Проснуться драконом

      Это утро было самым лучшим в моей нынешней жизни. Так приятно наконец очутиться на тёплой, мягкой кровати с пышными подушками и, немного колючим, одеялом. Всяк лучше, чем холодный сырой камень, кое-как присыпанный кучкой листьев, соломы и костей. Я проснулась уже давно, однако не спешила открывать глаза, растягивая удовольствие и закутавшись в спальное царство, словно в кокон. Но, как всегда, всё хорошее рано или поздно кончается.       — Ноктюрнал, вставай! — я ощутила, как надо мной склонился силуэт, заслонив еле пробивающиеся через небольшие оконца солнце. Я лениво приоткрыла один глаз, но тут же громко промычала, словно раненый буйвол, и натянула одеяло на голову.       — Кросс, ну прояви же сострадание, — невнятно пробормотала я. — Я же здесь впервой.       Но такой форс-мажор пришелся парню не по душе. Вместо того, чтобы стянуть с меня одеяло, как сделали бы многие, он попросту спихнул меня вниз и сам лег на моё место. Такого неожиданного контакта с полом я не ожидала.       — Ах ты ж… — я попыталась встать, но быстро запуталась в одеяле и снова рухнула вниз. — Глупая ящерка!       — Тебе ещё удастся насладиться здешними кроватями. Я тебе обещаю, — подмигнул парень. Я на мгновенье зависла, раздумывая над сказанными Кроссом словами. Потом до меня дошло, и щёки загорелись пожаром.       — Г-глупая… глупая ящерка! — повторила я и кинула в него подушку.       От силы, полчаса ушло на то, чтобы переодеться, умыться, да и в общем, привести себя в порядок и быть похожей на человека. Как-никак, я теперь не в лесу, а, если так можно сказать, в цивилизации. Здесь настоящие люди… и нелюди, да и круг общения не заканчивается на одном драконе. Когда я закончила, мы спустились на первый этаж таверны на завтрак. Людей было мало. Видимо, все потные пьяницы собираются под вечер. Оно и к лучшему. Окна таверны были нараспашку открыты, дабы проветрить помещение от жуткой вони, на полу кое-где лежали куски еды, расплылись лужи выпивки и… рвоты. Кое-где под столами распластались пьяницы.        Еда была за счёт Кроссулаха, но меня это ничуть не смущало. За завтраком парень то и дело рассказывал мне, как здесь живут люди, и как, в общем и целом, прижиться среди людей: от каких звериных привычек избавиться, не убивать никого, не красть, и так далее. А также высказал своё приятное удивление на моё поведение в деревне.        Да уж, я ещё с прошлой жизни знаю, как вести себя в обществе. Как-никак, я ещё не окончательно одичала в теле дракона, но вот только пепельно-русый об этом не знал. Оно и к лучшему. Я лишь молчала, выслушивая лекцию Кроса, набивала рот мясом и кивала в такт словам.       — А как люди отреагируют на… ну… это?.. — с набитым ртом спросила я и накрутила на палец синие локоны. Кроссулах рассмеялся. Как-то я ничего тут смешного не нашла.       — Это дело обычное. Людские дети, вроде тебя, любят баловаться со взрывными красителями различных цветов. Ну, или на крайний случай скажешь, что увлекаешься магией, и она дала такой эффект волосам. Хотя… в таком случае, и зубы должны посинеть… — призадумался парень, подперев щёку кулаком. Людские дети вроде меня? Я что, выгляжу как ребёнок?       Когда тарелки опустели, мы вышли на улицу. Вчера из-за бури я не смогла разглядеть деревню, но теперь мне наконец представилась эта возможность. Уж я ожидала небольшую деревушку в глуши с маленькими домиками и пустыми улицами. Такую деревушку, в которой жили бабушки, ожидая своих внуков каждое лето. Но нет. Эта «деревня», как говорил дракон, была куда более больше и роскошнее.        Дома и прилавки из прочного материала с различными вырезками, улицы оживлённые и наполнены городским гулом. Мимо пробегали детишки и проезжали повозки. Грязи после бури не было, так как дорога уложена мелкими камушками, но сырость хорошо ощущалась.        Запрокинув голову и посмотрев вдаль, над крышами домов можно было увидеть ту самую высоченную башню, которую я заприметила ещё с первого полёта. Вблизи она казалась куда более огромной и величественной. И правда, та была высотой минимум 20 метров, а по стенам, прямо к самому верху, поднималась винтовая лестница с редкими площадками.       — Оборонительная башня. Если посмотришь прямо на вышку, то увидишь небольшой левитирующий огонёк, — парень указал пальцем прямо на огненный шарик, сдалека напоминающий миниатюрное солнце. — В случае нападения башня «оживляется» и стреляет огненными залпами. Такие стоят на каждой ценной деревушке.       — Ценной? — переспросила я.        — Ну да. Здесь полным полно шахт, которыми занимается большая часть здешних мужиков. Как раз-таки, за деньги от этих самых шахт, деревня и поддерживает свой «богатенький вид».— Кроссулах наклонился ко мне и следующую фразу произнёс полушепотом. — Хотя, признать честно, люди здесь те ещё мерзопакостные и совершенно не знают манер. Этим они заставляют припомнить, что какой красивой эта деревушка ни смотрится снаружи, внутри она полна грязи.       — А драконы хорошо знакомы с манерами? — удивлённо улыбнулась я. Кросс изогнул бровь и расплылся в улыбке. Он убрал левую руку за спину, вальяжно поклонился и поцеловал тыльную мне сторону ладони. — Хорошо, убедил.       Время пролетело практически незаметно. Всё тут было в новинку: немного иная еда, сладости, украшения, минералы, одежда. Кроссулах водил меня по различным прилавкам за ручку, словно маленького ребёнка, будто я в любой миг могу затеряться в толпе. Так же парень знакомил меня со своими друзьями, половина которых — это распутные девушки и торговцы. Казалось бы, в таком небольшом поселке нельзя затеряться до вечера, но жизнь в нем была настолько насыщенной, что во всю эту суматоху окунаешься с головой и совсем не замечаешь, как летит время.       Когда солнце приблизилось к горизонту, и лучи его похолодели, мы вышли за стены деревни и оказались на огромной холмистой местности с редкими подлесками и огромным вековым дубом на самом высоком холме. Все было залито багровым светом солнца с розовым оттенком и золотыми бликами, а от каждого шага в высокой траве в разные стороны, словно брызги воды, разлетались кузнечики.       — Когда мы больше не сможем поддерживать эту форму… Вернемся в пещеру? — поинтересовалась я, заправляя прядку волос за ухо.       — Мы ещё возвратимся, — парень шел вразвалочку, иногда подпрыгивал и специально пугал кузнечиков.       Я задумалась. Вот так и пролетит моя жизнь? Из пещеры в деревню и обратно? Вся вторая жизнь будет связана лишь с этими двумя местами, и я никогда не побываю за их пределами. А ведь мне так хочется узнать этот мир. Теперь я понимаю Хоккарона, понимаю, почему он сбежал от этой рутинной жизни, ведь всем рано или поздно хочется кардинально изменить обстановку.        Но, похоже, Кроссулаху нравится его жизнь. Нравится бегать по распутным девкам, жить среди людей и радоваться мелочам. Может, если бы я хорошо попросила Хоккарона, то он бы взял меня с собой? Да, пришлось бы оставить его младшего брата, но, похоже, он тут не страдает одиночеством, да и, как-то о «смерти» старшего долго не горевал, даже быстро о нём забыл.        В любом случае, если я задумаю сбежать, то мне нужен спутник, ведь одна я тут не выживу. Однако, загвоздка в том, что я не всегда могу поддерживать человеческий облик, а люди, как говорил Кросс, драконов недолюбливают, раз уж устроили здесь геноцид на эту древнейшую расу.       — Ну что? Тебе понравилось? — с улыбкой спросил Кросс, когда мы приблизились к дереву.       — Да, всё чудесно. — я грустно опустила глаза и облокотилась на широкий ствол дуба. — Ты желаешь провести всю жизнь в этом лесу?        — С чего такие вопросы? — парень перевел свой взгляд с подгоревшего заката и с вопросом уставился на меня.       — Просто… тебе не хочется чего-нибудь нового? Не хочешь связать со своей жизнью что-либо… другое? — его улыбка чуть дрогнула. Он взъерошил волосы и приблизился почти что вплотную. Я оторвалась от разглядывания травинок и встретилась со взглядом зелёных глаз. Лучи заходящего солнца бликами играли на жизнерадостном лице парня, ветер игрался с волосами. Но огромное облако закрыло собой свет, и, в мгновенье облик, парня потускнел.       — Ты права, — дыхание с нотками серы обжигало щёку, и я не понимала, то ли я горю, то ли этот жар от парня. Его рука скользнула по пуговками камзола, а вторая упрямо ухватилась за ягодицу. От неожиданности я вскрикнула.       — Стой, ты не правильно меня понял! — я постаралась оттолкнуть Кросса, но тот лишь прильнул сильнее. Его язык прошелся по шее, а свободная рука начала освобождать тело от одежды. Я отвернула голову, зажмурившись и попискивая от неожиданных ощущений.       — Разве ты не понимаешь? — через перерывы говорил он. — Мы, быть может, последние драконы во всём мире. Ты не хочешь спасти свой вид? — я сильнее вжалась в кору дерева, да так, что сучья больно впились в спину.       — Но, как же те девушки? — через силу проговорила я, упершись руками в его грудь.       — Ты предлагаешь создать полукровку и получить уродца? Нет уж. Ничто не сравнится с настоящей драконицей, — и его рука скользнула под блузку.       — Нет! Отстань от меня! — мой крик разнёсся по полю. Глухой удар. Тело Кроссулаха без сознания упало на землю.       — Подлец! — послышался женский голос. Очень приятный, мелодичный и… до жути знакомый.       — Это же надо додуматься приставать к девушке в такой чудный вечер, — сей голос был рычащий, низкий и грубый.       Я наконец распахнула глаза и смогла рассмотреть моих спасителей. Я очень удивилась, увидев перед собою настоящего зеленокожего орка. Его маленькие чёрные глаза, большой нос, два клыка, торчащие из нижней челюсти, как у саблезуба, великий рост и статная фигура — все как в играх и фильмах тематики фэнтези.        Правда, одет он был как-то не по-орочьи. Где шкуры животных, ожерелье из клыков, талисманы, а в руках огромная булава с шипами? Нет, вместо этого он был одет в довольно приличную крестьянскую одежду с различными узорами, а в руках ржавая сковородка. Сидящая рядом девушка… сидящая прямо на старой деревянной коляске, показалась мне знакомой. Это грубые выражение лица, толстые брови, острые скулы, прическа, зачёсанная набок — всё это было знакомо.        Девушка была одета в роскошное длинное белое платье, скрывающее ноги и доходящее аж до земли, на талии находился светлый вырезной корсет, а рукава платья были настолько огромны, что скрывали запястья спасительницы. На голове находилась шапочка с огромным красным пером. Увидев меня, она тут же округлила глаза, а на лбу появились морщинки. — Яна?       Я тут же бросилась на колени прямо перед коляской и крепко-накрепко обняла подругу. Девушка тихо взвизгнула и нежно обняла меня в ответ. Как такое возможно? Яна… прямо тут! Наконец, знакомые лица. Хочется поскорее узнать, когда она здесь очутилась, как жила, что делала, да и самой придется рассказать немало.       Я вдыхала уже знакомый аромат Яны — у каждого человека он был особенный — сладкий запах какао и свежевыпеченных булочек с корицей. Как знакомо. На глаза стали наворачиваться слёзы.       — Так вы знакомы? Чудно, чудно. Сэра, расскажешь, кто эта прелестная дама? — проговорил орк, хотя по интонации явно было заметно, что он не хотел нарушать трогательный момент.       Мы разорвали объятия, и я взглянула в светло-карие глаза, которые с добротой и теплом смотрели на меня. Мы не знали, как начать разговор, что сказать друг другу. Наконец тишину прервал мелодичный голос: — Пойдём, я всё расскажу.       Как оказалось, неподалёку была небольшая труппа из менестрелей, постановщиков и зазывал. Всего их было пятеро. Повозку с инструментами, костюмами и едой вез небольшой ослик, сами люди распевали песни всю дорогу и веселились. Они направлялись в деревню, а именно в таверну, где мы с Кроссулахом когда-то остановились. Кстати, о нём. Было решено оставить его на том же месте, а когда проснется — за мной явно уже не пойдёт. Конечно, дракон оставил после себя смешанные чувства. Я всегда считала его добрым и заботливым, а на деле оказалось, что тот просто был последним извращенцем. Да, тяжело было покидать того, кто научил тебя всем прелестям драконьей жизни, но, учитывая его поступки, долго сомневаться не пришлось.       Вот мы уже сидели в знакомой мне таверне, которая уже была переполнена, как и раньше. Однако самих пьяниц было мало — большая половина пришла посмотреть на представление приезжих менестрелей.        Кто-то зазывал людей, орк взял лютню, другой низкорослый мужчина ухватился на флейту, а Яна, или как её здесь называют, Сэра, взяла в руки небольшой барабан и положила к себе на колени. Они столпились в углу, а перед ними полукругом выстроились люди.        Кто-то сидел на полу, кто-то стоял рядом с огромной кружкой. Все столы были заняты, а глаза устремлены на артистов. Когда таверна затихла, орк легко прошелся по струнам лютни, которая была слишком маленькой для его размеров, но это не мешало создавать ему последующие очаровательные мелодии.        Но вскоре прозвучало то, ради чего собралось вся толпа здешних мужиков — очаровательный женский голос. Он был и вправду красив, очень нежен для ушей, а мысли просто улетали в безграничный простор.       Я наблюдала за представлением и улыбалась, когда слышала знакомые из нашего мира песни. Да, и в том мире Яна была превосходной певицей, но здесь словно что-то поменялось, словно её голос стал в разы более чарующим. Даже заседлые пьяницы оторвались от своих кружек. По посетителям ходила высокая светловолосая девушка с протянутой шапочкой, собирая благотворительность на развитие труппы. Люди жертвовали, как могли: кто-то кидал несколько медяков, кто-то жменьку серебряков, а какой-то пухлый дворянин даже кинул целую золотую монетку.       — Почему ты одна? — внезапно передо мной возрос силуэт трактирщика. — Кроссулах опять куда-то пропал? — он поставил передо мной небольшую склянку со ржаной водкой. Я кивнула. Мужчина глубоко вздохнул и покачал головой.       — Вот вечно он так. Появляется из ниоткуда и так же исчезает. Вот только куда? С виду, простой деревенский мальчишка, а на самом деле столько загадок. — я решила не отвечать, дабы не сболтнуть лишнего, как я умею. Мужчина понял, что я не настроена на разговоры, и отлучился.       Наконец, час представления подошел к концу. Сэра поблагодарила посетителей за чудесный вечер, толпа захлопала в ладоши и закричала. И вот, стоило девушке чуть отъехать от своих напарников, как вокруг неё тут же столпились пьяницы с самыми грязными предложениями.        Но тут в толпу влетел орк, размахивая лютней, словно дубинкой, и выкрикивая: «А ну, пошли вон отсюда!». Он ударил лютней одного мужика, который упал на другого, а тот наступил на ногу какому-то громиле. В общем, за пару мгновений, в таверне развязалась шумная драка.       Тут кто-то схватил меня за руку, и я уже было хотела дать отпор, но, увидев лицо Сэры, облегченно выдохнула.       — Пойдём, — в её глазах сияли азартные нотки, а лицо расплылось в улыбке.       Глоток свежего вечернего воздуха после затхлой таверны — словно глоток свободы. Небо уже усыпалось звёздами, и лишь на горизонте погасала тонкая алая полоса. Лиловая луна спряталась за тучами, а над головами мелькали силуэты летучих мышей, словно играясь друг с другом в воздушном танце. Лишь заглушенная музыка и крики из таверны заглушали красоту вечера. Сэра взяла меня за руку, и мне ничего не приходилось, как пойти вслед за её коляской. Дворы были запустевшие, а в окнах домов горели тусклые свечи.       — Итак, что ты помнишь из своей прошлой жизни? До того, как попала сюда? — внезапный вопрос подруги привел меня в лёгкое смятение.       — Ну… я упала. Кажется, в открытый люк. Помню, было обжигающе жарко и темно, — из последних сил попыталась вспоминать я, собирая воспоминания по крупицам, словно старые пазлы.       — Да! — воскликнула Сэра. — Моя теория оправдалась, — я удивлённо вскинула брови. — Как видишь, я не сидела без дела и попыталась узнать об этом мире получше, — как же это на неё похоже: вечно не может сидеть ни минуты спокойно, повсюду суёт свой нос. — В тот же вечер помню, что моё состояние ухудшилось, потеряла сознание уже в больнице, а очнулась здесь. Получается, мы попадаем сюда после смерти. Это как… рай?       Я призадумалась. Да, это многое объясняет. Правда, меня чуть повеселили последние слова девушки. Рай? Серьезно? Видимо, мы через разное прошли. Девушка всё не замолкала. Она рассказывала, как встретила менестрелей, как они её приодели и накормили, а выявив у Сэры талант, взяли к себе. Она рассказывала о иных странах, государствах, кто с кем воюет, и как устроен мир.        Да, она также поинтересовалась, узнала ли я что-нибудь. Но разве будет ей интересно услышать о миграции здешних оленей на юг или о странном поведении самцов кабанов посреди весны? Не думаю, что могу поделиться с ней чем-нибудь новым.       — А способности у тебя какие-нибудь появились? — поинтересовалась я. — Хотя подожди. Дай покажу.       Мы уже вышли за стены деревни, и я отбежала от коляски метров на десять. Так, как там было… Я размяла руки, ноги, шею, словно перед утренней зарядкой, а Сэра с неподдельным интересом смотрела за моими действиями.       Вспышка света одарила всю поляну. И вот, мир стал прежнего размера, одежда больше не сковывала тело, стало свободнее, ощущался прилив огромной силы. Я переминалась с лапы на лапу, привыкая к телу, по очереди сжимала пальцы, разминала суставы на крыльях и шее. Глаза Сэры округлилась, она громко завизжала от восторга и захлопала в ладоши. Я решила подыграть и покрасоваться перед подругой, показывая свой превосходный облик во всей грации. Девушка лишь аплодировала и посмеивалась.       — Было сложно привыкнуть… — я чуть запнулась, смотря за реакцией Сэры. Она меня понимает? Да, отлично.       Я старалась не показывать своё скрытое сожаление, смотря на коляску. Всё же здесь у меня появилось столько много возможностей, а подруга всё так же осталась прикованной к коляске. Это несправедливо. Но Сэра всё же заметила мой заинтересованный взгляд и улыбнулась. Она легко подняла подол своего длинного платья, и оттуда показался хвост. Рыбий хвост.        Настоящий, чешуйчатый, влажный, золотого цвета, переходящий ближе к концу в красный оттенок. Плавники были огромными, красивыми и плотными. Теперь ясно, для чего ей нужно было такое длинное платье, даже стало понятным, почему её песня так заворожила тех мужиков в таверне.        — Кажется, нам обеим есть чем поделиться.