Память

Помещение светлое, просторно обставленное, что хоть кружись от скуки. Арнольд осматривает, смеётся себе под нос, но не встаёт с кресла, только прокручивается по оси, отъезжает колёсами с легким треском, и, подтянувшись крепко взятыми пальцами за столешницу, возвращается на место. Свободная рубашка-поло с небольшим натиском вгрызается пуговицей от воротника в горло под влиянием мимолетной суматохи. Шотмен оттягивает его и уже смело возвращается к рассматриванию записей. Среднего размера почерк, иногда разбавленный завитками и совсем мелкими примечаниями, сделанными впопыхах, расположился на степенных коричневых параллелях. Рука ворочает едва жёлтые листы, взгляд подмечает запечатлённые идеи. А тяжелый выдох стремится вырваться под натиском опущенного взгляда. Стремительный набор контакта на мобильном выбивает гудки. — Внимаю, — звонкий голос Джеральда ловко парирует сквозь грохот на фоне. Взятый отпуск ради быстрого обновления квартиры только начался, а парень никак не планировал оставлять дело без присмотра, что сейчас сказывается Арнольду на руку. — Центр поддержки блудных душ слушает, можете излагать. — Тебя и пенсия не исправит, — Шотмена даже пробирает улыбка. — Как бы тебе объяснить. И Арнольд принимается за игру, где нужно облечь образы словами, ловко приступить, добавить предисловие и разъяснить все свои переживания. — Так, а без воды можно? Старик, я не смогу тебя так долго слушать, как твои шизики, меня и лечить не надо, разве вытряхнуть бассейн из уха. Давай по делу. Он нетерпеливо выдыхает, начав крутить ручку, проводив её корпусом по всем фалангам. К его записным книжкам всегда прилагаются фотографии из фотобудок, тонкие и длинные. Ряд таких флажков приветливо торчит, норовя вызвать желание снова взглянуть на плёнку. Высокая, что аж опережает на целую голову, Хельга ставит локти ему на голову и нахально подмигивает камере. Другой отрезок пестрит уже присмиревшей девушкой, смотрящей Арнольду вровень в глаза, а потом он уже мог поглядывать на неё искоса с легкой улыбкой превосходства, что только и пришлось, что надуть губу. — Я думал купить Хельге платье. — Отличная идея, все супер, — бодро закивал Джеральд, зажав трубку плечом, чтобы спокойнее поднять коробку на второй этаж. — Ты теперь звонишь мне и отчитываешься за каждое действие? — Нет, я упустил утреннее пробуждение. — А вот и зря, мы с Фибс с этим ремонтом позабыли про режим дня. Твой звонок бы помог мне позавтракать дома, отодвинуть от фруктов пассатижи, материалы. Рабочие пришли, а я при них нормально поесть не могу, они все посягают на мои сендвичи. Видел бы их глаза, когда один я зажевал разом, за укус! — Я буду исправно звонить тебе ежедневно, если ты мне поможешь. — Собираешься звонить мне в выходные — и я не скажу, что можно позвонить Фиби, и она выдаст тебе всю поднаготную мисс Язвительность, включая все пароли. — Старик, я в тебе не сомневался. — Позвонишь вечером, я скажу, что ты прикупишь в благодарность и завезёшь ко мне до возвращения Фиби. — Полагаю, у меня нет выбора, чтобы отблагодарить своего более разумного друга. — Да как же. Однажды ты запомнишь, что все дороги ведут к самой прекрасной леди в очках, и больше мне не видать использования тебя в неблагородных целях, — грохот усилился, сумев перебить даже громкого друга Арнольда. — Не радуйся. Я ещё позвоню.

***

— Фибс, как только он тебе позвонит, я ожидаю слива информации. — Разве тебе не хочется сюрприза, Хельга? — мягко уточнила девушка, складывая массивную кипу папок. — Я вот всегда с удовольствием жду момента, когда смогу увидеть подарок. — Детка, на День Святого Валентина мне хватает и того, что везде наплыв слащавой дряни. На этом удивления мне хватает по горло, — бывшая Патаки тактично умалчивает, как ежегодно именно её муж покупает все по списку друга, хотя так и порывает разойтись едкими замечаниями. — Как знаешь. Я буду ждать звонка от Арнольда. Шотмен планировал воспользоваться окном в расписании и поболтать с другим своим другом, не подозревая, что все оказались в курсе его планов. Он довольно поглядывал на свои эскизы, какие хотел бы увидеть на жене. Тонкие линии наверняка останутся секретом.