Daemonium mediis semitis

      Князь зачерпывал ложкой крем-суп и осторожно подносил её ко рту юноши. Тот лишь недовольно косился на мужчину и изредка бросал взгляды на руки, облачённые в перчатки. Сайфер старался игнорировать интерес своего питомца, но с каждой минутой это становилось сложнее. Пайнсу так и не дали взять ложку в свои пальцы, поэтому ему приходилось терпеть такое странное поведение демона. — Тебе обязательно кормить меня? Похоже, что мне полгода? Я что, сам столовые приборы держать не могу? — ворчал он в перерывах, пока князь наполнял ложку супом. — У тебя была возможность есть руками, а ты перевернул на меня осетра. Похоже, что ты умеешь пользоваться столовыми приборами? — с насмешкой спросил мужчина, прикрывая ресницы. Его пальцы даже не дрожали, хоть мучительная боль пронзала ладони. Подросток ещё раз глянул на чёрные перчатки, прищурился. Его откровенно раздражало такое отношение к себе. Он ведь теперь чувствовал себя хуже, чем раньше: со статусом собаки он хоть есть мог самостоятельно. — Щеночек, ты меня так разочаровываешь… — выдохнул демон, собирая остатки супа. — Так выкинь меня отсюда, — фыркнул Мейсон, закатывая глаза. В ответ он получил смешок. Поднос с пустой тарелкой оказался на тумбочке рядом, золотые глаза глянули на парня сверху вниз. Князь оперся одной рукой о матрац, а другой привычно погладил подростка по макушке, перебирая каштановые волосы. — Каждый час говоришь одно и то же, — улыбнулся Сайфер, прикрывая ресницы. — Я уже начинаю привыкать. Смирись со своей судьбой, тогда жить станет в разы проще. Поверь мне. — Князь опустился рядом с парнем, уложил голову на его грудь и расслабился, сделав глубокий вдох. — И что ты сейчас делаешь? — тяжело вздохнул Пайнс, стараясь лечь поудобнее. Демон пожал плечами, зарылся носом в отвороты воротника чужой рубашки, а потом затих. Парень моргнул пару раз, приподняв брови. Его пальцы скользнули вверх по чёрному жилету, в ответ послышался чуть прерывистый выдох, ведь касания прошлись прямо по шраму меж лопаток. Черные уложенные локоны приятно скользнули по коже, Мейсон следил за реакцией князя, перебирая его волосы. А тот, кажется, и не был против лёгких поглаживаний. — Тебе нравятся книги? — перевёл тему демон, укладывая правую руку на плечо парня. — Да, нравятся. Жалко, что авторы не указаны, я бы поискал ещё больше их произведений. — Подросток глянул вниз на расслабленные черты лица Сайфера. На тонкие губы легла усмешка, один глаз приоткрылся. — Ты ещё не перечитал всего, а уже просишь что-то новое, — засмеялся мужчина, приподнимая брови. Юноша не понял, из-за чего стало так весело демону, но решил не задавать глупых вопросов. — Если закончишь читать всё, что я тебе дал, то я принесу что-нибудь новенькое. Что тебе больше нравится? — Наверно, про ангелов, — ответил Мейсон, смотря в сторону. Сайфер ухмыльнулся, чуть отстранился от теплого тела и глянул прямо в карие глаза золотистым взглядом. — Что? — спросил юноша. — Я могу тебе рассказать о них. Зачем читать? — Демон почувствовал, как пальцы тянут его за пряди, руша всю причёску. — Потому что твои слова и мнение автора — разные вещи, — фыркнул подросток. — Я думал, тебе это понятно. Глупые вопросы. У тебя ведь к ангелам предвзятое отношение.       Князь опустил ресницы, стянул со своих рук чёрную ткань и сел на колени. Он протянул ладони вперед, показывая любопытному подростку свои ожоги. Обе руки, казалось, невозможно было спасти. Будто они продолжали гореть даже спустя тысячелетия. Пепел был прямо под кожей вперемешку с чёрной сажей. — Знаешь, за что это? — глухо спросил Сайфер. — Нет, — выдохнул Мейсон, в открытую таращась на шрамы и ожоги. — Но выглядит жутко. — Это за то, что я не захотел преклоняться перед людьми. Мне, как и многим высшим демонам, отрезали крылья, сожгли руки и сбросили сюда. За то, что мы просто хотели быть свободными, щеночек. — Князь растянул губы в ломаной усмешке, глянул в сторону окна. — Знаешь, иногда наши прихоти стоят нам многого. Я проклят, а ты делишь со мной мое проклятие. Твоё наказание за прихоть — быть со мной. — Ты мог выбрать кого угодно, — недовольно сказал Пайнс, нахмуривая брови. — Почему ко мне не пришёл кто-то другой? — Я тебя не выбирал. Все демоны были заняты, так что я решил ответить на призыв. Тебе повезло, что пришёл именно я, ведь я, в отличие от других, не терзаю души ежесекундно. Я не сделал тебя рабом или подстилкой. Не съел, в конце концов. Так что ты везунчик. — Мужчина склонился к теплой шее, оставляя на ней осторожные поцелуи. — И много у тебя было душ? Что ты делал с теми, кто был до меня? — спросил юноша, кусая свои губы. — Здесь ведь никого нет, кроме нас и дворецкого. Твой дом пуст. — Те, кто был до тебя, становились жертвами небесных войн. Либо бои, либо страдания. В Ад просто так не попадают, щеночек. А армия была нужна каждому. И вот души грешников становились мелкими сошками — бесами. Мой дом не всегда был пустым. Здесь проводились балы для высших демонов, но мне это всё наскучило через пару лет. Я решил, что тишина — то, что должно быть со мной всегда. — Сайфер провёл языком под нижней челюстью и отстранился на несколько сантиметров. — Лучше в одиночестве терпеть свою боль, чем среди фальшивых улыбок и развратных особ. — Грустная у тебя история. Но это не оправдывает того, что ты такой урод. Ты держишь меня тут насильно. Мучаешь меня. — Я? Мучаю? — засмеялся демон, оскаливаясь. — Я даже не начинал. Всё это время ты получал лишь подарки от меня, но ничего не ценил. Своя комната, уют, книги, перчатки... — Ага, пара пощёчин, укусы, ошейник и цепь, — парировал юноша, прищуриваясь. — Хорошие подарки. — Это уже были наказания за твоё непослушание. Нужно вести себя тихо, а не лезть на рожон. Щеночек, обзови ты другого демона — с тебя сняли бы кожу заживо. Я видел и знаю, как это происходит. Ты говоришь, что тебе всё равно. Но я вижу, что ты всё ещё хочешь быть счастливым. И я подарю тебе счастье. Я обещаю это уже не в первый раз, поэтому задумайся. — Мужчина скользнул рукой по подвеске на шее, сверкнул глазами. Он отвернулся, чтобы найти опору и встать с кровати, но его толкнули вбок и уложили на спину. Над князем навис парень, смотря в золотые глаза напротив. — Ты хочешь сказать мне, что ты все ещё ангелочек? — фыркнул Мейсон. Треугольник покачивался из стороны в сторону на ошейнике, тёмные ресницы чуть трепетали. — Почему ты прямым текстом не мог сказать мне, что я тут не питомец, а гость? Какого хрена? — Потому что ты задирал нос, даже будучи в роли мелкой собаки, — спокойно ответил Сайфер, медленно моргая. — Ты проиграл мне душу, не забывай это. И при этом ты огрызался. — Потому что ты обманул меня, — чуть резковато произнёс Пайнс. Демон кивнул, широко улыбнувшись. Подросток взял князя за левое запястье, остановился взглядом на прожженной коже. Он провёл пальцами по выгоревшей линии жизни, получая в ответ лёгкое дрожание чужих пальцев. — Тебе больно? — глухо спросил он, глядя на мужчину. — Ты не представляешь, насколько, — шёпотом сказал демон, позволяя глазам полностью почернеть. — Будешь теперь вечно давить мне на руки, чтобы сделать больнее?       Парень промолчал, жуя нижнюю губу. Он нахмурил брови и решительно протянул ладонь к себе, легонько прижимая её к своей щеке. Он закрыл веки, прислушиваясь к своим ощущениям. Кожа была горячей, но что-то ещё не покидало мысли парня. Большой палец скользнул по щеке, коснулся розоватых губ. Уста приоткрылись, оставляя влажные следы на ожогах. Демон приподнялся, послышался лёгкий скрип матраца под телами. Князь внимательно следил за движениями влажных губ, стараясь игнорировать боль. Мейсон целовал осторожно, стараясь не давить на шрамы. Сайфер оттянул нижнюю губу вниз, их лица разделял лишь один сантиметр. Подросток почувствовал горячее дыхание на своих устах, открыл глаза и посмотрел на демона, который поддался вперед. Тонкие губы коснулись лишь щеки юноши, ведь тот вовремя успел отвернуться. — Не думай, что я ненавижу тебя меньше, — сказал Пайнс, сводя брови на переносице. — Я просто что-то расчувствовался. — Ну да, — усмехнулся демон, забирая перчатки с простыни рядом. — Через три часа я тебя отсюда заберу. Прогуляемся по саду. — Князь растворился в воздухе, оставляя парня одного в комнате. Тот устало вздохнул и упал на пышные подушки, вдыхая недостающий кислород полными лёгкими.       Тем временем демон в своём кабинете ополаскивал лицо холодной водой и старался придти в себя. Ладони всё так же болели, как и все остальные старые шрамы, но что-то было по-другому. Темные стены совсем немного давили на хозяина поместья. Свечи горели на полках, окна были плотно закрыты шторами. Князь опустился в своё кресло, отодвинул нижний ящик стола и достал чуть желтоватые листы. Перо окунулось в чернила, острие принялось выводить на бумаге буквы ровным витиеватым почерком. По всему полу были разбросаны листы с неудавшимися предложениями и кляксами, а на деревянной поверхности оставалась ровная стопочка хороших страниц.