Сипуха
8 сентября 2020 г., 10:58
— Северус, мы опаздываем!
Тонкая рука Лили обвилась вокруг предплечья парня и потянула внутрь колонны — на платформу 9 ¾. Всё пространство было заполнено детьми, которые торопились сесть в поезд, и провожающими их семьями. Лили и Северус попрощались со своими родными ещё у входа на вокзал, так что они не стали задерживаться на забитом перроне и сразу направились в поезд.
— Знаешь, плюсы старостатства начинаются уже сейчас, — оптимистично сказала рыжеволосая. — Теперь нам не придется искать свободное купе, как до этого четыре года подряд.
— Да, в этом есть смысл, — хмыкнул Северус и заправил прядь смоляных волос за ухо.
Они продвигались по коридорам поезда, лавируя между учениками. Лили болтала о всякой чепухе, попеременно здороваясь с однокурсниками. Северус, шедший за ней неотступной угрюмой тенью, лишь кивал, когда она поворачивалась удостовериться, что он всё ещё идет рядом. Парень по большей части не слушал подругу. Он наблюдал за тем, как знакомые Лили переводили свои лучезарные взгляды с неё на него, резко прятали свою улыбку и словно задавались вопросом: «Почему она вообще с ним общается?». Его не беспокоили эти взгляды, даже забавляли в какой-то степени. К плохой репутации быстро привыкаешь, она следует за тобой так же неотступно, как сейчас Сев следовал за Лили.
Рыжеволосая в который раз оглянулась с улыбкой и резким рывком распахнула дверь в вагон старост.
— Принцесс, витающих в своих облачных замках, нужно пропускать вперед, — присела девушка в шутливом реверансе перед Северусом, одной рукой держа дверь и второй рукой придерживая подол мантии.
— Очень смешно, — вошел он, скривив губы, но в глазах плясали смешинки.
Они подоспели как раз к началу собрания старост. Черноволосая слизеринка в модной мантии, сидевшая недалеко от входа, кивнула Северусу и похлопала по месту рядом с собой. Он до сих пор не мог понять почему Аделаиду Райт назначили старостой. Она порою скандальна и горделива, не имеет выдающихся успехов в академическом плане, даже не играет в квиддич. Но отличается своей эффектной внешностью и умением налаживать контакты — особенно с противоположным полом. Даже нелюдимый Северус мог бы с натяжкой назвать её хорошей знакомой, ведь они часто стояли в паре на зельеварении. Делал всё в основном, конечно же, он, ведь ей нельзя было доверить даже самое простое болтливое зелье. Поэтому Аделаида только подавала ингредиенты и не мешалась под рукой, так что его устраивало такое соседство.
Собрание длилось почти два часа. Из них Северус вычленил только 20 минут полезной информации. Оставшееся время он потратил на изучение учебного пособия по зельеварению за шестой курс. Привычка, укрепившаяся с самого поступления в Хогвартс — читать наперед. Ему нравилось узнавать теорию и, отталкиваясь от неё, практиковаться так, как удобнее было ему, а не преподавателю. Он знал, что примерно через неделю или две, когда будет дочитана эта книга, он примется за варку новых зелий. Какая-то часть из них уйдет на продажу в маленький Хогсмидский магазинчик, какая-то останется для личной коллекции.
В то время, когда Северус с головой ушел в книгу, Лили смотрела за тем, как Аделаида неторопливо придвинулась ближе к нему и опустила голову на его плечо, делая вид, что задремала. Рыжеволосую это развеселило. «Интересно, как скоро Сев это заметит?» — пронеслось в мыслях. Ещё более интересно ей было представить реакцию парня на это. Зная его опыт общения с женским полом и постоянное смущение от любого её прикосновения, она уверена, что он будет в диком ужасе. Лили прыснула от возникшего в мыслях образа. Спустя пять минут Северус заметил Аделаиду и… улыбнулся уголками губ.
Какого
Чёрта
Она резко развернулась лицом к говорившему старосте школы. Удивление Лили начало переходить в чувство, которое она могла бы описать как дружеская ревность. Ведь её прикосновения его будто обжигали, он стремился от них абстрагироваться. Эванс расценивала себя как крайне тактильного человека. Ей нравилось обниматься, ходить рука об руку с подругами, гладить по голове, в качестве похвалы, и по плечам, в качестве утешения. И всё так, чтобы кожа к коже. Таким образом она жаждет показаь людям её чувства к ним. И Северус с детства был закрытым. Когда они только начинали общаться, она видела, что её касания вызывают дискомфорт. В тот момент она решила, что это из-за отца. Северус никогда не говорил об этом прямо, но Лили догадывалась, что тот бьет сына. Поэтому она никогда не давила на него, принимала его закрытость и сумела с ней сжиться, достигнув только прогресса в том, что она может ненадолго прикасаться к нему через одежду: брать изредка под локоть или стучать по плечу в попытке обратить внимание на что-либо. А сейчас он сидел так, будто ему комфортно с ней, фальшивой вертихвосткой. Раздражение волнами накрывало с головой, отчего по коже пронеслись неприятные мурашки. Лили не понимала что её бесит больше: Северус, эта Адель или это непонятное раздражение от того факта, что именно её прикосновения коробят юношу. В конечном итоге она взяла себя в руки и попыталась успокоить себя мыслью, что, возможно, Северусу просто нравится Адель и он терпит её прикосновения из… ну…желания понравится ей? Нет, легче почему-то не стало.
— Так, вроде всё основное рассказал. Ехать нам ещё четыре часа. Предлагаю чтобы сейчас патрулированием поезда занялись младшие префекты Слизерина, следом Когтевран, Пуффендуй и Гриффиндор. Как раз каждому по часу. Всё, удачи вам!
Адель кокетливо потянулась и встала, немного задев Северуса бедром. Но он этого будто и не заметил. Однако заметил взгляд хмурый взгляд Лили, когда повернул голову в её сторону. Она резко отвернулась, взметнув рыжие волосы. Ноги уже сами понесли его в сторону Лили, чтобы узнать почему она злится на него, но Аделаида щёлкнула пальцами прямо перед его лицом. Она нетерпеливо кивнула на дверь, сказав, что не хочет находиться здесь даже ещё одну лишнюю минуту. Северус поставил мысленно галочку — надо будет поговорить с Лили — и вышел вслед за Адель.
***
— Итак, — протянула Аделаида, когда за ними захлопнулась дверь. — Давно ты встречаешься с грязнокровкой из Гриффиндора? Северус с удивлением повернул к ней голову и запнулся о свою ногу, едва не упав. — Что, прости? — Так вы встречаетесь или она просто по тебе сохнет? — С чего ты это вообще взяла? — Ну, её взгляд, метавший молнии, крайне красноречив, — подняла она бровь хитро улыбаясь. — Да и она вроде постоянно за тобой таскается по школе, если я не ошибаюсь. Парень удивлённо уставился на Аделаиду. Девушка откинула за спину волосы элегантным движением и заговорщицки подмигнула. От такого наглого вторжения в личную жизнь Северус немного покраснел. — Возможно тебе показалось. Мы с Лили достаточно давно дружим и иногда проводим время вместе, — как можно спокойнее произнес он. И быстро добавил, словно читая порочные мысли Адель: — В том плане, что мы просто иногда занимаемся вместе учёбой и гуляем, не более. — Моё чутье подсказывает мне, что ты бы хотел часть занятий провести в горизонтальном положении, — хихикнула она. — Да ладно, прекрати смущаться. Не стыдись, что ты хочешь грязнокровку — тело то у неё ничего, вроде как. Поэтому осуждать тебя за твои желания я абсолютно точно не буду. Тем более, что ты парень в самом расцвете полового созревания. Так что твоё вожделение более чем понятно. Северус нервно тряхнул головой. Его волосы скрыли напряженную линию челюсти и стремительно расползающийся по шее румянец. Бестактность девушки одновременно обезоруживала и выводила из себя. — Райт, а ты не думаешь, что лезешь туда, куда тебе не стоило вообще совать нос? Твоя прямолинейность мягко говоря ошарашивает. — Северус, — сказала она так, будто пробовала имя на вкус. — Не хотела тебя смутить, поверь. Хотела лишь предложить предложить…укрепить наше сотрудничество, скажем так. Как бы хорошо она не выглядела — она всё ещё грязнокровка. Да и по слухам девственница. Раз уж на то пошло, ты должен понимать, что неопытность плюс неопытность равняется ужасному сексу. — Аделаида, заткнись! Заткни свой поганый рот! — прорычал Северус остановившись. Из ближайшего купе высунулись несколько любопытных второкурсников с гриффиндора. Повернувшись к ним он злобно прикрикнул: — Скрылись в диком ужасе, быстро! Гриффиндорцы поспешно юркнули назад в купе и закрыли дверь. Послышался грохот: похоже они запутались в мантиях и упали друг на друга. От такой мысленной картины он бы рассмеялся, если бы не был так зол. Северус с каменным лицом пошел дальше по коридору поезда, оставив слизеринку позади. Парень сам не понимал что именно его разозлило больше всего: нос Адель в его личной жизни или её слова о Лили. Они будто очерняли её образ. Он не хотел думать о…сексе с Лили. Её хотелось обнимать, брать её лицо в ладони и целовать в замерзший нос, хотелось слышать её смех и смотреть в её зеленые глаза. А Райт портила эти образы, марала своими грязными выводами. Невольно в голове возникло воспоминание, как Аделаида выходила ночью в общую гостиную Слизерина в конце прошлого учебного года, чтобы накричать на пятерых однокурсников, которые сильно шумели и мешали спать. Она была в шелковых шортах и майке, едва прикрывавшей впалый живот. Картина эта тогда произвела настолько сильное впечатление, что все непроизвольно заткнулись и разглядывали девушку. Она же, заметив их реакцию, с довольной улыбкой сказала «Вот так то лучше» и ушла виляя бедрами. Только сейчас Северус представил Лили в такой же пижаме, с такой же улыбкой, говорящей о своем превосходстве. Представил как она с ленивой грацией потягивается и нежный шелк скользит по её коже. Только схлынувшая краснота вернулась обратно на щеки и шею. В животе будто взорвался вулкан и медленно по внутренностям текла раскаленная магма. Пока он был погружен в свои мысли, Аделаида нагнала его и подхватив под локоть затащила в узкую кабинку туалета. Она притянула его за серебряно-зеленый галстук ближе и прошипела ему в лицо: — Не смей говорить со мной в таком тоне. Я тебе не какая-то жалкая грязнокровка, на которую можно вдоволь поорать. — А ты не смей вообще говорить о ней, — угрожающе произнес он, вцепившись в её запястье. Рука, удерживающая его галстук, дрогнула, но продолжала крепко цепляться за ткань. — О, как мило! Принц бросается защищать свою принцессу! — Поверь, она не нуждается в моей защите! Они близко стояли друг к другу и тяжело дышали. Не успел Северус подумать, что между ними слишком мало расстояния, как Адель притянула его за галстук и впилась жестким поцелуем ему в губы, будто подминая под себя. Сев на эмоциях ответил на поцелуй, прежде чем понял что они делают. Спустя несколько секунд его озарило и он, схватив её за плечи, оторвал от себя. — Что ты делаешь? — шокировано спросил он. — Ты так спрашиваешь, будто не отвечал мне на поцелуй всего мгновение назад, — сказала она хрипловатым шепотом. А затем снова поцеловала его, но уже гораздо мягче. Рука, сжимающая галстук переместилась на затылок парня. Возбуждение, не успевшее раствориться, накрывало с новой силой. Он закрыл глаза и решил поддаться своим инстинктам. Спустя некоторое время Адель с влажным чмоком отстранилась от него и наложила запирающее и оглушающее заклинание на дверь, пока он неловко возился с застежками на её мантии. Адель мягко взяла его руки в свои, провела по талии и оставила на бедрах. С кошачьей ухмылкой она тихо прошептала: — Я буду руководить процессом. Так будет приятнее и тебе, и мне. Поэтому начни с поцелуев в шею. Северус приподнял бровь и ухмыльнулся. Его слегка смешило такое явное желание доминировать от девушки, но в голове не хватало слов, чтобы комментировать это. Пока он исполнял её приказ, она успела окончательно разобраться с мантией, которая теперь лежала на полу. Аделаила слегка отстранилась от парня и стянула через голову тонкий кашемировый джемпер, оставшись перед ним только в юбке и лифчике. Сделав шаг назад она подтянулась и присела на раковину. Медленно, глядя в глаза Северуса, завела руки за спину и расстегнула лиф, который в ту же секунду упал к мантии и джемперу. Девушка приблизилась корпусом к парню и, подтянув его ближе, положила его руку на свою грудь, как бы показывая как правильно сжать. Северус перевел затуманенный взгляд на её раскрасневшееся лицо и поцеловал, покусывая губы. Его вторую руку, которой до этого он обвил талию Адель, она опустила себе под нижнее бельё и продолжила управлять ею, словно кукловод, пока парень не нащупал маленький бугорок. Аккуратно массируя, он приноровился к темпу ведущей его руки и из губ девушки вырвался судорожный вздох прямо ему в рот. Адель немного отстранилась и Северус, расширив глаза от удивления, взглядом проследил как она совершенно по-блядски облизнула свою ладонь и опустила ему в штаны, проведя рукой по всей длине стояка. Мурашки побежали по всему его телу, остановившись в районе подкосившихся коленей. — Чёрт, — с придыханием сказала она, когда он прошелся влажной цепочкой поцелуев от шеи до груди. — Иди сюда. Адель одним движением стянула его брюки до колен и притянула за галстук к себе, жадно целуя и прикусывая губы парня. Северус без возражений стянул бельё с девушки, оставив её в одной только юбке, и вошел. Не выдержав, он застонал, оторвавшись от губ Аделаиды, и начал медленно двигаться в ней. Наращивая темп, он за несколько толчков понял, что сейчас кончит. Частично работающая голова подсказала ему, что лучше не извергаться в девушку, поэтому он уже почти на пике вышел из Адель и кончил в раковину, на которой она сидела. Пока Северус, оперевшись о стенку, пытался отдышаться и придти в себя, девушка соскочила с раковины, натянула джемпер и чистящим заклинанием убрала все выдающие их следы. Парень медленно, с кружащейся головой и жарким румянцем на щеках, натянул обратно брюки и уставился на Аделаиду. — Я…не знаю что сказать, — запнулся Сев, судорожно оправляя одежду. — Что вообще обычно говорят после такого? — «Спасибо, надо будет повторить», — хихикнула Адель, положив ему руку на грудь и целомудренно целуя в щёку. — Но когда это повториться, я заставлю тебя довести дело до конца. После этих слов девушка подняла бельё с пола, застегнула мантию и вышла из туалета с победной улыбкой. И только тогда Северус поняла, что она сказала не «если повторится», а «когда повторится». Такое осознание вызвало противоречивые чувства: с одной стороны это значит, что он был не слишком уж плох, а с другой — он не собирался это переводить в разряд постоянного развлечения. Нет сомнений, что секс в своем проявлении прекрасен, ведь до сих пор кружится голова и немеют ноги, но… " А ведь толкового ничего в голову и не приходит после этого «но». С Лили у нас ведь ничего нет, на самом деле. Однако если никаких «но» нету — почему я чувствую что делаю что-то неправильное? " — думал Сев. Отложив эти размышления на неопределенный срок, он придирчиво осмотрел себя в зеркале и вышел из туалета с мыслью о том, что, как бы то ни было, его немного возбуждает тот факт, что Адель даже не надела обратно на себя бельё.***
Утро первого учебного дня началось не самым лучшим образом для Северуса. Массивный Эдди Мальсибер и нервный блондин Уильям Эйвери, живущие с ним в комнате чуть не отколошматили друг друга самым что ни на есть постыдным маггловским образом. Всё из-за того, что Эйвери потерял где-то палочку и подумал, что именно Мальсибер спер её. Спустя долгих 20 минут крика она нашлась под спящим Эваном Розье, потому что полночи они втроем просидели на его кровати и даже не заметили как забыли там вещи: помимо палочки был найден один средней чистоты носок Эдди. После такого пробуждения Северус находился не в самом приятном расположении духа. А тут ещё, выйдя в общую гостиную Слизерина, он наткнулся на смеющуюся во всё горло Аделаиду, которая, заметив Сева, сразу же двинулась к нему навстречу. От цепкой девушки его спас обворожительно улыбающийся Розье, который пытался добиться расположения Адель Райт уже второй год. — Крошка, выглядишь просто сногшибательно! — воскликнул нахохлившийся Эван, выходя из-за спины Северуса. И в тот же момент идущий сзади Эйвери кинул ему под ноги заклинание, путающее шнурки. — Комплимент вышел крайне реалистичным, — хохотнула слизеринка, разглядывая распластавшегося перед ней Розье. После того, как все отсмеялись, они выдвинулись большой компанией на завтрак. Аделаида всё же подошла к Северусу, но только для того, чтобы сообщить о вечернем собрании старост. И, словно подчеркивая тот факт, что между ними что-то было, незаметно провела рукой по его бедру. Северус неловко поблагодарил за информацию и ускорил шаг. Спустя ровно пять минут как он начал трапезу, к нему спикировала ухоженная сипуха с небольшим конвертом. Сев с удивлением огляделся по сторонам. — Прости, мне кажется ты ошиблась адресатом. Сипуха, ухнув, строго посмотрела на него. А затем внезапно несильно клюнула в большой палец. — Ай, ладно, как скажешь, — прошипел парень, лизнув палец. Аккуратно отвязав конверт, он попытался прогнать кусачую птицу, но она, взмахнув крыльями, лишь увернулась от его руки. «Что-то настолько срочное, что требуется незамедлительный ответ?» — с удивлением заметил Сев. Несколько раз ошарашено перечитав, он спешно на обратной стороне нацарапал ответ. Не доев завтрак, встал из-за стола и двинулся к выходу из зала. Мысли роились в голове, словно беспокойные пчёлы в улье. — Сев! Парень обернулся уже около дверей. Лили с обеспокоенным выражением лица поспешно шла к нему. Рыжие волосы, заплетенные в две косы, отливали медью в утреннем свете, проникавшем через окна Большого зала. На ходу она подхватила его под локоть и повела Северуса прочь из шумного зала. — Привет, ты что-то хотела… — Что случилось? — нетерпеливо перебила его Лили, остановившись в пустынном внутреннем дворике. — С мамой всё нормально? Северус, плюхнувшись на скамейку, резко закашлялся. Рыжеволосая подскочила к нему и постучала по спине. Откашлявшись и утерев выступившие слёзы, он сказал: — Да, с мамой всё нормально, наверное. С чего вдруг такие странные вопросы? — Просто сова… — почему-то немного замялась Лили. И, собравшись с духом, продолжила: — Я понимаю, что это, конечно, может и не моё дело, но ты выглядел таким удивленным и тревожным, что я подумала сразу о плохом. К тому же, отправитель явно торопился выяснить ответ. — Лил, твоя наблюдательность меня как обычно поражает, — улыбнулся одними уголками губ Северус. — Ты своей улыбочкой меня не проведешь! Рассказывай. — Ладно, — вздохнул парень и огляделся вокруг. Придвинувшись ближе к Лили он рассказал о записке.
