Точка невозврата из мечты

Danielle-Alice, спасибо за вдохновение. После прочтения вашей работы я со стыдом осознал, что очень ленивый автор, и решил исправляться. Yukka mama, вам надо почаще меня ругать, это приносит отличные результаты) Уильям давно спал, свернувшись калачиком. Как-никак, была уже глубокая ночь, когда Грелль бесцеремонно заявился к нему в гости. Ключи от его дверей у него сохранились с тех пор, когда он ещё клеился к Ти Спирсу и тайком сделал для себя их копии, чтобы навещать любимого начальника и пытаться добиться его расположения в уютной домашней обстановке. — Подумать только, как можно дрыхнуть в то время, когда намечается такое серьёзное дело? — хмыкнул Грелль, одним движением сдернув одеяло с Уильяма. — Ну-ка, живо просыпайся! Оттянув резинку на поясе его пижамных штанов как можно сильнее, Грелль отпустил её, и она, вернувшись в исходное положение, со всей силы шлепнула Уилла по голому боку. Тот резко подскочил, не понимая происходящего, близоруко озираясь вокруг и пытаясь нащупать свои очки. — Кто здесь? — сонно пробормотал он. — Я, кто же ещё? — Грелль заботливо нацепил очки ему на нос и мило улыбнулся. — Действительно, кто же ещё мог заявиться ночью без приглашения, — пробурчал Ти Спирс, приглаживая взлохмаченные ото сна волосы и недовольно глядя на Грелля. — Диспетчер Сатклифф, какого демона вы тут делаете? — Ой, Уилли, только давай без официальностей, — поморщился Грелль. — Не «какого демона», а по поводу какого демона, — он помахал у него перед носом книгой, полученной от Себастьяна. — Смотри, что у меня есть! — Ого, — присвистнул Уильям и окончательно проснулся при виде томика в переплете из человеческой кожи с адскими письменами на корешке. — Сатклифф, ты что, был в Аду? — Я — нет, зачем мне туда соваться? — пожал тот плечами. — Но Себастьянчик был, и достал эту книжицу для меня. Видишь, как полезно иногда общаться с нужными демонами! И я сразу от него — к тебе, посмотри, может, эта книга чем-то сможет нам помочь? — Так ты сегодня ещё и демона навещал? — хмыкнул Ти Сприс, приняв книгу из рук Грелля и, не дождавшись ответа, прошел к своему письменному столу. Там он зажег свечи и, усевшись в кресло, принялся изучать её с очень сосредоточенным видом. — Не простого демона, а того самого, который когда-то состоял на службе у Хеллморта, — Грелль устроился в кресле, напротив. — Мне нужно было просмотреть его пленку воспоминаний. Уильям оторвался от чтения и взглянул на Грелля с нескрываемым удивлением. — Мне пришлось это сделать, — развел руками тот. — А знаешь, почему? Потому что один любитель голубков перехватил птичку с запиской, которую Себастьянчик послал нам с Дэниэлом, и которую мы так ждали. — С каким Дэниэлом? — не понял Уильям. — Это имя Гробовщика, — пояснил аловолосый и добавил, услышав вопрос в молчании Ти Спирса. — Сам только сегодня узнал. Он рассказал обо всём, что было между нами тогда… когда ещё… Ну, ты ведь знаешь, тебе он рассказывал об этом раньше. — Дэниэл… — тихо пробормотал жнец, невольно улыбнувшись. Так вот как его зовут… — Дэниэл Грейв, — кивнул Грелль. — Ты что, правда не знал его настоящего имени? Ти Спирс отрицательно покачал головой, продолжая улыбаться своим мыслям. Сатклифф с недоумением смотрел на него несколько секунд, затем напомнил: — Записка, Уилли, записка. Она ведь у тебя, верно? — Грелль бесцеремонно закинул обе ноги на стол и нахально воззрился на своего начальника. — С чего ты взял? — Уильям притянул стоявший неподалеку секатор и не сильно, но больно стукнул им Грелля по ногам. — Убери их, будь добр. — Я просмотрел плёнку Себастьяна, вы уже довольно долгое время ведёте переписку с помощью почтовых голубей. Вполне очевидно, что тот, который в этот раз предназначался не тебе, ошибся и прилетел по уже знакомому адресу… — Грелль нехотя убрал ноги со стола. — Что у вас там за дела, а? Тайный сговор? А сам ещё все время всем говоришь, как сильно ненавидишь демонов… — У нас чисто деловые отношения, — хмыкнул Ти Спирс, — он помогал мне в сборе информации для некоторых расследований. А ты что там себе нафантазировал? Уверен, только что-то неприличное. — Да уж конечно, сразу подумал о том, как графский дворецкий ночью пробирается к тебе в окно, чтобы помочь принять ванну и потереть спин… ай, больно же! Получив удар секатором по макушке, Грелль замолк, потирая ушибленное место. — Если ты уже видел плёнку демона, то к чему тебе записка от него? Ты и так знаешь всё, что он в ней написал, и даже больше — ты видел все события в Аду своими глазами. Но возьми, если так хочется, — Уильям достал из ящика письменного стола небольшой конверт и протянул его Греллю. Тот жадно принялся читать послание. Уильям же вернулся к изучению книги, добытой из адской библиотеки. Жнецы с интересом вчитывались в строчки, перелистывали страницы, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы им помочь, но никакой ценной информации не попадалось. В записке от Себастьяна Грелль не нашел ничего, чего бы не видел на его плёнке, но успокоился, удостоверившись, что всё сходится, и принялся бесцельно разглядывать всё, что лежало на столе Уильяма. Листы бумаги, чернильница, письменные принадлежности — как скучно! И как только он мог увлечься Уиллом, таким занудным и правильным, у которого даже на столе царил идеальный порядок, не говоря об остальном — одежде, поведении, идеально вычищенном секаторе… Хотя, эти его переписки с Себастьяном… Грелль обратил внимание на книгу, лежавшую в стороне от бумаг и прочего: «Учение о душах человеческих и их предназначении. Избранные души и их распознавание». Как интересно… Сатклифф пролистал несколько страниц. Души детей, души убийц и убиенных ими, души ведьм, колдунов, души самоубийц… Как правильно выбрать душу самоубийцы для дальнейшего её перехода в жнецы… — Книга о душах, значит, переписка с демоном, — бормотал Грелль, разглядывая иллюстрации, изображающие самоубийц, и жнецов, просматривающих их плёнки. Когда-то он тоже был одним из них, но потом стал жнецом. Так было нужно. Но кому, и зачем… Неужели его душа и вправду — избранная, предназначенная для одного-единственного жнеца… — Знаю, к чему ты клонишь, Сатклифф, но спешу тебя разочаровать, никаких незаконных дел с демонами в целом и с Себастьяном в частности я не имею, — наконец оторвавшись от чтения, Уильям устало прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла. — И про души я, между прочим, читаю, потому что мне интересно, а не из-за сговора с демоном. Да как ты вообще мог такое подумать! — он раздраженно поправил очки на переносице. — Ага, — неожиданно легко согласился с ним Грелль. — Ты слишком правильный, чтобы делать что-то не по Уставу. Почти идеальный. — Чтить Устав по-твоему — плохо? — вскинул бровь Ти Спирс. — Решительно не понимаю… Почему ты, именно ты, а не я… — М-м? Что? — не понял Грелль. — Ничего. Забудь, — спохватившись, что мыслит вслух, Уильям быстро сменил тему разговора. — В этой книге я нашёл кое-что интересное… — Да? И что же? — оживился Грелль. — Ничего нового из того, чего бы я не знал из курса демонологии, — задумчиво произнес тот, потирая переносицу двумя пальцами. — Практически все это можно найти и в библиотеке жнецов. Но тут есть упоминание о древнем амулете последнего из существовавших полудемонов-полуангелов. Его обнаружили в Аду случайно, при рытье котлована для установки нового чана с кипящей смолой чуть больше пятидесяти лет назад. Но, едва он был найден, как почти сразу же пропал без следа, виновного в похищении так и не нашли… — Что за амулет? Покажешь? — Грелль выглядел очень заинтересованным. Уильям протянул ему книгу, открытую на нужной странице. Алый жнец взглянул на рисунок — медальон представлял собой круг с кроваво-красным мечом посередине, по бокам которого располагались головы похожих на драконов существ. Изображение показалось ему странно знакомым, где-то он уже видел подобное… Грелль зажмурился, вспоминая. Тогда, во время сражения с демоном, он заметил на секунду, как что-то блеснуло на его груди среди складок черного балахона, и на этом чём-то точно присутствовал обагренный кровью меч. Похожий на тот, что был нарисован с натуры адскими художниками. Но описания к нему не было, несколько страниц были просто вырваны. — Кажется, я видел нечто похожее у нашего демонического недоангела, — неуверенно пробормотал Грелль. — Могу, конечно и ошибаться… Посмотри, Уилли, страниц с описанием не хватает. Похоже, Хеллморт интересовался этим амулетом, и наверняка его и украл! — Что? Ты видел его на нём — и всё это время молчал?! — преисполненный праведного негодования, Ти Спирс потянулся к секатору. — Но я даже не знал, что эта штука — какой-то там амулет, мало ли чем рогатые себя украшают! — протестующе возразил Грелль. — Так что ты тут косой не размахивай. Уильям не мог не согласиться с его доводом и опустил секатор. — Может, в библиотеке жнецов поищем что-то об амулетах? — предложил аловолосый. — Нет… — Ти Спирс привычным жестом поправил очки секатором. — Мы пойдем к Гробовщику. Я точно видел у него книгу, где есть информация о подобных вещах. В приемной Гробовщика нужной книги не оказалось, Грелль предположил, что она может быть в спальне, и они пошли туда. Сатклифф, как ни в чем не бывало, прошёл вдоль стеллажей с колбами прямо к книжному шкафу и принялся усердно копаться на полках, Уильям же застыл на пороге, заворожённый открывшимся ему зрелищем. На широкой постели в виде гроба спал Гробовщик, жнец, в которого он был влюблён уже много лет, его пламенная и невозможная страсть. Он лежал на животе, на несколько сбившейся простыне среди разбросанных подушек. Полностью обнажённый. И его мертвенно-бледная, казалось, чуть подсвеченная изнутри кожа, создавала разительный контраст с чёрным постельным убранством. Длинные серебристые волосы жнеца струились вдоль его спины, частично скрывая ягодицы и бедра, и свешивались сбоку до самого пола. Он выглядел очень изящным и хрупким, и Уильяму вдруг безумно захотелось прилечь рядом, коснуться пальцами его лица, поцеловать в белеющее в полумраке спальни плечо… И продолжить целовать, уже куда более чувственно и бесстыдно. Но он не смел, и мог только стоять и восхищённо любоваться объектом своего обожания. — Эй, не стоит так откровенно пялиться на моего мужчину, — подошедший Грелль возмущенно хлопнул своего начальника прямо по макушке найденной книгой. — Пойдём лучше изучать материалы, не будем его будить. Ти Спирс нехотя повиновался. Устроившись за столом в приемной Гробовщика, жнецы принялись штудировать справочник по амулетам и талисманам. Сколько же их существовало! Ангельские, демонические, человеческих было больше всех, а вот жнецы такими вещами пользовались редко. Уильям изо всех сил старался сосредоточиться, но получалось у него неважно. Мысли о Гробовщике-Дэниэле, что спал совсем рядом, такой соблазнительно-обнажённый, не давали ему покоя. Ведь стоило лишь войти к нему — и присесть рядом, но… к чему было делать это? Он никогда не смог бы полюбить его, Уильяма, потому что любил и всегда будет любить только Грелля, только его одного… Грелль же был всецело поглощён чтением, и совсем не замечал страданий и душевных мук однокурсника. — Вот, смотри — похоже, он самый, — Сатклифф ткнул пальцем в изображение амулета – медальона на книжной странице. — Меч адского дракона, дарует мощную защиту, придаёт владельцу небывалую силу и ловкость, и отражает удары противника. Принадлежал последнему жившему в то время полукровке, полуангелу-полудемону, который сам его создал и долгое время был непобедимым. Но однажды в бою он лишился своего амулета, и был убит. Уилли, выходит, наш демоноангел совсем не неуязвим, лишим его амулета — и дело с концом, уверен, в нём его сила! Уильям рассеянно кивал, некоторое время смотря в книгу, но чаще — на довольного Грелля, потом пробормотал, что скоро вернётся — и выбежал в ночь, не в силах больше находиться рядом с соперником. Тоска, ревность — и полное бессилие, невозможность изменить ситуацию разрывали ему грудь. Уильяму хотелось кричать, крушить все на своем пути. Почему Грелль, почему этот несносный Сатклифф был рядом с тем, кого он полюбил, почему Гробовщик выбрал его, а не Уильяма в тот день, когда приходил к ним, тогда еще людям, и выбирал будущих кандидатов в жнецы? Меж тем из спальни вышел разбуженный Гробовщик с накинутой на плечи рубашкой, зевая и застёгивая брюки. — Непривычно видеть тебя за чтением, да еще в такую рань, — резюмировал он, подойдя к Греллю сзади и с нежностью поцеловав за ухом. — Давно проснулся? — Я не спал, — Грелль поднял глаза на любимого и улыбнулся. — Навещал Себастьяна, Уилла, вместе нам удалось выяснить, что примерно полвека назад Хеллморту удалось украсть один старинный защитный амулет, помогающий ему сейчас безнаказанно вытворять всякое. Мы нашли в твоей книге его описание, осталось теперь найти недодемона, и отнять у него этот амулет! Прежнего владельца, такого же полукровку, удалось убить именно тогда, когда он потерял свою защиту. — Вот знаешь, теперь мне очень стыдно за то, что я бессовестно проспал столько времени, пока вы собирали информацию, — смутился Гробовщик. — Почему ты меня не разбудил? Мы могли бы всем этим заняться вместе… — Ну я же справился сам, к чему было тебя беспокоить? — Грелль вышел из-за стола и, ласкаясь, прильнул к Гробовщику. — Тебе надо было хорошенько отдохнуть, расслабиться, а не бегать вместе со мной по ночному Лондону, собирая бездомных котят для котолюбивого демона и разыскивая пропавшего голубя. Который оказался у Уилли. Я потом тебе все расскажу… Обвив руками шею Гробовщика, Грелль с нежностью заглянул в его глаза и, увидев недоумение и растерянность на его лице, добавил: — Все в порядке, правда. Теперь мы знаем, в чём сила этого Хеллморта, и сможем его победить. — Возможно, всё не так просто, помимо амулета он владеет чем-то ещё… — задумчиво молвил Гробовщик, перебирая пальцами алые пряди волос Грелля. — Но почему ты не рассказывал мне, что видел на демоне какой-то амулет? — Да мало ли что демоны носят, — пожал плечами Грелль. — Я и не придал этому значения. А когда Уилл нашел запись о найденном в Аду и сразу же украденном амулете, то вспомнил… — Подожди, — перебил его Гробовщик, — где Уилл нашел запись, как ты оказался у него ночью, и где он сейчас? — В книге, которую принёс из Ада Себастьян. — Которую ты у него выменял на котят? — все ещё не понимал Гробовщик. — Принёс ему целую коробку! — похвалился Грелль. — А когда он отвлёкся на них — выпустил его плёнку воспоминаний, чтобы посмотреть, что происходило в Аду, когда он был на службе у Хеллморта. Ну и потом пришлось выяснять, как связаны не долетевший до нас голубь, Уилл и Себастьян… Даже и поспать не удалось, — Грелль зевнул, но был полон энтузиазма. — Долгая история. Можешь пока почитать об этом амулете, а я буду тем временем обо всём рассказывать… — Почитаю, да… А где Уильям? Ты говорил, вы были вместе? — Вышел воздухом подышать, — Грелль кивнул на дверь. — Увидев тебя в спальне, спящего и голого, он стал как-то странно себя вести… Знаешь, или я слишком ревнивый, или ты ему нравишься. — Он влюблён в меня, уже давно, — как-то грустно промолвил Гробовщик и вздохнул. — Знал, что я люблю и жду тебя, и не вмешивался, не пытался занять твоё место, но… тогда мы с тобой ещё не встретились, я отбывал наказание, и Уильяму было легче принимать своё положение. А тут он увидел прямое доказательство того, что мы вместе, и близки. Думаю, это причинило ему боль. — Я не знал, — потрясенно выдохнул Грелль. — Вообще подумал, что он с Себастьянчиком мутит — переписка голубиная, книга про души. Вот эта, — он достал из-за пазухи томик и показал Гробовщику. — Нет… демон тут ни при чём. Я поговорю с ним, ладно? А ты побудь тут, мы скоро вернёмся. Улыбнувшись и поцеловав Грелля в губы, Гробовщик с извиняющимся видом покинул свое похоронное бюро, отправившись на поиски Уильяма. Грелль удивленно посмотрел ему вслед, вздохнул и вернулся было к книге с амулетами, но, подумав, отложил её в сторону и придвинул к себе Учение о душах, открыв главу, где рассказывалось о душах, предназначенных жнецам. Уильяма Гробовщик обнаружил совсем недалеко, на кладбище под раскидистым деревом, и когда, подойдя ближе, позвал его — тот резко обернулся. В глазах его было столько тоски и боли, что Дэниэл невольно вздрогнул. — Уильям, я понимаю, то, что случилось сегодня, то, что ты увидел… Тебе не надо было этого видеть, — тихо начал Гробовщик, но тот его перебил: — Это случилось не сегодня, а уже давно, когда вы сделали свой выбор в пользу Сатклиффа, а не в мою, — с надрывом произнес Ти Спирс. — Почему, Дэниэл, почему так? Ведь я люблю вас, и всегда любил… — почти прошептав эти слова, он подошел к Гробовщику совсем близко и решительно прижался к его губам в отчаянном поцелуе. Он целовал Дэниэла с неистовой страстью, граничащей с безумством. Если бы кто-то из коллег увидел сейчас обычно холодного и сдержанного Ти Спирса в таком состоянии, то не поверил бы, что это действительно он. Гробовщик стоял, не в силах ни двинуться, ни проронить ни слова, действия Уилла оказались для него большой неожиданностью. Наконец Уильям, протрезвев, отпрянул в смущении, негромко пробормотав: — Извините… Гробовщик, вздохнув, обнял его и привлек его к себе. — Уильям, мальчик мой, ты же давно обо всем знаешь, что с тобой произошло такое, что вывело тебя из душевного равновесия? Ти Спирс, спрятав лицо у него на груди, вжавшись в мягкую ткань рубашки, тихо всхлипывал. — Когда мы с Сатклиффом вошли в вашу спальню, за книгой, я увидел вас… таким, каким вас оставил Грелль прежде, чем уйти, после всего того, что между вами было этой ночью. И мне стало невыносимо это осознать… Что он всегда будет рядом, везде — на работе и в постели, а мне что остается? Только лишь немая любовь, без хоть какой бы то ни было надежды на взаимность… За что мне это? Невозможное, невыносимое чувство, от которого я не могу исцелиться уже столько лет… Я люблю вас, Дэниэл, люблю… — рыдал Уильям на плече Гробовщика. — Как мне избавиться от этого чувства? Я больше не могу так… Гробовщик молча гладил его по волосам, давая выплакаться, выплеснуть все, что Уилл держал в себе столько лет, никак и никому не показывая, что безнадежно влюблен, упорно создавая образ бесчувственного и холодного начальника. Потом целомудренно поцеловал его в лоб, мягко отстранившись. — Я понимаю всю твою боль, поверь. Сотню лет провести любя, и не имея возможности даже приблизиться к тому, кого любишь… Нелёгкое это испытание. Я не знал, сможет ли Грелль найти меня, сможет ли снова полюбить… Вокруг него было столько других жнецов, поинтереснее меня, он ведь мог выбрать любого. И сколько раз я в отчаянии думал, что всё напрасно, и что мы никогда не будем вместе. Но ты всегда был рядом, рассказывал мне о нём, о том, что он ни к кому не привязывается, заводит интрижки — и снова ищет, что-то или кого-то, и это вселяло надежду на то, что однажды мы сможем встретиться. — Я был рядом, но вы так и не смогли его забыть и принять мою любовь, — Уильям вздохнул и промокнул белоснежным платком уголки глаз. — Хотя я так старался быть во всём лучше Грелля — самым дисциплинированным, самым исполнительным… — Если бы я только мог… Ты прочёл ту книгу, что я давал тебе, о душах? Ти Спирс кивнул. — Грелль сегодня увидел её у меня и решил, что я в сговоре с Себастьяном, и мы проворачиваем махинации с душами. — Ему бы прочтение этой книги тоже пошло на пользу. Сегодня я поведал ему о нашем общем прошлом, он узнал, что есть души, предназначенные для жнецов, и если душа найдет своего жнеца на той, другой стороне бытия, им суждено быть вместе до конца. — И что, он согласился на это? Чтобы прямо до конца? — Уильям внимательно посмотрел на Гробовщика. Тот опустил взгляд. — Однажды, на нашем свидании, он загадал желание падающей звезде, чтобы мы были вместе, как Эрик Слингби и Алан Хамфриз, до самой последней минуты. — Но как это бывает у жнеца и предназначенной ему души — он не знает? А если узнает — то согласится ли? — Думаю, что да, — уверенно произнес Гробовщик. — Но, если возникнет такая ситуация, когда надо будет получить прямой ответ, ты поможешь ему? — Конечно, помогу. — Спасибо, — искренне улыбнулся жнец. — И мне поможешь? — Можете на меня положиться, — кивнул Уильям. — Я всё сделаю как нужно. И всё же надеюсь, что это произойдёт не сегодня. — А я думаю иначе, что-то неспокойно на душе. Но если всё пройдет хорошо, и мы вернемся, а Хеллморт исчезнет и перестанет нам докучать, я помогу тебе исцелиться от тех чувств, что вызвал в тебе, сам того не желая. — Разве это возможно? — в сердце Уильяма затеплилась надежда. Гробовщик загадочно улыбнулся. — Есть легенда, что для каждого жнеца где-то есть предназначенная для него душа. Только для него. И, встретившись однажды, они будут вместе до самого конца. Я помогу тебе отыскать твою потерянную душу, Уильям, мы обязательно её найдём. И тогда ты поймёшь, что никто другой тебе не нужен, даже я. — Спасибо, — Уильям счастливо улыбнулся и обнял Гробовщика. От его слов ему стало спокойно, тоска и отчаяние начали отступать. — Я не оставлю тебя в трудную минуту, и всегда буду рядом, как твой наставник и помощник, ты всегда можешь на меня рассчитывать, — пообещал Гробовщик. — А теперь — иди в Департамент, нам скоро в путь, мы с Греллем скоро будем. — Да, Дэниэл, — кивнул Уилл, поправил очки и пошёл в предрассветную дымку. И тут прямо перед ним появилась большая чёрная дыра — неожиданно, внезапно и бесшумно, словно призрак. И из её недр явился Хеллморт, собственной персоной. Чёрный балахон больше не скрывал его холодного надменного лица и обрамлявших его ангельских кудряшек, он уже давно охотился в открытую, но исчезал слишком быстро, чтобы его кто-то мог увидеть. — Вот ты где, сладенький, а я уже подумывал о том, чтобы подыскать себе на завтрак другого начальника, — с донельзя довольным видом он схватил Уильяма и прижал спиной к себе, явно намереваясь утащить с собой. Тот растерялся лишь на секунду, после чего начал активно вырываться, пинать захватчика ногами и даже попытался его укусить, но Хеллморт приставил острие демонического клинка прямо к пульсирующей шейной артерии жнеца, заставив того притихнуть. — Ты! — в голосе Гробовщика сразу появилась сталь, глаза вспыхнули зелеными льдинками. Он лихорадочно соображал, как отбить Уильяма, при этом не навредив ему. Он видел, как быстро демон управлялся с оружием, и понимал, что пока будет доставать косу, тот успеет перерезать Уильяму горло.  — Я, — с пафосом в голосе, согласился тот. — Дэниэл Грейв, вот так встреча! Не думал, что ты выживешь, и с удовольствием поохотился бы на тебя, останься ты в рядах жнецов. — Что же тебе мешает сейчас? — прищурился Гробовщик и сделал несколько шагов ему навстречу. — Отпусти этого жнеца, зачем он тебе? — Сейчас ты мне не интересен, к чему тратить на тебя время? —фыркнул демон. — Живешь среди слабых людей, силу свою, поди, растерял всю, да и выглядишь не очень, — он брезгливо поморщился. — Мне нужны сильные жнецы, их кровь такая питательная, а сердца придают невиданной мощи… Гробовщик снова попытался приблизиться, в ответ на это Хеллморт надавил на шею Уильяма сильнее, пустив ему кровь. — Не советую мне мешать, всё равно проиграешь, — высокомерно бросил он, презрительно глядя на седовласого жнеца. — Как и в прошлый раз. Потому что я — сильнее! Совсем скоро я получу абсолютную власть, и все — ангелы, демоны, и вы, жнецы, будете мне повиноваться. — Людей упомянуть забыл, — хмыкнул Гробовщик и, воспользовавшись моментом самолюбования демона, выхватил косу, направив её удар прямо в голову Хеллморта. Послышался треск, сноп искр взметнулся в воздух — и наступила тишина. Которую через пару секунд разорвал истерический смех Хеллморта. Гробовщик не поверил своим глазам — его коса лежала на земле у ног хохочущего демона, на котором не осталось ни царапины! Просто невероятно, как такое могло случиться? — Жнец, ты идиот, если решил померяться силой с самим мной, — на полном серьёзе заявил он, перекидывая через плечо потерявшего сознание Уильяма. Коса Гробовщика его не задела, но оглушила волной своей мощи. — Пожалуй, я вернусь за тобой, и мы закончим ту весёлую игру, в которую так и не доиграли в прошлый раз. Пока же — прощай! Секунда — и демон с Уильямом исчезли во тьме. Грелль закрыл книгу о душах и отложил в сторону. Прочитанное произвело на него большое впечатление — какое, однако, чудесное творение, эта человеческая душа, сколько возможностей таит в себе. И у каждой — своё предназначение и цель. И его собственная душа тоже должна была сделать что-то особенное, возможно, для того самого жнеца, которому была предназначена… Размышления Грелля внезапно были прерваны, он вздрогнул, когда в похоронную контору, словно вихрь, ворвался Гробовщик, на ходу собирая свои длинные волосы в высокий хвост. — Хеллморт только что утащил Уильяма в пространство между мирами и хочет съесть его сердце, — бросил он на ходу. — Медлить нельзя, отправляемся туда прямо сейчас. — Что?! — пальцы Грелля непроизвольно сжались в кулаки. — Ну какой нахал! За это я убью его несколько раз, можно? — Даже нужно, — кивнул Гробовщик, наскоро застёгивая форменный пиджак. — Мы отправимся за Уильямом вдвоем, только ты и я, без возможности получить помощь от других жнецов. Готов ли ты? — Я буду с тобой, а это — главное, — улыбнулся Грелль. Их взгляды встретились, в них было всё — решимость, бесстрашие, готовность ко всему и — бесконечная любовь друг к другу. — Я люблю тебя, Дэниэл. Не забывай об этом никогда. — И я тебя люблю. Больше смерти. Последний поцелуй перед походом в неизвестность. Короткий, страстный, пронзительный. Оба знали, что он может оказаться прощальным. Оба были к этому готовы. Потому что оба знали, что смерть — это ещё не конец. И, взявшись за руки, одновременно шагнули в созданный Дэниэлом Грейвом портал, что должен был провести их навстречу судьбе.