История про тебя и сына маминой подруги

      День начался довольно необычно, учитывая, что на этот раз он начался с Веномуса (утро начинается не с кофе). Он проснулся первым, посмотрел на часы и быстро подскочил с кровати. Конференция сегодня, а времени осталось совсем немного.       Боксмэн проснулся через несколько минут после Веномуса и застал его валяющимся на кровати в довольно плачевном состоянии души, судя по его безжизненному взгляду в потолок. — Что случилось, профессор? — спросил лорд, а затем взглянул на часы. — Почему Вы не разбудили меня? Давайте же скорее собираться!       На самом деле у них ещё много времени, они не опаздывают, просто Бокс излишне драматизирует. — Я никуда не пойду, — обречённо вздохнул тот. — Что? Почему? — Мне совсем нечего надеть, — он усмехнулся с болью в душе. — Я… Чем я могу помочь? — Бокс подполз поближе к нему, совершенно забыв, что сам он в одной пижамке. — Ну, я вполне доверяю твоему вкусу, — стоило Вену обратить внимание на то, во что одет коллега, так реакция была неоднозначная. — Твою 30-ую Иркутскую*!       Боксмэн сначала не понял, чего это профессор разорался, но когда понял, было уже слишком поздно. П. В. набросил на него одеяло. — Ай, выпутите! — случайно выдал тот, пытаясь вырваться из одеяла.       Веномус приподнял одеяло и добавил: — Тебе бы тоже не помешало одеться. Думаю, мы можем помочь друг другу с этим, как это делают подружки в магазине. — Хм, мне нравится эта идея! — с помощью неё можно узнать о предпочтениях Веномуса.       Вен немного покопался в одежде Боксмэна. Копатель Онлайн, блин. Разнообразием гардероб Бокса похвастаться не мог, первыми попались те же самые наряды, которые Веномус уже видел. Какие-то хипстерские шмотки [чтобы вы понимали, из эпизода «Let's Watch the Pilot»]. Этот прикид П. В. понравился, но для конференции он так себе. Чем гардероб Боксмэна похвастаться может, так это различными деловыми костюмами разных расцветок и футболками однотонных цветов. Последнее, что обнаружил профессор — деловой костюм чёрно-белой расцветки. На первый взгляд банально, но этот костюмчик был относительно П. В. довольно маленьким, оттого и симпатичным. Этот костюм напоминал одежду Пингвина из Вселенной Бэтмена и, не знаю… Босса-Молокососа, прости Господи? Ну, как бы, костюм, который по размеру довольно маленький, вы поняли. А ещё это довольно не броско и вполне официально, для конференции сойдёт. — Пока надень что-нибудь другое, потом костюм тебе возьмём, — Веномус кинул коллеге этот костюм. — Эм… Вы не могли бы…? — Не беспокойся, я всё равно смотреть не буду. И потом, чего я там не видел, ради всего святого? — П. В. усмехнулся. — Или ты правда сильно смущаешься? — Нет, не особо. Но всё равно, не поворачивайтесь, пока я не скажу! — Ладно-ладно, больно мне надо на тебя пялиться, — не сдержав очередной ироничный смешок, фыркнул Веномус.       Казалось бы, ничего такого, но Боксмэн воспринял это слишком близко к сердцу и интерпретировал, как заявление о том, что для Вена он не привлекательный. WASTED. Нет, даже не так. HEART BROKEN. Тем временем, Вен не находил ничего приемлемого для конференции. И оно логично, зачем Боксу это, его ж в злодейском обществе лошат и на самые классные тусы не зовут. И когда чудо в мини-шортах совсем отчаялось, с кровати послышалось: — Можете повернуться! — Отлично. У меня уже есть то, что я точно не надену, — Вен стал по очереди вытаскивать вещи и к каждой добавлять соответственный комментарий. — Это меня стройнит, это меня полнит, в этом я в магазин за хлебом хожу. Эм. Ты этого не видел, — в чём же он ходит в магазин за хлебом? В чёрном плаще с капюшоном, который прикрывает его литсё, ведь в магазин за хлебом вы не будете одеваться и намалёвываться, как на красную ковровую дорожку, но по дороге в магазин обязательно встретите всех своих бывших, всех своих будущих, всех своих одноклассников, соседку тётю Зину и ещё много-много разных интересных личностей, которые будут обсуждать, что в магазин за хлебом вы нарядились, как бомж, чего вряд ли кому-то хочется. А ещё этот чёрный-чёрный плащ нужен для чёрных-чёрных дел. — Кстати, я уже вижу достойного кандидата! Вон те джинсы неплохо выглядят! — лорд указал на узкие джинсы, которые валялись в куче барахла одежды. — Ага. Лучше уж сразу сделать причёску, как из 2007-ого. Они ж меня заставят домой идти, переодеваться, прямо как в школе, — ладно, Вень, признай, что ты просто поправился и уже не влезаешь в эти джинсы, но тебе просто стыдно признаться в этом. — Будем мы такие на контрасте. Ты в официальном костюме и я в джинсах. Красавцы, короче. К тому же, холодно. — А те, зелёные брюки? — в кучке действительно валялись зелёные брюки, похожие на часть военной формы, а где-то рядышком расположился ватник. — Ыыы, стреляй в тупых америкосов! — воскликнул ватник.       Блин, да не этот ватник, а куртка! — Стоп. Откуда у Вас военная форма 35-ого года? — Бокс слегка удивился. — Дед подарил, говорил, что мне пригодится. Служить я, конечно, не служил, я ж не Сергей Зверев. Я не знаю, деграднул он там или нет, но уверен, что и не развился, так что, чего я там не видел, толпу жалких людишек я и в школе наблюдал. Но форма в целом красивая, мне нравится. Выглядит вполне себе грозно, официально и патриотично. Надеюсь, меня не расстреляют там за это, хм. — А почему бы Вам не надеть то, что Вы обычно носите? То есть, свитер и чёрные брюки. — А. Они в стирке. — А Ваш костюм? — Недостаточно однотонный. И брюки к сапогам не подходят. — У Вас что, больше тёплой одежды нет? Я думал, на Вашей Родине ужасно холодно. — Ха-ха, — саркастично фыркнул Вен, складывая одежду обратно в шкаф. — Что? Что-то не так? — Бокс не понял такую реакцию. — Да-а-а, конечно, у нас холодно! — не без иронии усмехнулся тот. — А ещё медведи с балалайками, и все водку бухают. Ладно, если серьёзно, холодно только в некоторых районах. Да, конечно, там не самая тёплая зима, но летом там творится настоящий ад. Где-то. Но не в моём городе. Дожди.       Поддерживаю! (Автор живёт в Краснодаре, ему знакомы бесснежные зимы, но холодные первые полтора месяца весны, в этом году вообще даже апрель был не особенно тёплым) — Понятно. Ну, идите одевайтесь, а я пока приготовлю завтрак, — Бокс встал и направился на кухню.

***

      После завтрака наши антагонисты направились на конференцию. Здание, в котором она проходила, выглядело очень приятно, ухоженно и было выполнено в бело-кремовых тонах, а также был постелен красный ковёр, а на окнах повешены красные занавески. Описания — my love       До начала конференции оставалось несколько минут. Около двери в зал уже собрались многие злодеи, среди которых Космы не было. Видимо, она подойдёт позже или там подготовкой в зале занимается. Так или иначе, встретили Веномуса и Боксмэна как надо, точнее, их встретила Блайт, которую зафигачили в одну серию и больше не показывали. Собственно, Веномуса тоже показали в двух сериях с половиной и всё. #ВернитеВенеЭфирноеВремя. Ладно, мы не об этом! — О-о-о! Профессор Веномус… — прощебетала девушка, кокетливо хлопая ресницами и томно вздыхая. — Как долго я Вас не видела. Надо сказать, я ожидала слегка другого, когда Вы предупредили, что придёте с мальчиком. — Пусть тот, кто скажет, что это девочка, первый бросит в меня камень, — саркастично произнёс Вен, едва заметно закатив глаза. — Ну, это и не важно, дорогуша. Кстати, знал ли ты, что все эти погодные изменения — мой Вам подарок, на Ваш день рождения? — она хитренько так улыбнулась. — Я, конечно, понимаю, что «лучше поздно, чем никогда», но «дорого яичко ко Христову дню»… Чёрт, я запутался в пословицах! Короче, я очень ценю твоё внимание, но День рождения у меня был ещё в октябре, — невозмутимо заявил профессор, ничуть не изменившись в лице. — Ну, профессор, Вы же понимаете, что узнать дату Вашего рождения не так-то просто, учитывая то, что Вы её никому не транслируете, — Блайт попыталась быть милой, но у неё получается скорее быть шведской пиццей, в смысле, светской львицей. — У меня есть на то причины. Но всё равно спасибо.       Боксмэн всё это время молчал, потому что не хотел вмешиваться и всё портить. Он даже не знал, как реагировать на то, что Веномус в шутку обозвал его мальчиком. Смешно, наверное, потому что Боксу 44. И, пожалуй, мило, потому что эту шутку можно расценить как детскую шалость. Детскую шалость, которую совершил 30-летний. Инфантильно? Нет, именно мило. Что теперь, взрослым нельзя шутить в такой манере?       Дверь неожиданно распахнулась. — Что ж, — все сразу обернулись к двери, откуда и послышался голос; обладательницей этого голоса была Косма, которая стояла в дверном проёме. — Заходите, господа и дамы.       Поток людей и не только людей направился в зал, где все расселись на свои места. Косма оглядела стол, за которым сидели почти все, кого она приглашала. И тот, кого она, собственно, не приглашала — Боксмэн. Она слегка прифигела, лицо явно выражало её мысль «Вы кто такой, я Вас не звала, идите нах». А, так это тот, кого Веномус с собой притащил! Ой, какие люди! Сидят рядом, как два воробья на веточке. Бокс успел поймать этот взгляд Космы, и ему аж захотелось показать ей факи язык, как культурный человек, чтобы прямо показать всё отношение к её сучьей натуре, мол, «ага, выкусила, ты меня не звала, а я пришОл». Самое смешное, что Косма его даже прогнать не сможет, потому что, как минимум, Веномус вступится: «а я попросил бы Вас птичку мою не обижать». Ай, ладно, всё, хватит этих долгих размусоливаний, начнём! — Итак, господа и дамы. Я объявляю злодейскую конференцию открытой, — после этих слова Космы раздались аплодисменты, а сама Косма села на своё место во главе стола. — Сегодня мы обсудим проблему экспорта сырья из других стран. Как вы все уже прекрасно знаете, выезд в Россию у нас строго запрещён на данный момент, а также нам запрещено покупать у неё любые продукты, дабы не поддерживать их экономику. Если вы не копии Германа Стерлигова и не живёте в лесном срубе, вы давно уже в курсе, что правительство проводит такую политику по причине отказа правительства России сотрудничать. В связи с этим встаёт вопрос: у кого закупать всё необходимое, если в последнее время цены только растут?       По залу прошёлся гул, все стали обсуждать этот вопрос. — Профессор, Вы же говорили, что тут обсуждаются весьма бесполезные вопросы, — шепнул Боксмэн, у которого только что произошёл в голове когнитивный диссонанс. — Всё так, потому что ощущение, будто я только что новости посмотрел. Но проблема не в них, — начал Вен. — Никто им не запрещает покупать товары из России, просто их боятся покупать из принципа, боясь агрессивного настроя (а вдруг взрывчатку подложат), ведь представление об этой стране ограничивается ассоциативными параллелями с водкой, медведями с балалайками и чрезмерной агрессией. А всё из-за правительства, СМИ и особо ударённых личностей, которые заявляют, что Россиюшка-то всех если что победит и уничтожит, а потом они удивляются, что на них смотрят, как на потенциального врага. Именно это я ненавижу. И лично я хочу, чтобы мою страну уважали и считались с ней, а не боялись, как психопата с ножом. Очень грустно, что такие представления о моей Родине закрепились в сознании масс. — А Вы можете с этим что-нибудь сделать? — Нет. После смены правительства я правда не знаю, чего ожидать. Может быть, там сейчас действительно творится Содом и Гоморра, и президент ведёт очень агрессивную политику против других стран. Сомневаюсь, что он мечтает тут всех убить, но чёрт его знает. Связаться с ним не получается, на переговоры он не идёт. — Это всё так печально.       Автору тоже грустно, потому что на момент, когда он это пишет, у него не особо много читателей, а после всех этих разговоров про политику, войну и Россию, и акцентирование внимания на национальности Веника, возможно, станет ещё меньше, потому что «а как же канон?!1», и автор в политике — куличик, но я стараюсь описать в данном фанфике положение в обоих странах, чтобы вы понимали всю атмосферу, плохо там всё или хорошо, ведь это влияет на персонажей. Я полагаю. Может быть?       Наши друзья замолчали. Действительно, а что ещё тут скажешь? А обсуждение всё продолжалось. Оба не слушали, потому что ни одному из них не интересно было слушать эти политические дебаты, которые скорее походили на какой-то фрагмент из проекта «Дом-2». Прямо как в женской раздевалке перед выборами. (Серьёзно, в моей школе в раздевалке перед выборами творилось просто месиво, состоящее из криков «Собчак-Путин-Шурыгина», а разобрать ассоциативную связь с последней не представлялось возможным из-за шума. Вот и тут примерно то же самое). В конечном счёте, Веномусу надоело это, он встал и вмещался в разговор: — Успокойтесь, товарищи! — громко объявил он. Шум стих, ведь Веномус — авторитет, его мнение всегда учитывается, ведь он такой умный и образованный; после этого профессор предложил свой способ решения проблемы.       Никто его не перебивал, все слушали и, по большей части, соглашались. Когда Вен закончил речь, он произнёс: — Спасибо за внимание, — П. В. сел на своё место.       Надо было просто видеть, с каким восхищением на Веномуса уставился Боксмэн. Даже если он заявил, что в вопросе слабо разбирается, в глазах лорда он был чуть ли не сверхразумом. Вот теперь Бокс его точно пригласит, ведь упускать такого принца просто греховно.       Другим идея тоже приглянулась, её стали активно обсуждать. Я не скажу, к чему они в итоге пришли, потому что я добавил в историю конференцию не ради результата, а ради процесса. После конференции Боксмэн и Веномус пошли домой, при чём первый был рад, а второй энид не очень. — Профессор Веномус! Ваша речь была прекрасна! Вы очень умный, надо сказать! — воскликнул лорд; он пялился на профессора, как на боженьку. — Да, спасибо, — ответил Вен, вдумчиво глядя вниз. — Веномус? — забеспокоился Бокс. — Как Вы? — Все эти политические разговоры загоняют меня… Ну, не в депрессию, потому что депрессия — болезнь, а не абстрактное плохое настроение. Скажем так, положение дел в стране загоняют меня в печаль. Не самым лучшим образом выразился, но что поделать. — Я… Прекрасно понимаю Ваши чувства… — тихо произнёс тот в ответ. — Я ничего не могу сделать, чтобы Вам стало лучше, и мне правда очень жаль. Я знаю, что это ничего не изменит, но… Вот… — Боксмэн протянул ему лапку.       О, это так мило. Такой очаровательный комочек с грустным личиком предлагает подержать его за лапоньку, прелесть. Это заставило Веномуса улыбнуться и взять коллегу за лапку. Они шли и молчали, при чём, довольно долго, но всё-таки чёрт дёрнул Бокса за язык, и он спросил: — Профессор Веномус! Извините за такой нескромный вопрос, но-о-о… Если Вы так любите свою страну, почему Вы не там? — Эм… — П. В. замялся. — Я бы сказал… Ну… Я бы ответил на этот вопрос словами «я так люблю свою страну и так ненавижу государство». Однако, не понимаю, почему в России так популярно хэйтить свою страну и патриотов. — А я понимаю. В России, если ты гей… — начал было Бокс, но тут же поймал на себе очень строгий взгляд Вена.       Профессор смотрел на Боксмэна, будто впервые видит, с некоторым презрением, которое тщательно старался скрыть. Внутри Веномуса что-то сжималось, потому что было неловко осознавать, что твоя сексуальная ориентация стала достоянием общественности, иначе откуда Бокс мог это узнать?! Лорд заметил, что тому как-то не очень хочется говорить про ЛГБТ, и завёл другую шарманку: — Ну, в России там зарплаты высокие только в столице, в остальном маленькие, как и пенсии, коррупция… — Ну, слушай! — пыхнул он. — Коррупция — она и в Африке коррупция! Как будто бы коррупции нет больше нигде в мире! Так что, это не причина не любить страну, это причина не любить тех, кто этой самой коррупцией занимается. — Но разве там не высокий уровень преступности? — По убийствам, то есть количество умышленных убийств на 100 тысяч человек — 24-ое место в мире. По изнасилованиям — на 86-ом. По грабежам — 56-ое место. По кражам — 46-ое место. По угонам — 66-ое место. — Ага, отлично, — фыркнул Бокс. — Это значит, мне не стоит бояться, что меня изнасилуют, но зато меня с большей вероятностью зарежут в переулке! — он закатил глаза. — Как будто бы в какой-нибудь Саудовской Аравии царят мир, гармония и покой. Если так рассуждать, то плохо везде, куда ни глянь. Я, конечно, ничего не имею против Саудовской Аравии, но насколько мне известно, там всё гораздо хуже, утверждать, конечно, не могу, но всё же. — Почему же? А как же Швейцария? Там вроде низкий уровень преступности.       Веномус помолчал немного, взял телефон и стал искать информацию об этом. Тишина. — Ага. Зато по кражам она на 17-ом месте. Как тебе такое, Илон Маск? — снисходительно усмехнулся Вен не без ехидства. — Э-э-э… Ну это всё равно не отменяет того, что в России много плохих вещей! Дороги, к примеру… — продолжал Бокс настаивать на (рябине) своём. — А назови хотя бы одну плохую вещь в России, которой нет нигде больше на Земле! — начал накаляться П. В.       Кажется, спор зашёл в тупик. Оба замолчали и испепеляли друг друга взглядами, пока профессор не сказал: — Ну вот и всё теперь.       А Боксмэн спешно повторил за ним: — Ну вот и всё теперь!