«Гражданин Кейн» Фассбендера и МакЭвоя

Это было удушливое лето 1969 года. Война во Вьетнаме никак не заканчивалась. Моего друга Джонни подстрелили в плечо. Вертолет с отрядом семнадцатой дивизии готовился на посадку в двухстах метрах от нашего местоположения. «Чарли» окружили нас со всех сторон. Мой друг истекал кровью рядом со мной. Я глянул на его рану, она была ужасна, рука вот-вот отвалиться. «Спокойно, Джонни, мы тебя подлатаем», — прокричал я как можно громче. Мимо меня просвистела пуля. Однажды в мой шлем уже прилетала одна, и оставила дыру на металле мне на память именно для таких моментов, чтобы я не высовывался. Джонни был уже совсем плох, его вырвало прямо мне на рукав. Жизнь его покидала. «Только не сегодня, Джонни!» — взревел я и принялся во чтобы то не стало тянуть его к вертолету. «Лейтенант, Холден!» — послышалось сзади — это меня окрикнул один из бойцов. Еще один полз рядом, помогая нести оставшиеся оружие от погибших солдат. «Ястреб» вызывает, лейтенант Холден!» — перекрикивая свист пуль и звук вращающихся винтов вертолета. Тут, как в страшном сне раздался оглушительный взрыв — это ракета пущенная из базуки прилетела прямо в вертолет и разорвала его на части вместе со всеми кто прилетел к нам на подмогу. Обгоревшие останки солдат раскидало как конфеты из пиньяты. «Господи, только ты сможешь сейчас нам помочь». — подумал я. Пот катил градом размазывая засохшую грязь с кожи. Появились еще парочка солдат, отступающая от армии гуков. «Дотащите Джонни до укрытия» — приказал я новоприбывшим, и они бережно взяли его и побежали в противоположную сторону, к ручью, где остался еще один наш отряд. Я чертовски надеялся что их не перебили. Радист трясся как лист на ветру, у пацана что нес ружья не было лица. Видимо в такую переделку они попали впервые. Мы спрыгнули в небольшой овраг (не мы его вырыли, возможно это был природный обвал) и я пустил очередь по кустам где сидели гуки. «Сукины дети,» — выругался я перезаряжая ствол и продолжая стрельбу по вьетконговцам. Мы были в полном дерьме. «Мангуст вызывает Ястреба! Как слышно? Пришлите к нам вертушку, черт побери! Тут полно раненых! — кричал я в трубку радиосвязи. — Кто это? — настороженно спросила Лоуренс, взяв трубку в своем доме на кухне, где преспокойно пила белое вино. Фассбендер читал сценарий мистера Секунды очень оживленно, вдаваясь во все подробности, особенно со звонком. МакЭвою очень понравилось, он с интересом и восхищением наблюдал и внимательно слушал, сопереживая героям вьетнамской войны прописанных на страницах. Хоть это выдуманная история мистера Секунды, но она имела место быть в реальной жизни. Мистер Секунда воспроизводя заново эти моменты в голове, сосредоточено курил, сидя в кресле. Майкл остановил чтение и задал очень щекотливый и печальный вопрос: — А ты уверен, что мы это потянем, Секунда? Мистера Секунду как током ударило. Он выпрямился в кресле и потушил сигарету. Хорошенько раздавив «бычок» в пепельнице, он встал. Джеймс МакЭвой задумался так, будто это его спросили. — Ты же хотел снять вестерн, — неожиданно выпалил Джеймс и показал пальцем в Секунду, будто подловил его в каком-то важном споре. — Ну, я слегка сдвинулся с темы, — промямлил Секунда. — Ничего себе слегка, — сказал Фассбендер. — «В ожидании летнего дождя» — звучит, конечно, красиво. И долго ты это писал? — Да за ночь добил, — ответил мистер охуенный Сценарист. — По мне так норм история, — подбодрил МакЭвой. — Какая тут нахуй норма? — спросил Майкл. — Нам чтобы это на экран перенести нужно всему Лас-Вегасу отсосать. Хер на утро. Хер на обед. Хер на ужин. Хер перед сном. И так, пока не наскребем на вертолеты, всю это взрывную поебень и на ебаное разрешение на съемки. — Фассбендер разозлился и расстроился, что план не воплотим в жизнь. Джеймс и мистер Секунда приуныли. МакЭвой вдруг спросил: — А сколько это херов? — Много, — выдал мистер Секунда.