Упс!

      Первым, что увидел Гарри, переместившись в дом Грейнджеров как есть - в пижаме, это Гермиону, сидевшую на банкетке в прихожей родительского дома и выглядевшую весьма опечаленной и взъерошенной.       - Папа с мамой уже спят, - сказала она вместо приветствия. - А я была неправа, назвав тебя козлом, потому что ты не уникален. В смысле - точно такой же козёл, как и все мужчины. То есть, права, конечно, но не в том смысле, который тогда вложила в это определение, - произносила она это, потупившись и глядя на босые ноги Поттера.       "О-оффигительные извинения! Ладно, не будем язвить, пока. Бедняжка и так в раздрае."       - Хотелось бы подробностей, - ухмыльнулся Гарри. У него уже мелькнула догадка о причине такого вздрюченного состояния подруги, но поговорить на волнующую её тему всё-таки следовало. Дело в том, что, копаясь в его мыслях, подруга зацепила довольно много самого разного, в том числе и его мечты о будущем с ней. Достаточно смелые, надо признаться.       - Я пожаловалась на тебя маме. На то, что ты себе со мной позволяешь в мечтах. Но она, вместо того, чтобы возмутиться, зарумянилась, похихикала и сказала, что этого следовало ожидать, потому что внутри ты намного старше, чем снаружи. А для взрослых дяденек подобные желания вполне естественны.       "Спасибо, тёщенька, сочтёмся!"       - Это мне показалось подозрительным, - продолжила растрёпа, - и я тем же вечером, когда родители собирались спать, тихонько наведалась в папину голову. Потом глаз сомкнуть не могла, представляя себе, что ты проделываешь со мной то, что папа собирался сделать с мамой. Хотя, там присутствовало немало ещё и про то, что мама будет вытворять с ним. И, при этом, ни он, ни она не испытывали никаких неудобств или стыда.       Сама же Гермиона этот самый стыд испытывала в явном виде. "Ещё чуть-чуть и от её кожи можно будет прикуривать", - подумал парень, пристально рассматривая подругу. Хоть лицо и было опущено и частично скрыто буйной шевелюрой девочки, но даже видимой его части, а в особенности одного буквально буро-малинового ушка, ему для подобного вывода было вполне достаточно.       "Эк тебя растопырило, ласковая моя! Только сейчас начинаю понимать наших преподов и их строгость. Подростковый возраст - это ж полный атас, гормон бурлит и крыша едет! И таких крыш - целый замок. И так каждый год... Как же им тяжело с нами!"       Гарри присел на банкетку рядом с Гермионой и осторожно приобнял её, успокаивающе поглаживая по плечу: - Это случится нескоро, когда ты вырастешь и перестанешь меня опасаться. Я же повзрослею позже тебя. Может так случиться, что подобное произойдёт даже именно по твоему требованию.       - Твои застенчивые мечты даже на сотую долю не так смелы, как папина уверенность в отзывчивости мамы! Тем не менее, всё это об одном и том же. А картинка в целом указывает на неизбежность отвратительного разврата и мерзкой распущенности в не таком уж отдалённом будущем, - плаксиво протянула девочка и уткнулась в плечо друга.       - Знаешь, те, кто пробовал подобные разврат и распущенность, утверждают, что это доставляет массу приятного, - улыбнулся мальчик. - И всегда не против повторить.       - Парни, - поправила Гермиона. - А девушки?       - У девушек я не спрашивал, - снова улыбнулся Гарри. - Очень жить хотелось. У меня и так была очень неоднозначная репутация, а после таких вопросов могли пойти самые сумасшедшие слухи.       - Убери с меня свои лапы, нахал, - слабым и неуверенным голосом сказала подруга, хотя, при этом, сама не отлипла от его плеча. - Меня в ужас приводит осознание неизбежности... подобного, - пробурчала она куда-то в район подмышки.       - Подобное называется "заниматься любовью" и приводит к появлению детей, - объяснил Гарри.       - Можно подумать, будто мне это неизвестно! - возмутилась Гермиона, и первый раз прямо посмотрела на друга, при этом её лицо всё ещё оставалось практически бурым от прилившей крови. Но тут же вновь опустила взор куда-то в район коленок. - Но из книг невозможно даже представить себе, насколько ужасно это выглядит! - настаивать на убирании с неё лап она не стала, а только зябко поёжилась, словно смирившись с тем, что друг "не услышал" её вполне законного требования.       - Ты чересчур торопишься в своём стремлении узнать как можно больше. Есть кое-что, к чему ты пока не готова. Кстати, - тон парня резко сменился на деловой, - чтобы проникнуть в разум отца, ты должна была колдовать. А ведь это запрещено. Совы из министерства с предупреждением не было?       - Упс! - тихо воскликнула девочка. - Как-то я об этом даже не подумала. А совы не было. Почему бы?       - Вот и я голову ломаю, почему? - почесал себе затылок Гарри, одновременно с этим чуть плотнее прижимая к себе подругу, банально из-за того, что так было теплее, да и чего душой кривить - приятнее сидеть. - В прошлой жизни я всего два раза это сделал и всегда получал предупреждение буквально через считанные минуты. Причём, второй случай разбирался Визенгамотом. Так как ты это провернула?       Девочка, несмотря на всё ещё красное лицо, выпрямилась и вновь прямо взглянула в глаза друга, в её глазах читалось некоторое довольство или даже превосходство. Хмыкнув, она ответила: - Вот так! - и перед внутренним взором Поттера стали возникать картинки его прошлой жизни.       - Знаю, что ты умеешь колдовать невербально, но как смогла обойтись без палочки?! - удивление Поттера было самым настоящим.       - Сама не поняла, - пожала плечиками довольная эффектом девочка. - Может быть, тем же способом, каким ты ластики лопал? Ну, на Истории магии и на Защите, помнишь?       - Не понял? - откровенно растерялся Гарри. - Как ты сообразила, что я осваиваю наговоры и нашёптывания?       - Да тут и соображать нечего, - новая довольная улыбка озарила лицо подруги. - Спросила у мадам Пинс про книги, которые ты брал, и просмотрела их.       - Постоянно забываю, что под видом маленькой девочки скрывается самая умная ведьма столетия, - фыркнул Гарри. - А можно, я тоже попробую почитать у тебя в голове?       - Только не мои мысли! - девочка мгновенно вырвалась из полуобъятий Гарри, отскочив на другой край банкетки, и с настороженностью посмотрела на Поттера.       - Ладно, ладно, - взглянув в сторону вешалки, Гарри молча, то есть даже не шевеля губами, заставил легонько покачнуться висящий у входа в дом дождевик. За этот год он достаточно хорошо наловчился концентрироваться на формировании ясного и сильного желания чистым усилием разума. - Слабенько, но работает. Выходит, заговаривать и нашёптывать можно даже невербально, причём Надзор этого не засекает, - хмыкнул он. - Только тогда непонятно, как засекли такое же беззвучное колдовство домового эльфа, которые тоже палочками не пользуются и заклинаний не выкрикивают? Это было как раз перед прошлым вторым курсом, когда Добби сбросил торт на гостей дяди Вернона.       - Зачем он это сделал? - не поняла Гермиона. - Торт испортил и одежду гостей испачкал?       - Чтобы шантажировать меня и заставить не возвращаться в Хогвартс, - уверенно вспомнил Гарри.       - А не в этой ли попытке эльфа принудить тебя сделать так, как ему нужно, и кроется причина того, что чужое колдовство приписали тебе?       - Хм. Возможно. Мог же домовик надеяться, что за незаконное колдовство меня исключат и сломают палочку, - вслух подумал парнишка. - Вот и подставил. Дело в том, что у эльфов достаточно сильная магия, которой они пользуются совсем не так, как мы.       - Выходит, что ты всего один раз нарушил правила, а попался дважды, - фыркнула Гермиона. - Талант.       - Да ничего я не нарушал, потому что защищался от дементоров!       - Знаешь, Гарри! - Гермиона пристально, чуть ли не как рентгеновский аппарат, посмотрела на друга. - А давай всё опять будет по-прежнему. То есть я не стану из тебя вытягивать ответы по одному, а ты спокойно и обстоятельно поведаешь о том, кто такие эти дементоры? Где обитают, чем питаются, на кого нападают и как от них защищаться?       Поттер внутренне ухмыльнулся - подруга избавилась от шока и вернулась к своей обычной занудливой манере изъятия сведений из всего, что шевелится. И почему, спрашивается, ему это нравится? Привычка, или ещё что-то?

***

      После того, как в отношениях был восстановлен статус-кво, следующим этапом процесса познания оказалось освоение защиты сознания. Это умение наглядно продемонстрировали родители Невилла, едва очухались в подземном ходе, где Гарри копался в их головах. Они действительно владели Окклюменцией, в отличие от Поттера, безуспешно занимавшегося этим под руководством Снейпа на пятом курсе.       Фрэнк и Алиса, разумеется, помогли, чётко объяснив, что самое главное, это обнаружить проникновение, для чего сознание нужно держать в очищенном от эмоций состоянии. Это позволяет почувствовать появление воспоминаний или чувств, к которым подбирается легилимент. После чего нарушителя следует вышибить обычным "Протего", которое со временем начинает получаться молча, а впоследствии в результате длительных тренировок вообще одним усилием воли, то есть без применения волшебной палочки или жеста.       Для Гарри и Гермионы колдовство одним только волевым импульсом уже новинкой не было, а очистка сознания перед сном вошла в привычку - так они обычно засыпали, находясь в школе. Оставалось только сосредоточиться на выяснении вопроса о том: "А почему вдруг я об этом подумал или вспомнил?" Это когда перед внутренним взором внезапно что-то всплыло. Таков самый простой и распространённый принцип обнаружения вторжения в свой разум.       Усвоив основной принцип, ребята принялись тренироваться друг на друге - один атаковал, другой защищался. В отличие от Лонгботтомов, оба они начальные навыки легилименции освоили, чем и пользовались. Конечно, ни о постановке блоков, ни о создании обманных образов даже речи не шло - только самые начальные умения, не рассчитанные на скрытую борьбу или обман.       Вот эти навыки Гарри с Гермионой и закрепили, методично бессчётное число раз вышибая друг друга из своих мыслей. Кое-что, конечно, они успевали увидеть, но, как правило, только самую малость.       Фрэнк и Алиса же много времени уделяли сыну. Отец учил Невилла летать на метле, а маменька подтягивала в трансфигурации, тренируя его дома, в комнате Лонгботтом-Лодж, где не работал Надзор. И, конечно, приятель много и с удовольствием копался на грядках. Поскольку родители как раз устраивались на работу, жизнь семьи Лонгботтомов постепенно налаживалась, а грозная бабушка несколько ослабила нажим на внука, который, кстати, частенько с ней спорил. Иногда - успешно.       Летний отдых определённо выдался для Гермионы исключительно приятным - она и родителей Невилла умудрилась обо многом выспросить - такие источники знаний просто не могли быть оставлены ею без внимания. А потом крёстный пригласил ребят к себе. Оно и раньше случалось, но чаще по инициативе Поттера, который, конечно, не забывал прихватить с собой и Гермиону - помелькать перед глазами обитательницы портрета, да попытаться в очередной безуспешный раз разыскать библиотеку тёмного семейства.       Но тут, оказывается, у Блэка был особый повод.       - Знакомьтесь, это мой старый друг Ремус Люпин, - представил он гостя, когда все расположились в одной из гостиных.       Гермиона восторженно сверкнула глазами и назвала себя - о том, что перед ней оборотень, девочка уже знала от Гарри.       - Ремус согласился быть шафером на нашей с Тали свадьбе, - радостно, совершенно по-собачьи, оскалился Сириус. - Мы планируем провести её в самом конце августа по маггловскому обычаю в доме родителей невесты.       - Отличная новость, Бродяга! - обрадовался Гарри. - Где собираетесь поселиться?       - Этот дом достаточно велик, - развёл руками в стороны Сириус. - К тому же мама, наконец-то, усвоила, что если выживет из дома невестку, то только вместе со мной. И тогда не увидит внуков. Кстати, Гарри! - возбудился ещё больше крёстный. - Здесь и для тебя приготовлена комната - можешь въезжать в любой момент!       - Сплю я у Дурслей. Там, куда определил меня Дамблдор. А бодрствую в компании Гермионы, - ухмыльнулся Поттер. - И тут вот какое дело, Ремус, - повернулся он в сторону Люпина. - Через четыре дня полнолуние. Ты не покажешь нам с подругой процесс обращения?       - Откуда ты знаешь?! - взметнулся удивлённый оборотень, подозрительно косясь на старого друга. Он ожидал каких угодно вопросов, но не таких! Уж точно не таким нагло-уверенным тоном.       - Он не скажет, Луни, - хмыкнул Блэк. - Не представляю, откуда, но сведениями всегда располагает достоверными. Это ведь он меня из Азкабана вытянул, прицельно надавив на болевые точки нескольких влиятельных персон.       - Вообще-то, думаю, в подвалах этого дома несомненно должна найтись крепкая камера с решёткой, через которую всё можно прекрасно наблюдать, - пожал плечами Люпин.       - А на воле? В Запретном лесу. Чтобы можно было вступить с вами в схватку и победить? - с просительными интонациями в голосе поинтересовалась Гермиона. - Но сначала понаблюдать в естественной среде обитания. То есть узнать про повадки и поведенческие стереотипы.       Глаза оборотня стали ещё шире. И не только его.       - Вы в своём уме? Только ведь на второй курс перешли! Откуда такие идеи?! И вообще - вам ещё жить и жить! - воскликнул подскочивший с кресла Сириус.       - Наши навыки в защите можно проверить хоть бы прямо сейчас, - улыбнулся Гарри. - Нам и самим будет интересно, чего мы сумели достичь.       - Достойная мысль, - добродушно улыбнулся Ремус. - Прочувствуете собственную беспомощность и перестанете дурью маяться.       Поединки устроили в Запретном лесу, который у юных гриффиндорцев уже опасений не вызывал - они успели в нём неплохо освоиться. Правда старые мародёры удивились, когда дети уверенно аппарировали в Визжащую хижину, а потом и Иву отключили. Но комментировать это не стали, а только переглянулись удивлённо.       Сначала Гарри против Ремуса, а потом Сириус против Гермионы. В обоих случаях победил опыт. Но победителей их юные противники успели изрядно утомить. Поттер не сильно проигрывал оборотню в стремительности и скорости реакции, а Грейнджер действовала против Блэка настолько разнообразно и изобретательно, что непрерывно ставила в затруднительные положения.       - На удивление неплохо выступили, в особенности для первогодок, - одобрительно высказался в адрес ребят Лунатик после возвращения всей компании домой к Блэку. - Но на обратившегося оборотня заклинания практически не действуют.       - Зато и сам оборотень заклинаниями не кидается, - возразил Гарри. - А связывание эффективно против всех магических существ, - в этот момент Гермиона примотала волшебными верёвками обе руки Люпина к подлокотникам кресла, а ноги - к ножкам.       Ремус подёргался, повырывался, напрягся изо всех сил... и согласился. С тем, что верёвки оборотня удержат.       - Но в лесу вам со мной не справиться, - заявил он. - Так что смотрите через решётку.       Гермиона с разочарованным вздохом согласилась. А потом вдруг захотела посмотреть комнату, которую приготовили для Гарри.       Это оказалось немного больше, чем просто комната, потому что имела вход в ванную. А ещё здесь находились письменный стол и два шкафа, один из которых оказался книжным и далеко не пустым - в нём нашлось немало книг, которые подруга тут же принялась деловито просматривать. Поттер же спокойно, по-хозяйски огляделся на предмет удобства обстановки, смерил взглядом ширину кровати и сообразил, что Сириус явно переоценил стремление юных душ к единению. Но, видно, крёстный таким образом намекал, что разврат, буде таковой произойдёт, считает уместным. То есть у этого великовозрастного обалдуя отдельные извилины так и остались прямыми.       После Гарри с интересом осмотрел мелкие детали интерьера - разного рода безделушки - потому что прекрасно помнил, сколько зачарованных вещиц хранилось в этом старинном жилище. Многие из них были далеко не безобидными. Даже палочку достал, чтобы проверить эти предметы на проклятия, но спохватился, что его засечёт Надзор и воздержался от применения чар.       Будущей хозяйки так и не дождались - по какому-то там непонятному обычаю она перед свадьбой жила не у жениха, а в родительском доме. Поскольку дело было к вечеру, ребята вернулись по домам. А утром к обоим прилетели совы со списками учебников, среди которых значительную часть занимали сочинения Гилдероя Локхарта.

***

      Добби явился в этот же вечер прямиком в комнату, где Поттер ночевал. Его похожие на лягушачьи лапки ручонки сжимали плоский свёрток в формат тетрадки, глаза были распахнуты так, что казалось - сейчас выскочат из орбит, зато рот был аккуратно заклеен волшебным скотчем вроде того, которым Рон ремонтировал свою волшебную палочку на втором курсе. Не иначе - Люциус принял дополнительные меры, чтобы пресечь утечку информации. В принципе, помня о том, насколько пронзительный голос у этого создания, Гарри не возражал.       Сгрёб в охапку домовика и вместе с ним перенёсся на Гриммо, где тут же позвал Кричера и прошёл на кухню.       - Надо уничтожить ещё одну злую вещь, - показал он глазами на дневник в чёрной обложке. В том что надпись о принадлежности этой вещи Тому Марволо Риддлу присутствует, Поттер уже убедился. - Ты готов сделать то, чего хотели бы хозяин Регулус, хозяин Сириус и великий волшебник Гарри Поттер?       - Спрошу у хозяина Сириуса, - ехидно осклабился Кричер. - А то ходят тут всякие "великие волшебники" и не дают самому опытному домовику вкусить заслуженного отдыха, - при этих словах Добби задёргался, пытаясь возмущённо мычать.       — Привет, Сохатик! — на кухню, шлёпая тапками и запахивая халат на ходу, вошёл крёстный. — Злая вещь — это ещё один крестраж?       — Да. Волдеморт явно переборщил с их числом, но нам спешить некуда - будем по очереди обезвреживать. По мере обнаружения.       - Давай, Кричер, гаси эту мерзость, - кивнул слуге хозяин дома, чуть ли не рыча и натуральным образом оскаливая зубы.       Уже через минуту проткнутый старым клыком дневник истекал похожей на кровь чёрной жижей, а пожилой эльф заворачивал своё оружие в лоскут драконьей кожи.       - Добби, вернись к хозяевам и поведай о том, что видел. Скажи мистеру Малфою, что ты очень мне понравился и попроси отпустить тебя. Ведь мечтаешь о свободе - по глазам видно. Выпадет минутка-другая свободного времени, заглядывай. Поболтаем.

***

      Очередное маленькое предприятие началось, как обычно, со скуки.       - Ты не хотела бы познакомиться с автором учебника Истории магии, Гермиона? - спросил как-то Гарри, сидя в гостиной Грейнджеров, сообразив, что ведь Батильда Бэгшот пока жива и находится в твёрдом уме и ясной памяти.       - Так она нас и ждёт! - хмыкнула девочка. - Нехорошо это - напрашиваться на встречу с человеком, у которого имеются какие-то свои дела.       - А мне думается, добрая Батильда обрадуется, увидев старого знакомого, тем более, соседа. Мы ведь не встречались больше десяти лет!       - Десяти лет? Это по какому календарю? То есть, по прошлой твоей жизни, или по нынешней? - девочка полностью переключила внимание на собеседника, ради этого оторвавшись от книги, на время экспроприированной из спальни Гарри в доме Сириуса.       - По календарю миссис Бэгшот. Она знавала меня ещё карапузом. Я этого, конечно, не помню, зато она вполне, может, и не забыла годовичка, рассекающего на игрушечной метле.       - Как интересно! А ты уверен, что не попадёшь в неловкое положение?       - Не уверен, конечно, но попробовать очень хочется.

***

      Аппарировав в Годрикову Впадину вместе с подругой, Гарри провёл её тихими улочками, по которым они так же вдвоём прошлись всего полтора года назад... Или это на шесть лет отодвинуто в будущее? Как-то путано получается. Летний день вместо зимней ночи. Дремотный покой тёплого раннего вечера, вместо доносящегося отовсюду праздничного шума. И маршрут, выбранный так, чтобы ни разрушенный дом Поттеров, ни обелиск на площади не попались на глаза. У них сегодня совсем другие задачи, для решения которых голова Гермионы должна быть свободна от любых тревожных впечатлений. Для этого же из Лондона прихвачена коробка с пирожными и сдобной выпечкой, чтобы было уютно за столиком, накрытым к чаю.       Кто накроет этот столик? В крайнем случае, Гарри не постесняется, потому что неплохо помнит расположение комнат в доме, где на них набросилась Нагайна. Этот эпизод хорошо сохранился в памяти - отважно пришедшая на помощь Гермиона, липкий ужас, сломанная палочка!       Встряхнув головой, словно сбрасывая наваждение, Гарри уверенно распахнул знакомую калитку и галантно пропустил подругу вперёд. Хозяйка дома находилась на участке правее здания рядом с жасминовыми кустами, что-то делая с их листьями.       - Миссис Бэгшот! - обратился к ней Поттер. - Возможно, вы помните годовалого сорванца, летающего по дому на детской метле?       - А ты подрос, Гарри, - улыбнулась вполне ещё энергичная старушка. - Вот только причёска твоя так и не изменилась.       - Просто сам не знаю, что делать с этим вороньим гнездом. И стригусь коротко, и расчёсываюсь, а всё не впрок, - в ответ улыбнулся мальчуган. - Топорщатся и лохматятся, словно наэлектризованные. Кстати! Позвольте представить вам мою спутницу. Мисс Гермиона Грейнджер. Она перешла на второй курс с одними только превосходными оценками и снискала репутацию пытливой и вдумчивой студентки. Мы вместе учимся на Гриффиндоре.       - Добрый день, Гермиона, - приветливо откликнулась пожилая волшебница. - Меня не покидает предчувствие, что тебе не терпится применить свои пытливость и вдумчивость по отношению ко мне. Признаться, старую Батильду не слишком часто навещают молодые и энергичные люди - скучно им с замшелыми стариками. Очень рада, что вы нашли время для визита.       Уже через пару минут, Гарри поставил чайник в кухне и принялся накрывать стол в беседке, расположенной за домом.       - Какой стремительный и неудержимый юноша вырос из непоседливого карапуза! - устроившаяся за столом Батильда с явным удовольствием наблюдала за вскипевшей вокруг деятельностью - Гермиона открыла принесённую с собой коробку и выкладывала угощение на блюдо.       - Лопатку принеси, и десертные ложки, - подсказала она расставившему блюдца и чашки приятелю.       - И десертные тарелочки, - напомнила Батильда. - Они в шкафчике над кухонным столом.       Чаепитие проходило в непринуждённых воспоминаниях хозяйки о живших тогда по соседству Поттерах. Рассказ пожилой волшебницы нравился Гарри значительно больше, чем ноябрьское повествование Хагрида, в котором эмоциональные восклицания чередовались со скудными крохами фактической информации. Тут же перед ним разворачивалась живая картина жизни молодой семьи с её радостями и хлопотами. Удивительное дело, но у Батильды нашлись и несколько фотографий, которых Гарри раньше не видел. Старушка охотно призвала свои альбомы, которые увлечённо листала, показывая кадры, запечатлевшие немало моментов прошлого и образы давно ушедших из жизни людей.       - Ой! А это кто? - воскликнула Гермиона, увидев изображение директора Хогвартса и его брата Аберфорта.       Разговор ожидаемо перетёк на историю семьи Дамблдоров. Если во время повествования о Поттерах подруга почти ни о чём не спрашивала, уступив инициативу товарищу, то тут оживилась и включила любознательность на полную мощность. Потихоньку, слово за слово, Батильда пересказала практически полное содержание книги Риты Скиттер "Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора". Поведала и о дружбе будущего директора Хогвартса с Геллертом Гриндевальдом, и историю Арианы, погибшей при так до конца и не ясных обстоятельствах, и о возникшей тогда неприязни между Альбусом и Аберфортом, считавшим брата виновным в смерти сестры.       Конечно, слова пожилой волшебницы звучали не столь неприязненно, как те, что использовала скандальная журналистка, но Гермиона чётко схватывала суть, отчего мрачнела буквально на глазах. Светлый образ великого чародея перед её внутренним взором тускнел, словно предгрозовое небо - Гарри видел это по исчезнувшей улыбке и насупленным бровям.       Тем не менее, посидели они душевно и разошлись довольные друг другом.       - Ты знал об этом, - уверенно заявила подруга, едва ребята отошли от дома Батильды.       Оставалось только кивнуть.       - А почему мне не рассказал? - собрала было бровки девочка. - Хотя, не отвечай. Я бы не поверила. И ты это знал. Так вот почему вся эта твоя таинственность! Я-то думала, что для того, чтобы было интересно. Ну, что просто игра такая. А ты, оказывается, побаиваешься директора, - и замолчала.       "Хм, уже без кулаков? Прогресс налицо, импульсивность потихонечку уходит, вместе с идеализмом."       Гарри протянул подруге письмо, разысканное Сириусом.       - Фотографию маленького меня на метле тогда, в прошлой жизни, я видел не всю - только обрывок, - пояснил он смущённо. - А у миссис Бэгшот сохранилась. И само письмо мне тогда досталось не целиком. Я лишь начало отыскал, - и, чуть помолчав, добавил. - Хочу заглянуть на кладбище.       - Это где похоронены твои папа и мама? - снизила тональность Гермиона. Она всё ещё читала письмо и лишь сильнее мрачнела.

***

      Постояли у могилы Поттеров и неторопливо осмотрели кладбище.       - Игнотус Певерелл из сказок барда Биддля, оказывается, реальное лицо, - сразу поняла подруга, едва прочитала надпись на одном из старых надгробий. - Твой далёкий предок, в наследство от которого ты получил мантию-невидимку работы самой Смерти. Ту самую, которую Дамблдор забрал у твоих родителей, когда им грозила опасность. Гарри! Я теперь просто не знаю, что и думать о директоре, после всего, что узнала!       - Вот и не думай, - виновато улыбнулся парень. - Просто не встречайся с ним взглядом - он очень искусный легиллимент. Снейп, кстати, тоже.       - Да что же это делается! - всплеснула руками девочка. - Кругом сплошные... ну... не так, чтобы совсем враги...       - Попутчики, - подсказал Поттер.       - Да. Те, кому безразличны твои заморочки...       - ...мечты, чаяния, надежды и устремления, - продолжил Гарри.       Гермиона вздохнула и ничего не ответила - её крепко приложило сегодняшними откровениями.

***

      Оставшаяся часть лета прошла без каких-либо примечательных событий. Гарри и Гермиона встречались почти каждый день. То у Уизли, играя в квиддич трое на трое, то у Лонгботтомов, помогая Невиллу копаться на грядках, заодно Гермиона задавала его бабушке неожиданные вопросы, подстрекая ту к рассказам о реалиях и традициях магического общества. Гласных и негласных.       Погуляли на свадьбе Сириуса, к которому теперь заглядывали запросто - входная дверь впускала обоих.       - Спасибо тебе за чудесное лето, - сказала подруга, прощаясь с Поттером вечером накануне возвращения в Хогвартс. - Просто представить себе не могла, что за такое короткое время можно узнать столько интересного. А уж картина превращения оборотня - это просто уникально! Не ищи меня в поезде - поеду с Лавандой и Парвати. Мне с ними надо о стольком поговорить! Мы ведь с тобой просто одноклассники, не так ли? - и лукаво улыбнулась на прощание.