Marigold

— Мистер Блэр специализируется на расследовании нераскрытых дел? — Отчасти. Я уже упоминала, что Томас любит запутанные дела. Поэтому чаще всего берёт именно нераскрытые. Хотя лично я видела его в деле в экстремальных условиях. — А как вы прокомментируете экстремальные условия в Эссексе? — Если вы про штурм детского дома, то я не собираюсь это комментировать. — Насколько мне известно, из Министерства Магии не поступало каких-либо распоряжений на счёт штурма детского дома, в котором находилось шестеро преступников, числившихся в международном розыске, и пятнадцать заложников, четырнадцать из которых — дети. Что же вас побудило на подобный поступок? Мистер Блэр? Чувство героизма? Может, осознание того, что в опасности находятся невинные дети? — Все комментарии по данному делу были даны полтора года назад. Более я не хочу обсуждать штурм детского дома. Лучше расскажите, откуда у вас такие сведения. Откуда вы узнали, что приказа штурма не было? И с чего же вы решили, что Томас участвовал в осаде и штурме? По официальным данным, он был ранен и госпитализирован в ближайшую больницу для волшебников. — У меня свои источники, Беатрис. Я считаю, что люди должны знать правду. — Раз так, то и пишите, пожалуйста, правду. Томас Блэр был госпитализирован в больницу ещё до начала осады. Из Министерства пришел прямой приказ штурмовать детский дом тем магическим отрядом, что у нас остался. Главной целью было не захват беглых преступников, а освобождение заложников. Приказ был выполнен. Все заложники были доставлены в больницу, а в последствие домой. Трём из шести преступников удалось сбежать. Остальные ликвидированы. Вот это правда, а не то, что вы придумали. — Я вас поняла. Спасибо за информацию. Можем мы продолжить рассказ о деле Рейчел Уоррен? За время, которое я провела в поместье Хэмилтонов, я, не получив никакой весточки от Дэйва, решила самостоятельно наведаться в Министерство. А прибыв на место, в тихом неоживлённом отделе правопорядка застала задумчивого и явно недовольного Томаса. — День добрый, — сказала я, разразив тишину этажа высоким голосом. — Добрый день, Беатрис, — ответил мне Блэр, не отрываясь от своих мыслей. Пожав плечами, я прошла мимо коллеги в свой кабинет, но не дошла одного метра до двери. — Инспектор Флетчер сейчас допрашивает Кори Хэмилтон, — оповестил меня Томас. — Я сначала удивилась, увидев тебя здесь. А сейчас вспомнила, что Кори твоя подопечная, поэтому ты обязан присутствовать при её допросе. — Да. Спасибо тебе, Беатрис. — Прошу прощения, что пытаюсь найти убийцу и как можно быстрее закрыть своё дело. Он посмотрел на меня холодным взглядом. Когда я решила, что он вновь о чём-то задумался, и повернулась к своему кабинету, Том продолжил говорить со мной. — Тебе не кажется странной Джулиет Уоррен? — Ты читал моё дело? — спросила я, но не получила ответа. — Как там она говорила? Тот, кто наложил проклятие, умер, поэтому она и получила свою магию. Однако если следовать логике вашего расследования, то Кори Хэмилтон должна быть мертва как минимум восемнадцать лет. — Ты веришь в то, что Морриган постоянно переселяется в тела своих дочерей? Нет, я знала, что ты безумен, но не настолько же! — Я пытаюсь делать то, что ты не делаешь. Исключаю варианты путей расследования. Конечно, признавать, что он прав, я не хотела. Но с его рассуждениями сложно было поспорить. — Хорошо. Что ты имеешь в виду? — сдалась я. — Кори Хэмилтон призналась в убийстве Рейчел Уоррен. Но ваше расследование не продвинулось ни на шаг. Сейчас вам необходимо доказать её виновность или невиновность. Невиновность, кстати, доказать куда легче. Исходя из чего, вы будете доказывать виновность? — Это я и пытаюсь понять, Томас. — Естественно, никто не исключает вариант проклятия рода Боттом. Но глупо зацикливаться на одном пути, это каждый детектив знает. — Я вижу, как тебя переполняет желание направить меня на путь истинный. Так что давай, не стесняйся. Ты видишь то, чего не видит вся моя команда? — Убийца — Джулиет Уоррен. — Может, у тебя и доказательства имеются? — усмехнулась я. — Нет. Но доказывать вам нужно её виновность. А Кори Хэмилтон не при чём. — Твои обвинения не обоснованы, а рассуждения не линейны. Как я должна это понимать? Томас встал со стула и подошёл ко мне. Он всё ещё смотрел на меня, но его взгляд мне напоминал взгляд наставника. Так обычно смотрела на меня тётя Эми, когда у меня не получалось сварить то или иное зелье. — Беатрис, — устало сказал он. — Я знаю, что ты не глупая. И я вижу, что ты сильно устала от работы. Сколько ты уже так без отпуска и выходных? Шестой год пошёл? — Это не твоё дело, — резко ответила я и, войдя в кабинет, с силой захлопнула дверь. Меня разозлила не забота Томаса и даже не сомнения в моей компетентности детектива. Не тот факт, что он смотрит на меня свысока, хотя младше меня на четыре года. Он упомянул то, чего я старалась забыть. Причину, по которой я шесть лет работала без перерыва. Мне было больно даже вспоминать о муже и его смерти. Уже молчу о том, чтобы думать или даже с кем-то обсуждать. Но признаюсь, этим разговором Томас подтолкнул меня к принятию очевидного факта — нужно жить дальше, несмотря ни на что.

***

— Судя по всему, мистер Блэр с вами хорошо знаком и заботиться о вас. — Томас хороший человек. Хотя забота у него своеобразная. — Как вы охарактеризуете ваши отношения с мистером Блэром? Вы друзья или просто хорошие знакомые? — Скорее друзья, чем знакомые. — А если я задам мистеру Блэру тот же вопрос, как вы думаете, он ответит то же, что и вы? — Думаю, да. Но я могу и ошибаться. — Есть причины, по которым вы не уверены в вашей дружбе? — Лично у меня нет таких причин. Но вы должны понимать, что я не имею права отвечать на вопросы за других людей. — Верно. Разговор с Кори Хэмилтон у Дэйва занял больше времени, чем я ожидала. Когда он вернулся из камер временного содержания, у него не было сил даже ругать меня за то, что пришла на работу. Он выглядел очень вымотанным, и я десять раз пожалела, что заставила его работать в выходной. — Как дела? — осторожно спросила я у него. Друг устало развалился на диване моего кабинета. — Я не знаю, почему у Томаса всё ещё есть сомнения. Она явно психически нездоровая личность. — Но она призналась в убийстве Рейчел Уоррен. — Она даже призналась в убийстве Кеннеди! Не верь всему, что говорят психи. Я глубоко вздохнула и откинулась на спинку стула. — Допрос проводился под сывороткой правды. Она не тот убийца, которого мы ищем, — немного подумав, добавил Дэйв. — Но она сказала что-то полезное? — обречённо спросила я. — Ну, она призналась, что её никто не похищал. И что у неё есть сын. И ещё что-то про Пожирателей Смерти. Я не вникал. — То есть, ты раскрыл дело Томаса. Великолепно. Очередной тупик. И с момента передачи дела в Министерство, я ни на шаг не продвинулась в его раскрытии. — Я ухожу. И тебе советую, Беатрис. — Да, да. Конечно, — ответила я. Как бы я не старалась, но я не смогла забыть то, что мне сказал Томас про Джулиет. Нельзя исключать его правоты. Да и путей расследования у меня больше не осталось. Поэтому я решила навестить младшую сестру Рейчел и поговорить с ней в неофициальной обстановке. Найти её оказалось непросто. К сожалению, она не сидела дома, а мирно гуляла со своими друзьями по городу. Однако спустя двухчасовых поисков, я встретила её в небольшом кафе, недалеко от своего дома. — Здравствуйте, миссис Флеминг, — вежливо поздоровалась она. — Здравствуй, Джулиет. Могу я с тобой побеседовать? Девушка была в присутствии своих магловских подруг, поэтому я не могла открыто с ней разговаривать на тему убийства. Да и место было явно не подходящим. Она ненадолго задержала на мне спокойный взгляд, а после оповестила подруг о том, что ей необходимо покинуть их на некоторое время. — Вы что-то ещё хотели, миссис Флеминг? — спросила девушка, когда мы вышли из кафе. — Да, Джулиет. Расскажи мне, пожалуйста, о своей сестре. — Я уже всё рассказывала вам и вашему напарнику. Джулиет недовольно скрестила руки и наклонила голову набок, давая понять этими движениями, что не настроена на длительное времяпрепровождение со мной. — Верно. Ты рассказывала про проклятие и убийцу. Сейчас мне бы хотелось послушать о Рейчел с точки зрения любящей младшей сестры. В каких вы были отношениях? Как она к тебе относилась? — Как к младшей сестре, — закатив глаза, сказала она. — Скажите, у вас есть младшая сестра или брат? — Да. — В каких вы с ними отношениях? — Мы не общаемся. — Почему же? — Давняя ссора. — Вот и у меня с сестрой были ссоры. Это нормальные человеческие отношения. И тот факт, что я была волшебницей, а она нет, не меняли это. Мне с первой встречи не понравилась её раздражительность. Потому что я не могла понять, её раздражаю лично я, или же служители правопорядка в целом. — Рейчел знала о твоих магических способностях? — Да. И я даже обсуждала этот вопрос с социальными работниками Министерства. Мне разрешили обсуждать магию с сестрой. — Как она к этому относилась? — К моей магии? Нормально. Она старше, она приняла вполне обычно. — То есть, не завидовала тебе, не эксплуатировала твои способности? Даже не была рада за тебя? Джулиет заметно нахмурилась, но продолжила отвечать на мои вопросы. — Конечно, нет. Что вы хотите этим сказать? — Скажи, если я проверю твоих родителей на предмет изменения и удаления памяти, это подтвердится? — Понятия не имею. Я с ними ничего не делала! — А если я спрошу у твоих подруг о твоих технических навыках, что они мне ответят? — Что я среднестатистический пользователь, как и они. — Где ты была в ночь убийства твоей сестры? — Дома. Спала. Ещё вопросы будут? — резко спросила она. Мне не нравился этот допрос не меньше, чем ей, но я должна была спровоцировать её на гнев. Когда человек злиться, он чаще говорит то, что думает. — Нет. Спасибо за ответы, — улыбнувшись, сказала я.

***

— Значит, мистер Блэр помог вам в вашем расследовании? — Да. Достаточно своеобразным способом, но Томас направил меня в нужную сторону. Мне нужен был свежий взгляд на это дело, чтобы его раскрыть, и Том предоставил мне этот взгляд в своём лице. — А как ваш разговор с младшей Уоррен повлиял на расследование? Мистер Блэр подсказал вам, на кого стоит обратить внимание. Но вместо поисков улик на Джулиет Уоррен, вы решили поговорить с ней. Зачем же? — Будь она хоть обычной воровкой, хоть серийным убийцей, но в первую очередь она подросток. Со своими проблемами и обидами на весь мир. В этом возрасте трудно контролировать свои эмоции. Этим разговором я как раз и искала улики, с помощью которых смогу доказать, что у Джулиет был серьёзный мотив на убийство собственной сестры. — Интересный способ. А этим способом пользуются ваши коллеги? — Не смогу ответить на данный вопрос. Не знаю. Это обычный психологический приём. Им пользуются многие люди. — Вы правы. Однако провоцирование подозреваемого является неприемлемым для работника отдела магического правопорядка. — Вы хотите поговорить о моей компетентности детектива или же всё-таки о раскрытии убийства девушки-магла? — Конечно, о деле Рейчел Уоррен. Прошу, продолжайте. Воскресный день большинство служащих Министерства проводят где угодно, но не на работе. Поэтому просить начальство разрешения о допросе с сывороткой правды было бессмысленно — я бы просто не нашла их в привычных кабинетах здания Министерства. А дождаться понедельника было неимоверно сложно. Я несколько раз перечитала дело Рейчел Уоррен в надежде, что замечу что-то важное. Составила цепочку событий и присоединила к ней потенциальных подозреваемых. Но ничего нового для себя так и не узнала. Всё сводилось к странной злобе Джулиет по отношению к Министерству и своей сестре. Придя на работу ранним утром первого рабочего дня недели, мои коллеги встречали сонное и растрёпанное существо в моём лице. — Доброе утро, Беатрис, — поздоровался Дэйв. Он пришёл первым. — Доброе утро, Дэйв, — ответила я, пристально наблюдая за бумажками ежедневных отчётов, словно они исполняли ритуальный танец. Друг не стал допрашивать меня по поводу бессонной ночи, а просто сел на диван и стал ждать остальных членов моей команды. — Доброе утро! — весело пропел Финн, а вслед за ним вошла и Элла. Они последовали примеру инспектора Флэтчера и уселись на диван, оживлённо обсуждая какой-то новый фильм. Последним вошёл в кабинет Йен, опоздав на десять минут. Не могла не заметить, что он выглядел очень напряжённым, будто вновь решается судьба кубка квиддича, и накануне состоится решающий матч между Гриффиндором и Слизерином. — Итак, поскольку мы все собрались, — начал Дэйв, но я его бестактно перебила. — Ещё не все, — флегматично сказала я, всё ещё буравя взглядом отчёты дела Рейчел. Буквально через несколько секунд в кабинет вошёл Томас Блэр, лёгкой походкой прошёл мимо дивана и кресла, обошёл мой стол и опёрся о подоконник. — Теперь все, — оповестила я. Все недоумённо уставились на Томаса, на что тот лишь отмахнулся и посоветовал не обращаться на него никакого внимания. Лично я так и собиралась делать, если бы он пафосно не прошёлся по кабинету, будто это его кабинет, а не мой. — Итак. Поскольку мы все собрались, то я хотел бы рассказать о субботнем допросе Кори Хэмилтон — биологической матери Троя Даффи, — сказал Дэйв, однако продолжить ему не дали. — Зачем? Это бессмысленно. Вам сейчас нужно искать убийцу, а не обсуждать то, что не дало никакого результата. — Детектив Блэр, попрошу не вмешиваться в совещание моей команды, — строго ответила я. — Если уж вы вправе присутствовать на данном совещании, то хотя бы не портите данное время своими мыслями о его проведении. Инспектор Флэтчер, пожалуйста, продолжайте. — Детективом Блэром по ходу расследования тридцатилетней давности была обнаружена Кори Хэмилтон, которая утверждала, что именно она убила Рейчел Уоррен под влиянием древней ведьмы Морриган. Последующий допрос с применением сыворотки правды показал, что миссис Хэмилтон не убивала Рейчел Уоррен, в неё не переселялась Морриган. Этот допрос лишь доказал, что миссис Хэмилтон является психически нездоровой женщиной. — Откуда она узнала про Морриган и Рейчел? — спросила Элла. — О ведьме по имени Морриган написано в большинстве учебников истории и во всех исторических книгах о роде Боттом. Ну, а об убийстве Рейчел Уоррен пишут чуть ли не все газеты Лондона. Будь то магические или магловские. — Справедливо, — согласилась девушка. — Получается, на Троя Даффи у нас ничего нет, — утвердительно произнёс Финн. — Очередной тупик? — спросил Йен. — Не совсем, — ответила я. — Детектив Блэр, расскажите, пожалуйста, о допросе Кори Хэмилтон, который проводили вы. — Кори мельком упоминала юную девушку со светлыми волосами, которая хорошо к ней относилась и навещала её в той хибаре в глубине леса, где мы нашли женщину. — Джулиет? — удивлённо спросил Дэйв. — Велика вероятность. — Но зачем ей это делать? — Мне тоже интересно, — пожала плечами я. После небольшой паузы, во время которой все пытались осмыслить полученную информацию, первым проснулся Дэйв: — Это прямой повод для того, что провести допрос с применением сыворотки правды! — Так точно. И разрешение уже есть, — улыбнулась я.

***

— Так мистер Блэр всё-таки продолжил расследование убийства Рейчел Уоррен в качестве члена вашей команды? — Скорее в качестве консультанта. Он был на нескольких совещаниях и высказывал свои мысли и идеи. И только. — А вы не хотели бы вновь поработать с таким специалистом как мистер Блэр в одной команде? — Я хорошо отношусь к Томасу, честно. Но мне в целом не очень нравится работать в одной команде с коллегами. Одно дело обучать новоиспечённого работника как Финн, или привлекать в свою команду коллег из другого отдела как Дэйв. Но работать с равноправным коллегой мне совершенно не нравится. — Этому есть какая-то причина? — Возможно, психологическая. Не знаю. Я просто привыкла думать одной головой, а не двумя. — Поняла. Продолжим? В этот раз поиском вездесущей Джулиет Уоррен уже занимался отряд мгновенного розыска, так как на всё Министерство я объявила, что девушка является главной подозреваемой в деле об убийстве Рейчел Уоррен. Ну и, естественно, доставили к нам слизеринку достаточно быстро. — И снова, здравствуйте, миссис Флеминг, — вяло поздоровалась она. — И тебе привет, Джулиет. Тебе сообщили, по какой причине ты находишься в здании Министерства на этот раз? — Сказали что-то про мою сестру и про подозреваемого. — Благодаря последним событиям в расследовании других дел, мы можем со всей уверенностью объявить, что у тебя имеются мотивы убийства твоей сестры. Мы нашли несколько улик, подтверждающих твою виновность. А также Министром Магии подписано официальное разрешение на твой допрос с применением сыворотки правды. Я показала листок с подписью Кингсли Джулиет, после чего эмоции на её лице кардинально сменились со спокойствия на явный страх. — Но я её не убивала! — закричала она, испуганно уставившись на несчастную бумажку. — Это мы как раз и проверим, — невозмутимо улыбнулась я. — Это Трой! Это всё Трой! Честное слово! Я только записи подменила! И всё! Пожалуйста, я не виновата! Её паника меня ничуть не удивляла, а даже забавляла. Юная слизеринка не смогла просчитать все ходы своих противников, и теперь пытается максимально отделаться от наказания за преступление, которое совершила. — Вы же знаете, что палочки несовершеннолетних волшебников отслеживаются. Я бы физически не смогла применить магию, чтобы её убить! Подумайте! — Я знаю это, Джулиет. Я пытаюсь найти всех людей, причастных к убийству твоей сестры, и, соответственно, мотивы данного преступления. От осознания того, что я не поверю ни единому её слову, Джулиет заплакала. Безысходность в её глазах никак меня не трогала. В эти моменты я всегда чувствую себя бездушной тварью, которой чужда человечность. И успокаивая себя тем, что это является частью моей работы, я продолжаю искать виновных и запирать всех их в Азкабане. Сыворотка подействовала тотчас. Джулиет была готова ответить на все мои вопросы, а я не хотела медлить. — Ты причастна к убийству своей сестры? — Да. — Кто ещё причастен к убийству твоей сестры? — Оскар Розье и Мэрибет Бисли. Услышав знакомое имя, я лишь закатила глаза — не мог Оскар Розье пройти мимо дела об убийстве. А вот второе имя мне не было знакомым, поэтому я немного удивилась. — Кто такая Мэрибет Бисли? — Возлюбленная Оскара. — Расскажи, что было в ночь убийства твоей сестры. — С Оскаром и Мэрибет мы договорились встретиться уже в парке. Перед этим я должна была заманить Рейчел ночью в парк аттракционов. Я пообещала ей показать шоу с фейерверками, и она согласилась. Мэрибет занималась окружающей обстановкой: следила за тем, чтобы не было свидетелей, и заколдовала камеру видеонаблюдения перед аттракционом. Когда мы с Рейчел пришли в парк, она поняла, что никакого фейерверка не будет, и хотела уйти домой. Здесь Мэрибет применила запрещённое заклинание Империус, благодаря которому Рейчел оказалась на аттракционе. После приступил к своей части плана Оскар: расчленение. За всем этим я наблюдала со стороны. Когда всё было сделано, мы отошли на безопасное расстояние, и Мэрибет включила аттракцион. В этот момент появился работник парка, но Мэрибет изменила ему память, после чего с помощью того же запрещённого заклинания отправила его на выход из парка. К утру мы покинули парк, убедившись в том, что всё было сделано по плану, и мы не оставили никаких улик. — Почему Мэрибет Бисли захотела убить Рейчел? — По мнению Мэрибет Рейчел хотела разлучить её с Оскаром с помощью своей беременности. — Она и вправду была беременна от Оскара? — Да. — Почему Оскар Розье желал смерти Рейчел и своего ребёнка? — Оскар не знал, что Рейчел забеременела от него. Он находился под действием Амортенции, которую сварила Мэрибет. — Почему же ты хотела убить свою сестру? — обречённо вздохнула я. — Рейчел с самого детства дразнила меня из-за того, что я обладаю магическими способностями. После того, как она узнала, что я не могу колдовать за пределами Хогвартса, она ещё больше начала задирать меня. Я ненавидела её из-за этого. — Историю о проклятии рода Боттом вы придумали? — Я прочитала её в книжке, которую нашла в библиотеке Хогвартса, когда узнала, что мои магические корни связаны с фамилией Боттом. — Откуда ты это узнала? — Мэрибет сказала. Она узнала это из архивов Министерства. — Мэрибет Бисли незаконно проникала в Министерство? — Нет. Она работает в Министерстве. На этом моменте запаниковала уже я. Если Мэрибет всё это время работала рядом с нами, она всё видела и слышала. Абсолютно всё! И сейчас может готовить ответный удар для нас. Остаётся надеться, что Дэйв и остальные, кто наблюдает за допросом со стороны, быстро найдут её. — Почему ты обвинила в убийстве Троя Даффи, если он не причастен к преступлению? — Он больше всех подходил на роль убийцы сестры. Потомок ведьмы, что по преданиям прокляла род Боттом. Да ещё и имеет несколько судимостей. — Как ты познакомилась с Кори Хэмилтон? — Я искала в лесу имбирь для изготовления зелья красоты, и увидела небольшую хижину. Когда вошла в неё, на меня напала старая безумная бабка с криками о том, что я не смогу её прикончить просто так и что в случае чего она заберёт меня с собой в могилу. Я попыталась объяснить ей, что я всего лишь случайно забрела в эту часть леса и вовсе не пытаюсь её убить, и она мне поверила. — Тебе хоть немного жаль свою сестру? — Нет. Я не могла больше слушать её. Я вылетела из комнаты допроса, сказав недалеко стоящим служащим, что я закончила, и направилась в свой кабинет.

***

— Стало быть, виной всему ревность? — Она самая. Иногда мне кажется, что всё в этом мире так или иначе построено на ревности. — В ваших словах есть смысл. — В поимке Мэрибет Бисли я не принимала участие. Её нашли спустя минут двадцать после завершения допроса Джулиет. Но я хотела довести дело до конца, поэтому допрашивала Мэрибет лично я в присутствии нескольких судей Визенгамота. — Насколько мне известно, мисс Бисли приговорили на пожизненное лишение свободы в Азкабане, а мисс Уоррен отделалась лишь десятью годами заключения там же. Что же стало с мистером Розье? — На данный момент он находится в больнице на лечении. Его рассудок здорово пострадал после длительного воздействия зелья Мэрибет. Если он восстановится, его будет судить Визенгамот, принимая во внимание тот факт, что он действовал не по своей воле. — Его ждёт заключение? — Не могу сказать точно. Но это не исключено. — Убийство девушки-магла, нарушение Статута о секретности, использование запрещённых заклятий на маглах — и всё это рук двух девушек, которые не смогли справиться со своими эмоциями. Если подобное может устроить обычная ревнивая девушка, то стоит ли простому народу ставить под вопрос выполнение своих обязанностей и сохранение порядка Министерством Магии, которому мы доверили судебную, законодательную и исполнительную власти магического мира? — Министерство учится на своих ошибках. Его служащие каждый день улучшают качество работы. А народ показывает ему верный путь развития. Все вместе мы пытаемся строить лучший мир для нас самих. — Но ведь мы всё равно не застрахованы от преступлений, подобных убийству Рейчел Уоррен. — Люди умирают каждый день. От болезни, от старости или от рук других людей. Этого не изменить. Это всё в руках самих людей. А отдел правопорядка создан для того, чтобы уменьшить количество таких преступлений. — Как вы думаете, на Министерство Магии как-нибудь повлияло это убийство? Стоит ли нам ждать создание новых отделов, специализирующихся на психологии волшебников и волшебных существ, а так же социальную поддержку детей? — Я думаю, что дело Рейчел Уоррен не останется незаметным ни в Министерстве, ни в магическом мире в целом. Ставлю что угодно на то, что ваш журнал с моим интервью будут читать во всех странах. Нарушение Статута о секретности никогда не проходит незамеченным. — Историю Рейчел Уоррен будут помнить и обсуждать ещё достаточно долго. А её сестру и Миэрибет Бисли осуждать за содеянное. Ваша же история всё ещё пишется, и, надеюсь, будет содержать в себе ещё больше побед и меньше разочарований. Благодарю вас за подробное интервью. Искренне надеюсь, что мы ещё встретимся, а журнал Marigold первым получит свежие новости о преступлениях от первоисточника. Люди имеют право знать правду, Беатрис.