Тень у тебя за спиной

      Анна отшатнулась, чувствуя, как неприятный холодок, пробежавший по телу, - постоянный спутник спиритического сеанса. Правда, на этот раз всё несколько по-иному: дух пришёл сам, да и уходить не желает, лишь отлетел чуть-чуть подальше и повис в воздухе у противоположного угла стола, сохраняя всё то же злое, холодное выражение лица… Словно откуда-то издалека Анна услышала голос. Это дядя, взволнованный состоянием племянницы, пытался привести её в чувство. Наконец ему это удалось, потому как мутные, невидящие глаза Анны начали проясняться, как гладь воды после бури, в их начало отражаться понимание, бессвязный гул начал разделяться на слова и предложения. - Аннет, что с тобой? Ты что-то видела? – продолжать спрашивать дядя, держа племянницу за руку. - Я? - переспросила Анна, переводя взгляд на духа. Тот покачал головой и прошептал: « Не говори им!» – Нет, я ничего не видела, никто не пришёл. В проницательном взгляде Петра Ивановича появилось недоверие, но он сказал только: «Я принесу тебе воды» и отошёл. - Анна Викторовна, голубушка, как Вы себя чувствуете? – тут же кинулась к ней с расспросами Елена Алексеевна. – Мы очень испугались за Вас! - Ничего страшного, не волнуйтесь, - мило улыбнувшись, ответила Анна. – Но всё-таки позвольте мне покинуть Вас, я всё ещё неважно себя чувствую. Простите. С этими словами она поднялась и под заботливые причитания хозяйки дома, устало улыбнувшись, скрылась за дверью.

***

      Холодный осенний воздух освежил мысли, когда Анна вышла на улицу. Экипаж ждал у парадной, кони фыркали, выпуская из ноздрей пар, извозчик клевал носом, придерживая поводья. - Домой, - судорожно думалось Анне. – Скорее домой. Подальше отсюда, как можно дальше. Уйти без дяди, не попрощавшись толком с гостями, было поступком опрометчивым невежливым с точки зрения наверняка многих гостей, но Анна задумалась об этом только уже подъезжая к дому. - Дядя, наверное, завтра будет очень злиться, - пришла в голову очевидная мысль, но Анна тут же выбросила её из головы, потому что сил переживать и волноваться уже не было. - Обо всём этом я подумаю завтра, - решила для себя госпожа Штольман, заходя к себе домой. Наверное, дом - это такое место, в котором чувствуешь себя спокойно и уютно, в котором забываешь обо всех страхах и заботах, в котором хочется жить и быть счастливой. Анна почувствовала всё это, переступив порог дома.       В гостиной не горел свет, но даже в темноте было видно, что в комнате беспорядок: пелёнки, детская одежда, бутылочки с молоком, всё это стояло везде, где только было можно это поставить и лежало там, где только можно было это положить. Яков в фартуке и с книгой в руках спал, уронив голову на руки над колыбелью, малыши тоже тихо сопели в кроватке. Анна счастливо улыбнулась, увидев такую идиллию, и прислонилась к косяку, любуясь самыми дорогими в её жизни людьми. Появление уже знакомого духа возле колыбели заставило Анну тихо вскрикнуть. - Полагаю, что теперь мы можем спокойно поговорить, - сказал незнакомец, не оборачиваясь. - Мне не о чем с Вами говорить, уходите! – прокричала Анна шёпотом, чтобы не разбудить мужа, но слух опытного полицейского сложно обмануть: Яков пошевелился и проснулся. - Аня, ты уже дома? – удивился Яков, поднимаясь и помогая жене снять пальто. – Думал, ты будешь позже… - Ты не рад меня видеть?! – притворно разозлилась Анна, стараясь не замечать краем глаза белую тень духа, летающего по комнате, и не обращать внимания на тихие презрительные смешки, существующие только в её голове. - Конечно рад, - улыбнулся Штольман и потянулся к её губам, увлекая в теплую и приятную бездну поцелуя. - Ты ужинал? – спросила Анна с улыбкой, отрываясь от его губ. - Нет, ждал тебя, - ответил Яков, рассматривая лицо жены так внимательно, будто не видел её уже сто лет. Анна кивнула, так как другого ответа она и не ожидала. - Значит, сейчас покормлю тебя, мой сыщик. Анна ещё раз наскоро поцеловала мужа и скрылась за дверью ванной. Комната наполнилась звуком текущей из крана воды. Анна умыла холодной водой лицо, и взгляд её вдруг упал на висящее над раковиной зеркало. В нём отразилась усталая, измученная, словно загнанная в угол женщина. - Да что же это я? – подумала Анна, поморщившись, и растерянно разглядывая своё лицо. Она показалась себе вдруг слабой, и сама эта мысль была ей неприятна. Женщина начала совершать над собой то самое колдовство, которое удивительно всегда мужчинам – приводить себя в порядок. Шпильки, которые раньше, казалось, вонзались в голову, перестали держать густые волосы, и те тяжёлым каскадом обрушились на хрупкие женские плечи, узкое платье на корсете, которое раньше сдавливало рёбра, заменено было свободным белым халатом, украшенным кружевами, а украшения перестали утяжелять тело. Анна так увлеклась процессом, что не заметила, как в комнате вновь появился дух, и когда госпожа Штольман вновь подняла глаза, чтобы полюбоваться результатом своего удивительного перерождения, она вздрогнула, заметив за своей спиной полупрозрачный силуэт. - Вы так и будете ходить за мной? – спросила Анна, раздражаясь и слишком резко откручивая крышечку баночки с кремом, отчего та выскочила из её рук и со звоном покатилась по кафельной плитке. Дух снова презрительно усмехнулся, всем своим видом показывая, что раздражение и недовольство Анны его абсолютно не волнуют, и словно напоминая, что он пришёл сам и уходить пока не собирается. - Теперь мы наконец-то одни, а Вы, кажется, готовы к разговору. - Вы были здесь всё время? – нахмурившись, спросила Анна. -Нет, я не видел, как Вы переодевались, если Вы об этом, - не смог сдержать смеха полупрозрачный незнакомец, но тут же вновь стал серьёзен. – Так Вы готовы меня выслушать? - Говорите уже, коль пришли, но я сразу предупреждаю, что не имею уже ни малейшего желания иметь с Вами какие-либо дела, - хмуро проговорила Анна. - Поверьте, у Вас нет выбора, - легко ответил дух, заставляя Анну опешить, и тут же продолжал: - Как видите, я здесь, ещё в этом мире, а это значит, что меня что-то удерживает… - Можете не рассказывать мне о тонкостях материй, я и так прекрасно осведомлена, - перебила духа Анна, оскорбленная его тоном. - Да что Вы говорите, - прищурив глаза, дух окинул Анну оценивающим взглядом, отчего госпожу Штольман передернуло. - Я умер не у себя дома в постели, как мне бы хотелось, а на каторге от упавшего на лесоповале дерева, что, впрочем, может быть, было для меня наилучшим исходом, потому как ещё двадцать лет тюремного заключения стали бы, скажем, не самыми счастливыми годами моей жизни… - Так Вы ещё и преступник, - не смогла не съязвить Анна. - Не настолько, насколько Вы себе представляете, - зло прошипел мужчина, подлетая к женщине вплотную. Вся моя вина заключалась лишь в том, что я оказался не в то время не в том месте! Но теперь я относительно свободен и должен отомстить! Не за себя, за Таню, за Серёжу! - Я не понимаю о чём Вы, - пробормотала Анна, хмурясь и поёживаясь. Она чувствовала себя очень неуютно возле духа, который одержим жаждой мщения. - Вам и не обязательно! – отрезал дух. - Вы должны узнать сегодня за ужином у мужа, какое дело он сейчас расследует! И не смейте спорить, - разъярился он, видя, что Анна хочет возразить. – Вы же не хотите, - его голос стал тихим, угрожающим, - чтобы на колыбель с Вашими детьми вдруг обрушилась люстра, или дом неожиданно загорелся, или на голову Вашего драгоценного дядюшки упал кирпич – несчастные случаи, которые будут неслучайны! В этом всё удобство духа – тебя никто не видит, но ты можешь всё, ну, или почти всё… - Анна, - из-за двери послышался взволнованный голос Якова. – С тобой всё хорошо? - Да,- сдавленно ответила Анна. – Я сейчас выйду. - Идите, - скомандовал дух, кивая на дверь. – И помните: всё в Ваших руках и, если Вы не станете делать глупости, всё закончится хорошо. Ну, идите же!