Мир — глаза твои

Агония разлилась, выйдя из берегов. Казалось, нет ничего вокруг, никого вокруг. Только двое — Ивар и Фрейдис. Он увлеченно смотрел в ее глаза, пока она смотрела в его ледяные, пышущие синим пламенем. Фрейдис окунулась в его объятия, прижимаясь к голому телу. Такая близость её ещё больше заводила. — Сегодня я отдаюсь тебе. Следуй инстинктам. — Она выдохнула ему в шею, перебирая кончиками пальцев по позвонкам. — У тебя красивая татуировка. — Чем же? — Она такая же необычная, как ты. Мне нравится всё особенное. А ещё, когда я смотрю на неё, она напоминает о своем хозяине. Ты такой же грациозный, когда находишься на земле. — Я бы многое отдал за возможность носить тебя на руках. — С его губ сорвалась улыбка. — Из меня будет отвратительный муж, который не сможет порадовать простыми вещами. — Он отвёл взгляд от возлюбленной. — Ох, Ивар, не надо. — Девушка поднесла указательный палец к его губам. — Ты восхищаешь и вдохновляешь. Ты творишь великую историю. — Теперь и она улыбнулась. — Это ты так считаешь, для остальных я… безумный калека, стремящийся к безграничной власти. — Усмешка застыла на его лице. — Пусть это и так. Что мне с этого? — Она забралась на викинга сверху. — Ты — безумный калека, а я тогда кто? Ивар уставился на неё, задумавшись, и через некоторое время сообщил: — Ты… — Погладил её по щеке. — Ты — сумасшедшая искусительница. — Притянул к себе. — Ивар, будь смелым, иначе… — Светловолосая прильнула к его губам, прикусив нижнюю до крови. Вкус железа тут же почувствовали оба, но им было плевать. Они решили насладиться страстным поцелуем, отдаваясь эмоциям. Парень крепко сжал в объятиях девушку и с некоторым усилием скинул ее с себя, разорвав поцелуй. Молниеносно присел и также молниеносно привстал на руки, заключив тело девушки под собой. Фрейдис с наслаждением начала водить ладонями по его груди и торсу, восхищаясь правильностью и красотой рельефа. — Ивар, — с наслаждением произнесла девушка. — Фрейдис, — с ещё большей отдачей произнёс он, мельком погладив девушку по скуле. — Ты похожа на Фрейю. Мне кажется, именно так она должна выглядеть. Викинг наслаждается её запахами. Наслаждается тем, как вкусно пахнет от её волос, тем, какой сладкий аромат у её нежной кожи. Его взгляд блуждает по её прекрасному телу: он изучает родинки на её теле, цвет сочных губ, подрагивающие длинные светлые ресницы, изящно выпирающие ключицы, вздымающуюся грудь, плоский живот, талию. Она будоражит его сознание, опьяняет его. — Ивар, — со всем вожделением, которое таилось до этого в сердце, проговорила она. — Фрейдис. — Парень застыл, как застыл и его взгляд на миловидном лике возлюбленной. Больше ни единого слова не потребовалось, чтобы понять, как им хочется обладать друг другом и стать единым целым, отдаваясь природе. Ивар приблизился к губам девушки, но не поцеловал её, а жадно облизнул, прошептав следом: — Я готов. Она, хищно улыбнувшись, кивнула. Ивар обернулся, взглянув исподлобья на свои ноги. Убедившись в удобстве расположения, глубоко в душе обрадовался, как маленький ребёнок новой игрушке, ведь не пришлось мучиться, исправляя, или просить о помощи. — Всё в порядке? — подала голос Фрейдис, обеспокоенно сжав локоть парня. Он повернул голову в её сторону и прошептал одно простое слово, означающее счастливую уверенность. Внутри него давно разбушевалось пламя, которое мечтало выбраться наружу. И, вот, время пришло. Светловолосая чуть шире раздвинула ноги. Викинг переместился чуть вверх, подготавливая своё достоинство. Он аккуратно вошёл в неё. Фрейдис сдавленно выдохнула, сжав настилку. Удовольствие медленно разливалось по венам, пока Ивар двигался в ней, пусть и неуверенно, зажато и слегка неуклюже. Она, однако, чувствовала всё слишком ярко; в голове каждое движение вверх-вниз обретало тут же самые разнообразные краски и оттенки. Когда он двигался медленно, аккуратно и даже нежно, вспыхивал лавандовый или розовый, а когда-то ускорял темп, то возникали вспышки красного или оранжевого. Его дыхание сбилось, но он не позволял себе расслабиться, ибо желал довести всё до конца. Фрейдис жадно хватала воздух, пытаясь хоть как-то помочь своему организму не сгореть окончательно от разливающегося блаженства, но всё сводилось чаще к стонам и надрывным полукриком. Она в один момент просто вцепилась в спину парня, нагло прижимаясь к нему. Спина была расцарапана в кровь так сильно, будто это бешеная кошка набросилась. Но Ивара боль лишь раззадорила, потому что в следующие минуты любви он стал вести себя жёстче, перехватив попеременно запястья девушки, вжимая их в шкуры. С губ девушки сорвался первый стон боли, когда она почувствовала его хватку и то, как немеют её руки. Увидев недовольство, он дал немного свободы её запястьям. Его движения стали посмелее и поактивнее, на что девушка отреагировала довольно-таки бурно, выкрикнув имя возлюбленного сквозь очередной стон. Ярко-голубые глаза парня сияют, отражая восторг случившейся близости. Истома выплеснулась и проникла внутрь Фрейдис. Её ладони мгновенно сложились в кулак. Она не успела выдохнуть, тут же выпалив хриплым голосом: — О, Боги! Ивар аккуратно перевалился набок, стараясь не задеть светловолосую и не упасть на неё. Они долго не могли отдышаться, собрать свои мысли и хоть как-то выровнять голос. Парень слышал абсолютно каждый громкий стук сердца возлюбленной, прислушиваясь также к её дыханию. Она же в свою очередь просто «растеклась», радостно свеча улыбкой до ушей. Без всяких слов девушка повернулась к своему возлюбленному и шёпотом пробормотала: — Как ощущения? Ивар усмехнулся, добавив сразу: — Хорошо. — Ты сомневался? — Поначалу, — он мягко улыбнулся, погасив ледяное пламя в глазах, обняв светловолосую за талию.

***

Утреннее солнце не заставило себя долго ждать, ворвавшись яркими лучами в дом, освещая всё вокруг. Птицы давно уже проснулись, начав тут же щебетать свои песни. Ветер же ещё с поздней ночи заиграл с деревьями, заставляя их шуметь листвой и танцевать ветвями. Ивар проснулся на этот раз первым. Девушка разлеглась практически на всём ложе, вытеснив возлюбленного к самому краю и лишив его импровизированного одеяла. Викинг поёжился от холода, быстро пробравшегося внутрь. За всю свою сознательную жизнь Ивар никогда не рассматривал свои ноги детально, предпочитая то и дело отводить взгляд. Сейчас он полностью открыл свои конечности, поправил немного их положение и почти сразу скривился. Сердце громко застучало во мгновение ока. Его взгляд застыл, перестав выражать хоть какие-то эмоции. Не было ни отвращения, ни жалости — только пустота. — Ивар, что ты делаешь? — сонным голосом прошептала Фрейдис, практически сразу схватив ладонь парня. — Смотрю. — Иди ко мне. — Она потянула его на себя. Ему ничего не осталось сделать, как подчиниться. — И зачем ты это делал? — Не знаю. — Он заулыбался. — Любовался своим совершенством. — В этот раз нехорошая усмешка. — Дай-ка я полюбуюсь. — Девушка вмиг прижала Ивара своими ладонями, навалившись всем весом. Она повернула голову в сторону его ног и тут же осознала, что привыкла уже так сильно, что считает их обычными. — Фрейдис, я решил плыть в Англию снова. — Он приподнялся. — Уже пора. Саксы крепнут. — Почему так быстро? — Тут же спросила светловолосая. — Неужели завоевание так нужно тебе сейчас, конунг Ивар Бескостный? — Я переживаю за, оставшихся в Йорке, воинов. — А за себя ты не переживаешь? — Она села рядом. — Фрейдис, со мной всё будет в порядке. — Как в битве за Каттегат? — Появилась хитрющая и в то же время осуждающая улыбка. — Будучи калекой лезть на рожон не очень хорошая идея, любовь моя. — В голосе слышались нотки порицания. — Я уважаю твою силу, но, Ивар, пойми, ты не можешь сражаться на равных со всеми. Тебе стоит остерегаться гущи событий. — Ты меня за идиота считаешь? — Грудью встать перед стрелами — не самая лучшая идея. — Давай, расскажи ещё что-нибудь. — Ивар, ты меня не слушаешь. Я не против завоевательских походов. — Это я заметил. — Заткнись и слушай. — Голубые глаза девушки пронзили Ивара насквозь, тон голоса стал холодным, как лёд. — Я хочу, чтобы ты жил. Не ради себя, так ради меня, понял? И еще можешь мне хоть сто раз говорить, что ты всё можешь, но это не так. Ты не можешь ходить. — Ты только заметила это? — Он ядовито усмехнулся, оскалившись. — Если я захочу выползти на поле боя, то я это сделаю. — Ты идиот! — воскликнула светловолосая. — Не строй из себя непобедимого воина. Ты не такой. — А какой я? — В его голубых глазах с геометрической прогрессией разросся голубой огонь. — Я тебя ненавижу, Ивар! — вспылила снова она, прижав колени к груди. — Фрейдис, не зли меня. — Он ловко схватил её за запястье. Внутри него уже волной нахлынуло чувство озадаченности поведением возлюбленной. Он просто отказывается понимать, что она от него хочет. Что он сделал не так? Что сказал не так? Может быть, стоило преподнести информацию несколько в ином виде? Она била по самому больному, но Ивар решил терпеть, решил удержать свои эмоции. Конечно, он боится вскипеть, но ещё больше он боится потерять самоконтроль. — Мне больно! — вскрикнула девушка. — Отпусти! — она достала нож, спрятанный среди шкур, пригрозив им Ивару. — Я сказал тебе всё, что хотел. — Её запястье всё ещё сковано цепкими пальцами парня. Он не собирается отпускать. — Я тебя предупреждал о своей ограниченности. — Предупреждал. — Фрейдис приставила нож к его шеи, на что он звонко рассмеялся. — Что ты мне сделаешь, м? — В его глазах появилась насмешка. Светловолосая ткнула кончиком ножа викинга в шею, слегка испуганно смотря в его полные злости глаза. Он не среагировал, даже не ослабил хватку. — Ивар, — прорычала она, показывая истинный характер. — Отпусти. Хмыкнув, он освободил всё-таки девушку. Она, положив нож рядом с собой, потёрла запястье и размяла затёкшие пальцы. Фрейдис просидела в безмолвии несколько минут прежде, чем взяла в рот нож. Ивар с любопытством наблюдал за ней. В его глазах она вмиг перестала походить на испуганную овечку, превратившись в дикую кошку. — Что ты делаешь? — почти возмущённо произнёс он. — Догони меня, — промямлила светловолосая, встав на четвереньки. — Мне не пять лет! — Возмущение отразилось на его лице. — Возьми меня силой, ты же хочешь этого. Представь, что я твоя добыча, — вынув изо рта нож, пробормотала девушка, попятившись в сторону стола. — Доберись до меня. — Она ловко запрыгнула на стол. — Или ты испугался трудностей? Ты же такой храбрый викинг! — продолжала восклицать, накручивая прядь блондинистых волос на палец. — Или ты всего лишь жалкий калека? — Фрейдис. — Ивар поджал губы, кинув в неё свой фирменный презрительный взгляд. — Ты отлично знаешь кто я. — Его голос остался уверенным и непоколебимым, потому что он знает, что она лжет. Но, несмотря на это знание, его эти слова задели. — Что, сдался? Стол слишком большое препятствие для тебя? — Её голубые глаза загорелись яростью и недовольством. Цокнул, но сдержался. Быстро отыскав свои штаны, он их тут же начал надевать. — Не нужна помощь, любовь моя? — Саркастичный вопрос окончательно доказал викингу то, что Фрейдис решила пойти на крайние меры, ещё больше доводя возлюбленного. Разобравшись со штанами, он подполз к ножику, оставшемуся лежать недалеко от кровати. Присев на том же месте, он начал вертеть его в руках, показывая свои умения. — Я разочарована. — Голос её задрожал, рассказав слышавшему правду. Но даже это обстоятельство не помогло светловолосой. Она не успела пискнуть, как возле её головы, где-то в паре сантиметров, пролетел с характерным свистом нож и вонзился в стену позади. Её бросило в холод, но, не теряя времени, она взяла железный стакан и метнула им в парня. Он ловко перехватил его и отправил обратно в полёт. Фрейдис решила не испытывать судьбу и поэтому предпочла увернуться. — Даже не подползёшь? — она снова начала выводить возлюбленного. — Подползу, — стиснув зубы, прошипел викинг и со змеиной грацией направился к столу. Оказавшись возле него, он оценил свои шансы, как пятьдесят на пятьдесят, но сдаваться он не привык и поэтому предпочел попытаться преодолеть расстояние между полом и высотой стола. Девушка уселась с самого края, скрестив ноги и свесив их затем. С явным наслаждением поглядывая на то, как Ивар с трудом поднялся на ноги, опёршись сначала о стул, следом одной рукой о стол и в конце концов обеими руками вцепился в поверхность стола. По поджатым губам стало понятно, что ему больно и до жути неудобно стоять. — Ивар. — Она сглотнула, поняв, что, кажется, чутка переборщила. — Отс-стань, — сквозь зубы прошипел молодой человек. Светловолосая придвинулась к нему поближе, чтобы в случае чего удержать или хотя бы попытаться это сделать. Ошибки она редко признаёт, но тут её даже охватила паника. Она же не уяснила сразу, что он настолько безбашенный. — Я слезу, — уже спускаясь на пол, промямлила Фрейдис. — Нет, — твёрдо и приказным тоном произнёс Ивар. Он, наконец, смог оказаться спиной к столу. Помедлив, раздумывая над манёвром, викинг смог усесться с самого края. Фрейдис всё это время с содроганием сердца следила за его движениями. Она хотела помочь всем сердцем, но знала также то, что он не позволит, ибо слишком зол на неё. — Надо снять брюки, — хищно взглянув на полуголого парня, констатировала факт девушка. — Пожалуй, — подтвердил он. В его голосе всё ещё звучат нотки гнева. Но они постепенно угасают, когда парень начинает понимать, что он смог забраться, что у него получилось и радость начинает заслонять собой всё плохое. — Я помогу? — надеясь, что Ивар её не пришибёт, спросила она. Парень кивнул, отделавшись мимолётной улыбкой. Светловолосая слезла со стола, очутившись в шаге от возлюбленного. Она расстегнула штаны, затем попросила немного приподнять свою пятую точку Ивара, стянула с лёгкостью с него последнее. Он, наконец, сел удобнее и чуть дальше от края. Ноги, похожие так сильно на две соломки, заболтались туда-сюда. Фрейдис, как ни в чем не бывало, снова забралась на стол. Ивар перекинул ноги также на стол, а затем рывком оказался на девушке сверху. Ледяные глаза засверкали голодом и желанием, превосходством и яростью. Она притихла, вслушиваясь то в сердцебиение, то в учащённое дыхание. Ивар переместил ладонь с поверхности стола на шею возлюбленной, чуть сдавливая её и удерживая в таком положении. Фрейдис полностью в его власти. Она действительно его добыча. Она окунулась в его голубые глаза, как в омут. Ни одного звука. Только пение птиц за окном. Пульс участился у обоих. — Не медли, — сипло прошептала девушка. В Иваре проснулся настоящий зверь, жаждущий подчинять всех и вся вокруг. Проснулся настоящий Ивар — Мировой Змей, пожирающий на своём пути целые миры. Фрейдис раздвинула ноги сильнее, но в то же время обхватила ими бёдра возлюбленного. Он начал целовать её, оставляя на коже небольшие кровяные подтёки, иногда больно щипая зубами. В последнюю очередь он приступил к губам, забираясь своим языком всё дальше, танцуя с языком девушки, обводя её язык своим. А потом с небольшим усилием он спустился к груди, принявшись ласкать её грудь, её соски. Она застонала, не сдержавшись, утопая в сладкой близости. — Ты безумец! — вскрикнула она, когда его член вошёл в неё почти сразу же. — Ивар! — снова отчаянный выкрик. Его ладонь всё ещё сжимает легонько шею, поэтому девушка руками держится за неё, боясь оказаться ещё сильнее пойманной в ловушку из страсти. Он двигается быстрее, чем вечером. Возможно, всему виной злость и желание обладать ею, как подчиненной его воле кукле. Когда в глазах у неё появляется туман, парень замечает это и убирает ладонь с шеи, но продолжает не давать возможность сбежать от него. Она, впрочем, и не хочет этого. Задыхаясь, в полном исступлении, она обвивает его шею, усиленно продолжив двигать тазом. Они пришли к единству: ритм пойман. Ярко-голубые глаза сияют страстью и удовлетворением. Ивар схватил на пару секунд возлюбленную за волосы, оттягивая её голову вниз. Увидев то, что искал — трепет, восторг и запал — тут же отпустил её, снова отдавшись животному инстинкту. Её тихие стоны взрывались в его голове самыми разными явлениями: хриплые — свистящим ветром, страстные — пением птиц, желанные — звуком скрещенных мечей. А громкие стоны на грани крика в голове выглядели, как ураган с изумительно красивыми молниями по всему небу и раскатистым громом. Достоинство выходило и тут же входило; викинг научился управлять своим телом и теперь он почувствовал своё превосходство над Фрейдис. Ивар порой специально выводил девушку, двигаясь медленно, протяжно, осознавая, как ей не терпится уже обмякнуть в его сильных мужских руках. Но, нет, он решил её хорошенько помучить. Доведя и себя, и возлюбленную до пика, он излил семя. Громкие стоны пронзили пространство вокруг. Тяжело выдохнув, Ивар и Фрейдис опрокинулись на стол. — Я люблю тебя, Ивар, — прошептала она, пристраиваясь на его груди поудобней. — Безусловно. — Довольная улыбка сорвалась с его губ. — Я тебя люблю, Фрейдис. — Он погладил её по влажным от пота волосам, спустился к талии и замер, прижав сильнее. По её довольному виду он сразу понял, что не разочаровал её.