Слезы

Темные коридоры.

Еле мерцающий свет.

Топот по всему корпусу.

Страх, охвативший каждого.

Что может быть хуже?

Четверо заключенных бежали на всех порах на помощь девушке. Сзади, словно мешок, болтался их надзиратель, и похоже ему это не особо нравится. И вот, когда уже надоело протирать все полы соим идеальным костюмом, надзиратель 13 корпуса затормозил своими маленькими каблучками на туфлях и моментально поднялся на ноги. Руки заключенных соскользнули с руки надзирателя, давая ему понять, что он сможет бежать уже сам. - Быстрее! - лишь крикнули заключенные и побежали дальше. Это смотрелось по началу, как то странно. Заключенные, которые ведут своего надзирателя к новому корпусу и камере. Хотя должно быть наоборот... Снова топот. Похоже в этой тюрьме, кроме топота и криков они больше ничего днем не слышат. По крайней мере это происходит в 13 корпусе. Каждый шаг отбивал свой ритм. Кто-то бежал быстро и отбивал быстрый, кто-то медленно... Волосы развивались при быстром сопротивлении ветра, дующего с другой стороны, противоположной движению бежавших. Зеленые длинные волосы номера 25, распушились еще больше. Если посмотреть на него сзади, не смотря ниже пояса, то можно было бы спутать его с девушкой. Длинная коса 11, словно волна, делала волнообразные движения, то поднимаясь, то снова опускаясь. Головной убор, заключенный придерживал рукой, похоже от такого разгона и порыва ветра, бейсболка слетала с его головы. Ирокез 69 нежно колыхал на ветру, словно колосья на поле. Если бы они были золотого и светло-жёлтого цвета, то точно можно было вспомнить те колосья и окунуться в этот мягкий, нежный и спокойный пейзаж. Два локона, перекрашенные в кровавый цвет номера 15, устремлялись, словно стрелы назад и как будто тянули их обратно. Но не поддаваясь страху и сомнениями, он бежал все дальше и дальше, все ускоряясь с каждым поворотом. Они все вмете вспоминали путь, пройденый единожды, который должен вести к 14 корпусу. Было немного спор, но их решал надзиратель, забегая вперед и успокаявая "своими методами" спорщиков, ведь они только замедляют движение. Сейчас каждая минута может быть последней для девушки. Конечно было очень странно, что ее одну оставили в пустом, темном и заброшенном корпусе. Ведь лучше было бы поселить ее к кому-нибудь в корпум, который бы смог за ней наблюдать каждый час, не отрываясь даже на перерыв, если его принесут. Похоже про нее никто еще не знает, кроме начальников 13 корпуса, начальницы и четырех заключенных. Ой, еще и доктора с его женой. Каждый шаг их приближал к цели. Никто не хотел отступать. Все хотели помочь девушке. И вот они уже около камеры заключенной, только с другой стороны, что немного запутало наших помощников. - Блин, может уже слезишь с меня! Я же ведь не игрушка какая-то, чтоб вытворять это со мной! Прекрати... Пожалуйста, мне и этого хватило сегодня... Почему именно сегодня... - кричала заключенная из камеры. - Это все из-за тебя, не нужно было спорить! - сорились парни между собой, ведь они чуть не потеряли ориентир. Но к их счастью, они просто пришли с другой стороны. Надиратель прошипел в палец, показывая то, чтоб они сейчас должны вести себя тихо и чтоб не натворили глупостей. Хаджиме облокатился об стену и зарядив бесшумно пистолет, уже был готов стрелять в нарушителя. Девушка стонала. Словно ненастроенная скрипка. Звуки соприкосающихся друг с другом цепей было слышно по всему одинокому корпусу. Было слышно, как девушка наверное пытлась выбраться из своих цепей, но у нее все равно это не получилось. Уши закладывало. Все прикрыли их и стиснули зубы. (Автор: Запомните как они стоят! Уно, Рок, Нико, Джуго. Вы не обязательно должны запоминать, кто за кем, просто запомните, что первый - Уно, последний - Джуго. Это чтоб никто не запутался в размышлениях.) Надзиратель все хотел взглянуть на нарушителя, но ему никак не удавалось это сделать, ведь было почти темно и если их заметят, то они наверное не смогут уже спасти девушку. Хаджиме стоял как вкопаный, с повернутой в сторону камеры головой. Он понимал, если вмешается, то может не попасть в цель и попасть в девушку. При этом кругом почти темно, так что шанс на попадение в цель был равен почти десяти процентом из ста. Крики прекратились. И начались слышаться шаги, медленные и спокойные. Но не были похожи на человеческие. Иногда слышалось, как будто когти поскребывали по бетону. Дверь камеры была открыта, что и заметили все рядом стоящие.