Гай и Гизборн

— Прошу простить, господа, и прошу обратить на нас внимание, — раздалось от двери вслед за вежливым покашливанием. На которое два Гая не обратили ровным счетом никакого внимания, упоенно занятые поцелуем по-французски. Санкций за то, чем они занимались, в мире Гая-брюнета не было, потому повернулся он на так не вовремя раздавшийся мужской голос с большой неохотой. Гай-блондин в то же мгновение и в панике — там, где жил он, за такие французские штучки казнили. Долго и мучительно. При виде потревоживших их интимную обстановку, брови Гая поехали наверх, а Гизборн издал вопль ужаса. — Только не говорите, что и вы рыцари, — недоверчиво и криво ухмыльнулся Гай, и не думающий слезать с Гизборна. Подумал, хмыкнул, и добавил, — Черные рыцари. Черный и белый, точнее. — Демоны! — Гизборн попытался осенить себя знамением, но нужная рука была приплюснута к груди вальяжно разлегшимся на нем Гаем. Только демоном из ада, пришедшим по их только что всласть нагрешившие тела и души мог быть тот, что выглядел моложе. Обуглившимся в адском пламени исчадьем Сатаны! От этих нечеловечески огромных неживых пустых черных глаз норманна пробрала дрожь. Француз Гай, обитатель иного двенадцатого века, пытался понять, как такое может быть, и объяснить это логически. Пока что не получалось. — В некотором роде рыцари, — вновь заговорил старший, переглядываясь и обмениваясь ироничными улыбками с будто облитым смолой младшим демоном их небольшого легиона. — Тоже джедаи? — с не меньшей иронией поинтересовался Гай, оглядывая одетых в черные одеяния мужчин. — Мы — люди в черном, чувак, — поправил черный человек черные очки на черной переносице. В ночной черноте комнаты его и видно-то было плохо. — Я агент Джей, а это агент Кей. Но это не важно, потому что вы об этом все равно забудете. — Рыцари джедаи, значит, — неодобрительно покачал головой агент постарше, Кей, — Все еще более запущенно, чем мы думали. — продолжая говорить, он достал из кармана что-то небольшое и блестящее, и со скучающим видом продолжил. В то время как агент Джей скучающе рассматривал окружающую негигиеничную средневековую обстановку. Ему хотелось домой, биг мак и большую колу лайт со льдом. — Господа, прошу вас посмотреть на этот предмет. Сейчас вы забудете все, что последовало с момента вашей встречи, и ее саму тоже. О дальнейшем мы с напарником позаботимся. — Ёоу, никаких проблем, брателлы, — белозубо оскалился во тьме черный молодой человек. Делая загадочный для черного и белого рыцарей рэперский жест рукой. Норманн, никогда не встречавший в своем двенадцатом веке афро-американцев, немного расслабился, но продолжал стучать зубами. Гай, не только встречавший, но и неполиткорректно ухайдакивающий их, продолжал размышлять над тем, что за неясного предназначения непонятного вида шоры на глазах этих совсем уж странно одетых мужиков. Что они не рыцари, мужики в черном только что подтвердили. — Пошли вон, придурки, — с беззлобной ленцой произнес притомившийся от любовных утех Гай. Поворачиваясь обратно к Гизборну, и собираясь дальше целоваться с этими вкусными пухлыми губами и изысканно умелым языком. Тут же последовавшая вспышка миновала его взгляд. Тогда как взгляд Гизборна оказался прикован к стирателю памяти в руках агента Кея. — Кто ты? Где я?.. Демоны!! — хлопающий ресницами Гизборн, добрался мутным взглядом от Гая, вдоль стены, до людей в черном. — Шутишь? — вздернул Гай вернувшуюся было на место одну из изогнутых бровей. — Господа, прошу еще минуту вашего внима… Дослушать агента Кея Гаю не довелось. Помешал пришедший на смену его голосу слаженный глухой звук двух ударов и последовавшее за ним падение на пол пары тел. Повернувшись на звук, Гай не увидел ничего нового. Снова двое. Старший и младший. Разве что совсем уж странно одетые, при том, что Гай сегодня чего только не навидался. — Рыцари? — коротко спросил Гай вновь прибывшую парочку, с поленьями в руках. Судя по возрасту, это были отец и сын, а то и дед и ранний внук. — Стрелки, — с забавным гордячеством ответил совсем юный белобрысый парнишка, и, весело рассмеявшись, лихо поправил головной убор. — Марти, нет времени для шуток! — откинул свое полено в сторону второй, седоволосый, — Пространственно-временной континуум не просто нарушен, а разрушен почти невосстановимо, безвозвратно! Джентльмены! Прошу вас, скорее! Скорее следуйте за нами! Назад в будущее! — Чегооо? — пропели низкочастотными басами два Гая. — Марти, беги, принеси одежду этого джентльмена! Нельзя, чтобы она оставалась тут! Бегом, Марти! — Ок, Док, — Марти Макфлай, обутый в мягкие кроссовки, но одетый в стиле вестернов, как и Док Браун, мигом и бесшумно исчез в дверях. Так и не выпустив полена из рук. — Стрелки? Разбойники значит, — покивал сам себе Гай. Все, рыцарей больше нет, кончились. — Джентльмены, прошу вас, поторапливайтесь! — выглядевший сейчас особенно безумным профессор разве что на месте от нетерпения не приплясывал. — Что здесь происходит?! Почему ты лежишь на мне?.. — пропустил все мимо ушей Гизборн. Разглядывая нависшее над ним лицо красавца-брюнета, любуясь его резными красивыми чертами, наслаждаясь властной тяжестью припечатавшего его к постели крепко сбитого тренированного тела. И эти волнистые черные пышные волосы, упавшие на лицо и закрывшие впалые щеки… Рука Гизборна, чувствовавшего себя после стирания памяти будто после хорошей пьянки, сама собой потянулась к ним, чтобы погладить… — Вот мазафака… — схватился за голову стонущий, но начавший приходить в себя агент Джей, пытаясь соскрестись с антисанитарного пола. — Ты на кого руку поднял, беложо… — Никогда не был расистом! — с гордостью прервал его Док Браун, схватил за шиворот и впечатал головой в стену. — В пятидесятые я единственный на факультете ратовал за права негров! — Ты кого назвал ниггером, беложоп…уй!!! Агент Джей еще раз вошел в тесный контакт со стеной, и вновь затих. Ему снова грезилась кола лайт и много-много льда. Кола внутрь, лед на шишку. Агенту Кею привиделся толстый Элвис в гавайской рубахе. В одной руке у него был «кольт», в другой бокал «пино коладо». Король рок-н-ролла пил противный приторно сладкий коктейль и пел ненавистную Кеем тошнотворно слащавую попсу «Голубые Гавайи». — Джентльмены, умоляю вас! — Док Браун, бешено вращающий и без того навыкате глазами, беспомощно взмахнул несуразными длинными руками, — На счету каждая минута! — Пошли, «брателло», — откликнулся на мольбу Гай, понявший, что вновь начало творится что-то неладное. К тому же ему нравилось, когда его умоляют. Тем более, что этот седой в плаще, так похожем на тот, что носил когда-то он сам, похоже, знает, как с этим разобраться. Что он там за стрелок еще не доказано, может королевский. Гай слез с Гизборна и, после коротких сборов, потянул его за руку за собой. Сперва с постели, затем следом за доком по коридору. К совету врачей тем более стоит прислушиваться. Помощник лекаря, нагруженный мокрыми шмотками и мечом Гизборна, но так впопыхах и не выпустивший полена из рук, догнал их уже во дворе, у коновязи. Рыцарский шлем Марти пришлось нахлобучить поверх ковбойской шляпы. А местному сборщику налогов пришлось конфисковать имеющуюся у Одри в наличие пару лошадей. Узнала о конфискате хозяйка гостиницы только утром. Док Браун, долго проживший на Диком Западе, куда угодил из-за своих экспериментов с пространством и временем, лихо вскочил в седло. Его юный друг Марти, покидавший свои восьмидесятые лишь ненадолго и нагруженный сейчас рыцарской экипировкой, неловко вскарабкался следом за ним. Едва ли не с таким же трудом вскочил на коня позади Гая ранее великолепный наездник Гизборн. Вскочил и тут же подскочил, охнув от боли в попе. Что же с ним произошло?! Что и сколько он выпил? И что потом было? И, главное, с кем?! Не важно, это ведь сон, ничем иным все вокруг быть не может. Это прекрасный сон, в котором он может прижиматься к спине прекрасного мужчины. Гладить его грудь, целовать шею и так приятно пахнущие недавно вымытые волосы… Во сне это можно делать безбоязненно, во сне тебя не оттолкнут, не высмеют… Если бы еще так не болела задница! О том же самом думал сейчас правящий конем и тихо посмеивающийся Гай. Ему было на удивление приятно то, как ласкается к нему этот нелепый и такой милый юноша. Совсем как девушка. Гай вспоминал то, что между ними только что произошло, и ему было так странно от того, что его любовник совсем ничего не помнит. Странно и… Да, и печально тоже… Только что этот юноша, будто в забытьи, умолял Гая трахнуть его, а теперь не помнит ровным счетом ничего… В то время как Гая как раз так глубоко растрогала его чувственная откровенность. А уж как понравилось что тезка-блондин вытворял с его языком! Да, кстати, а куда они сейчас несутся во весь опор, сквозь кромешную тьму Шервудского леса, по едва различимой дороге? Словно бы наперегонки со все сильнее дующим ветром, навстречу погромыхивающей впереди грозе. Вот и первая вспышка молнии, пока еще далеко, но какая же она сильная, яркая! И кто все эти наводнившие Шервуд рыцари, стрелки, агенты, ходящие парами? Так вот что значит — напарники… Значит и с «братом» они напарники, такие же старший и младший… — Мы четверо просто как тамплиеры сейчас, один за другим на лошадях сидим, — раздался у уха Гая мягкий смешок, а обнимающие его руки заскользили по его груди, по животу, еще ниже, попытались забраться под куртку, — Слышал, что про них говорят? Гай не стал отвечать, просто кивнул. Ему вдруг стало как-то неловко говорить с человеком, который совсем все забыл о нем, о них. Это было все равно, что подглядывать и подслушивать — без надобности. Кстати, отличная штука этот уничтожитель воспоминаний. Очень бы ему пригодилась в работе с Вейзи. Гай решил экспроприировать ее едва вернется, если мужики в черном еще не оклемались и не разбежались. Увы, но агенты Кей и Джей уже пришли себя и как раз забирались в припаркованный за трактиром небольшой летательный аппарат. Второпях продравшись к нему с простыми американскими матами сквозь исхлеставший их по пути кустарник. И потирая по дороге шишки. Так просто Кей и Джей сдаваться не собирались. Дело есть дело и его нужно сделать. Что бы ни означало появление здесь и сейчас этих сраных ковбоев! Одно хорошо — они хотя бы тоже американцы, а не, к примеру, русские. — Как тебя зовут? — прошептал Гизборн мужчине своей мечты на ухо и попытался забраться в него языком. Но помешала бешеная скачка, удалось только облизнуть мочку. — Гай, — вздохнул Гай. Поколебался, повернулся и быстро коснулся губами губ Гизборна. Еще больше распухших от его же поцелуев. Здорово же он понравился этому парню, если тот, все забыв, уже во всю к клеится к нему снова. Это было приятно. Это было лестно. Для самолюбия Гая, по которому только совсем уж ленивый не проехался. Туда и обратно. А потом еще раз туда. — И меня тоже Гаем зовут! — обрадовался другой Гай, поморщился, поерзал на крупе лошади собственным, и попытался снова залезть под куртку этого потрясающего мужчины. — Что ты говоришь, — сверх удивленно ответил Гай, на которого вновь напала тоска. При все той же мысли о том, что о нем не помнят ровным счетом ничего. Ни-че-го. Нет, как не было… Все равно как его самого. И что изменилось от этого в этом мире? — Не хочу просыпаться, — прерывисто вздохнул Гизборн. Оставляя попытки справиться с верхней одеждой мужчины своей мечты. Снова обнял его через грудь, так крепко, как только смог, прижался раскрасневшейся щекой к куртке тоже Гая, прикрыл глаза. Вспоминая, как тот только что поцеловал его, хоть и вскользь. Он ему нравится, с первого взгляда понравился! Гай сразу же к нему потянулся! Такое может быть только во сне… И то лишь настолько прекрасном как этот. Ничего прекраснее Гизборну не снилось еще никогда! Хоть и здесь ему прилетело, выдрали как сопливого мальчишку… — Док, вы видели, чего они творят? — стараясь говорить весело, спросил у профессора смущенный Марти. — Они сейчас прямо на скаку этим делом займутся! — Тебе еще рано смотреть такие вещи, Мартин Макфлай, — назидательно проговорил Док Браун, сам смутившийся не меньше. Как же некстати его юный друг сидит прямо у него за спиной! Еще и лошадь подскакивает. А уж что такое твердое порой упирается в него сзади, Док старался не думать, твердя про себя, что наверняка ошибся. Какое счастье, что когда они достигли нужного места и спешились, оказалось что это и правда ошибка — полешка. Которое взволнованный Марти так и таскал с собой. — Джентльмены, прошу вас, ничему не удивляйтесь, и прошу внутрь! Оба Гая все равно удивились, один больше другого. Но, не задавая лишних вопросов, влезли в закамуфлированный ветвями здоровенный железный сундук на колесах. Куда док призывно распахнул одну из крышек, заднюю. А на верхнюю, которая не открывалась, поставил громоотвод. — Четыреста лошадиных сил, сэры рыцари, — пояснил Док Браун все равно ни черта не понявшим черному и белому рыцарям. Приступая к уж совсем не понятным для них манипуляциям, после чего сундук вдруг так и рванул с места. Птицы и те быстрее не летают! — Это ваше, сэр, не забудьте, — Мартин протянул Гизборну его вещи, связанные в тяжелый мокрый узел из голубого плаща. Вернул меч. Схватился за голову и передал шлем, — Чуть не забыл! И это еще. А это, наверное, ваше, — решил пошутить Марти и с полупоклоном вручил Гаю полено, которым временно вывел из строя агента Кея. — Еще бы не мое, как же мне без бревна, — поддержал неказистую шутку Гай, принимая дар с королевским величием. — Потрясающий сон, — сладко вздохнул Гизборн, пристраивая голову на плече Гая, и сбрасывая узел на пол, — Только мокрый. В ту же секунду над их головой оглушительно прогрохотал гром, а от вспышки молнии все на мгновение ослепли. — Есть! Получилось! Мы поймали ее!! — вне себя проорал Док Браун, втапливая педаль газа в пол. — Да!! Мы сделали это!! — вторя ему, счастливо завопил Марти и издал залихватскую ковбойско-тирольскую трель. Гай и Гизборн окончательно утратили связь с реальностью, смотря за окно, за которым то ли ничего не было, то ли это был какой-то свет, вспышки… — Джентльмены, я буду краток. Сейчас мы вернемся к моменту вашей встречи… — Далась вам всем эта встреча, — кривенько ухмыльнулся Гай, поигрывая полешкой. — …Все должно повториться. Все нужно сделать правильно, исправить то, что тут наворочали некоторые, — под конец профессор с бравого тона перешел на откровенное ворчание. — Снова встретиться с Хищником?! — Гай не удержался от нервного злого смеха, — Вот это и называется — не везет. И зачем нам это надо? — Мир в опасности, — кратко и не без пафоса пояснил Док Браун. — Надо спасти мир. Гай хотел ответить, что ему дела нет до этого мира и до следующего тоже. Но что-то вдруг странно тронуло его в этих идиотских пафоснейших словах. К тому же… Умереть — это не так уж и страшно… И совсем не так уж плохо, если подумать… По сравнению с тем, как он живет, как ему предстоит прожить еще Бог знает сколько. И не дай Бог до старости. Такой же одинокой, как вся его не задавшаяся с самого, считай, начала жизнь. — Гизборн все забыл. Не будем его впутывать, — глухо проговорил он, старательно смотря под ноги. На кинутый «братом» туда же меч. — Гизборн уже впутан по самое не балуйся. Кхм-кхм, — откашлялся Док, покосившись на давящего улыбку юного друга, — Сэры рыцари, не скрою, что ваши жизни вновь подвергнутся опасности, но… — Но это же просто сон. — счастливо пробормотал Гизборн, целуя Гая в накачанное плечо, на котором вновь пристроился понежиться. Притиснувшись к Гаю он совсем не чувствовал холода, хоть и был в одном исподнем. Во время скачки ему и то не было холодно! Но жаль, что Гай не догадался отдать ему свою куртку… Так бы он смог забраться куда хотелось ему и понравилось бы Гаю… — Это просто сон, и я просто проснусь. Не хочу… Гай же и хотел бы сказать себе, что это сон, да только, как не старался, не мог себя в этом убедить. Несмотря на полное безумие происходящего. А еще Гай вдруг позавидовал Гизборну. Мучительно и отчаянно позавидовал, до боли в груди, до выступивших на глазах злых беспомощных слез. Вот бы ему, как и он, забыть все. Забыть Марион… Забыть сколько раз он был ею предан. Забыть это ощущение в ладони, когда он вонзил меч в ее тело и оборвал этой самой рукой ее жизнь. Единственное дорогое, что было в его собственной жизни. Никчемной и злосчастной. Забыть и о том, как его отца предала его мать. Забыть как он, Гай, послужил невольной причиной и ее смерти и его. Забыть… Все забыть! Навсегда! Какое недостижимое счастье… Док продолжал что-то взволнованно говорить, Гизборн — что-то не менее взволнованно шептать ему на ухо. Гай не слышал ничего. Полностью уйдя в свои мысли. И мысль о скорой возможной смерти была не самой худшей среди них. Между тем вокруг посветлело. Действительно посветлело, исчез обезумевший яростный свет за окнами. Как до того жгущие глаза вспышки молний, через который они влетели в этот потусторонний свет как на крыльях. Вокруг вновь стал виден Шервудский лес, погружающийся в предвечерний сумрак. По которому догуливала свое странная буря, предшествовавшая встрече двух Гаев. — Успели! Как раз! — облегченно выдохнул Док Браун, и вдарил по тормозам. Оба Гая повалились на спинки кресел передних сидений. Док повернулся к Гаю и пристально заглянул ему в глаза, — Нам с Марти нельзя здесь быть. А было бы можно, я бы все равно не позволил ему этого. — Док… — недовольно поморщился парнишка. — Это не наша война. Это ваша Судьба. — не обратил профессор на подростка никакого внимания, — Это, то, что должно быть, чтобы спасти мир. Во всем мире. Во всех мирах, пространствах и подпространствах. — Да все будет ништяк, слушайте его больше, — ободряюще улыбнулся внимательно слушающим рыцарям Марти, поправляя ковбойскую шляпу, — Все станет так, как и должно было быть до того, как вы встретились. Просто вам нужно кое-что довести до конца. Правильного конца и предназначения каждого из вас. — Марти, ты читаешь и смотришь слишком много не научной фантастики, — нахлобучил ему шляпу на нос профессор. Но этим юного Макфлая было не остановить. Можно было только притормозить и вернуть на правильный курс. На что и было рассчитано. — Каждого из вас ждет его жизнь и судьба в его мире. Сэр, вы бы могли проследить за тем, чтобы этот покинула каждая из вещей, принесенная сюда вашим другом? Это очень важно, сэр! — одновременно просительно и твердо взглянул Марти в глаза Гая. Почти такие же небесно-голубые, как глаза другого сэра Гая Гизборна. — Конечно, — пренебрежительно пожал Гай плечами. Не зная кому из стрелков верить. И чему верить вообще. Почувствовав вдруг неимоверную усталость, сродни полному отупению. — Но лошадь Гизборна сбежала, где теперь ее найдешь. — Моя Ярость, как же я без нее… — затосковал парень о своем четвероногом друге — других у него не было. — Если это черная такая лошадка, то она вон, — кивнул Марти в сторону, — Сама прибежала, куда и когда нужно. — Моя Ярость! — обрадовался Гизборн лошадке, как родной. — Животные чуют такое лучше людей, — с уверенностью покивал «безумный профессор», делая совсем уж большие глаза, и вышел из машины, чтобы открыть дверцу сэрам рыцарям. — При выходе из вагонов не забывайте свои вещи, — Марти Макфлай, вылезший из «сундука» последним, с задорной улыбкой протянул одному рыцарю узел и меч, а другому полено. — И поверьте, что все у вас будет не хуже, чем раньше. Ответом Марти послужили два наполненных горечью пренебрежительных хмыканья и, под стать им, голубоглазых взгляда. — Буря почти совсем затихла, нам пора. Для меня было честью познакомиться с вами, джентльмены, — договорив это пожал руки рыцарей сперва старший из стрелков, а следом за ним младший. Последний хотел сказать напоследок что-нибудь еще, веселое и оптимистичное. Но в этот же самый миг Марти расслышал за шумом стремительно утихающего ветра звук, чем-то напоминающий приближение вертолета. Рыцари не обратили на него никакого внимания, он не был им знаком. Док же немедленно насторожился, вытянул шею и, не тратя более время на прощание, кинулся к машине наперегонки с Марти, — Спрячьтесь за деревьями! Мы уведем их! Когда все закончится, им станет больше сюда не попасть! — прокричал он напоследок, не поворачиваясь, прощально взмахивая рукой над головой. Так же на бегу отсалютовал Гаю и Гизборну на прощание Марти. После чего они с профессором запрыгнули в машину, развернулись, и помчались прочь от… летящего сундука, размером поменьше. В котором агент Джей обрадованно помянул мазафака, и потер сперва шишку, а затем руки. А агент Кей не менее радостно запел рок-н-ролл Элвиса «Все в порядке, мама». Сделал в воздухе «мертвую петлю» и «прибавил газу», пускаясь в погоню за машиной времени. Вновь оставшиеся вдвоем Гай и Гизборн, затаившиеся среди лесных деревьев, проводили настороженными взглядами скрывшиеся во вспышке ярчайшего света летающие сундуки, и отправились ловить своих лошадей. Средство передвижения не на своих двоих, принадлежащее Гаю, тоже прибежало обратно. К тому самому месту, где совсем недавно и одновременно так чертовски давно встретились на одной дороге два рыцаря. Таких не похожих друг на друга внешне. И в то же время настолько по жизни одинаковых. (ОТ АВТОРА) Огромная-преогромная просьба от автора ^___^ У которого сердце обливается кровью, когда раскрываются заранее бережно хранимые им до поры до времени секреты (((Ведь при открывании страницы взгляд сперва падает на комменты. Поэтому я очень прошу вас, милые мои читатели, если вам захочется поговорить со мной об этой главе (что автору было бы несказанно приятно ^___^) не упоминайте имен героев, что нежданно-негаданно появились здесь) Чтобы и другие читатели могли поразиться, а автор словить свой самый любимый кайф — поразить))) Я предлагаю вам эдакую «шпионскую игру», понятную для посвященных)) Называть: Агентов Кея и Джея — Старший и Младший или просто Напарники Дока Брауна — Лекарь Марти Макфлая — Выпускник (плюс старенькие к новеньким))) Хищника — Охотник «Торина» — Двойник Трандуила — Король оленелося — Олень ежика — Узелок Оби-ван-Кеноби — Учитель Анакина — Ученик Ар-Ту Ди-Ту — Сундучок остальные хищники пусть будут тоже Охотниками))) Уф, вроде никого не забыла! : DD