Черноречные сказки

Когда клячи, пыхтя, остановись возле замка, рассветный час ещё не отбил своё. Игорь уже не спал. Он знал, что Ярослав придёт за ним. Хотелось знать, сумел ли Миша предупредить своих сородичей о грядущем нападении. Поверили ли ему. Казалось бы, что он знал об этих русалах? Да ничего! Только в груди теплилось что-то далёкое, из детства. Что-то, что заставляло князя трепетать при виде очаровательного русала. Подпоясав свой тёмно-бирюзовый кафтан, умывшись студёной водой, Тальков спустился на первый этаж замка. Дверь парадная была распахнута, а за ней переступали с ноги на ногу клячи. В телегах располагались бидоны, видимо, с ядовитым веществом. Игорь пошёл вглубь этажа, скрываясь во мраке. Он намеревался найти Моисея и попросить его напоить кляч. Но сколько бы мужчина ни бродил по тёмному коридору, так и не сыскал, кого надобно. Двери все были заперты. На окрик Моисей тоже не отзывался. И когда князь хотел уж было вернуться в гостиную, вдруг в темноте, в другом конце коридора, мелькнул огонёк. — Кто здесь? — позвал Игорь. И в этот миг на плечо ему опустилась чья-то ладонь. Вздрогнув от неожиданности, светловолосый князь обернулся и увидел Моисея. Тот слабо улыбнулся: — Видится тут всякое, я же говорил вам. Проклятое место. И река такая же. — Там лошади, их напоить с дороги надобно, — стараясь не подать виду, что немного испугался, проговорил Тальков. — Знаете, кто этот замок основал? — шаркая, Моисей медленно направился в сторону гостиной. — Кто? — ещё раз посмотрев туда, где недавно мелькнул огонёк, Тальков последовал за стариком. — Аккрофей Барминг. Он был капитаном и очень любил уходить в море. Но однажды он ушёл в своё последнее плавание. Его тело унесла пучина. А после местные жители стали замечать, что видят Аккрофея в речушке местной. Только не в образе человека, а с хвостом рыбьим. Красным-красным. Поговаривали, что Барминг получил вторую жизнь и стал русалом. А потом и самих русалов обнаружили в Чёрной речке. Существа эти непростые, кто руку на них поднимет — не жилец тот. Так легенды говорят. Тальков вышел следом за Моисеем на улицу. Утро выдалось пасмурным, апельсин солнца никак не мог разбить своими лучами толстую пелену серого бархата туч. Моисей принялся выгружать бидоны. Больше он не говорил ничего, только лукаво поглядывал на Игоря так, точно знал его какую-то тайну. Тяжело опустившись на камень, Игорь сорвал пшеничный золотистый колос и зажевал его кончик. Это успокаивало. Он думал о том, будет ли правильно с его стороны не идти с Ярославом и его «армией». Конечно, травить русалов он не собирался и всей душой верил, что Михаил донёс предостережение до собратьев, но… … Музыка забралась в самую душу. Сердце словно ощутило медовые поцелуи яркого счастья. Тальков никогда не испытывал такой пьянящей эйфории. Странно, как странно было ощущать в себе какое-то несказанное тепло… Поднявшись на ноги, он сделал несколько шагов в сторону реки. Музыка стала громче. Дудочка? Флейта? Арфа? Что бы это ни было, это было прекрасно! Пленённый каким-то сказочным зовом, он шёл в сторону реки, пошатываясь. И вдруг заметил чей-то силуэт, несущийся прямо на него. Музыка оборвалась. — Это ты предал нас? Говори мне правду, Игорь! — орал он, сжимая руки в кулаки. Он был насквозь мокрым. — Все они утонули! Все друзья наши убиты русалами! Это была засада, словно знали они! — орал Ярослав, голос срывая. — Но ведь отрава здесь… — начал было Тальков. — Они пленили нас! Мы шли, словно под действием вина какого заморского! Это опасные существа! Немедленно помоги мне! Хватай яд и бегом на реку! — велел Ярослав, подбегая к одному бидону и скидывая с него крышку, — что?! Что это значит?! Игорь всё увидел со своего места. Ему не нужно было даже подходить: бидон был забит рыбьей чешуёй. В припадке бешенства, Ярослав кинулся проверять остальные сосуды. И ор его становился всё злее, всё громче. — Это ты! Это всё ты! Потому и спокоен так, холоп! — взревел Ярослав, глаза его почти выпадывали из глазниц, покраснев. С диким рёвом он бросился на Игоря, замахиваясь мечом.