I'm a fake, but it's theatre anyway

The Moody Blues – Nights in White Satin И всё же, я буду предельно честен. Мы не понимаем друг друга. Мы совершенно разные. Он плохой актёр. Я осознал это совсем недавно. Но я вижу, что уже слишком поздно. Любовью нельзя управлять, так и мне не изменить себя, как бы я этого не пожелал. Я не он. Молчание между нами было не таким как обычно, оно больше смахивало на то, что бывает в самой глубине вселенной. Такое оглушающее, вибрирующее, но в тоже время полностью лишённое любого шороха, немое. Такое тёмно-синее... как его пиджак. - Ты говорил, что никогда меня не бросишь, - я сказал первое, что пришло в голову, ведь теперь, после его заявления, я мог ожидать чего угодно. - Постой, не надо... - он был спокоен и, казалось, я ему изрядно наскучил, не успев сказать ещё и половины того, что он должен был услышать в свой адрес. - ТЫ! Это говорил ТЫ! НЕ Я! В ту минуту я уже не понимал, зачем позволяю ему держать меня за руку в такой момент и зачем он вообще до меня дотрагивался! Мне стало так холодно. Но ощущение тепла от его ладони вывело меня из себя, и я резко выдернул свою кисть, будто меня током ударило. Ненавижу этого человека. Боже, как он спокоен! Как он может оставаться таким?! Терпеть не могу. Я уже глотал слезу, а он и бровью не повёл. - Тебе правда плевать на меня? - Прости, - только и сказал он мне в ответ преувеличенным тоном и отвернулся. Мне уж было показалось, что он уходит, но нет. Он, вдруг, затормозил. Неужели вспомнил о каком-то незаконченном деле? Марк стал доставать что-то из внутреннего кармана пиджака. - Ппрости... - повторил он, и я, к своему удивлению, уловил нотку горечи в его голосе. Марк решил снять с себя маску неприступности и поддался эмоциям? Не смешите меня. Я так и не понял, зачем такое говорить, если больше не любишь. Да и никогда не любил, наверно. Как же я был глуп, когда во всём ему верил. Почему сейчас он не хочет просто взять и уйти? Чтобы приблизить хоть на секунду тот миг, когда единственный, для кого этот день был безумно судьбоносен, сможет забыть всё случившееся. Хоть на секунду. - Чего ты встал?! - чуть ли не взревел я, не узнав собственного голоса, никогда я ещё не был так сердит и в то же время жалок. И всё из-за человека, который не достоин этого, и даже не должен был бы сейчас так безучастно стоять рядом из этических соображений. Но у него таких соображений не бывает. Это же Марк. Великий и ужасный! Король всего и всея! Он у нас правит балом! - Иди! ВАЛИ ОТСЮДА!! Я и сам не знал, откуда во мне столько злости и ненависти к тому, кого, ещё только утром, я любил. Он не послушал моего совета, а наоборот повернулся обратно лицом ко мне, и в руках его был карманный ножик. - Нэ-э-эйл... - он с несчастной ухмылкой начал приближаться ко мне, поблескивая никчёмных размеров лезвием, но вполне способным на многое. - Ты с... Ты совсем... того? - во мне, признаться, вскипал страх, от этого я и не знал как среагировать, подбирая более приемлемые слова для человека с ножом: «спятил», «с ума сошёл» или «слетел с катушек». Но я выбрал более безопасный вариант. «Совсем того»... - Хм... не знаю, не знаю, Нэйл, - в задумчивости произнёс Марк и склонил голову вбок, наступая мне на носки. Я упёрся в стену. Мне было некуда отступать. Он совсем прижал меня к бетону. По выражению его лица и отсутствию дальнейших высказываний было трудно понять, что им движет. Кто он? Нет, если бы это был он, то не пугал бы меня так сильно. Даже если я и был всё это время для него никем иным, как «марионеткой». - Ты чего такой серьёзный? Он что, шутит?! Почему я серьёзный? МНЕ В ЛИЦО НАПРАВЛЕН НОЖ, А ОН ИЗОБРАЖАЕТ ДЖОКЕРА! ЗАБАВНЫЙ ЭТОТ ПАРЕНЬ! От смеха сейчас умру. - Ты... Какой же ты идиот. Да, я сказал это при огромном риске. То же самое можно теперь сказать и в мою сторону. Но Марк только рассмеялся в ответ. Не так уж злобно у него удался этот смех. Актёр из него по-прежнему никудышный, а играть он любит. О да, ещё как любит. Будет тебе игра. Этот спектакль тебе понравится сразу же, как откроется занавес. Антрактов не будет. Ты будешь играть свою роль столько, сколько влезет, потому что ты будешь ей жить. Может, даже найдёшь новые дарования к себе в труппу. Я знаю, ты полюбишь завтрак, обед и ужин в психушке. **** От воспоминаний бросает в дрожь. Я трясущимися руками взял стакан с водой, лежащий передо мной, и осушил его за несколько больших глотков. - Это все, Нэйл? - психолог долго обдумывал рассказанную мной историю. Я кивнул. В горле пересохло, не хотелось больше говорить. - Не каждый день я слышу нечто подобное... Я молчал. Мне нечего было сказать. Я чувствовал себя моральное убитым, но мне было легче от того, что я выговорился. Теперь произошедшее виделось мне чем-то далеким. Как хорошо снятый фильм, что я недавно посмотрел. - А что случилось с Марком? Что с ним теперь? - психолог явно был погружен в свои мысли и не собирался возвращаться в реальность. - Не знаю, - я говорил уверенным тоном, понимая, что теперь мне действительно все равно. Я просто буду жить дальше, просто забуду и буду надеяться, что судьба не настолько жестока, чтобы еще раз сводить наши с Марком совершенно разные дороги. Пусть продолжает свои игры без меня. - Дело всё в том, Нэйл, что Марк, - патологический лжец. У него есть предостаточно симптомов. Вы говорили, что Марк был неудавшимся актёром? - Нет, не говорил... Не обратив внимания на мои слова, доктор невозмутимо продолжал: -...всё его будущее пошло к чертям, он провалился везде, где это только было возможно! Поэтому та самая патологическая ложь или, как говорят люди моей профессии, "мифомания" стала побочным эффектом его резко сниженной самооценки после всех тех разочарований в самом себе, что он пережил. Марк не находил другого выхода, кроме как выдумывания собственного мира, где всё идёт по его законам и правилам, где никто никогда не сможет обвинить его в неправдоподобии, как обвиняли его тогда, на пробах в различные пьесы. Я могу сказать, что вам следовало избегать этого человека. Вы просто попали в его мир, и что случилось вследствие этого, вы и могли наблюдать всё это время Доктор глотнул воды из своего прозрачного стакана, чтобы осушить глотку, пока я разбирался с мыслями. - Знали ли вы фамилию? - тихо произнёс психолог. - Что-что? - переспросил я, отвлекаясь от стремительного хода размышлений в глубоко невесёлую сторону безысходности. - Знали ли вы фамилию Марка? - твёрдо повторил доктор, в упор смотря на меня поблескивающими глазами. - Фамилию...знал... Но разве она важна в нашем разговоре? - я мотал головой, будто пытаясь очухаться от долгого сна длинною в сеанс. - А как вы считаете? - доктор медленно подвинул ко мне лакированную табличку на столе со своим ФИО, заставив меня поражённо ухватиться за поручни своего мягкого тёмно-атласного кресла.