Вопреки Невозможности

      — Драко, милый, у тебя всё в порядке? — Нарцисса Малфой внимательно посмотрела на сына. Он выглядел бледнее обычного и почти не притронулся к завтраку.       — Да, мама, — ответил Драко.       — Мне придётся уйти сегодня. У меня есть дела в Косом переулке, — сказала Нарцисса.       — Хорошо.       Чуть помолчав, Драко заговорил снова:       — Что случилось с Хвостом?       — О… Он задушил себя. Рукой, дарованной ему Лордом.       — Лорд знает об этом?       — Нет, пока нет. Бэлла хотела сообщить ему, но я уговорила её не вызывать его по пустякам. В прошлый раз его гнев был ужасен.       Драко немного расслабился. Меньше всего на свете ему хотелось, чтобы Волдеморт вновь посетил их поместье.       — А грязнокровка?       — Бэлла уверена, что ты приглядишь за ней.       — Я хотел бы, чтобы она отправилась в подземелья, — сказал Драко. Хотя он уже не был уверен, что хочет этого так же сильно, как прошлым вечером. Мысль о том, что он имеет над ней неограниченную власть, вызывала в нём странное возбуждение.       — Милый, я не думаю, что тебе стоит принимать такое решение, не посоветовавшись с отцом. Эта девчонка не такая, как та Лавгуд. К тому же она у нас по нашей воле, а не по воле Лорда, — сказала Нарцисса. — Она доставляет тебе неудобства?       — Нет… совсем нет. С ней Кики. — Драко замолчал, а затем продолжил: — Кажется, у неё повреждены ноги.       — Я хотела бы взглянуть на нее, — сказала Нарцисса. — Ты не против?       — Нет, конечно нет. Мне пойти с тобой?       — Да. Но сначала поешь, — сказала Нарцисса тоном, не терпящим возражений.

***

      У Гермионы Грейнджер была худшая ночь в её жизни. Она то проваливалась в зыбкий, наполненный кошмарами сон, то возвращалась в сознание, где её вновь поджидала боль. Пару раз ей показалось, что она слышала хлопки аппарации, но не была уверена в этом. Наконец, когда рассвело, боль в ногах стала такой сильной, что ей больше не удалось уснуть.       Повернув голову, она увидела Кики.       — Мисс проснулась! Мисс хочет воды?       — Да, — сказала Гермиона. — Спасибо, Кики.       — Хозяин Драко велел Кики дать мисс воды, Кики всегда выполняет приказы юного хозяина, — затараторила Кики. — Кики должна сообщить хозяину Драко, что мисс проснулась, мисс пока попьёт воды, Кики сейчас вернется. — С этими словами она вручила Гермионе стакан воды и исчезла.       «Хозяин Драко велел Кики дать мисс воды»…       Эта фраза заставила Гермиону задуматься. Неужели он?.. Нет, Мерлин, о чём она только думает! Это последний человек в этом доме, на чьё сочувствие она может рассчитывать. Скорее, он хочет отравить или опоить её.       Вода выглядела обычной. Прозрачная, чистая. Гермиона осмотрела стакан со всех сторон, а затем с опаской понюхала воду. Она ничем не пахла. Близость воды усиливала жажду.       «Веритасерум тоже ничем не пахнет и выглядит как вода», — подумала Гермиона. Она хотела поставить стакан рядом с кроватью, но на прикроватном столике увидела стеклянный кувшин, наполненный водой. Пить захотелось невыносимо, и на секунду ей стало всё равно, что в этом стакане. Вопрос был не в том, вода ли это, а в том, верить Малфою или нет?

***

      Драко потянул за ручку двери, пропуская мать вперёд, когда они оба услышали звон бьющегося стекла.       — Вот видишь, Драко, — сказала Нарцисса, зайдя в комнату и заметив осколки стакана на камине, — об этом я и говорила. У неё совершенно другой… м-м-м… темперамент.       Увидев их, Гермиона дёрнулась и попыталась подползти чуть выше к изголовью кровати.       — О, — ледяным тоном произнесла Нарцисса, окинув девушку взглядом, — что это на ней за тряпьё?       — Магловское, — презрительно выплюнул Драко.       — Очаровательно. — По голосу миссис Малфой было ясно, что шерстяную кофту, грязные джинсы и кеды Гермионы она находит какими угодно, только не очаровательными.       Нарцисса достала палочку и подошла к девушке.       — Не дёргайся, — предупредительно бросила она Гермионе, которая не оставляла своих попыток найти хоть какую-то опору позади себя. — Я осмотрю твои ноги.       Гермиона не знала, что ей делать. Просить помощи у этой женщины казалось ей не просто бессмысленным, но и опасным. Она вся была словно снежная королева, сказки о которой так не нравилась Гермионе в детстве. Однако сейчас она, казалось, не собиралась причинять ей вреда.       — Это всего лишь трещины, они не опасны, — сказала Нарцисса, выпрямляясь и убирая палочку. — Не думаю, что есть необходимость лечить её. Ну разве что только смазать раны бадьяном.       Похоже, помогать она тоже не собиралась. Надежда, вспыхнувшая было в душе Гермионы, исчезла, оставив после себя холод безысходности. «Они просто проверяют, не умру ли я до прихода Волдеморта, вот и всё. Ты дура, Гермиона. Ты дважды за утро допустила мысль о том, что у этой гнилой семейки могут быть проблески человечности. Гарри и Рон были правы. Они всегда были правы, а я всегда ошибалась, пытаясь видеть в них людей. В них нет ничего людского».       — Драко, увидимся вечером, — сказала Нарцисса, и вышла из комнаты, не удостоив Гермиону даже взглядом.       Они остались одни.       — Зачем ты разбила стакан, Грейнджер? — Драко лениво взмахнул палочкой, и стакан вновь стоял возле кувшина, целый и невредимый.       — Ты сволочь, Малфой. Более изощрённой пытки и придумать нельзя, — устало сказала Гермиона.       — Это просто вода. Если бы я хотел избавиться от тебя, поверь, я бы сделал это куда более изысканно. — Драко наколдовал себе кресло и сел в него. — Кики!       — Да, юный хозяин! — пискнула Кики, мгновенно появившись у его ног.       — Найди настойку бадьяна и обработай её порезы.       — Да, хозяин. — Кики исчезла, но тут же появилась снова, на этот раз на кровати, сжимая в руке небольшой тёмный пузырёк с деревянной пробкой.       — Я могу раздеть мисс? — неуверенно спросила Кики, глядя на Малфоя. Тот кивнул.       — Что?! Нет, ни в коем случае, нет! — Гермиона вцепилась в свои джинсы, но Кики щёлкнула пальцами, и штаны исчезли, открывая взгляду стройные девичьи ноги, обезображенные тёмными опухшими синяками и окровавленными ранами. Кое-где ещё торчали осколки хрусталя. Кики выдернула пробку из пузырька с настойкой и принялась за работу.       — Прекрати на меня пялиться! — рявкнула Гермиона, заметив, каким взглядом рассматривает её обнажённые ноги Драко. Она натянула кофту так низко, как только могла. Не хватало ещё, чтобы Малфой увидел её трусики.       — О, прошу тебя! Неужели ты думаешь, что это зрелище может вызывать интерес? — брезгливо протянул Малфой. Гермиона покраснела. Унижение — это то, чего ей не хватало в той пучине отчаянья, в которой она оказалась.       Она хотела ответить ему, но в эту секунду Кики ловко выдернула очередной осколок, и Гермиона невольно издала короткий стон от боли.       — Не ной, Грейнджер, — Драко подошёл к прикроватной тумбе, наколдовал себе красивый резной стакан и налил туда воды из кувшина. Выпив половину, он поставил его обратно и вернулся в кресло. — Ты должна быть благодарна за такую заботу.       — Я непременно поблагодарю Кики, — желчно процедила Гермиона. Драко едва заметно усмехнулся.       — Ты в безвыходном положении, Грейнджер, и тебе следует быть повежливей со мной. Я могу облегчить твоё существование, а могу превратить дни ожидания в ад, — напомнил он, лениво откинувшись на спинку кресла.       — Ожидания? Ожидания чего? Что со мной будет, Малфой? — спросила Гермиона. В её голосе уже не было желчи. — Вы отдадите меня ему, да? — прошептала она.       Драко не ответил.       — Мисс, — пискнула Кики. — У мисс ещё есть порез на руке, могу я полечить мисс? — сказала Кики, указывая на левую руку девушки.       — Что?.. — Гермиона посмотрела на неё невидящим взглядом, но Кики, получив молчаливое согласие своего хозяина, уже закатала рукав её кофты.       — Кики не может вылечить это, мисс, — Кики виновато посмотрела на Гермиону, а затем на Драко.       — Что там ещё? — недовольно произнёс Драко, вставая с кресла. Он подошёл к кровати и увидел, что там кривыми печатными буквами на нежной белой коже было вырезано слово «грязнокровка». Гермиона уставилась на свою руку, вспоминая, как Белла хохотала, когда резала её кожу своим маленьким острым ножом. А затем посмотрела на Драко. Их взгляды встретились.       — Я хочу встать, но мне очень больно, — тихо сказала Гермиона, глядя ему в глаза. — Мне нужно в ванную комнату. Эта дверь ведёт туда? — она указала на дверь напротив, которую заметила прежде.       Драко кивнул и достал палочку. Секунда — и Гермиона вскрикнула от болезненного ощущения в ногах, однако боль тут же прошла.       — На этой комнате защитные чары, — сказал Малфой, направляясь к выходу. — Если ты попытаешься выйти, я узнаю. Попытаешься выпрыгнуть в окно — я узнаю. Будешь искать какой-либо другой способ покинуть эту комнату, или покончить с собой, или подкупить моих слуг, — Кики испуганно пискнула, — я узнаю. И если это случится, клянусь, я причиню тебе такую боль, Грейнджер, что ты будешь с тоской вспоминать этот день. Кики больше не будет находиться с тобой постоянно. Я разрешаю тебе обращаться к ней в случае необходимости. И ради всего святого, Грейнджер, отцепись ты от своей кофты, — с этими словами Драко вышел и закрыл за собой дверь.