во время наших бесед, когда Джордж словно немного оживал, я только убеждался в сложившемся мнении, ведь, как не старайся, а выдумщик-затейник из меня так себе. Но Фордж настойчиво продолжал звать меня на «день новинок», который перенес ради меня на выходные. Я не мог заменить ему «Братишку Дреда», но я видел, что после наших бесед ему действительно становилось легче творить, и какое-то время магазин еще неплохо держался на плаву. Но, с моим становлением в должность профессора и началом наших с Малфоем исследований, у меня оставалось все меньше и меньше времени не то что на других, а даже на себя. Рон ушел в академию при Аврорате и тоже занялся своей жизнью. Джинни забеременела незадолго до выпуска, и старалась помогать в магазине до последнего, но после родов все ее силы и время занимали дочь и муж. Этим летом у Рона была практика в полевых условиях, а я мотался между Люксембургом, хогвартской лабораторией с исследованиями и подготовкой к августовскому Конгрессу зельеваров. Из-за этого я снова не мог уделять «ВВВ» много внимания. Когда мне все же удавалось вырваться, Джордж всегда был мне рад — мы запирались в лаборатории вечерами, Джордж говорил, что все хорошо, и я ему верил, наверное, просто хотел верить, чтобы не взваливать на себя еще и проблемы магазина. Пожалуй, мне все же стоило надавить, узнать истинное положение вещей, и тогда не дошло бы до скандала. «Это и моя вина» — думал я, под горьким и виноватым взглядом Джорджа выписывая налоговым приставам, пришедшим опечатывать магазин, кругленькую сумму. И это было не преувеличение — задумайся я над этим раньше, смог бы предсказать такой вариант развития событий. Если бы я только обращал внимание на свои счета в Гринготсе и просматривал выписки по ним чаще раза в год, то непременно заметил бы резко упавшую процентную прибыль, ежемесячно отчисляющуюся мне магазином. А реальность была не радужной: качество продукции упало, количество новинок сократилось, что дало возможность конкурентам довольно быстро укрепиться на рынке. Мало того, как оказалось, не единожды имели место быть штрафы за просроченную продукцию пищевого характера. Когда я в срочном порядке прибыл в магазин Уизли, его уже начали опечатывать. Конечно, мне пришлось выписать чек на несколько нолей, чтобы покрыть все долги и штрафы, но что-то уж больно прилипчивыми выглядели господа. Стоит отметить — мало, кто знал о моей причастности к магазину волшебных вредилок, поэтому я с удовольствием наблюдал, как схлынула краска с лиц товарищей инспекторов, как только я показался из камина в кабинете Джорджа. Но даже несмотря на мое появление, от своего они не отступали. И это-то и было странным. Как бы мне не претили все эти лобызания геройского филея, но тенденция сформировалась — одно только мое появление без всяких слов решало все проблемы. Как же, если уж на сцену вышел сам Гарри Поттер! Но в этот раз все было по другому сценарию — они не только не «сбежали», стоило мне обратиться к Джорджу, как к старому другу, но даже банальной отсрочки не предложили, а получив от меня чек, не спешили откланяться, а продолжили проверку. Видимо, господам заплатили, и уж явно побольше суммы штрафа в моем чеке. Это в целом ожидаемо — несмотря на упадок, «Всевозможные Волшебные Вредилки» оставались серьезным конкурентом, и если бы они внезапно снова вернули прежнюю планку, то оставили бы новоявленных конкурентов далеко позади. Я не удивлен, что те решили потопить ослабшего противника, пользуясь моментом. Но тот факт, что, несмотря на все усилия, в наших министерских структурах все еще остались подобные продажные личности, мне здорово не нравился, и я намереваюсь разобраться с этим. И дело даже не в том, что «Герой покрывает своих», как написала бы Скитер, а в том, что по закону Джорджу должны были выслать предупреждение, прежде чем приходить опечатывать. Но по словам самого Джорджа, уже после того, как нас покинули инспектора — он ничего не получал, и тут я ему верил. Значит, нарушения в связи с подкупом — а это уже повод вмешаться. Напишу Кингсли и заодно Перси поспрашиваю о мерах пресечения. Когда позже мы с Джорджем сидели в мастерской и пили кофе, я, конечно, высказал ему все что думаю о его упертости и безалаберности. Тогда же я увидел истинные отчеты за последние полтора года. Как можно было настолько все запустить? Джордж оправдывался и долго благодарил меня, что снова его вытащил. Конечно, раз уж все так сложилось, логичнее было бы оставить все как есть и позволить магазину закрыться — он стал убыточным, и вряд ли Джордж сможет вернуть ему прежнюю славу. Он спросил меня о том же, на что я ответил, что не могу просто позволить самому великому детищу Фреда пропасть даром. Эти слова подействовали на Джорджа, как ушат ледяной воды и я видел как в его глазах зажглись бледные искорки. Кажется, сыграть на его совести и памяти о брате было верным решением. Душой я не кривил, но и всей правды не сказал. Я стребовал с Джорджа слово, что он возьмет себя в руки и продержится до лета. Джордж удивился, но клятвенно заверил, что не разочарует меня, а так же что впредь будет держать в курсе дел. Я же в свою очередь не зря поставил срок именно до лета. Была у меня одна перспективная идея, которой семнадцать лет назад дали имя Арчи Кроукен.

***

Сидя за столом в Большом Зале, Гарри с трудом сдерживал ежеминутные зевки. Он вяло возил ложкой по тарелке с овсянкой и мрачно размышлял над возможными модификациями Бодрящего зелья. Входящий в стандартный состав яд арагонской виверны сводил на нет все действия зелья на организм одного конкретного победителя василисков. Чары гламура успешно скрывали мешки под глазами, но общая вялость движений выдавала молодого зельевара с головой. — Плохо спал, Гарри? — Неприменул отметить его состояние профессор Флитвик. — Я полночи изучал бумаги, присланные Драко и выписки из Гринготтса, — честно ответил Поттер, понижая голос едва не до шепота. — У… Джорджа все в порядке? Рука с ложкой дрогнула и застыла в воздухе. — Филиус, с чего вы… — То срочное письмо — я увидел на нем печать их магазина. Что-то случилось? Это не мое дело, но как их… его бывший учитель я тревожусь… Гарри не торопился с ответом. С одной стороны, Филиус был одним из его любимых преподавателей, а ныне замечательным другом — всегда честный, открытый и никогда не отказывал в помощи — врать ему Гарри хотел бы в самую последнюю очередь. С другой стороны — это не его тайна и пусть Мастер чар не любитель выбалтывать чужие беды, но и сам он был не из таких. — У него… были кое-какие трудности, но мы вчера все решили, и, я думаю, теперь все наладится. — Вот как, это замечательно! — А как вы вчера сходили? — поспешил сменить неприятную тему Поттер. — Кхгм… — прокашлялся Филиус, аккуратно отодвигая вилку и с заговорщическим видом смотря на Гарри, — Как тебе сказать, Гарри. Кто-то из учеников умудрился отчебучить весьма возмутительное действо. К сожалению, виновники найдены не были, поэтому директор решила, во избежание повторения инцидента, что на следующей неделе в Хогсмид пойдут все деканы. Гарри тяжело вздохнул. Их разговор не остался незамеченным для остальных преподавателей, и несчастного Флитвика тут же завалили вопросами кто и что отчебучил. — Если бы мы знали, — решила выручить коллегу Хуч, — в крайних мерах не было бы никакого смысла. Мы бы наказали виновных и проследили, чтобы подобное не повторилось. Проблема в том, что мы так и не вычислили провинившихся. — Что именно умудрились выкинуть эти образцы Хомо деградатикус, из-за чего я буду вынужден потратить выходной на роль бараньего пастуха на неделю раньше? — О, Северус, это не имеет значения, — тут же бодро отозвалась директор, чем вызвала недоуменно поднятые брови. Поняв, что запахло жареным, Минерва решила срочно отвлечь зельевара — к сожалению ты все равно не сможешь пойти в Хогсмид, так что вместо тебя пойдет Аврора. — Прости, мне кажется я явно услышал слово «деканы». Или вы решили, что я не справляюсь с новой-старой должностью, госпожа директор? — Что ты! — встрепенулась та. В конце концов, кто-кто, а Северус единственный, кто вообще справлялся со змеенышами. С его возвращением в должность слизеринцы наконец перестали доставлять проблемы в былом объеме, и только за сократившуюся дозу ежедневного умиротворяющего Минерва готова была молиться на коллегу. — Понимаешь, Северус… Я вчера совсем забыла тебе сказать… Господин министр Шеклболт заходил с просьбой сообщить тебе, что в субботу тебе обязательно присутствовать на какой-то там прессконференции. — Интересно, а сам министр уже в курсе? — склонившись к самому уху, прошептала декан гриффиндора своей хаффлпафской коллеге. — А у него есть выбор? — пожав плечами так же шепотом ответила Спраут. Их маленький диалог был услышан только прыснувшим в кулак Флитвиком, отличающимся отменным гоблинским слухом и тот тут же был атакован обеспокоенным Поттером, решившим что сосед подавился. — О, — сощурился зельевар, — с каких это пор приглашения на подобные мероприятия передаются через начальство? — Он решил, что ты письмо сожжешь, даже не дочитав, а если передаст лично — ты его проклянешь и прикопаешь. А я, как директор, неприкосновенна для тебя, — утвердительно поведала директор. — Надо же, — хмыкнул зельевар, скривившись, — а я думал, что у авроров чувство самосохранения атрофируется вместе с мозгами по долгу службы. — Северус! — Укоризненно покачала головой МакГонагалл. — Я не собираюсь участвовать в очередном балагане Шеклболта, — безапелляционно поставил перед фактом Снейп. — У тебя нет выбора. Я уже послала твое официальное согласие, — как бы между прочим ответила директор, с самым невинным видом отправляя в рот последний кусочек бекона. — ТЫ ЧТО?!!!!!

***

POV Гарри Арчи был магглорожденным волшебником-сиротой из пригорода Уэльса, усыновленный в восемь лет чистокровной семьей. Очевидно, именно его близкое общение с магглами первые восемь лет жизни и обуславливало достаточно незаурядную фантазию этого юноши. Сейчас он учится на седьмом курсе Гриффиндора. Во времена активной деятельности ОД Арчибальд был генератором идей, и именно он был автором самых заковыристых пакостей семейке Кэрроу. Когда война закончилась, Арчи некуда было девать свой потенциал, а потому, промаявшись весь пятый курс, его прорвало к шестому. Жертвами розыгрышей становились не только студенты всех факультетов и возрастов, но и преподаватели. Я обратил на него внимание из-за его вызывающего эссе, и, хоть и разгромил его мысли в пух и прах относительно их уместности в контексте заданной темы, не мог не отметить, что довольно редко встречал такую необычную точку зрения и взгляд на, казалось бы, простейшие составы и ингредиенты. Пару раз во время дежурств я ловил его в подсобках за приготовлением интересных зелий и порошков, а Филиус несколько раз отмечал его успехи в клубе артефакторики и сокрушался о том, что юный гений тратится на создание глупых шуток. Сейчас же в этом юном гение я видел шанс «ВВВ». Осталось только узнать о планах на будущее самого Арчи. Конец POV Перехватив балагура после завтрака в коридоре, под любопытные взгляды учеников Поттер попросил уделить ему некоторое время. Они в тишине дошли до Черного Озера. Гарри время от времени чувствовал на себе опасливые, немного даже затравленные, взгляды студента. Про себя усмехнувшись он постарался придать своему образу как можно более нечитаемый вид. Остановившись на берегу возле раскидистого дерева с огромным валуном у подножья, Поттер заговорил первым. — Успокойтесь, мистер Кроукен. Я позвал вас не с намерением выговорить за очередную шалость. Увидев, как расслабились напряженные плечи, он сделал себе пометку разузнать, что же тот выкинул в очередной раз и не он ли был вчерашним хулиганом. — Я бы хотел поговорить с вами о ваших планах на будущее. — Но профессор, вы ведь не наш декан. — Это никак не касается плановых бесед, которые деканы проводят с семикурсниками. Это личная инициатива, но уверяю вас, вы вскоре поймете мои мотивы. И так? — Магический университет Британии, факультет магической экономики и юридических отношений. Гарри слегка подвис, и старался всеми силами не выдать своего истинного состояния перед студентом. Вместо этого он нахмурился и окинул того одним из своих наиболее скептических взглядов. — Что, простите? — Магический универ… — Я не страдаю проблемами аудиального восприятия информации, мистер Кроукен. — Резко припечатал Поттер в лучших Снейповских традициях. О да, профессор мог бы им гордиться. — Но тогда я не понимаю. Вы ведь спрашивали о планах на будущее. — Именно. Я спрашивал вас о ВАШИХ планах на будущее. — Я их назвал. Гарри едва сдержался от того, чтобы не познакомить свою ладонь с лицом в соответствующем жесте. — Мистер Кроукен, уж не сочтите за грубость, но мне куда охотнее и проще представить в названной вами обстановке нашего старого доброго Пивза, нежели вас. — Не поверите, мне тоже — тихо буркнул про себя студент, но эта фраза все же достигла ушей профессора. — Значит ли это, что озвученные вами планы все же не ваши, а, скажем, ваших родителей? Парень промолчал, лишь насупился и спрятав руки в карманы отвернулся туда, где блестела на солнце тихая гладь озера. — Полагаю молчание знак согласия? — Кого вообще волнует мои это планы или моих родителей? Разницы нет, — немного резче, чем хотел, огрызнулся Арчи и тут же спал с лица, понимая на кого сорвался. — Арчи, — вопреки ожиданиям, терпеливо выдохнув проговорил Гарри, и заставил собеседника дернуться от неожиданности, — если я, не будучи вашим деканом заинтересовался данным вопросом, вы, если подумаете, сможете сделать вполне логичное заключение, что для чего-то мне эта информация все-таки нужна. Парень довольно правдоподобно изображал сову целых пять секунд, в течении которых Гарри терпеливо ждал. Наконец Арчи выдохнул и, Гарри готов поспорить, сжал спрятанные в карманах ладони. — Профессор, я не знаю почему вы вдруг заинтересовались… Но… Да, вы правы, этот университет — планы родителей, но вы ведь знаете, как у чистокровных заведено — мы конечно не аристократы, но традиций никто не отменял. Родители решили, а значит мое мнение учитываться не будет. В противном случае я даже думать не желаю. — Я рад это слышать. Иначе я был бы в вас крайне разочарован. — А? — «Б», мистер Кроукен. А если не брать в расчет ваших родителей, чего хотели бы от своей жизни именно ВЫ? — Ну… — юноша замялся. — Смелее, молодой человек. — Игрушки. — Выпалил тот, но не дождавшись сарказма или насмешек, немного успокоился — Профессор, вы ведь не хуже других наслышаны, — он взглянул на преподавателя и дождался утвердительного кивка, — Ну и вот. Мне нравится придумывать новые игрушки, которые были бы интересны детям любого возраста, и изобретать всякие штуки подобного характера. Я мечтаю о своей мастерской и выпустить собственную небольшую торговую линию — мне нравится поднимать другим настроение. У меня есть младшая сестра, ей девять — родители к ней очень строги, поэтому она довольно замкнутая и необщительная. Но когда я что-нибудь придумываю, Алиса всегда смеется. — Забывшись, мальчик мечтательно улыбнулся. Он снова смотрел на воду и не видел удовлетворенной улыбки своего визави. — Но родители считают это пустой тратой времени, говоря, мол, все, что можно было придумать, уже придумали до меня. Но согласились, если я закончу соответствующий факультет в университете, снабдить меня стартовым капиталом для реализации одной бизнес-идеи. Но… с условием, что если провалюсь, то стану преемником отца. — Если не ошибаюсь, фирма вашего отца занимается добычей и поставкой магической глины? — Да. Поттер скривился. — Бездарнейшая трата вашего потенциала. — Гарри не без удовольствия отметил моментально вскинувшийся взгляд, выражающий полное неверие услышанному. — Не удивляйтесь. Если помните, Арчи — Гарри нарочно не называл подростка полным именем, так как точно знал, что тот его не переносит — чего только стоили вопиллеры его маменьки, в которых «Арчибальд» повторялось через каждые 3-4 слова. Вообще довольно распространенный метод давления и навязывания своей воли, только вот если бы сам Гарри слышал свое имя в такой периодичности, тоже стал бы кривиться при одном его упоминании, — я никогда не отличался отсутствием внимания к своим студентам. Кроме того, я имел возможность обучаться несколько лет и делить факультетскую гостиную с небезызвестными близнецами Уизли, чью продукцию вы так активно употребляете в своих проказах. И ввиду личного опыта я в состоянии отличить настоящий талант от дешевого подражательства чужим успехам. — Спасибо, слышать подобное от вас… Но я все еще не понимаю зачем этот разговор? — А затем, что насколько я понял из вашего сжатого рассказа, вся проблема в ваших родителях. А точнее в их финансах. — Да. Если не от них, то мне больше неоткуда получить капитал. Кредит я взять не смогу, ведь родители не согласятся быть поручителями, а отец сделает так, что ни один потенциальный инвестор даже говорить со мной не станет. А без стартового капитала о собственной линии можно забыть. — А если бы я сказал вам, что существует реальная возможность для вас, запустить в производство ваши идеи и получать за них прибыль уже в ближайшее время, без необходимости вмешательства ваших родных? — Гарри полуобернулся к ошарашенному подростку и одарил того проказливой усмешкой. — Как…? — Видите ли, мистер Кроукен, так уж вышло, что сложилась определенная ситуация. Я не зря упомянул Уизли в нашем разговоре. Как вам известно, «Всевозможные Волшебные Вредилки», столь любимые многими, были открыты братьями-близнецами Фредом и Джорджем Уизли. Я, как главный спонсор, имею к их магазину самое прямое отношение, и благодаря этому, стал свидетелем некоторых проблем данного магазина. К сожалению, после смерти Фреда, Джордж Уизли тянет магазин практически в одиночку и ему просто необходима еще одна пара рук. Если в комплекте с этой парой рук будет идти незаурядное воображение и способность рождать гений из ничего, и вовсе идеально. Я убедил Джорджа подыскать подходящего компаньона. Если вы заинтересованы, то я с удовольствием сопровожу вас к нему на следующих выходных, чтобы вы представили ему несколько своих разработок, и я уверен, вы вернете моему другу прежний запал и желание творить. Таким образом, вы получите возможность заниматься любимым делом и реализовать свою мечту без финансовой поддержки семьи, не тратя время и силы на неугодные университеты. Что вы на это скажете? А мальчишка не сказал ничего. Он во все глаза уставился на профессора, который только что сделал лучшее предложение в его жизни, и он будет полнейшим идиотом, если упустит этот шанс. Идиотом Арчи Кроукен не был никогда. Горячо поблагодарив профессора, семикурсник с горящим взглядом унесся в свою спальню, перебирать записи с экспериментами и удачные изобретения, выбирая то, что можно будет представить на суд одного из его кумиров уже через какую-то жалкую неделю. Гарри проводил ученика теплой улыбкой, которую тот не мог увидеть. Все сложилось, как нельзя лучше. Он старательно вытеснил из головы настойчивую мысль о том, что если все идет хорошо, то жди большой навозной кучи.

***

Дверь в кабинет директора с грохотом распахнулась, ударяясь о стену. С потолка посыпался песок аккурат на черную макушку ворвавшегося неистовым ураганом Снейпа. — Шеклболт, дементора тебе в супруги! — От дикого рева портреты словно приложенные депульсо, исчезли за рамами, нарисованный Дамблдор встрепенулся, едва не свалился с нарисованного кресла и уронил нарисованные очки-половинки, а сидящий напротив директорского стола министр подскочил роняя тюбетейку с головы. Профессор МакГонагалл втянула шею, как никогда жалея, что ее анимагическая форма всего лишь кошка, а не хамелеон. Раздраженный декан Слизерина это вам не Волдеморт со своей шайкой. — Что это за цирк с испорченным телефоном?! — Рявкнул зельевар. — Телефоном? С-снейп, каким еще телефоном? Когда он был испорчен? Директор, почему я не в курсе о том, что в школе хранятся испорченные артефакты? Это может быть опасно, — проблеял Кингсли, переводя взгляд с хлопнувшего себя ладонью по лбу Северуса на недоуменно лупающую глазами МакГонагалл. — Снейп, я не знаю о чем ты говоришь, но я даю слово министра магии, что не имею к тому отношения, но сделаю все, чтобы разобраться в ситуации, — с самым серьезным видом произнес бывший аврор. — Мордред, все кандидаты в министры такие бараны, или вас специально избирают по этому признаку? — прошипел себе под нос зельевар, игнорируя возмущенный взгляд оного. — Забудь про телефоны — это маггловская метафора, — выдохнул мужчина, — объясни мне, Мерлина ради, что это за мордредова пресс-конференция, на которой, выкипевшее зелье из котла*, как необходимо мое присутствие?! — Конференция? — Зельевар с легким удивлением отметил, что почтеннейший министр стал уж больно похож на наиболее распространенный вид почтовых птиц. Правда, какой-то явно туземской национальности. — Какая еще… — взгляд Шеклболта упал на выразительное лицо директрисы. — Да, та конференция, господин министр, о которой вы просили меня предупредить Северуса. Та, которая будет в субботу на будущей неделе, и на которую, как ВЫ сказали, Северусу просто необходимо прийти! — последнее она уже цедила едва ли не сквозь зубы, глядя в глаза важного гостя. — А, та конфернция! — Вы надо мной издеваетесь? — Зло выплюнул Снейп, которого этот дешевый фарс начинал откровенно бесить. — Значит так, господа заговорщики! С прискорбием сообщаю, что конспираторы из вас, как из Малфоев альтруисты! — голос сочился ядом. Снейп столкнулся с понимающе насмешливым взглядом портретного Дамблдора и это добавило масла в и так разгорающееся пламя. — И подобный театр при плохой игре я нахожу крайне оскорбительным, поэтому кончайте этот детский сад и немедленно говорите, что происходит, иначе, уважаемая директор — он посмотрел на ту многозначительным взглядом, — я пойду выражать всю степень моего разочарования вашими актерскими способностями на баллах вашего ненаглядного Гриффиндора. — Северус! — Возмущенно воскликнула госпожа директор, — Это вопиющее… — Я жду! Повисла тишина. Северус видел, как директор стиснула в пальцах подол мантии, как заметался взгляд Кингсли, и окончательно потерял терпение. Чего Северус Снейп никогда не терпел — так это попытки делать из него идиота. — Ну?! — Понимаешь, Снейп… — начал Кингсли, — в будущую субботу состоится презентация новой книги Риты. — При чем здесь я? — Книга называется «Северус Снейп: Темный рыцарь Света», — Кингсли приготовился к громогласным восклицаниям, но Северус молчал. Он сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем нарочито мягко и очень тихо спросить: — Что, прости? Любой, кто знал Северуса Снейпа более менее хорошо, знал и то, что чем громче тот кричит, тем проще будут последствия… Все присутствующие в этом кабинете Снейпа знали ОЧЕНЬ хорошо. С лица Минервы вмиг сошли краски, Дамблдор с тихим «ой-ой-ой» решил все же последовать примеру других экс-директоров, и исчез за рамой, а Кингсли отступил поближе к камину, на всякий случай, готовясь в любой момент выхватить палочку. На скулах зельевара заиграли желваки. Кулаки сжались до побеления костяшек. В кабинете заметно похолодало, и непонятно откуда повеяло сквозняком. На столе директора зашелестели пергаменты, мебель затряслась и с характерным звуком задрожали стекла, медленно покрываясь морозным узором. Комната моментально наполнилась концентрированным ароматом корицы. В чашках, из которых ранее пили директор и министр, вместо чая оказался желтый порошок, и кошачьего обоняния МакГонагалл коснулся едкий запах серы. Дело было дрянь. — Снейп, успокойся! Послушай, — попытался успокоить его министр — Я… Я не мог на нее повлиять! О том, что книга существует, я узнал уже когда ее отправили в печать, — испуганно начал тараторить тот. — У нее в редакции был свой человек, и это прошло мимо меня. Поэтому я хотел, чтобы ты был специальным гостем на этой пресс-конференции, посвященной презентации книги. Ты… ты же знаешь Риту, мне удалось добраться до ее рукописей — она переврала кучу фактов. Она тебя в книге едва ли не Избранным вместо Гарри делает! Представляешь, что начнется, если люди в это поверят? Охотники на героя Поттера - это аудитория от четырнадцати до тридцати лет, и два года назад они едва не повалили всю каминную сеть, пытаясь в Хогвартс прорваться. А ведь часть из них здесь училась. В твоем случае, возрастной порог поднимется минимум вдвое! Представляешь, что будет? Тебя не оставят в покое, это в твоих интересах! — Фактически на одном дыхании выпалил Шеклболт и с облегчением обнаружил, что окна перестали дрожать и запах корицы стал слабее. О да, у Снейпа было очень яркое и живое воображение. Он представил. Вон как молнии в глазах потухли. — А так у тебя будет возможность развеять мифы и преподнести народу свою версию. Еще и Рите нагадишь, если опустишь репутацию книги. Она от нее знаешь, каких прибылей ждёт? — Уже спокойно, увидев что его слова достигли цели, с искушающими нотками увещевал министр. — Твоя взяла, Кингсли, — сдался через некоторое время Снейп, для которого решающим фактором стала возможность подгадить наглой писаке, лишившей его покоя. — Ну, Минерва… — когда дверь за зельеваром захлопнулась, и Минерва с Кингсли облегченно выдохнули, темнокожий министр укоризненно посмотрел на собеседницу. — Прости, я не успела всего объяснить. Спасибо. — Ну, уговорить мисс Скитер провести презентацию книги на неделю раньше труда особо не составит, но я хочу немедленно услышать о том, что здесь на самом деле происходит и ради чего мы только что едва не вызвали стихийный выброс у второго по силе мага архипелага?! — Давай выпьем…

***

Покинув директорский кабинет, Северус летел по коридорам сверкая глазами и все еще распространяя вокруг себя плотную ауру раздражения и злобы. Мантия развевалась черными крыльями в лучших традициях «Ужаса подземелий». Распугивая встречающихся по пути студентов и привидений, он вылетел из замка и направился подальше. В груди клокотал гнев и ему необходимо было срочно проветрить голову. Иначе он рисковал всерьез кого-нибудь проклясть или не сдержаться и отправиться травить гадину Скитер, мандрагору ей вместо сережек. В Азкабан, особенно после того, как едва выкарабкался с того света, не очень тянуло. Он размашистым шагом несся вдоль кромки черного озера, пока в поле зрения не появилось излюбленное за долгие годы место релаксации. По мере приближения зельевар с новой вспышкой ярости заметил, что его любимое дерево и камень уже кто-то облюбовал и нагло греет своей задницей. Еще через пару метров уже можно было четко различить оккупанта-камикадзе. «Поттер, — пронеслось в голове имя потенциального громоотвода, — это ты вовремя мне попался!» — мысленно потирая руки и уже предвкушая будущее «избиение младенца», Снейп накинул дезилюминационные чары и направился прямиком к месту дислокации парня.

***

Гарри присел на камень и в задумчивости уставился на водную гладь. Где-то ближе к центру озера над водой мелькнул и тут же скрылся белесый бок огромного кальмара, подплывшего поближе к поверхности не иначе, как «позагорать». Мысль о загорающих морепродуктах вызвала у Гарри невольную улыбку. Погода радовала, проблема Джорджа практически решена, студенты за прошедшую неделю почти не тупили, даже магглорожденные особо не трепали нервы, Снейп жив-здоров, их с Драко исследования потихоньку продвигаются, и даже птички поют казалось бы с идеальной громкостью. Красота. Не успел он в полной мере насладиться размеренной тишиной и уединением, как они были пусть и не совсем бесцеремонно, но все же прерваны. — Добрый день, сэр, — вежливо поздоровался третьекурсник с Рэйвенкло, быстрым шагом приближаясь к профессору. — Могу я отнять у вас немного времени? У меня вопрос по домашнему заданию, а урок уже завтра, — остановившись пред зелены очи Поттера, сразу озвучил свою цель нарушитель спокойствия, чем вызвал одобрение преподавателя. — Добрый день, мистер Санджес. Я вас слушаю. Гарри немного подвинулся и жестом пригласил мальчишку присесть. Ребенок слегка замялся, не решаясь сдвинуться с места. — Мы не на уроке, мистер Санджес — нет нужды стоять, словно отвечаете перед аудиторией. Мальчик кивнул и решительно вскарабкался на камень. — Так что у вас за вопрос? — На прошлом занятии вы сказали, что в понедельник мы будем готовить поисковое зелье первой категории, и показали, как готовить основу. — И к понедельнику задал подготовить для нее раствор огненной фликсии и эссе на тему свойств, отводящихся катализаторам второй категории в поисковых зельях. Я помню. — Так вот, — ничуть не смутился вороненок — мы с ребятами с пятницы над вашим заданием бьемся. И все никак не получается сделать такой же образец, который показывали вы. У нас у всех он получается персикового оттенка, как в учебнике, а тот, что демонстрировали вы, был ярко оранжевым. Мы переделывали несколько раз, но результат не менялся. Тогда я вспомнил, что на уроке вы не использовали обычную перегонную трубку из стекла, как написано в рецепте, а создали ее сами из уплотненной энергии. Я решил попробовать, и мой раствор наконец получился такого же оттенка, как у вас. Гарри кивнул и поинтересовался: — Если у вас в конечном итоге получился нужный результат, тогда я не понимаю, в чем заключается проблема? — Не проблема, профессор, а вопрос. Вопрос в том, почему такая разница в результатах? — Ах, вот вы о чем, — позволил себе понимающую улыбку Поттер. Он и правда не думал, что хоть кто-то из его студентов задумается над этим моментом, тем более что персиковый оттенок был описан в учебнике как результат правильно приготовленного раствора. — Скажите, молодой человек, если я сейчас просто вам разъясню что и почему — вас это устроит? — Нет, сэр, — снова не разочаровал тот, помотав головой в подтверждение, — это не интересно. Я хочу своими мозгами понять, только хотел попросить маленький намек, откуда «копать». — Вы меня приятно удивили, так что я не вижу смысла отказывать вам в помощи. И так, начнем с малого. Как более просто, в народе, называют фликсии? — Магнетянка, сэр, — без промедления ответил мальчик, чем заработал одобрительный кивок. — Верно. Теперь скажите, в сравнении с остальными представителями этого вида растений, какими свойствами отличается именно «огненная»? — У огненной - пыльца в несколько раз прилипчивее и ее почти невозможно отмыть со всего, кроме стекла. Это все знают. Потому для работы с ней и используют стеклянную трубку. — Вот вы уже наполовину и ответили на свой вопрос — Гарри с удовлетворением отметил по выражению лица ребенка, как активно завращались шестеренки в его голове. — А теперь давайте проведем эксперимент. — Глаза мальчика заблестели в предвкушении. Он даже подумать о таком не мог, да и на намек то не особо рассчитывал, но, похоже, профессор оказался не таким гадом, как он боялся! Мальчишка активно закивал. — Для начала, напомните мне, как происходит процесс заготовки раствора огненной фликсии? — Сперва, — менторским тоном, так напоминающим Гарри фирменный тон Гермионы, начал студент, — мы смешиваем толченые когти нюхлера со слизью отстоянных в темном месте лазурных водорослей. После этого толчем ровно три свежих колокольчика фликсии в стеклянной чаше и нагреваем на слабом огне до тех пор, пока не выпарится вся влага. После этого подставляется трубка, и с помощью слабого заклинания воздушной струи мы отделяем пыльцу от остального и через трубку проводим к заготовленной смеси. И под конец добавляем ровно три капли воды из лунного родника. — Все правильно. Я рад, что вы верно запомнили процесс. Впрочем, иного от вашего факультета я и не ожидал. А теперь сам эксперимент. Будьте добры, соберите немного земли. — Пока мальчик выполнял порученное, Гарри достал из внутреннего кармана мантии пустой фиал и трансфигурировал из него стеклянную трубку. — Этого хватит, профессор? — Да, ссыпайте сюда, — он сел вполоборота, подгибая ногу под себя, и кивком указал на свободную область перед собой. Дождавшись, когда юный ассистент исполнит распоряжение, Поттер наложил на его ладошки очищающее, а на горсточку влажной земли — высушивающее, после чего мелко раскрошил комочки пальцами фактически до состояния землистого песка. — Теперь будьте внимательны. Держа трубку одной рукой, второй он направил палочку и, шепнув заклинание, начал вести сквозь нее песок, развеивая его с противоположного конца. Когда весь подопытный материал был проведен и развеян, Гарри протянул трубку мальчику. — Прошу, мистер Санджес. Думаю, размер ваших пальцев позволит вам коснуться внутренних стенок трубки. Он еще ничего не успел сделать, а Гарри уже видел расцветающее на его лице понимание. Мальчик просунул мизинец в лоно трубки и мазнул по одной из стенок. — Ну конечно! Как же я не сообразил! — Восторженно воскликнул ребенок, горящими глазами глядя на пыльный налет, оставшийся на подушечке пальца. — Пыльца прилипает к стеклу не намертво, но ведь прилипает! Из-за этого в конечном итоге в раствор попадает меньше необходимого, и он получается слабее, отсюда и более блеклый цвет. А если трубка сделана из энергии и нематериальна, то и прилипать не к чему. — Ну, — Гарри отвел взгляд — ведь эту проблему легко решить. Всего-то достаточно вместо трех цветков изначально истолочь четыре. На это высказывание мальчик хитро сощурился, и его губы растянулись в коварной улыбке. — Нееет, профессор, не обманете — с видом маленького дьяволенка протянул рэйвенкловец, — мы ведь не знаем, сколько именно пыльцы осядет в процессе отделения. Если переборщить — придется и объемы катализирующей слизи увеличивать, а если так, то это ослабит действие когтей Нюхлера, и их тоже придется добавлять. Так что в конечном итоге мы придем к тому же результату, только в большем объеме. — Пять балов Рэйвенкло! — Гарри даже позволил себе поаплодировать ученику. — И так, мы нашли решение вашей загадки? — Спасибо, профессор! — не скрывая искренней благодарности, парнишка взирал на Поттера восторженным взглядом, словно проповедник на мессию. — Полагаю, вам самое время поспешить и поделиться информацией с одноклассниками, чтобы все успели приготовить задание к завтрашнему уроку. — Пф, вот еще, — неожиданно мрачно буркнул до этого сверкающий солнечной улыбкой Санджес, — Если у них не хватило мозгов додуматься, что вы не просто так на уроке проигнорировали стандартный способ — это их проблемы. Тем более, что при наличии хоть какого-то задания баллы вы все равно не снимаете. Вот пусть на своих ошибках и учатся. А то, как все над одной проблемой голову ломают, так пойти спросить крайних нет — все самого негордого ищут «коллектив выручить», а как кому-то одному помощь нужна, так каждый сам за себя. У нас всегда так, — в сердцах выкрикнул он, — так что обойдутся. Задаром они ничего не получат. Ой… — он вдруг осекся, внезапно вспомнив, что вываливает всю свою эскападу на преподавателя, — простите, профессор. Я не должен был… — Почему же? — Ничуть не рассердился Поттер. — Мне весьма интересно, чем живут другие факультеты — я, так уж получилось, кроме Гриффиндора, только со Слизерином знаком достаточно близко. К слову, придержать информацию для дальнейшего бартера весьма по-слизерински. Думаю, здесь ваши факультеты схожи, я прав? — Да не сказал бы, сэр. У змей оно как — каждый поодиночке, но друг за друга стеной. А у нас наоборот — с виду дружные, а чуть что, по головам лезут. — Вот как… неожиданно. Гарри не слукавил, и подобное откровение студента для него действительно стало открытием. — Ладно, вы правы, мне действительно надо бежать — еще на астрономию карту расшифровывать, да матрицу на нумерологию раскладывать. Спасибо за помощь, и извините, что отнял ваше личное время. — Все в порядке, я был рад узнать, что хоть кто-то из моих студентов не ленится использовать содержимое черепной коробки по назначению, — в своей манере похвалил молодой зельевар. Мальчик попрощался, слез с камня и побежал в направлении замка. Гарри проводил его с очередной легкой улыбкой. Откинувшись назад и опершись спиной о ствол многовекового дуба, Гарри блаженно прикрыл глаза и мысленно похвалил себя за удачно проведенный внеплановый факультатив. И зачем директрисе сдался этот клуб? Кому действительно нужно — и без всей этой волокиты подойдут и спросят. А если не спрашивают — значит не надо. Нет, он лучше вот так, в индивидуальном порядке будет подталкивать заинтересованных и талантливых в правильном направлении, уча их думать своей головой, чем заправлять целым стадом обезьян, давая им бесконтрольный доступ к гранатам. Кроме того, он ведь и так по необходимости предоставляет ученикам лабораторию по вечерам, в которой при его присутствии те могут выполнять домашнее задание, если оно состоит из практической части. — Ваше поведение вызывает у меня сильнейший когнитивный диссонанс, Поттер, — с другой стороны дерева послышался знакомый тихий голос с бархатными нотками. — Профессор? Вы давно здесь? — Застал лишь окончание разговора, — без зазрения совести соврал Снейп. — Прошу прощения, я не хотел подслушивать. — Тоже мне, тайны мадридского двора, — фыркнул Гарри. Снейп оперся о ствол справа от камня, на котором все еще сидел бывший гриффиндорец, и в привычном жесте скрестил руки. — Учеников не пугают столь разительные перемены вашего настроения и отношения? То, чему я только что невольно стал свидетелем, и близко не стоит с тем, что наблюдал во время ваших уроков. — На то они и уроки, профессор. В прошлом году я ясно дал понять разницу между учебным и личным временем. Если ученик тратит свое личное время на то, чтобы глубже понять предмет и набирается храбрости подойти и попросить уделить ему немного моего, я не вижу смысла нагнетать атмосферу. В конце концов, в свое нерабочее время мы можем быть какими угодно — это называется личным пространством, и в нем нуждается каждый. Я уважаю таковое у своих студентов, а они в ответ уважают мое. Пока что, как вы видите, подобная практика работает. — Однако, мистер Поттер, вы не перестаете меня удивлять. К слову, вопрос, с которым к вам подходил этот ребенок, был весьма толковым. На вашем месте, я бы добавил его в семестровые тесты. — Да, я тоже об этом подумал. Это будет интересно, при чем полезно не только третьекурсникам. Кстати, профессор, вы здесь случайно, или меня искали? — Мир не вертится вокруг вас, Поттер. Мне нужно было восстановить душевное равновесие после разговора с нашим дражайшим министром. — А, та пресс-конференция. Что-то серьезное? — Нет, очередной повод устроить шоу и попытаться не убить Скитер. — Слава достаточно обременительная леди. Вопреки вашим доводам, я никогда ее не искал, профессор. Я вообще не представляю, кто в здравом уме будет добровольно искать весь этот кошмар. — «Слава еще не все, мистер Снейп»? — Ну, как-то так, — тихо засмеялся Гарри, — Одно из лучших преимуществ Хогвартса — здесь тебя можно достать только через директорский камин. — Поттер, вчера вы имели неосторожность пытаться манипулировать мной с помощью моего интереса, — нагло перевел тему Снейп, не желая вспоминать и снова представлять россказни Шеклболта. — А, вы про мое обещание рассказать вам секрет моего быстро возросшего интеллекта? — Кто бы мог подумать, что я услышу слова «Поттер» и «интеллект» в одном предложении, не несущем негативную окраску. — Я ведь говорил вам, что намерен изменить ваше мнение на мой счет. Если для того, чтобы провести с вами время, мне нужно вас заинтересовать, я без зазрения совести это сделаю. Преступление, достойное Азкабана. — Не старайтесь острить Поттер, вам пока опыта не хватает. — А кто говорит про остроты? — Тогда как насчет того, чтобы сегодня после ужина посетить «Три метлы»? — В восемь возле задних ворот? — Вот и договорились. До вечера, Поттер. — Вас не будет на обеде? — Нет, нужно понемногу восстанавливать запасы в лаборатории, так что обед я пропущу. — Тогда до вечера, профессор.

***

POV Северус Стоя на ступенях в условленное время, я то и дело раздраженно вертел в пальцах карманные часы, время от времени бросая взгляд на циферблат. Поттер опаздывал уже на добрых четверть часа. Мальчишка-гриффиндурок никогда не отличался пунктуальностью, но, узнав новую версию Золотого Мальчика, на основании наблюдений я позволил себе сделать вывод, что этот досадный изъян был исправлен. Теперь с каждой прошедшей минутой я все увереннее исчеркиваю алыми чернилами нарисованный ранее в мыслях портрет новоявленного коллеги. Двадцать минут. Да где его носит?! Ужин закончился полчаса назад. Неужели Поттер банально забыл, или, как обычно, заболтался с Филиусом и Хагридом? Сам-то я, увы, на ужин не успел, так что теперь к раздражению на опаздывающего гаденыша приплетается раздражение на пустой, все громче заявляющий о своих желаниях желудок. Двадцать пять минут. Нет, это уже ни в какие ворота! Какого Мордреда я должен торчать и ждать этого несносного… А пошло оно все к Моргане под юбку. Забыл? Передумал? Его проблемы. Не я там распинался в мечтах о дружбе и взаимопонимании, и не я выпрыгивал из штанов, убеждая в намерениях изменить сложившееся о себе мнение в лучшую сторону. Самое паршивое, что мне и в самом деле, какого-то драккла, захотелось дать паршивцу этот шанс. Но вот конкретно в этот момент я имею честь на собственном печальном опыте убедиться, чего стоят слова национального героя. Тридцать минут. Становится прохладно, и я упорно не могу понять, почему все еще жду Поттера — крапиву ему за шиворот — хотя уже последнему хагридовому соплохвосту ясно, что мальчишка не придет. Внутри наравне с раздражением начинает подниматься какое-то непонятное мне разочарование. Мордред, Северус, не мог же ты и в самом деле ожидать от Поттера чего-то настолько, что бы он смог вызвать разочарование? Нет, без сомнений мне интересно узнать как этот паршивец так быстро поумнел, но оно того не стоит. Сорок минут?! Да пошел ты к Волдеморту, Поттер! Не успеваю я развернуться, чтобы подняться в замок, как передо мной, словно боггарт из табакерки, появляется призрак Плаксы Миртл. Глаза на перекошенном страхом лице мечутся по сторонам, пока, наконец, взгляд не задерживается на мне. — Профессор, наконец-то! Гарри… беда. выкипевшее зелье из котла* - аналог нашего "кровь из носу".