Die Schatulle mit den Bonbons

      Приговор Хука был безапелляционным – отдых вдали от города, работы, нездорового питания и недосыпа. Доктор грозился применить силу в случае попытки сопротивления, и Кейд, сдавшись, был вынужден ехать далеко за город, в совместный дом братьев Девастатор, расположенный недалеко от моря, на откорм и полезные процедуры.       Собственно, Кейд успел завершить все дела, так что имел полное право на отпуск, не говоря уже о его необходимости. Да и вид у него наверняка был откровенно паршивый – последние три недели Кейд вообще старался не засматриваться в отражающие поверхности, чтобы не пугаться. Достаточно было того, что пойманные преступники начинали признаваться сразу во всех грехах, стоило ему только показаться в дверях допросной.       Тем не менее, Кейд был слишком изможден, чтобы отдыхать. Спать не хотелось из-за лошадиных доз энергетиков, которыми Кейд каждый день заливался в течении последней пары месяцев. Зато он периодически вырубался от усталости, лицом в отчеты или в тарелку с едой. Есть что-либо другое, кроме пирожных и фастфуда, Кейд по многим причинам не мог, и Хук не единожды угрожал сделать ему промывание желудка, если тот не согласится сесть на более здоровую диету, поскольку окочуриться от идиотизма ему никто не собирался позволять.       Поездка за город, равно как и сбор вещей, смутно запомнились Кейду – он помнил, как посреди утра к нему в квартиру вломились Скреппер и Лонг Хоул, которые бесцеремонно выкрали его прямо из дома, прихватив, правда, телефон, бумажник и прочие нужные вещи. По приезду его насильно накормили какой-то кашей, напоили апельсиновым соком и отправили отсыпаться в гостевую комнату, оставив там же чемодан с его вещами. Спать с открытым окном, в который врывался свежий морской воздух, запах цветов и слышались негромкие звуки разговоров братьев, было так хорошо, что Кейд очнулся только к позднему вечеру, когда все остальные уже легли на боковую.       Одетый в старые серые пижамные штаны, черную футболку с надписью «To punish and enslave», подаренную когда-то Вортексом, и кутаясь в плед, Кейд прошлепал босиком на кухню, где сварил себе большую кружку какао и взял тарелку пронесенных мимо Хука пирожных, после чего направился к бассейну во внутреннем дворике, где уселся на краю, закатав пижамные штаны и опустив ноги в воду. Тарелку с контрабандными пирожными он поставил рядом, а кружку с какао взял в руки, грея об нее ладони. Мягкий плед уютно лежал у него на плечах, защищая от вечернего ветра, и Кейд, проникшись моментом покоя, со вкусом почесал щеку, заросшую жесткой щетиной. Надо бы побриться…       Кейд отпил горячего какао и поболтал ногами в прохладной воде, создавая волны на ровной глади бассейна. Некоторое время он провел в тишине, попивая какао и жуя пирожные, как вдруг услышал плеск на другой стороне бассейна и ощутил, как небольшая волна подкатилась к его ногам и ударилась о бортик.       Он решил было, что это кто-то из братьев решил искупаться на ночь глядя, и расслабился, но заметил тень, мелькнувшую под водой. Тень была вытянутая, слишком гибкая и быстрая для человека. Кейд едва не пронес кружку мимо рта, когда тень вновь появилась под водой, на этот раз приближаясь к нему. Однако, опережая любое его действие, тень внезапно вынырнула, оказавшись странной тварью с блестящей желто-черной шкурой, плавниками, светлой мордой и огромными круглыми ярко-голубыми глазами, которые внимательно глядели на человека перед собой. Кейд моргнул. Тварь мигнула в ответ и подплыла чуть ближе.       Прежде чем Кейд успел задаться вопросом, какого черта в бассейне братьев Девастатор делает русалка и как она вообще туда угодила, мокрая желтая рука с кривыми когтями схватила одно из пирожных с тарелки, стоявшей на краю бассейна. Русалка покосилась на Кейда, проверяя, не станет ли тот отбирать у него добычу, после чего сжала пирожное в ладони, задумчиво обнюхала и, высунув черный язык, лизнула незнакомое лакомство.       Оторопев от неожиданного открытия, Кейд молча наблюдал, как морская тварь, невесть почему плававшая в закрытом бассейне, поглощает его пирожное, облизываясь и причмокивая. Закончив трапезу, русалка вновь потянулась к тарелке.       Кейд поднес к губам кружку с какао и сделал большой глоток, не отводя, впрочем, взгляда от пожирающей его еду русалки. Она, впрочем, отвлеклась, поглядев на него с интересом, и тоже протянула руку к кружке.       - Я не стану делиться с тобой какао, - отказался Кейд, отстраняясь. – Вдруг ты подохнешь?       Русалка обиженно вытаращила глаза и издала длинную тонкую трель, страшно похожую на плач ребенка, у которого отняли конфетку. Не добившись желаемого, тварь с силой шлепнула хвостом по воде, щедро окатив Кейда брызгами.       Кейд мстительно допил какао и продемонстрировал пустую кружку. Русалка возмущенно застрекотала что-то, смешно надув щеки, и схватила тарелку с пирожными.       - Эй, придурок!       Кейд оглянулся. Морская тварь поглядела в ту же сторону, сцапав тарелку и отплыв от бортика подальше.       - Смотри-ка, я сказал «придурок», а обернулись вы оба, - насмешливо хмыкнул Хук, стоя в дверях дома в зеленом халате и пушистых фиолетовых тапочках. – Хорошо, это значит, что в вас достаточно самокритичности, чтобы оценивать себя здраво. Не все потеряно.       - Оно сперло мои пирожные, - высказал претензию Кейд. Хук подошел ближе и, сурово глядя на русалку, приказал:       - Брось это! – Русалка поглядела на него с вызовом в круглых глазах, а после запихнула пирожное целиком в зубастую пасть. – Глупая рыбина, - обозвал тот упрямое существо, и присел рядом с Кейдом, предварительно вытерев краешком его пледа мокрые лужицы, оставленные от брызг.       - Давно эта тварь живет у вас в бассейне? – поинтересовался Кейд.       - Две недели. И это самец, только юный, - голосом эксперта заявил медик. – Заигрался и отбился от косяка, скорее всего. Людей не боится, гадость всякую в рот тащит. Выплюнь, сказал!       - Может, он голодный?       - Он жрет по четыре килограмма свежего улова каждый день, ему вполне хватает еды, - проворчал Хук. – У него диета куда здоровее, чем твоя. Тебе бы тоже не мешало есть рыбу, между прочим.       - А он не сдохнет от съеденных сладостей? – поспешно перевел тему тот.       - От пары-другой пирожных? Не думаю, но будем надеяться, что он не траванется и не загадит весь бассейн. Мы назвали его Бамблби, кстати говоря.       - Он же русалка, - покосился на него Кейд.       - Я в курсе, спасибо, - съязвил Хук. – Но он полосатый и по цветовой гамме вполне похож. И ты видел его плавники?       - Откуда он у вас? – спросил Кейд, глядя, как Бамблби, сожрав все пирожные, играл в воде с пустой тарелкой, то подбрасывая ее, то кидая куда-то в воду, неизменно ловя снова.       - Мои скорбные умом брательники выкупили его у торговцев рыбой, которые не знали, куда его деть – контрабанда русалок запрещена, а в тюрьму никто не хочет, - мрачно проговорил Хук. – Он почти пошел на консервы, но Бонкрашер забрал его и привез сюда.       - А почему не в море?       - У него было несколько ран от сетей и рыбацких крючьев. Я его залатал, а то он не переставал ныть, - доктор закатил глаза. – Мигрень от этого начиналась просто адская, вот и пришлось его подшить в паре мест. Пока раны не затянутся, будет жить здесь. Но я не ихтиолог, так что нужно будет пригласить специалиста для его осмотра. На всякий случай.       Бамблби нырнул в воду и через некоторое время вынырнул с другого конца бассейна. Он махнул рукой, запуская водяные брызги, и Кейд не сразу заметил летящий в него объект. Нечто мокрое и тяжелое с влажным хлопком шлепнулось ему на колени, чудом не угодив в физиономию.       - Это что, треска? – спросил он, подняв брошенную в него рыбу за хвост. Хук рядом бессовестно ржал, вторя клекоту русалки:       - У них принято подкармливать слишком тощих членов косяка, если те никак не могут набрать вес сами, - проговорил сквозь хохот доктор. – Молодец, Бамблби, так его за наплевательское отношение к своему здоровью!       Кейд глубоко вздохнул и отложил треску в сторону, глядя на резвящегося в бассейне Бамблби, явно довольного своей выходкой, и развеселившегося Хука, который был рад тому, что кто-то сумел прищучить проблемного пациента, и подумал, что, наверное, отпуск не будет таким скучным, как он себе изначально представлял. И что, наверное, стоит все же перейти на более здоровую пищу.       Тем более, что его мнение здесь явно было в меньшинстве.