Черное и белое

      Когда я пришла в их дом, он меня уже ненавидел.       Смотрел сквозь прищуренные глаза и не видел ничего хорошего. Нелепый сиреневый бант, который был наспех прицеплен тетушкой, ещё в машине почти развязался, а теперь, прямо перед его глазами, свисал с влажных волос.       Я не смела даже взглянуть на него — вместо этого вцепилась в край джинсовой куртки, выглядев при этом неуверенным комком чего-то по-настоящему жалкого.       Красивая прихожая квартиры на восьмом этаже в первые секунды показалась картинкой из сказки с хэппи эндом, но в реальности, что обрушилась на меня, стоило его взгляду остановится на чужих потёртых ботинках, всё оказалось не столь радужным.       Звонкий смех женщины звучал отдалёно, словно доносился не над правым ухом, а из соседней комнаты, дверь в которую была закрыта.       А когда взгляд зацепился за кончик крохотной чужой татуировки, выглядывающей из-под рукава чёрной хлопковой футболки, я сглотнула и кое-что для себя поняла.       Неловко поклонилась и, поверьте, лишь на секунду зажмурилась, позволяя разноцветным пятнам перед глазами заполонить мысли.

***

Восемь лет спустя       Университет Хангук в наши дни представлял из себя нечто по-настоящему обычное с примесью осеннего равнодушия и грязи.       Новые ботинки, кстати, были безнадежно заляпаны ей, заставляя разве что вздохнуть, да и, возможно, позволить себе негромко цокнуть языком.       Взгляд остановился на непонятно зачем купленном недопитом американо со льдом, зажатом меж оледеневших пальцев. По постепенно редеющей толпе студентов, явно спешивших занять места в аудиториях до звонка, можно было сделать вывод, что теперь лично мне торопится уже незачем.       Чёртова Пак Миен.       «Пожалуйста, подожди меня. Я уже на перекрестке».       Да, конечно, на перекрестке. Едва ли проснулась, наверное.       Устало прикрыв глаза, пришлось упереться спиной о кирпичную стену, чувствуя, как ветер безжалостно хлещет волосами по щекам. В голове медленно выстроилось расписание на следующую неделю, поэтому, ещё раз подумав, я решила заняться презентацией по мировой экономике уже сегодня вечером. Преподаватель выжимал из нас все соки, наверное, будучи уверенным, что кроме его предмета других у нас не имеется. Поражающая умы логика.       — Чжун-а! — спустя какое-то время послышался до невозможности слащавый голос совсем рядом. — Бэк Чжун!       Я неохотно подняла взгляд, поджимая побледневшие губы и едва заметно щуря глаза, которые как раз сегодня подвела карандашом для выразительности. И ещё для чего-то. На самом деле, по давней просьбе Миён «выглядеть хоть чуточку милее».       — Ты опоздала, — сложив руки на груди, я развернулась и направилась в сторону входа, явно давая понять, что не расположена для чего-то большего, чем просто хмуриться и игнорировать её весь день.       — Прости, Чжун, пробки по всему городу, — Миён меня догнала почти сразу, теперь же весело размахивая сумкой и сверкая глазами.       — Учитывая, что до университета ты ходишь пешком, — преодолев ступеньки, всё ещё не оглядываясь на неё, я протиснулась через входные двери, кивнув парнишке, что придержал их для нас.       — Чжун-а, на самом деле я кое-кого встретила по дороге, — Миён обогнула меня, когда мы вошли в холл, и теперь уже шла наугад спиной вперёд, мечтательно улыбаясь.       Впереди, в нескольких шагах от неё, возвышалась колонна, поэтому я схватила её за локоть и одёрнула на себя, а затем развернула, толкнула в спину, направляя к лестнице.       — Второй этаж, менеджмент.       — О чём ты? — Миён удивлённо обернулась на ступеньках, но всё же поднималась. — Сейчас же не менеджмент, а экономика отраслей.       — Ты правда видишь смысл идти на пару, которая закончится через пятнадцать минут?       Светловолосая лишь удивлённо пожала плечами, кажется, и правда не понимая, почему бы и нет. Я закатила глаза.       — Так что ты там хочешь рассказать?       Миён тут засверкала глазами и расплылась в улыбке, словно всё утро ожидая этого вопроса.       — Помнишь того красавчика с четвёртого курса?       Я обернулась через плечо, до этого задумчиво водя пальцем по кнопкам на автомате с напитками, к которому успела подойти, в то время как Миён расположилась на ярком диванчике, откинувшись на его спинку.       — С физико-математического?       — Нет, — запнулась она.       — Подожди, — я развернулась вновь лицом к автомату, — вспомнила. Того высокого с факультета литературы?       — Ну, правда, Бэк Чжун, — Миён тут же надулась, — услышь кто, страшно представить, что подумает. Да и тот высокий с факультета литературы на третьем курсе учится, к твоему сведению.       — Спасибо за ценную информацию. Не знаю даже, как раньше без неё обходилась, — после недолгих раздумий я наконец-таки остановилась на одном единственно верном выборе — обжигающем американо (сегодня окончательно убедилась, что со льдом мне не по вкусу).       Автомат тут же затянул купюру, а я уже наконец впервые за всё утро в удовлетворённом настроении присела рядом с Миён, протягивая ей второй стаканчик.       — Но я не люблю американо, — пробубнила она в ответ, но всё же отпила, а затем шокировано ахнула, — и без сахара!       — Знаю, что не любишь, — я улыбнулась. — Так что за красавчик с четвёртого курса?       — Чон Хосок, — уставившись на свои туфли, Миён замялась.       Я с любопытством стала разглядывать подругу, словно видела в первый раз. Такое поведение было совсем ей не свойственно.       — Посмотри-ка на меня, — кончиками пальцев мягко схватив её за подбородок, я заставила девушку встретиться со мной взглядом.       И лучше бы этого не делала.       — Ты что, влюбилась? — вопрос вырвался глухим шёпотом.       У Пак Миён было бесчисленное множество парней. Даже больше, чем можно просто представить. С большей частью из них дело не продвигалось дальше одной недели. Максимум — семь месяцев и раздражение в глазах светловолосой.       — Никто не влюблялся, успокойся, — нервно улыбнулась она, заправив выбившуюся прядь волос обратно за ухо, покрытое созвездиями родинок.       Очередной мой порыв к допросу с пристрастием был успешно прерван звонком с пары и гомоном студентов, в ту же секунду заполнившим коридор.       Вздохнув, я поднялась с насиженного места, потому что к двери аудитории приближался преподаватель, низенький мужчина средних лет с необычайно проницательным взглядом.       — Доброе утро, студентки, — поприветствовал он нас, — Пак Миён, какое счастье лицезреть вас в этом месяце.       — Ну что вы, учитель, — Миён, которая к этому времени уже успела так же подняться и нацепить привычное для всех окружающих беззаботное выражение лица, изобразила смущение, которое было мало убедительным не только для мужчины, но и, кажется, для неё самой.       Преподаватель, несколько секунд провозившись с подбором ключа к двести седьмой аудитории, не сводил подозрительного взгляда с подруги, но в конце концов лишь устало вздохнул, пропуская нас вперёд и что-то старательно бормоча про нерадивых студентов.       — Чжун, сходим в субботу в кино? — Миён уселась на один из последних рядов под мой хмурый взгляд.       Быстро кивнув на её приглашение, я нехотя уселась рядом, но, всё же не выдержав, произнесла:       — Но на этом ряду будет совершенно ничего не слышно.       — Я ночью совершенно не выспалась, — пробормотала Пак, усиленно пытаясь выдавить хоть каплю сонливости во взгляде.       Ничего, кроме как закатить глаза, не оставалось.       Чёртова Пак Миён.

***

      — Что-нибудь ещё?       Я замялась.       — Стакан минеральной воды, — быстро произнесла, криво улыбнувшись женщине по ту сторону стойки с едой.       Впрочем, стакан мне всучили с неимоверной скоростью, предполагая, сколько ещё студентов стоит после меня и сколько осталось минут до окончания обеденного перерыва.       Поэтому, схватив свой особо не перегруженный поднос, я направилась к столику, который уже успела занять Миён.       Увидев мой стакан минеральной воды и салат из чего-то зелёного, она начала возмущённо мычать, потому что набитый сладкой булочкой рот не позволял большего.       — Бэк Чжун, быстро возвращайся обратно и набери хоть что-то съедобное, а не обед умирающего хомяка, — едва ли проглотив булочку, Пак тут же атаковала.       — Аппетита нет, — пожав плечами, ответила я.       И не соврала, как ни странно. Что-то внутри затягивалось в тугой узел, и причину этому я не могла найти.       Температуры вроде бы не было, как обычно у меня бывает, стоит пропасть аппетиту. Поэтому мысленно я всё списала на свои переживания насчёт презентации, от которой зависела большая часть учёбы. И не только учёбы.       Миён же одарила не лучшим взглядом, но промолчала. На её телефон пришло сообщение, громко оповестив не только хозяйку, но и меня.       — Чунмён тут напрашивается с нами в кино, — закатив глаза, произнесла Пак, — не понимаю, когда уже своих друзей заведёт. Вроде, на втором курсе мы уже все.       Я пожала плечами, отпивая воду из стакана.       — Мы же со средней школы знакомы, — предположила.       — Ну и что? — тут же надулась Пак. — Он парень, а мы девушки. У нас не должно быть ничего общего.       — Ты говоришь, как младшеклассница, — рассмеялась я, едва ли не подавившись салатом от смеха.       Миён же, видимо, мою точку зрения не разделяла, усиленно отшивая Ким Чунмёна в чате. Но, судя по её хмурому и невольному взгляду, получалось это не столь успешно.       Я же опять улыбнулась, почти не заметив пришедшего сообщения теперь уже на мой телефон, лежавший на столе.       Экран призывно загорелся, и я нагнулась над ним, всё ещё улыбаясь.       Только в моём лице что-то треснуло, когда я прочитала имя отправителя. По слогам. Потому что иначе в это не верилось. Кажется, прошло около трёх лет с того момента, когда он что-то писал мне.       Узел внутри меня затянулся до предела.       «Сегодня, в семь часов вечера. Семейный ужин в загородном доме».       Семейный ужин.       От Чон Чонгука, моего старшего брата, которого я не видела два с половиной года, это звучало не дружелюбно или агрессивно. Это даже и не звучало. Потому что это было усталое раздражение в тёмных глазах. Это был взгляд, в котором ничего хорошего.       Это был он. И это меня пугало.