Скрытые истоки (рабочее)

      Девушку привезли с размозженной головой, кровь из которой стекала по левому плечу, вплоть до указательного пальца, мелкими каплями впитываясь в белую простынь. Ей нужна была срочная операция из-за закрытой черепно-мозговой травмой с сотрясением головного мозга и сильного повреждения внутренних органов, в частности, — разрыва селезенки, на которую пришелся удар. Хирург уже было тянулся к телефону, чтобы вызвать нового доктора, но остановился, понимая, что дорога с острова Скай у него составит минимум час, а дело было срочно: на кону жизнь человека.       В холле больницы была полная суматоха: медсёстры бегали из операционной в отделение скорой помощи и обратно. Врачи пытались понять, как лучше подобраться к разрыву, не задев соседние сосуды. Через пару минут, когда все было приготовлено, все врачи были в операционной в ожидании пациента, по белому кафелю заскрипели колеса каталки, а стеклянные автоматические двери распахнулись, принимая пострадавшую. На белом табло пошел отчет, а из операционной отчетливо слышались слова главного хирурга:       — Скальпель. Отсос. Расширитель. Что с давлением? Сестра, ещё два пакета крови!       Карлайл Каллен не мог нарушать свои собственные традиции и в первый же день приезда отправился в главный город округа Хайленд дабы поучить работу в центральной больнице. На самом деле, такие отдалённые районы Шотландии не сильно славились своими врачами, поэтому хорошего специалиста готовы были носить на руках. Ему предоставили отдельный уютный кабинет, в котором располагался лишь стол, кресло и место для приёма больных. В прочем, ему и не нужен был большой кабинет главного врача. Каждые четыре часа на прошлом месте он устраивал осмотр больных, поэтому, решил и эту традицию не менять. Сначала персонал испугался: такие частые осмотры уберут лишнее время из их отдыха, но он поспешно успокоил народ, сказав, что сам будет выполнять эту обязанность.       Карлайл сидел у себя в кабинете и разбирал бумаги, оставленные его предшественником: совершенно непонятные записи размашистым почерком, отрывочные сведения о больных и прочая чушь, которую старался понять доктор. Он поморщился и закрыл папку, больше не в силах выносить бессвязные записи непрофессионального человека. Ему был важен порядок и чистота, поэтому, ему предстояла большая работа над документами и ещё большая работа по уборке помещения.       Лёгким движением, слегка отодвинув рукав белой рубашки, доктор кивнул сам себе, взял стетоскоп, перекинул его через шею, взял блокнот с ручкой и вложил в карман белого халата, и пошёл осматривать людей, которые страдали от своего человеческого существования. Заходя в каждую палату, он был добр и отзывчив, награждая каждого толикой внимания и заботы, которых всегда не хватает больным.       Остановившись перед одной из палат, он вынул из пластика больничный лист, который сообщал сведения о человеке. Держа его в руках, он зашёл в комнату. Перед ним на кушетке лежала девушка, с перемотанной головой, слипшимися волосами, бледными губами, да кучей датчиков, которые контролировали её жизненные процессы.       Измерив температуру тела, немного прибавив скорость капель из физраствора в капельнице, поставив у себя в голове заметку о состоянии больной и её дальнейшем лечении, он кивнул сам себе и вышел. Далее, он продолжил местный осмотр, но, к сожалению, мысли о девушке засели глубоко в сознании и не хотели оттуда выбираться.       Плюнув на все свои дела, которые он поставил на сегодняшний день, Каллен вернулся в палату к ней. Остановившись возле кушетки, он пристально вглядывался в лицо, которое было хорошо знакомо. В голове проносилась куча мыслей и, казалось, он уже был не в больнице Инвернесса, а где-то далеко в прошлом.       — Карлайл… — послышался тихий хрипловатый голос, и вампир перевёл фокус сознания на звук.       Девушка усталым от боли взглядом смотрела на врача, который, не двигаясь, в ответ смотрел прямо на неё.       — Карлайл, — ещё раз произнесла девушка, смакуя на вкус давно забытое имя.       — Да, Амалия, — наконец произнёс доктор, всё ещё не отводя взгляд.       — Не стой так. Ты пугаешь.       — Прости, дорогая, — опомнившись, что он простоял в положении статуи около пятнадцати минут, доктор скорее поспешил ретироваться из помещения.       — Карлайл, — вдогонку ему прошептала девушка. — Эдвард?       Доктор не ответил, лишь грустно улыбнулся и вышел из палаты.       Всё последующее время, его внимание занимала лишь девушка, лежащая в девяносто девятой палате. «Совершенно невозможно», — думал он, меряя длинными шагами маленький кабинетик. Но, факт оставался фактом, девушка из прошлого была жива. А у него на столе лежала карта болезни на имя Тессы Мейсон.

***

      — Совершенно невозможно, — сидя на берегу океана, Эдвард кидал камни в серое из-за туч море. Оно пенилось, приближаясь к берегу, кипело и возвращалось к себе в обитель. Совершенно разочаровавшись в каменном береге. Он прокручивал у себя в голове все действия и каждую мысль, проносившуюся у себя в голове во время охоты. — Невозможно! — ещё раз кинув камень в море, он сильно хлюпнулся о воду, совершенно не причинив вреда ни ей, ни себе.       — Что невозможно? — подкравшись сзади, жена поцеловала его в щёку и закинула руки на его плечи.       — Невозможно, что ты сегодня по-особенному красива, — соврал вампир, тепло улыбнувшись своей единственной женщине.       Вампирша нежно коснулась его щеки и села возле него на мокрые камни пляжа, она внимательно изучала его лицо, а он уже запрятал мысли о жажде далеко в подсознание, но, как известно, даже вампиры не в силах противостоять бессознательным порывам.       — Мне здесь нравится, — призналась его жена. — Природа необыкновенная. Кажется, что живёшь в другом мире…       — Ты уже десятый год живёшь в другом мире, — усмехнулся вампир и приобнял её за плечи.       Супруги просидели на пляже, пока не зашло солнце, пока серое небо стало чёрным, а море было видно лишь по белым гребешкам волн. Птицы уже давно перестали петь и затаились на ночь в своих домиках. Оставался лишь безмолвный шёпот моря и редких деревьев возле пляжа. Влюблённые, обнявшись, пошли домой, греясь в объятиях друг друга.       Подходя всё ближе к дому, Эдвард становился мрачнее. Складка между бровями становилась всё чётче, а губы из улыбки приобретали вид тонкой линии. В его голове быстрыми кадрами сменялись картинки мыслей его семьи.       — Что-то не так, — проговорил он, останавливаясь и беря супругу за руку.       — Что?       — Пока не могу понять, — настороженно сказал он и молнией умчался ближе к дому.       — Как ты посмел Эммет?!       — Это очень, очень беспечно с твоей стороны!       — Не думай, что это сойдёт тебе с рук!       Звучали напряжённые голоса из дома. Все их мысли были спутаны, поэтому, Эдвард не мог понять, что произошло. Лишь догадки, но и они не успокаивали: слишком тяжело их было принять.       Когда пара зашла в дом, их ждал шквал негативных эмоций, которые свозили буквально, от каждого члена семьи.       — Да, пошли вы все к чёрту! — ругнулся Эммет и вышел из комнаты, даже не посмотрев на новопришедших.       — Что произошло? — поинтересовалась Белла.       — Не твоё дело! — шикнула на неё Розали.       Белла посмотрела вопросительно на мужа, ведь она давно не слышала такого агрессивного тона от красивой вампирши в свою сторону. Еще когда она была человеком, Розали не очень её любила, можно сказать, презирала, но сейчас, когда они слишком многое прошли вместе, ей казалось, что девушка оттаяла. Её тон больно кольнул где-то там, в области сердца, и будь Белла человеком, на её глазах, скорее всего, проступили бы слёзы. Девушка крепко сжала руку мужа, посмотрела на семью, лица которых выражали попеременно, то беспокойство, то неприязнь, казалось, была бы возможность: они бы разругались между собой, стоит лишь поднести спичку к разлившемуся бензину.       Эдвард потёр висок, будто его начала мучить сильная мигрень и в ту же минуту, вышел из комнаты на улицу. Жена выбежала вслед за ним, в совершенном замешательстве.       — Эдвард! Эдвард! — пытаясь остановить мужа, кричала ему вслед Белла, но он остановился, лишь когда был на безопасном расстоянии от дома.       Когда картинки в его голове перестали мелькать, он упал на колени и сжал голову в руках, нажимая сильнее и сильнее, чтобы хоть немного убрать мучившие мысли.       — Эдвард!       — Отстань от меня, Белла! — рыкнул на неё вампир.       — Эдвард!       — Не подходи!       — Эдвард!       — Я сказал: заткнись! — зло сказал мужчина и одним мигом остановился прямо напротив жены, меря её угрожающим взглядом. — Убирайся.       — Нет! — самоотверженно проговорила девушка.       Мужчина отвернулся от неё, дабы попытаться успокоиться.       — Что случилось? — положив руку ему на плечо, девушка хотела понять, что происходит с её мужем, но, внезапно, её горло сдавила стальная хватка холодных рук вампира.       Он сжимал всё сильнее и сильнее, пока на её лице не появились маленькие трещинки. Его чёрные как смоль глаза совсем затуманились, а тяга к убийству начинала всё сильнее овладевать им.       — Я люблю тебя, — дотронувшись до его щеки, казалось, на прощание произнесла Изабелла.       Он всё сильнее и сильнее сжимал тонкую шею своей жены и на ней всё отчётливее проступали трещины, которые в один момент становились чёрные, прямо как его глаза. Мысленно, вампирша стала перематывать все моменты их совместной жизни и уже прощалась с ним, как вдруг она почувствовала облегчение. Белла рухнула на пол, словно тряпичная кукла, которую отпустил кукольник с ниточек, которыми управлял ею. Если бы могла, она бы заплакала. Второй раз за полчаса. Когда девушка подняла взгляд вверх, пытаясь отыскать Каллена: его уже не было в поле зрения, от чего ей стало ещё грустнее. Казалось, прошла целая вечность, пока она сидела в такой же позе, облокотившись на одну руку, как в череде редких деревьев проступил силуэт сбежавшего. Он медленно подходил к ней, будто боялся, как в первые дни знакомства, причинить боль.       — Белла, прости меня…       — Я люблю тебя, — подлетела женщина к нему и обняла за шею, очень сильно прижимаясь к нему.       — Я схожу с ума… Схожу с ума, — пряча лицо в каштановых волосах, проговорил мужчина, крепко обхватив талию женщины.       — Всё хорошо. Мы справимся… Мы справимся… — говорила между тем она, но её слова будто улетали в пустоту, потому что они оба знали, что всё не будет хорошо.       — Так, что произошло? — любопытно спросила девушка, отстраняясь от мужа.       — Пойдем домой, любимая, — целуя её руки, сказал мужчина. — По дороге расскажу.       Они медленно шли через редкие деревья острова. Ветер усиливался, донося до них запах рыбы и ржавчины. По дороге Эдвард рассказал девушке лишь то, что мог увидеть в мыслях семьи, и что смог сложить по кусочкам.       — Эммет, — говорил он, — решил показать свою силу. Он поехал в Инвернесс и нашёл бои без правил, которые устраивают в нелегальном подвале какой-то сброд местных байкеров, дабы разбрызгать свой тестостерон. Кровь и пот. Там не место вампиру, ибо он легко может сорваться. Но Эммет туда пошёл.       — Не понимаю… Зачем ему это?       — Я не знаю. Он ни о чём не думал в момент, когда уходил из гостиной. Все его мысли лишь заполонил гнев на семью и он думал… — запнулся Эдвард.       — О чём он думал?       — Он думал… Как будет раздирать кожу Джаспера, потому что тот пытался изменить его настроение.       — Чтобы он не кинулся на кого-нибудь из женщин, — сделала вывод Белла.       — Я боюсь, Белла, — признался муж, — что-то странное творится. Я тебе не говорил, но… Недавно, на охоте, мне было очень сложно сдержать себя. Рядом был человек и я… Я… Я уже хотел впиться в него зубами и выпить всю сладкую кровь, — говорил он и с каждым словом его голос принимал всё более и более кровожадный оттенок, а под конец предложения, Белла почувствовала, как напряглось его тело и, можно было предположить, что в ротовую полость начал выделяться яд, как при охоте.       — Но ты этого не сделал, — она крепче сжала его руку и закрыла глаза, снимая щит и показывая ему счастливые моменты, которые его каждый раз успокаивали.       Когда они вернулись домой, всё вроде бы было как обычно: Эммет куда-то ушёл, впрочем, как и Джекоб. Карлайл, видимо, уехал на работу. Розали, усевшись на диван, уставилась на незажженный камин. Эсме гладила по голове Ренесме, которая улеглась на её коленях. Джаспер спрятался на чердаке, а Элис что-то искала в библиотеке. Вот только в воздухе витало какое-то негласное напряжение. День за днём накаляясь до предела.

***

      Каллен ворвался в палату к своей пациентке, совершенно забыв о том, что мог потревожить её покой, или что персонал больницы увидит не вполне нормальную скорость «как бы» человека. Но он слишком спешил, чтобы думать об этих мелких вопросах. Впервые за их знакомство девушка увидела Карлайла таким: озадаченным, испуганным. Он схватил девушку за плечи, причиняя тем самым хрупкому человеку боль от стальной хватки вампира. Но она даже не вскрикнула, только поморщилась и посмотрела на его руки, чтобы привлечь внимание.       — Прости, — проговорил вампир, убирая руки с её плеч. — Я… Я….       Он схватился за голову, казалось, пытался вырвать из неё кусок идеи или мысли, но физика не позволяла это сделать запутавшемуся вампиру. Он начал расхаживать по комнате, меряя огромными шагами пространство.       — Карлайл! — остановив, девушка убрала руки с его лица и посмотрела в чёрные глаза мужчины. — Что случилось?       — Не говори, что это ты! — умоляюще посмотрел он на неё. — Не говори, не говори, Амалия…       — Шшш, — она усадила его на кровать и обняла, — всё хорошо. Эй, всё хорошо, слышишь?       — Не говори, что это ты, Тесса! — сказал вампир, теперь уже с вызовом смотря на девушку.       — Да что случилось?!       — Не говори!       — Окей, мне что, теперь молчать? — немного раздраженно произнесла Тесса. — Ты врываешься ко мне в палату, причиняешь мне боль, потом чуть ли не плачешь, а потом ещё и обвиняешь меня в чём-то?! Знаешь, если бы я не знала, что ты вампир, и что ты мужчина, то я решила бы, что у тебя пмс! — она скинула его руки со своих плеч, встала, и продолжила собирать вещи на выписку из этого белого заточения стен.       — Мы сходим с ума.       — Мы?       — Моя семья. Кажется, я тоже. Эсме, Розали, Эммет, даже Эдвард… Все…       — Ну, Эдвард Брендон был ещё в своём уме, когда я его знала, но насчёт Эдварда Каллена, как-то не уверена, — Карлайл злобно посмотрел на неё, казалось, его могла привести в бешенство любая фраза.       — А, вот, за тебя я переживаю. Ты никогда не был таким…       — Это же ты, да? Это ты делаешь?       — Что делаю? Свожу вас с ума? Как? В животных, которых вы убиваете, ввожу какое-то средство, лишающее рассудка?!       — Ты же ведьма! Заколдовала, навела порчу… Ты сводишь меня с ума!       — Карлайл, я, конечно, польщена, что ты говоришь такие вещи… Свела с ума… Ммм, давно мне никто не говорил это, но… Побойся Бога! У тебя жена же есть!       — Прекрати! — зарычал Карлайл и прижал девушку к стене, сжимая ей смертельной хваткой горло, казалось, он совсем ополоумел. — Сними своё проклятье, ведьма! Костра на вас было мало!       — Карлайл! — прошипела девушка слабым голосом, она пыталась схватиться за любой предмет, а в её лёгких воздух быстро заканчивался, казалось, эта секунда длилась вечность, перед тем, как он понял, что происходит и бессильно упал на колени.       Тесса прокашлялась, обхватив холодными руками горло. Сердце вырывалось из груди, а ноги начали дрожать.       — Вон с моих глаз! — прошипела она мужчине, который сидел на коленях перед её ногами, спрятав лицо в больших белых как снег руках. — Убирайся!       — Помоги нам, — взмолился вампир, посмотрев на девушку, если бы он мог заплакать, то по его щекам уже градом бы катились слёзы отчаяния.       — Катись отсюда! — твёрдо сказала девушка, и, повернувшись к нему спиной, вытерла с лица несколько капель слёз.       Она не слышала, как вампир ушёл, но, когда Тесса обернулась, его уже не было, казалось, ничего не было, но горло продолжал жечь смертельный обхват цепких рук.

***

      — Не моё дело! — через несколько минут стояния в одной позе и перематывания всей ситуации, проговорила девушка и продолжила собирать вещи, как ни в чём не бывало.       Счета за лечение были получены, квитанция, про которую она больше не вспомнит, закинута в рюкзак. Она решительно была настроена уехать с этого округа и как можно скорее, как можно скорее — сегодня. Оставалось лишь забрать машину из ремонта и заехать за остатками вещей, которые домоправительница очень заботливо переместила из раздолбленной машины обратно в дом. С машиной всё решилось очень быстро, и через час она уже заворачивала в ближайший поворот по направлению к мосту на остров.       — Боже правый! Нет, Тесса, это не твоё дело! Прекрати, в самом деле об этом думать! — отчитывала девушка себя за то, что прокручивала весь странный диалог с Карлайлом. — Но, всё-таки, что может с ними случиться? Аномалия? Солнцестояние? Лунное затмение? Может, они просто все сами свихнулись и им пора в психушку? Всем. Да, определённо, — рассуждала девушка, когда остановилась возле очередного светофора отсчитывающего секунды красного света.       Она вздохнула и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на времени бронирования билета в Дублин. Это должно было быть единственным вопросом, беспокоившим Тессу на данный момент, но почему же мысли о странном сумасшествии Каленнов не выходили из её головы? Почему рука так и дергалась позвонить на номер Карлайла?       Когда она открыла глаза, у неё оставалось ещё пара секунд красного цвета и её привлекло какое-то странное тревожное чувство, исходившее из кафе, которое находилось прямо напротив её машины по другую сторону дороги. Её зацепил пристальный взгляд женщины, чьи глаза были темны, как ночь, а взгляд так и собирался достать из тебя всё тёмное, что у тебя есть. Они смотрели друг на друга не отрываясь, но Тессу отвлёк пронзительный рёв машины, позади её. Водитель был явно недоволен тем, что она задерживала поток машин. Когда она тронулась с места, ещё раз кинула взгляд на то стекло, за которым была женщина, но её там уже не было.       — Бред какой-то, — фыркнула девушка. – Кажется, мне, как и Калленам, пора в психушку. Хорошо, Тесса, ты сейчас уедешь по дальше от сюда и будешь беспредельна счастлива с Итоном. Да, определённо!       Она сделала по громче радио и иногда подпевала знакомым мотивам любимых песен. Её машина ловко сворачивала на серпантине перед мостом, а водитель был предельно сосредоточен, дабы не попасть на ещё одну неделю в больницу. По радио объявляли о нелётной погоде и возможном ухудшении к вечеру, но девушка пропустила всё мимо ушей. Её мысли уже были в солнечно-ветреном Дублине с яркими домишками, приятными соседями, а также с Итаном и с тем, какое она платье наденет на встречу с ним.       — Думаю, он будет очень рад и удивлён, что я приехала раньше срока! О, как он будет удивлён! — трепетала девушка.       По приезду во временное пристанище, она поговорила за чаем со своей домоправительницей, которая отговаривала её ехать в этот день, ведь за окном нелётная погода, но когда пострадавшая с придыханием начала рассказывать о своём женихе, то женщина махнула рукой и сказала о том, что в её годы — вполне нормально совершать такие глупости. Любовь — дело не пустое.       Вот только оказалось, что все авиарейсы были отменены из-за урагана, который уже накрыл половину округа и быстрыми темпами приближался к острову Скай.       — Но это не правда! За окном просто дождь! — возмутилась девушка и распахнула двери на улицу.       Ей в лицо сразу брызнуло холодной водой, противным запахом рыбы и водорослей, а также чуть не снесло порывом ураганного ветра.       — Хорошо, — констатировала она, с трудом захлопнув дверь. — Мадам Тиша! Я всё-таки останусь у Вас на ночь!       Вечер она провела за изучением погоды, других интересных городов и чашкой горячего какао. Иногда, она отрывалась от своего занятия, слушая с закрытыми глазами, как ветер протяжно завывает на улице, а шквал дождя порывами стучит по железным перекрытиям крыши. Она решила лечь пораньше, чтобы приблизить завтрашний день и больше не засиживаться в этом сумасшедшем округе. Ещё немного поразмыслив о Карлайле, она откинула эту мысль и легла спать под завывания урагана.       Я шла по тёмной улице, которая, кажется, была знакома. Ветер постоянно трепал мои волосы, будто он хочет вырвать их из моей головы, впрочем, вместе с нею. Ступая босыми ногами по мокрому асфальту, с каждым шагом мне становилось страшнее и страшнее. Холод окутывал мои пальцы, поступая вверх по ногам к телу, а тревога всё нарастала. Я не могла понять почему: это был знакомый район, в котором не было ни маньяков, ни пьяниц, в котором невозможно было заблудиться. Пройдя ещё пару кварталов, я завернула за угол. Я всё шла и шла, а холодный ветер всё сильнее бил в лицо, сбивая с ног, а ноги, казалось, уже заледенели.       Тупик.       Странно, ведь я знала куда иду, у меня не было и малейшей доли процента заблудиться. Я уже хотела развернуться, но что-то сковало мои ноги. Я плохо различала силуэты зданий, ведь была безлунная ночь, да и этот ураган, который заставлял щуриться, а из глаз то и дело вытекали слёзы. Я понимала, что там что-то есть. Где-то прямо возле стены кто-то есть. И он смотрит на меня. Его глаза темны как ночь, но они сияют, будто в них есть звёзды. Холодные далёкие звёзды ужаса.       Меня парализовал страх, ноги окаменели и приросли к земле, судорога сцепила горло, не позволяя издать хоть малейший звук. Мне на ум почему-то пришли молитвы (которые я совершенно никогда не знала, но которые я продолжаю снова и снова повторять). Я чувствовала, всем телом, как он приближался. Хоть мои глаза и плохо видели, но они подметили звериную грацию хищника. Нет, он не хотел быстро убить меня. Он хотел насладиться моим страхом, он хотел заставить трястись меня от ужаса и агонии и испить полностью весь коктейль ужаса и плоти.       И это мой конец? Мой чертов конец?!       Человек подходил всё ближе, уже можно было различить очертания его лица, на котором был звериный оскал. Это был не человек. Животное. Настоящее животное. Я не уловила момент, когда появился возле меня, это было так резко, что я снова попыталась закричать, но застыла лишь в немом крике, а сердце забилось ещё громче, словно загнанная птица в клетке. Я отчетливо слышала, как оно колотиться в груди, отдаваясь в висках трелью боли. Странное дело, я не пыталась закрыть глаза, наоборот, пытливо смотрела своему страху в глаза.       Он изучал свою жертву. Застывал на месте, нюхал, потом изменял позицию и снова вдыхал аромат, который пьянил лишь его. Животное посмотрело на меня и толкнуло назад. Черт. Я упала назад, в лужу позади меня, руки больно обожгло асфальтом. Зверь подошел ближе, гордо возвышаясь надо мной, но почему-то не нападал. Возможно, он решил дать мне попытку убежать, чтобы вдоволь насладиться охотой.       Что ж, тогда побегаем?       Моё тело горело не только от боли, но и адреналина, который закипал в моей крови. Он, наконец, подействовал на меня, врываясь новой дозой в качестве второго дыхания, и я изо всех сил рванула с места. Из глаз потекли слёзы. Я всё бежала и бежала не оглядываясь. Когда то место было уже на приличном расстоянии, мне пришлось укрыться за мусорными баками, стоявшими между стыками домов. Сердце всё ещё колотилось, но слёзы прекратились. Что-то здесь не так. Медленно, моё состояние приходило в норму. Мне даже стало смешно от моей реакции, может, это был простой человек, который просто прогуливался ночью, как и я. Ещё немного посидев за ящиками, я встала и сделала пару шагов из темноты.       — Привет, — пропел сладкий голос где-то там.       Не показалось, значит.       Я обернулась. Прямо за моей спиной стояло то животное, клыки которого уже были наготове. Не успев произнести и писка, в следующее мгновение, всё тело сковала боль резкая и горячая. Как будто меня облили раскалённым железом. Как будто, на каждый сантиметр моего тела поставили клеймо. Как будто по моим венам текла лава. Я собрала остатки сил, сжала кулак и замахнулась на зверя, но мою руку попросту откинули в сторону, а повторять это уже не было сил. Он растягивал удовольствие, испивая мою кровь медленными глотками, а я хотела лишь одного – быстрее умереть.       Тесса разомкнула глаза, хватая ртом воздух, как выброшенная рыба на берег. Всё тело трясло и ломало, словно её в действительности укусили. Старый шрам на шее начал противно зудеть, заставляя девушку дотронутся до него. В холодном поту и полутемной комнате она не сразу сообразила, где лежит её телефон. Руки предательски дрожали, а глаза щипали от надоедливых солёных слёз. Найдя по старой привычке знакомый номер в телефонной книге, Тесса прижала телефон к уху и произнесла:       — Алло, я хочу заказать такси!