Упс!

      Проснулся Гарри достаточно рано - все ещё спали. Полежал чуточку, слушая, как похрапывает Рон. Вчера старый рыжий друг как-то ему не слишком пришёлся по душе: и на бедность жаловался - именно жаловался, а не мечтал избавиться - и сандвичи зажал. Всё-таки, восприятие взрослого повоевавшего юноши уже совсем не детское. Более критичное, что ли. Или он требует слишком многого? Но Гермиону этот Уизли слишком часто обижал, причём, не только маленьким, а даже будучи совершеннолетним молодым человеком.       Вдруг вспомнилось возвращение друга после того, как он их бросил в лесу. Тогда подруга закатила знатный скандал, который сейчас, через призму памяти, почему-то воспринимался, как семейная сцена. Так что это значит? Они уже были близкими людьми? То есть Рон что? Не только его оставил, но и свою девушку? Или даже технически уже не девушку? Главное слово тут - свою.       Сейчас, размышляя об этом несколько отстранённо, Гарри недоумевал. Тогда, после появления Рона, события катились с нарастающей скоростью - егеря, дом Малфоев, Беллатриса, Добби, подготовка к ограблению Гринготса. Ни о чём ином думать было просто некогда. Хогсмид, воющие чары, Аберфорт, проникновение в школу, битва - до сих пор всё это буквально стоит перед глазами. Куда уж тут думать о поведении рыжего друга!       А ведь именно анализом ему и следует сейчас заняться, потому что в настоящий момент он очень многое знает. Не только о возможном будущем, вообще о жизни. Главное, не пропустить ничего важного. А то помнит он, как даром терял кучу времени и упускал массу возможностей, основываясь на неправильных предположениях.       Умылся, оделся и тихонько вышел в пустынную по причине раннего часа гостиную, где застал сидящую с книжками одинокую Гермиону. На разговор с ней сейчас не тянуло, поэтому приветливо кивнул и уселся в кресло поодаль. Голова буквально вспухала от мыслей, которые было необходимо записать. Однако, ничего бумажного он из спальни не прихватил, да и чего-либо, кроме пергаментов, перьев и чернильницы в Хогвартс не привёз - действовал по школьному списку и подсказкам продавца. А тут требовалась тетрадь или блокнот.       Задумался ненадолго, достал волшебную палочку и призвал от камина полено поменьше, из которого трансфигурацией получил блокнот. Карандаш нашелся в кармане - в этой рубашке он ходил ещё в обычную школу, вот и завалялся огрызок. Итак, список проблем.       Во-первых, Сириус Блэк десятый год сидит в Азкабане.       Во-вторых, Волдеморт в затылке Квирелла бродит по школе, намереваясь выкрасть Философский камень.       В-третьих, сам этот камень лежит в Запретном коридоре на третьем этаже под охраной Пушка, Дьявольских Силков, летающих ключей, каменных шахмат, тролля, стен огня и зеркала Еиналеж.       Поразмыслив, решил пока ничего с камнем не делать - в прошлый раз этот "минерал" до самого лета пролежал нетронутым. С затылком Квирелла Гарри уже успел погорячиться, ничего не добившись. Вообще-то раньше он "Обливейт" никогда не накладывал - наверное по неопытности, что-то исполнил неправильно. Это умница-Гермиона после шестого курса стёрла своим родителям память о себе, да ещё и убедила их уехать в Австралию, чтобы разгорающаяся война не зацепила ненароком самых дорогих для неё людей. Надо бы и ему попрактиковаться: стирание памяти - штука сильная. Помнится, Локхарта превратила в безоблачного идиота. Как раз то, чего он от всей души желает Волдеморту. Затереть личность - и пусть себе летает неупокоенным духом. Да и блокируются такие чары не так-то просто.       А вот с Сириусом тянуть время не стоит. Незачем крёстному ещё два года подвергаться влиянию дементоров. В конце концов, Поттеры своих не бросают!       Задумавшись, Гарри снял очки, собираясь их протереть, да и замер в недоумении: хлипкие, треснутые, замотанные скотчем, они производили удручающее впечатление. Но после "Репаро" стали как новенькие. Посмотрел на часы - скоро можно идти на завтрак. Однако, ремешок порван и зашит грубыми стежками, стекло поцарапано - это ему досталось в наследство от кузена, никогда не отличавшегося аккуратностью. Когда тот получил в подарок новые, эти выбросил. Поттер был рад и таким. Теперь, после парочки "Репаро", вещь стала выглядеть вполне прилично, а ходили они и раньше исправно, благо дядя специально купил самые навороченные и, разумеется, противоударные.       Что ещё у него не в порядке? Мешковатая одежда, для приведения которой в пристойный вид требуется владение портняжными чарами - записал эту мысль в тот же блокнот на другую страницу. В этот момент наступило время, когда завтрак в Большом зале уже подают, да и студенты зашевелились, спускаясь из спален в гостиную. А процесс планирования успел сильно утомить Поттера - это никогда не было его сильной стороной.       - Ну что, подруга, - подошёл он к Гермионе, - сбегаем, поклюём? А там и расписание получим, да вернёмся, чтобы взять с собой нужные учебники.       - Подождём, когда пойдёт кто-нибудь из старших, чтобы не заблудиться, - ответила девочка. - Просто последуем за теми, кто хорошо знает дорогу.       Рассудительна, как всегда.       - Я не заблужусь, - улыбнулся Гарри и протянул Гермионе руку. - Книги оставь - никто их здесь не тронет, - кивнул он на стопку учебников.       До Большого Зала добрались быстро. Мальчик, действительно, ничуть не плутал. Усадил девочку рядом и уверенно положил ей на тарелку овсянки, придвинул тарелку с тостами, подтянул сосиски и блюдце с сыром - он давно выучил, что Гермиона любит есть на завтрак. Получил в ответ на проявленную заботу очередной нечитаемый взгляд - их за утро уже было несколько - и сам приступил к обстоятельной заправке.       - Тыквенный сок жутко полезный, - сообщил он, придвигая поближе к девочке кубок. - Привыкай к его вкусу. Это неизбежно, чая тут почти не бывает, - за что получил ещё один взгляд, на этот раз лукавый. Странное дело - Гермиона не тарахтела без остановки, как это было в прошлый раз на младших курсах, особенно в начале первого их учебного года.       Когда, получив расписание, ребята возвращались в гостиную, встретили Рона с Невиллом и Симусом.       - Ты уже несколько раз назвал меня своей подругой, - сказала девочка, когда коридор опустел. - Это серьёзно?       - Если не прогонишь, - пожал плечами паренёк. - То есть, я очень на это надеюсь. И никому не выдам твою тайну.       - Какую тайну?       - Про то, что ты самая умная ведьма текущего столетия. За что, надеюсь, ты никому не расскажешь о моём не совсем нормальном для этого возраста колдовстве. Я только при тебе позволяю себе чуть больше, чем следует.       - Звучит двусмысленно, - нахмурилась Гермиона.       - Для двусмысленности я чересчур молод, - притворно насупился Гарри. Он, конечно, понял, что не совсем удачно выразился.       - Согласна, - кивнула мисс Грейнджер.       Правда, было непонятно, с чем именно она согласна. С тем, что она самая умная? Что заинтересована в дружбе? Или, что Гарри ещё не дорос до двусмысленности? Уточнять Поттер не стал, как и выяснять, сохранит ли подруга в тайне его слишком большие успехи в колдовстве.

***

      На трансфигурации Гарри задумчиво поглядывал на спичку, над которой трудилась подруга, а сам тем временем машинально превращал точно такую же спичку в иголку и обратно. Как и следовало ожидать, любопытство взяло верх над сдержанностью - таковы все женщины, а маленькие - особенно. Гермиона скосила взгляд на баловство соседа, и брови её поползли вверх. Поттер, тем временем, принялся менять материал спички - сталь, медь, бронза, пластмасса, красное дерево и дальше по кругу.       Гермиона сосредоточилась и сделала свою спичку стеклянной. Наморщила лобик и превратила стекло в пластилин, который и принял форму иглы. Следующее усилие - и игла стала деревянной. А потом... вроде оловянной, не слишком аккуратно получилось. Свинцовой. Из незнакомого серого металла. Стальной. Затравленно зыркнув, подруга всё поотменяла, превратила спичку в деревянную иглу, которую, заметно напрягшись, посеребрила.       Упрямо встряхнула гривой и начала сначала - деревянная спичка, стальная спичка, стеклянная игла. Ещё усилие - и игла стала медной.       Попытки следовали одна за другой до тех пор, пока у Грейнджер не стало сразу получаться с одного захода - всё-таки она очень быстро учится.       - Мисс Грейнджер справилась с заданием! - обрадованно воскликнула профессор МакГонагал. - Пять баллов Гриффиндору, да и мистер Поттер сумел добиться заострения спички, - добавила она, покосившись на плоды трудов Гарри, вовремя скорректированные.

***

      На истории магии Гарри попытался продолжить планирование, но Биннс своим монотонным голосом усыпил его в два счёта. Кажется, кроме несгибаемой Гермионы никто из всей аудитории не удержался в сознании - студенты клевали носами, роняли перья на пол и головы на руки. Поттера не спасло даже сознание взрослого человека - он сидел с широко открытыми глазами и сомнамбулически покачивался. Это было сильнее его.       На Чарах отрабатывали движения волшебной палочкой, а потом и уроки закончились - после обеда сегодня занятий у первого курса не было.       - Сядь с Лавандой и Парвати, - шепнул парнишка своей лохматой спутнице, едва они вошли в Большой Зал. - Тебе по возрасту положено с девочками дружить, а не с хулиганами. Только учёбой сильно не грузи, а то подумают, что хвастаешься, - а сам пошёл к Рону. Отказываться от общения со старым другом совершенно не хотелось - как-то привык он к рыжему за многие годы. Да и пережили они вместе немало.       - Ты чего рядом с лохматой за парту сел? - младший Уизли начал наезд мгновенно. - Она же учителям в рот смотрит, - Гарри даже растерялся от неожиданности. Не был готов к подобной агрессии. Непонимание или пренебрежение - да, он ещё до Хогвартса знал, что люди не любят тех, кто отличается от них и вообще выделяется. Но вот так... Пожал плечами и подвинул к товарищу блюдо с куриными ножками. И картошечки к нему на тарелку положил побольше. А сам призадумался, неторопливо набивая живот тем, до чего дотягивалась рука. В этой новой жизни, со второго раза, выходки Рона он воспринимал болезненно. Особенно нападки на Гермиону - достоинства этой девочки он ценил очень высоко, в то время как рыжик, случалось, его огорчал.       Разумеется, ничего подобного он не сказал: непростая жизнь приучила меньше говорить и больше думать.

***

      Бумажный журавлик с запиской отыскал Гермиону уже в спальне. Прочитав приглашение на прогулку, девочка не стала колебаться: любознательность всегда была одной из самых сильных её сторон. Надев джинсы, лёгкую курточку в талию и мягкие кроссовки, вышла к озеру и двинулась вдоль берега в сторону Запретного леса. Гарри махнул ей рукой из кустарника, расположенного правее тропы, ведущей к хижине Хагрида.       Полянка, покрытая невысокой травой и со всех сторон укрытая зарослями, создавала камерное, уединённое впечатление.       - Я должен тебе кое-что показать, - не стал тянуть время мальчуган. Он взмахами палочки призвал несколько крупных камней, которые расставил кольцом. - Представь себе, что это очаг, - продолжил он повествование. - "Инсендио", - из его палочки хлынуло пламя и послушно расположилось внутри импровизированной топки. - Горит без дров. Можно согреться или сосиски поджарить. Отменяется стандартным "Фините". Теперь ты.       Гермиона послушно повторила, хотя получилось у неё не сразу - сначала палочка просто плевалась огненными сгустками, которые гасли, не долетая до земли.       - Колдовство творится желанием, сосредоточенностью и воображением волшебника, - подсказывал Гарри. - Формулы лишь облегчают некоторые этапы. Ты ведь уже прочувствовала это сегодня на трансфигурации.       Гермиона одарила паренька очередным странным взглядом, в котором читалась дикая смесь эмоций, но трудиться над заданием не прекратила, с пятой или шестой попытки добившись нужного результата. А вскоре и отменять воспламенение научилась уверенно.       - Теперь то же "Инсендио", но в другом применении, - Гарри призвал корявый сук, который расположил в воображаемом очаге и испепелил.       - Такое ощущение, будто ты кислорода поддавал, - озадачилась подруга.       - Хм, - в свой черёд озадачился парнишка. - Я ведь в точности не знаю, как это работает. Просто хочу сжечь и сжигаю.       Потом он создал и отогнал вдаль целый вал огня, испепеливший по пути всю траву. А затем испустил из палочки узкий длинный факел, под действием которого раскололся от жара один из камней. Гермиона осваивала эти умения упорно и настойчиво. К тому же исключительно быстро. В пределах десятка попыток, которые проделывала одну за другой, выслушивая рекомендации.       - На сегодня хватит, - прервал занятие Поттер. - До утра больше не колдуй, а на ужине съешь побольше мясного и мучного. А то вялая будешь, как осенняя муха. В гостиной к нам с Роном не подходи и старайся держаться с соседками по спальне.       - Гарри Поттер, - девочка упёрла руки в бока и одарила собеседника непередаваемо гермионистым взглядом. - На каком основании ты ведёшь себя со мной, словно заботливый папочка?       Вся строгость пропала втуне - нахал лишь усмехнулся.       - Я заинтересован в дружбе с самой умной ведьмой столетия, поэтому стараюсь в как можно более лёгкой форме передать тебе всё, что знаю, чтобы ты двигалась дальше, не отвлекаясь на мелочи. А дело это непростое, потому что и перегрузить нельзя, и размазывать обучение вредно. Ты впитываешь знания и умения, как губка.       - Я тебе для чего-то нужна? - до девочки начало доходить, что в ситуации изначально вела совсем не она.       - Твои мозги в первую очередь, - мальчик резко посерьёзнел. - Дело в том, что укокошенный мною десять лет тому назад Волдеморт окончательно не укокошился. Он будет пытаться вернуться к жизни и начать новое восшествие к власти. Как ни странно, мне не удастся остаться в стороне, несмотря на малолетство.       - А я? - спросила девочка. - Я тоже буду в это втянута?       - А этот гад по всем прокатится. Раньше так было, и вряд ли будет по-другому. Важно, чтобы ты была готова вовремя убежать и спрятаться.       - Спрятаться? - уточнила Грейнджер снова очень гермионистым тоном.       - Он очень сильный. И у него умелые помощники. Бить придётся в спину, - вздохнул Гарри. - Иди вдоль озера мимо стадиона через главный вход. А я вернусь в замок мимо теплиц через внутренний дворик. О том, что мы много общаемся, должно знать как можно меньше людей.

***

      Проводив взглядом спину уходящей подруги, Гарри рванул к Дракучей иве: дальнейшие планы требовали свободы перемещений, и одну из дыр в периметре он намеревался проверить прямо сейчас. Отыскал в траве длинный сук и уверенно ткнул им в хорошо знакомый выступ у корней, а потом нырнул прямиком в лаз. Подсветил себе "Люмосом" и скорым шагом двинулся к Визжащей Хижине, откуда аппарировал в Косой переулок. Осмотрелся и вернулся обратно - времени на покупки или визит к гоблинам не оставалось. Впереди ужин, и жрать хочется не по-детски. Ведь сегодня он тоже изрядно поколдовал, а тело, как ни крути, детское. К тому же тощенькое. Главное, проверил возможность уходить по своим делам в любой момент, когда в этом возникнет необходимость.       Время после ужина и до отбоя провёл за шахматами с Роном. Кстати, теперь он легко побеждал рыжика - годы игр с ним не прошли даром. Знал все уловки старого партнёра. Да и фигуркам своевольничать не позволял, к особо упрямым применяя грубую силу. После угрозы аутодафе посредством камина желающих поспорить вообще не осталось. Правда, народ поблизости поёжился и отодвинулся. Так что в случае штурма лабиринта на третьем этаже без младшего Уизли он обойдётся запросто.       Ну и разговоры о квиддиче - как же без них. Хотя за теряемое понапрасну время было ужасно обидно. Рон во всей красе детской непосредственности требовал к себе постоянного внимания, отвлекая Гарри от целой кучи важных вопросов, которые следовало хорошенько обдумать. Его вечный девиз "да ну его, скучно" начинал уже напрягать деятельную натуру бойца-подпольщика.       К Гермионе, листавшей пухлый справочник, Поттер даже не подходил. Не стоит дразнить гусей. А очень хочется. Ну вот где раньше были его глаза и мозги!? Такая девчонка столько лет находилась рядом, а он вёл себя, как мальчишка! Хотя он и был мальчишкой. Но всё равно слишком глупым даже для такого возраста.       В кроватку ушёл пораньше. Лёг, постарался очистить сознание, как когда-то требовал профессор Снейп, да и отключился. Даже не понял, с очищенным сознанием, или с неочищенным.