teen avengers

На самом деле, Тони так до конца и не верит женщине в телефонной трубке, пока не встречает Джексона лицом к лицу. Джарвис заранее сообщает, что мальчишку проводили до лифта и нажали кнопку, значащую «самый верх», чтобы он вышел из лифта и усмехнулся — так знакомо, что даже страшно. Тони не верит, что у него на самом деле есть восемнадцатилетний сын, пока тест ДНК не подсвечивается вероятностью девяносто девять и девять десятых процента. Мальчишка с рюкзаком на одно плечо, в кожаной куртке и ухмылкой на тонких губах — совершенно точно его сын, о существовании которого Старк узнаёт всего пару недель назад. — Как давно ты знаешь? — спрашивает Тони, не приближаясь к Джексону больше, чем на десять метров. Выпускник денверской средней школы обниматься тоже не лезет, с ленивым интересом разглядывая пентхаус Старка. — Мама призналась, когда ты на всю страну заявил, что ты Железный Человек, — пожимает плечами юноша. — Почему раньше не нашёл меня? — Чтобы получить девчонку, достаточно сказать, что ты сын Железного Человека, — с усмешкой отзывается Джексон. — Совместные фотки из Диснейленда не нужны. Старк невольно усмехается. Он успевает собрать о сыне достаточно информации — средняя успеваемость, капитан команды по лакроссу, много девушек. Тони чувствует, что если чуть прищуриться и склонить голову набок, то можно увидеть почти точную копию его самого в те же самые годы. Только вот мальчишка не бьёт рекордов в научной среде, но Старк просто пожимает плечами — у него нет особо желания водить дружбу с сыном, который по собственному желанию несколько лет делал вид, что его не существует. Тони прикидывает, что именно нужно Джексону здесь, в Нью-Йорке, в его башне. Тони ставит на деньги и спрашивает: — Решил раскрутить меня на пару сотен тысяч алиментов? — Мне не нужны твои деньги, — равнодушно пожимает плечами Джексон. — Дирк зарабатывает достаточно, чтобы подарить мне машину на шестнадцатилетие. — Дирк? — Отчим. — Дурацкое имя, — бросает Тони прежде, чем взвесить за и против, но юноша только усмехается: — Да, но он вроде как ничего. Джексон осваивается в пентхаусе в два счёта и уже через две минуты находит бар с самым отменным алкоголем, который только может быть. — Эй, не трогай мой скотч, — хмурится Старк, но юноша невозмутимо ставит два стакана со льдом перед собой и наливает алкоголь. — Давай притворимся, что я пью яблочный сок, — подмигивает Джексон с усмешкой и протягивает один из стаканов отцу. — За знакомство? Тони всё больше и больше понимает, что яблоко от яблони далеко не укатилось. А когда мальчишка начинает рассуждать о холодном синтезе и принципе работы протонного двигателя, Старк только подозрительно прищуривается, а Джексон саркастически выдаёт: — То, что я поступил в колледж по спортивной стипендии, ещё не значит, что я идиот. Они с Джарвисом находят общий язык, когда юноша находит дорогу в мастерскую. Дворецкий ему даже симпатизирует, что Старка поначалу раздражает, а потом он привыкает. Тони не любит, когда кто-то хозяйничает в его мастерской, но Джексон органично вписывается в обстановку, словно он с самого начала был частью этого. Сначала Тони не верит, что у него есть сын, но когда Джексон подсказывает ему, как увеличить мощность двигателей костюма без увеличения перегрева, Старк свыкается с обаятельным мальчишкой с ухмылкой, как у него. Всё-таки, не каждый день встречаешь умного подростка, который с вероятностью девяносто девять и девять десятых процента является твоим сыном.