Birthday Wish

      Почему же юридический? Хороший вопрос. Как-то в детстве посмотрел «Адвокат дьявола» —­­ и понеслось. А если честно, то не знаю толком, что ответить. Хотелось самореализоваться, но не просто так, а чтобы это приносило пользу. Хотелось быть нужным, хотелось помогать людям, спасать их жизни от, возможно, несправедливого наказания. Отсюда и мое стремление поступить на юриста.       Я давно и четко для себя решил, что стану именно адвокатом. Роль обвинителя, конечно, нельзя обесценивать, и он тоже спасает жизни, упекая за решетку тех, кто мог бы этим жизням навредить, но для себя я выбрал именно кандидатуру защитника. Хотя прекрасно осознавал, что задача эта не из легких и подводных камней на пути к моей мечте будет ой как много.       Это было мероприятие, приуроченное к нашему поступлению в колледж. Своеобразное посвящение еще зеленой школоты в гордое звание студентов. Каждый факультет собирался по отдельности, и я, соответственно, прибился к своей группе будущих юристов и, конечно же, перспективных профессионалов. А как иначе?       Откровенно? Было тухло. Куча левых людей, которые пытаются обзавестись новыми знакомствами и не ударить в грязь лицом перед будущими однокурсниками.       Я держался в стороне, не то чтобы был замкнутым тихоней или вроде того, просто сама концепция собрать толпу чужих людей в одном помещении казалась немного странной. Из общих тем у нас только истории о том, кому насколько сложно дались вступительные экзамены и написание эссе для поступления. Весело, аж жуть.       Собравшиеся так и разбились буквально на пару компаний. С одной стороны, были зубрилы, которые делились с новыми одногруппниками тем, сколько именно ночей провели за заучиванием тем экзамена. С другой же — те, что пытались переплюнуть друг друга в своей крутизне, перечисляя, сколькими богатствами обладает их семья. Ни к одной из этих компаний я себя отнести не мог.       Экзамены были сложные, но не настолько, чтобы теперь без умолку разговаривать только о них, будто недостаточно было этих диалогов во время подготовки к ним. Казалось бы, сейчас, когда уже определенно известно, что мы студенты, можно выдохнуть и несколько отвлечься от этой темы.       В компанию мажоров я тоже явно не вписывался. Моя семья не могла позволить себе мое платное обучение, поэтому пришлось нехило попахать, чтобы получить стипендию. С чем я успешно справился.       Так и не прибившись ни к одной из групп, я облюбовал диван, стоящий поодаль, и скучающе потягивал пиво из одноразового стаканчика, когда рядом плюхнулся парень, случайно обливая меня содержимым своего стакана. — Прошу прощения, — поднимая руки в извинительном жесте, быстро проговорил неуклюжий брюнет, отвечая на мой вопросительный взгляд, — я Дэнни. — Энди, — пожимая его ладонь, я представить не мог, что сулит мне это знакомство. — Я из второй группы, а ты? — по нему было видно, что он пытается завязать хоть какой-то маломальский диалог, вот только искреннего интереса я не ощутил, но парень проявлял дружелюбие, оттого мне показалось, что стоит поддаться этой игре. Не стану скрывать, было любопытно, что затеял этот парнишка. — Тоже. — Слушай, Энди, могу начистоту? — после продолжительной паузы, спросил он, на что я одобрительно кивнул, — вообще-то мне чуть ли не в приказном порядке сказали отправиться сюда и здорово потусить, обзавестись новыми знакомыми и все такое, но тут просто тухляк какой-то. И сейчас я пропускаю реально веселую тусовку с моим брательником, — Дэнни удрученно поник, уставившись куда-то мимо меня, видимо мысленно перенесся в ту самую «веселую тусовку».       Однако его «начистоту» нисколько не объясняло, к чему он вообще все это рассказывает, поэтому я вопросительно изогнул бровь, надеясь на продолжение этого рассказа. — И что тебе мешает туда отправиться? — Во-о-от, тут и загвоздка: если я сбегу отсюда один, тем более так скоро, мне скажут, что это я скучный тип, который не умеет развлекаться, поэтому я предлагаю тебе пойти со мной. Скажем, что мы с тобой слишком крутые для этого сборища зануд, — он окинул просторный холл взглядом, — и поэтому свалили туда, где точно весело, — его глаза загорелись азартом от произнесенной речи и, видимо, предвкушения чего-то грандиозного, — ну как? — Да мне, в целом, все равно, — мне казалось, что какая-то странная авантюра от не менее странного парня в общем-то была примерно на девяносто девять процентов интереснее, чем последние полчаса моего времяпрепровождения, поэтому я не увидел причин для отказа.       Я ведь и правда не был молчаливым скромником, всегда отбивающимся от компании, чтобы подумать в одиночестве о тленности бытия. Все дело в окружении, и тут оно, откровенно говоря, было не фонтан. Но этот чудик, что-то в нем было: какой-то безбашенный энтузиазм блестел в его глазах. А такие люди всегда могут выкинуть что-то, что потом еще долго будешь вспоминать со смехом и, скорее всего, не без стыда. — Ну вот и здорово, погнали тогда? — Дэнни подскочил с дивана, залпом выпивая остатки своего пива.       Поднявшись вслед за ним, я, следуя его примеру, так же поступил со своей выпивкой, оставив пустой стаканчик на небольшом столике возле дивана. — Пара уточняющих вопросов только. Куда именно мы едем? И почему ты вообще ко мне подошел? — пожалуй, это то, с чего нужно было начать, прежде чем соглашаться, но моя натура, которая «за любой кипиш, кроме голодовки», решила, что эти вопросы могут подождать. Очевидно, что с выбором кандидатуры он не прогадал, но было страсть интересно, чем я привлек внимание к своей персоне. — Да черт знает, допустим, прическа у тебя классная, — брюнет зарылся пальцами в своих волосах, недоуменно почесывая затылок. И только сейчас я понял, что прическа у нас одна на двоих, только мои волосы были чуть длиннее, — и ты вроде не нудишь о том, что тебе балл на экзамене занизили, а то тут только об этом и говорят.       Мы уже стояли на парковке за домом братства, которое любезно предложило свои хоромы для нашей ознакомительной тусовки, когда я все-таки еще раз спросил своего нового знакомого о том, куда же мы направляемся. Ответ не удовлетворил меня на сто процентов, поскольку это было что-то из разряда «я почти уверен, где их искать». Однако вечер, если бы я оставался здесь, грозился стать одним из самых унылых в плане вечеринок, поэтому эта затея казалась мне всяко веселее. Даже если ничего не выгорит, мне ничего не мешает свалить и оттуда. Как только я узнаю, откуда именно «оттуда».       Вызванное такси не шибко спешило нас забирать, и я решил все же узнать что-то еще о своем одногруппнике, чтобы хоть как-то скоротать ожидание. — Почему выбрал юриспруденцию? — Дэнни вздрогнул, оторвавшись от своего телефона, в котором набирал кому-то сообщение. — Это все братан, так вдохновенно рассказывал, что я повелся, — он махнул телефоном, давая понять, что именно ему он и писал, — сейчас сам познакомишься, поймешь. Если кто-то эту тему заводит, его не заткнуть, фанатик хренов.       Машина такси петляла по городу, отвозя нас все дальше от центра, и, честно говоря, в моменте я даже начал немного очковать: не окажется ли мой новый знакомый каким-нибудь ненормальным, который увезет меня к черту на рога и принесет в жертву сатане.       На мой вопрос касательно моих опасений Дэнни отозвался веселым смехом и пояснил, что мы едем в небольшой бар, где не пристают с проверкой документов и пускают даже таких мелких пиздюков, как мы. — Ты местный или приехал откуда-то? — вопрос прозвучал, когда я пялился в окно, безуспешно пытаясь запомнить дорогу на случай, если мне придется возвращаться обратно. — Не, я из Цинциннати, — ответил я, бросив попытки хотя бы примерно сориентироваться, где мы находимся. — Огайо, да? Не так далеко. А я тут всю жизнь, не в самом Чикаго, но поблизости. — Что скажешь про город, как местный житель?       Мне казалось, что нужно продолжить диалог, пусть это и были заезженные фразы, которыми обычно перекидываются, чтобы не заскучать окончательно, но с учетом того, что мы не знали друг о друге ровным счетом ничего, таких коротких диалогов было не избежать, чтобы прощупать своего собеседника. — Да не знаю даже, город как город. Я привык к нему просто, поэтому даже не знаю, что отличительного про него сказать. Тебе как вообще на новом месте? — Пока не разобрался толком, привыкаю.       Наконец автомобиль остановился возле неприметного заведения с вывеской «Бар 56». Одному господу богу и владельцу бара было известно, что скрывалось за этой нумерацией.        Тяжелая деревянная дверь закрылась за нами, и, как и было обещано, никто даже не попытался спросить у нас какие-то документы. Бар не отличался какой-то шикарностью или помпезностью, самое что ни на есть среднестатистическое заведение с тем привычным интерьером, что бывает в таких местах.       Дэнни уверенно шел через весь зал к определенному столику, что давало понять, что он абсолютно точно бывал в этом месте не просто пару раз, а достаточно часто. — Да я тебе говорю, дай мне год, и я уж точно не буду просто дела из стопки в стопку тасовать, — шатен самодовольно улыбнулся парню, сидящему напротив, и опрокинул остатки своего напитка. — Да, конечно. Я уверен, бюрократическая система тебя сожрет, она падкая до свежей крови, — парировал собеседник, разливая по стаканам очередную порцию алкоголя. — Ой, да… — Хэй, девчата, скучаете? — мой спутник весело подлетел к столу, опираясь на него руками и пристально всех осматривая. — Опять драконите нашего новоиспеченного прокурора? — это он адресовал двум парням, сидящим по другую сторону от шатена.       Я стоял за спиной своего нового знакомого, пытаясь по обрывкам фраз и немногочисленным рассказам Дэнни примерно прикинуть, кто есть кто в этой компании. — Ты что тут забыл, студентик? — шатен приподнялся, доставая из своего кармана телефон. — Серьезно? Тебя хватило на час? Вот это ты тусовщик! — парень кинул телефон на стол, поднимая глаза на Дэна. — Да там днище, бро! — сокрушительно выкрикнул парнишка и тыкнул пальцем в грудь собеседника. — Ты знал. Ну приехали, специально сбагрил меня в этот рассадник зануд и ботаников?       Шатен рассмеялся, а потом махнул проходящему официанту, на что получил кивок, означающий, что как только так сразу сотрудник подойдет к их столику. — Что такое? Не весело было? — шатен продолжал смеяться, что безошибочно давало понять, что он прекрасно знал, что происходит на таких вечеринках.       Все это время я продолжал стоять незаметной тенью, ведь ни одному из участников этой сцены не было до меня дела. Пока эти двое выясняли, насколько именно тухлое действо мы покинули, остальным интереснее было наблюдать за разворачивающимся представлением, которое заключалось во все более красочных и сильно преувеличенных описаниях покинутой нами тусовки. От очередного комментария Дэнни о том, что еще немного, и все зануды бы решили драться за право назваться самым скучным типом планеты, я не сдержал смешок, чем все-таки напомнил о своем существовании. — Вообще-то, я не один, — вдруг вспомнивший о моем присутствии Дэнни развернулся, давая возможность остальным взглянуть на меня. Смотрины какие-то, честное слово. — Это Эн… — Ого, нашел себе двойника, чтобы за тебя на пары ходил? — перебил один из парней.   — Я неповторим, а это Энди, невоспитанная твоя башка, — толкая парня в плечо с намеком на то, чтобы он подвинулся, Дэнни плюхнулся на диванчик рядом с ними, — самый адекватный из того сборища, отвечаю.       Шатен, в свою очередь, подвинулся, уступая мне место рядом с ним. Как раз в этот момент к нам подошел официант, вопросительно окидывая нашу компанию. — Не могли бы вы принести еще пару стаканов и бутылку виски? Благодарю, — парень любезно улыбнулся, озвучивая свой заказ. — Оливер, — шатен протянул мне руку, как только я приземлился рядом с ним. — Мэтт. — Джордан.       Последовав примеру друга, парни тоже протянули руки, и когда с официальной частью знакомства было закончено, ребята вновь оживились.     — Так ты тоже по метал-кору тащишься, как наш Дэнни? — спросил один из парней, представившийся Джорданом. — Вообще-то, больше глэм-рок и старый добрый хэви-метал уважаю, — выдал я, на что получил одобрительные кивки.       Следующие полчаса прошли за обсуждением музыкальной темы, поскольку выяснилось, что у парней даже была своя группа еще в школе или, как они выразились, «когда вы пешком под стол ходили, ребята», обращаясь к нам с Дэнни. — А потом наш вокалист ударился в зубрежку права, — Оливер подтверждающе кивнул. — Ударник решил податься в продажи, — Мэтт повторил действие друга с видом «да-да, так и было», — и только я остался на музыкальном поприще, — не без гордости подытожил Джордан.       За это время у меня в голове потихоньку складывались факты биографий парней. И вот что мне удалось узнать.       Трое парней были ровесниками, и только Дэн, являясь одного со мной возраста, выпадал из этой компании бывших одноклассников, будучи на четыре года младше остальных. Оливер, который и оказался тем братишкой, про которого мне заикался Дэнни, совсем недавно сам окончил юридическую специальность и тут же устроился помощником государственного обвинителя с огромной надеждой на то, что ему не понадобится много, чтобы времени достичь успехов в карьере. Мэтт также променял подростковую мечту стать всемирно известной суперзвездой на карьеру менеджера. И только Джордан не отказался от идей своей юности и продолжил развиваться в музыкальной индустрии. Но несмотря на то, что дороги парней после распада группы разошлись, общаться они не перестали, и связь их только укрепилась со временем, ведь ни много ни мало знакомы они были уже лет десять.         Мы просидели в баре пару часов, знакомясь ближе и просто болтая о том, что придет в голову. И я не мог не отметить для себя того, как легко мне было в этой компании. Бывает, что в новой обстановке ты, как бы ни старался, не можешь найти общий язык ни с кем, хоть и пытаешься завязать диалог, но он получается односложным и прерывается на давящую тишину уже после пары реплик. А бывает, что ты даже не задумываешься о том, что говоришь, и просто разговор уносит тебя, сам переходя с темы на тему, и тебе всегда находится что ответить, как и твоему собеседнику. И эти ребята как раз оказались вторым вариантом. Я как будто знал их уже несколько лет, а не встретил сегодня впервые по абсолютной случайности, которой являлся мой новый одногруппник, решивший спасти меня от толпы зануд на нашем посвящении.       Но не только мне было так спокойно и легко с новыми знакомыми, но и, судя по их реакции, они не испытывали никакого дискомфорта от того, что Дэн привел с собой нового человека. В моменте даже похвалили его, что, мол, действительно интересного чувака привел, чем заставили его встрепенуться, а меня неловко смутиться.       А тот факт, что за время нашего общения было употреблено немалое количество алкоголя, и вовсе развязывал язык и лишал неловкости знакомства. Опьянение накрывало плавной волной и было на той идеальной стадии, когда мысли еще не разбегаются в хаотичном порядке. — Так что, мы едем к Мэйсону? — вдруг оживился Джордан, показывая на экран своего мобильника. — Как раз время, еще не все ужрались, но все собрались.       Парни одобрительно загалдели и начали опустошать свои стаканы в очевидном намерении куда-то перемещаться. Я же словил некоторое сомнение, не простятся ли они сейчас со мной, отправляясь куда-то к своим друзьям.       Вставая из-за стола, я подцепил локоть Дэнни, вопросительно уставившись в его лицо. Парень понял меня, избавляя от необходимости озвучивать свое опасение. — Ты же едешь? — вопрос прозвучал так, словно ему вообще казалось странным задавать его, поскольку несомненно никто не собирался избавляться от моей компании. — Конечно, едет, — Мэтт, тоже успевший подняться со своего места, похлопал меня по плечу. — Не одному же тебе быть крутой малолеткой в нашей компании, — рассмеялся он, обращаясь к моему одногруппнику, на что получил ответ в виде сложенного кулака с одним пальцем вверх.       Нам пришлось разделиться на две машины такси, таким образом, что я остался в компании Оливера и Дэнни и, уже направляясь в очередное совершенно неизвестное мне место, решил все же уточнить, куда мы так сорвались и что собственно намечается.       В целом, вечер проходил так размеренно, что я не видел повода куда-то перемещаться, но в то же время поймал себя на мысли, что в любом случае отправился бы с ними, куда бы они ни направлялись, а заданный вопрос был скорее от любопытства. — Джордан всегда в курсе всех грандиозных тусовок, а мы хоть уже и не в музыкальной тусовке, но все равно остаемся желанными гостями на каждой из них, — пояснил Оливер.       Мы петляли по дорогам, все дальше отъезжая от города и оказываясь в пригороде, окруженные частными домами. Возле одного из них машина остановилась и даже отсюда были слышны звуки вечеринки и музыка. — Вываливаемся, девчат, — с усмешкой проговорил Оливер, поворачиваясь к нам с переднего сиденья.       Масштабы тусовки были впечатляющими. Трехэтажный дом, возле которого мы остановились, без сомнения, не спал и не собирался погружаться в сон, по ощущениям, еще ближайшую неделю.       Дождавшись Мэтта с Джорданом, мы погрузились в этот умопомрачительный хаос сразу же, как переступили порог дома. Было ощущение, что мы оказались не просто в загородном коттедже, а в настоящем ночном клубе. Привычное освещение заменяли цветные лампы, а по полу стелился искусственный туман, в сочетании с музыкой все это выглядело действительно эффектно.       Уже с порога нас окружили разные люди, спеша поздороваться со старшими парнями, тут же протягивая им либо бутылку пива, видимо, только открытую, либо стаканчик с каким-нибудь алкоголем, недвусмысленно намекая выпить. Громкая музыка не давала возможности четко расслышать имена людей, которые, завидев нового члена уже знакомой им компании, пытались представиться. Я приветливо улыбался каждому и в попытках перекричать музыку озвучивал свое имя.       И все это время я пораженно оглядывался вокруг, восхищенный размахом вечеринки. Мне хоть и доводилось бывать на разных тусовках, но те, что устраивали в моем городе и на которых я присутствовал, были куда скромнее и менее людные. Здесь же собралось по меньшей мере человек пятьдесят, и все они сновали туда-сюда, создавая вокруг меня настоящий бурлящий водоворот жизни и веселья.       Кто-то занимал импровизированный танцпол, устроенный в гостиной и нисколько не уступавший танцполу небольшого клуба, кто-то мерно потягивал коктейли, раскинувшись на диване в компании девчонок или друзей.       Мое потерянное состояние заметил Дэнни, приобнимая за плечи и наклоняясь к уху, чтобы я мог расслышать его. — Не бывал раньше в таких местах? Привыкай!       Буквально после этих слов к нам подошёл, видимо, хозяин дома и по совместительству организатор вечеринки и, пожав руки всем, включая меня, а также представившись, сказал чувствовать себя как дома и приятно провести время.       Пока мой взгляд все еще продолжал блуждать по всему происходящему, я не заметил, как из нашей компании пропал Джордан.  Мы же переместились на кухню в поисках того, чем будем продолжать этот вечер.       Прихватив с собой пару бутылок виски, мы расположились на диванчике за небольшим журнальным столиком и продолжили общение, которое теперь периодически разбавляли новые люди, подходившие поздороваться или поболтать с нами.       Еще какое-то время спустя Оливер с Мэттом тоже куда-то исчезли, а мы с Дэнни продолжили болтать о чем-то своем, пока мой друг не залип куда-то в пустоту, игнорируя мою последнюю реплику. — Посмотри, какая, а, — мечтательно глядя мне за спину, протянул брюнет, на что мне пришлось развернуться, чтобы увидеть, что именно превратило моего недавнего собеседника в человека, который сейчас захлебнется слюнями от восторга. — Ты о ком? — непонимающе переспросил я, поскольку за моей спиной была куча народу, а уточнение, что особа женского пола, не особо-то упростило задачу. — Вон та девчонка в красном. Я ее знаю, пойду поздороваюсь, — друг уже подорвался с места, поправляя волосы и одергивая свою одежду. Я же снова бросил взгляд за спину, теперь понимая, кого нужно им выловить.       Так меня оставил мой последний знакомый на этой вечеринке. Я откинулся на спинку дивана, прикрывая глаза. Вечер, который грозился стать самым скучным в моей жизни, неожиданно превратился в лучший из тех, что был у меня в этом городе. Буквально за несколько часов я познакомился с такими интересными людьми, что мне даже не верилось в происходящее.       Переезжая в другой город, я осознавал, что выпадаю из своего прежнего окружения, и морально готовился к тому, что на новом месте друзья могут появиться нескоро. Но тогда я и предположить не мог, что буквально в первые дни окажусь в таком месте, да еще и не один. Возможно, было рано судить о том, что теперь мы с этими ребятами закадычные друзья, но отчего-то было ощущение, что я оказался в нужное время в нужном месте, и это знакомство не просто одноразовая компания на вечер.       И пусть сейчас все они где-то бродят, я не чувствовал себя брошенным, просто понимал, что мы оказались в слишком людном месте и, конечно, не будем сидеть своей отстраненной компашкой где-то в углу. — О, глэм-рокер, ты чего один? — чья-то рука потрепала меня по волосам, и я тут же открыл глаза, выныривая из своих размышлений и видя довольную улыбку шатена. — Спишь, что ли? — Не, перевариваю происходящее, — честно признался я, расплываясь в такой же улыбке.       Выпитое вызывало не только круговорот разнообразных мыслей, но и необъяснимое чувство счастья, ведь в этот вечер унывать не было абсолютно никаких причин. — Куришь? Пойдем подышим свежим воздухом, а то тут сдохнуть можно, — Оливер махнул рукой, приглашая следовать за ним.       Мы выбрались из дома на свежий ночной воздух, и пелена опьянения чуть отступила. На улице все еще было тепло, несмотря на позднее время. А за закрытыми дверями дома музыка доносилась приглушенно, что позволяло не орать каждый раз, когда хотелось что-то сказать.       Я плелся за шатеном, который вел нас в отдаленную от дома беседку. Ноги были ватными, даже свежий воздух не мог повлиять на такое последствие выпитого алкоголя.       В небольшой беседке, на удивление, никого не было, несмотря на то, что погода была и правда потрясающей.  — Где Дэнни? —  спросил Оливер, опускаясь на скамейку. — Пошел поздороваться с какой-то девушкой, — я присел рядом с ним, вальяжно вытягиваясь. — Блондинка? — хитро улыбнулся парень. — Вроде, да. — Он за ней с шестнадцати лет таскается, — рассмеялся шатен, доставая из кармана не пачку сигарет, которую я ожидал увидеть после предложения покурить, а небольшой сверток.       Под моим пристальным взглядом он ловким движением скрутил косяк буквально на коленке, чем немало меня удивил. Отточенным движением он облизнул края бумаги, приглаживая их пальцем, и тут же подкурил, глубоко затягиваясь. — Ого, не ожидал такого от прокурора, — несмело произнес я, отчего губы Оливера растянулись в улыбке, и он, покачав головой, медленно выпустил дым в ночной воздух. — Я пока помощник, — он протянул мне косяк, вопросительно изогнув бровь, — будешь?       Я аккуратно взял в руки протянутую «сигарету», медленно затягиваясь травяным дымом второй раз в своей жизни. Оливер наблюдал за мной с некоторой иронией, но без осуждения.       Говоря откровенно, тот единственный раз, когда мне «посчастливилось» попробовать данный вид развлечений, не впечатлил меня совсем. Сейчас же я просто не хотел показаться каким-то праведником, который отрицает такой способ расслабиться, и решил дать этой забаве второй шанс, о чем пожалел в ту же секунду.       Горло нещадно обожгло, это было несравнимо с тем, как бывает от сигарет. Ощущение было такое, что я не просто затянулся едким дымом, а засунул себе этот косяк в самую глотку, на что организм ответил весьма справедливым кашлем. Причем таким, что казалось, я выплюну свои легкие в попытке откашлять дым. — Мне пора прекратить портить детей, — рассмеялся Оливер, забирая у меня из рук протянутый обратно окурок. Он откинулся на скамейке, вновь поднося отраву к губам. Мы сделали еще по затяжке: Оливер — такую же плавную и глубокую, как в первый раз, а я, хоть и старался повторять за ним, все равно не удержался от очередного приступа кашля. — Первый раз? — спросил шатен, переводя на меня чуть подернутый пеленой кайфа взгляд. — Второй, — едва слышно выдал я, все еще чувствуя жжение в горле.       Мы молчали. Мир вокруг поплыл, унося и меня в этот водоворот. Мысли стали отрывочные и стремительно сменяли друг друга, не давая зацепиться ни за одну из них. Тело расслабилось, и я едва ли не растекся на этой скамейке, все еще пытаясь сконцентрироваться хоть на чем-то, происходящем в моей голове.       Последовав примеру шатена, я так же откинулся на скамейке, что позволило мне заглянуть в его глаза, отмечая, что накрыло не только меня. От этого в душе появилось некоторое спокойствие, ведь, вероятнее всего, не только у меня в голове сейчас творится кавардак.       Его зрачки были расширены, а взгляд блуждал, словно он пытался поймать невидимые нити, связывающие его с реальностью. Я почувствовал легкую улыбку, расползающуюся по моему лицу, и не стал ей сопротивляться. Это было странное, но приятное ощущение — быть на одной волне с кем-то, пусть даже эта волна была волной легкого безумия. — Нужно говорить, а то ты залипнешь, — шатен вырвал меня из моих попыток связно думать.       И мозг, видимо, не отключившийся окончательно, как минуту назад мне казалось, напомнил последнее, о чем я размышлял, пока не решил впечатлить сидящего со мной парня своим умением курить. — Как-то все равно не вяжется это с твоей должностью, — в голове действительно не укладывалось, как человек весь в татуировках, собравший в школьные годы рок-группу, не чурающийся затянуться косячком на тусовке, коих, судя по всему, не мало посещает, решает стать государственным обвинителем.       К моему удивлению, способность вести диалог никуда не делась. Хотя мне казалось, что если я не способен сфокусироваться на чем-то в моей голове, то и фразы формулировать будет непосильной задачей. — Что именно? — он взглянул на меня чуть окосевшими глазами с искренним удивлением. — Да все это, ты выглядишь и ведешь себя как рок-звезда, а на деле строишь карьеру прокурора. — Я пока помощник, — напомнил мне Оливер с легкой улыбкой, — а так, в чем именно я не соответствую твоим ожиданиям от этой должности? Мы ж не на моей работе познакомились, а в свободное время. А его я могу проводить как захочу, не вижу смысла загонять себя в рамки, если это не мешает работе. Ты вон тоже не шибко-то на юриста похож, — он окинул меня взглядом, приподняв бровь.       И этот парень был чертовски прав. Мне даже стало стыдно за свое стереотипное мышление, ведь сам я тоже не думал отказываться от своего образа и стиля в одежде по крайней мере на время учебы. В дальнейшем, конечно, придется сменить свой прикид на деловой костюм, а прическу на более консервативную, но ничто не мешает мне за пределами работы выглядеть и вести себя так, как того хочет душа, в рамках разумного, конечно же. — Да ты, пожалуй, прав, — тихо выдал я, пригрузившись размышлениями на эту тему. — Не суди по обложке, она бывает обманчива, — он так проницательно заглянул мне в глаза, что я отвел взгляд.       Мы снова замолчали, каждый погрузившись в свои накуренные мысли, хотя мои вновь стали напоминать бесформенную массу, в которой я не могу разобрать никакой конкретики. — Ну что, как тебе на новом месте? Дэнни сказал, ты из Цинциннати, — он вновь перевел на меня взгляд своих чуть прикрывшихся глаз, а я удивился тому, когда Дэн успел сказать обо мне что-то, ведь почти все время мы были вместе. — Пока не знаю даже, не успел еще разобраться, но сегодня все круто, — откровенно выдал я, ведь даже попытка лукавить или не договаривать мне сейчас казалась совершенно нереальной. На мой ответ Оливер все так же широко улыбнулся. — Получается, Дэнни не ошибся, забрав тебя с ваших посиделок. — Да уж, спасибо ему, у тебя отличный брат. — Брат? Это он так сказал? — изумленно, но с какой-то душевной теплотой спросил Оливер. — Ну да, пару раз называл тебя братишкой. А вы не братья? — уточнил я, хотя от чего-то было ощущение, что я лезу не в свое дело. — Кровно нет, просто очень давно друг друга знаем, многое вместе пережили, — на этих словах улыбка исчезла с губ парня, а в глазах мелькнула какая-то горькая печаль, — поэтому уже как родственники. В целом, я его реально воспринимаю как мелкого братишку.       Оливер тут же исправился в лице, и не осталось ни намека на проскочившую в глазах тоску, и губы снова расплылись в улыбке. — Пойдем что ли? А то вдруг нас потеряли, — он ловко поднялся со скамейки, в то время как для меня это стало проблемой. Будто все тело прилипло к этой деревянной поверхности. Я пытался заставить свое тело подняться, но было ощущение, что сигналы мозга просто не доходят до конечностей, отчего меня охватил страх. Может ли такое произойти? Что вообще сейчас со мной происходит? — Я встать не могу, — тут же поделился я, понимая, как странно это выглядит со стороны, но испытывая при этом нарастающую тревогу, которая полностью меня захватила. — Чего это? — недоуменно поинтересовался шатен, опускаясь на корточки передо мной и оценивающе оглядывая. — Я чувствую, что не могу встать, херня какая-то.       Он изогнул губы в понимающей улыбке и тут же схватил меня за руки, поднимаясь сам и утягивая меня за собой. И в этот момент я понял, что не было никаких препятствий к тому, чтобы поднять свою задницу со скамейки самостоятельно. — Расслабься, чувак, ты загнался от травы, так бывает, — он обвил пальцами мое запястье и дружелюбно рассмеялся без единого намека на осуждение. — Пойдем, чучело. Как на буксире, Оливер повел меня в сторону дома.       Тогда я подумал, что больше никогда не буду курить. Или хотя бы мешать это с алкоголем. Однако позже оказалось, что вещи это вполне совместимые, и это мой неподготовленный организм так отреагировал с непривычки.       Оставшийся вечер прошел как в тумане. Меня все больше накрывало от выкуренного, и я почти выпал из диалогов, погружаясь все глубже в свои обрывочные мысли и только изредка выныривая из них, чтобы убедить неоднократно спрашивающего меня шатена, что со мной все в порядке.       Все тактично помалкивали о моем состоянии, только добродушно кивали, когда Оливер коротко успокаивал их, что все в норме и кто-то просто переоценил свои способности.       Я плохо помню, как мы попрощались со всеми, с кем здоровались в начале тусовки, и почти не помню, как оказался в машине такси, очутившись в которой моментально уснул, даже не удосужившись сообщить, куда меня отправить.       На следующий день я проснулся с ожидаемой тяжестью в голове и ощущением, что не пил ничего, кроме алкоголя, уже несколько дней. Обстановка была чужой, но в то же время я не чувствовал, что вырубился где придется, ведь был кем-то заботливо укрыт теплым пледом. — С пробуждением, — я сразу узнал веселый голос Оливера, в гостиной которого я, судя по всему, и проснулся.       От незнания того, куда везти мое бренное тело, погруженное в глубокий, умиротворенный травой сон, парни пришли к решению оставить меня с Оли, поскольку именно он был виновником моего состояния. На что шатен в общем-то не имел возражений и увез меня к себе домой.       Из рассказа, который последовал сразу после моего пробуждения, я выяснил, что, оказывается, ему даже удалось растолкать меня, чтобы я смог подняться до квартиры на своих двоих, но этого я тоже категорически не помнил.       Оливер даже не думал издеваться надо мной из-за произошедшего, хотя несколько шуток все же было отпущено по поводу того, чтобы я в следующий раз хотя бы предупреждал, что могу вырубиться. Но тут же поспешил убедить не париться из-за этого. «Все когда-то были пиздюками», — смеялся Оливер, описывая фрагменты вечера, которые мой мозг уже не запомнил.       И тогда, проснувшись на его неудобном диване, я даже не предполагал, что просыпаться у него дома после очередной вечеринки станет не только привычкой, но и приведет к моему временному захвату его мебели на несколько месяцев.       А такое, хоть и случайное, знакомство и последующие события станут началом дружбы с этим ломающим стереотипы шатеном и всей остальной компанией.