Эй, гуманоиды!

Не знаю, зачем я согласилась с Настюхой пойти за цветами вчера. Не, ну за компанию-то это понятно, но зачем я вообще что-то купила? Мне даже мама сама дала денег на букет. Ну и правда, зачем? Деваться от мамы и от Насти было некуда, поэтому я купила эти несчастные цветы. Несчастные — это потому, что никому не достанутся. Нет, не потому, что я жадная и лучше оставлю этот букет себе. А просто потому, что мне их вообще некому дарить. У меня нет любимых учителей, а если и были, то с этого года они ушли, чем я очень и очень опечалена. Но сейчас мне уже просто параллельно, на всё пофиг. Депрессняк, я же говорю. Как бы банально это бы не было, но я взяла три красные розы. Не, ну, а что? Классика же вроде как. Настя же понабрала цветы всех цветов радуги и всех разных-разных, что я и половину названий их не знаю. Ну по биологии мы такое не проходили. Или я просто никогда её не учила. Да даже учебник никогда не открывала. А смысл? Никогда меня не спрашивала, тупо ей тетрадку показываешь со списанной домашкой с Инета, а она и ставит нормальные оценки. Так и учусь. Если я не видела смысла, чтобы покупать цветы, то я тем более не вижу его, чтобы вставать в этот день намного-намного раньше, чем обычно, и переться в школу. Настюха, конечно звала меня, но я не пошла. Нет, я вроде бы хорошая подруга, если верить словам Насти, но поспать подольше я как бы не откажусь. Придя в школу «пораньше», а это без десяти минут восемь, я встретила подругу, в руках которой уже не было ни одного букета. — Ты уже всех нормальных пропустила, к которым можно хоть как-то подлизаться! Ох, ну и лошара ты, а! — смеялась надо мной подруга. — Кто ещё из нас лошара-то? Мне удалось поспать подольше, чем тебе, и я при этом счастлива больше, чем ты со своими букетиками, — никогда не упущу возможности подколоть подругу. В принципе, как и она. — Ну это мы ещё посмотрим… — Чё… — вырвалось у меня, как меня сразу же толкают куда-то в сторону… — Татьяна Анатольевна! — заорала Настя и тут же скрылась за спинами других школьников. Я недоумённо наблюдаю всю эту картину, полностью не понимая, что же здесь и прямо сейчас происходит. Женщина впереди меня медленно обернулась, а я ещё медленнее соображаю, что это не просто какая-то тётенька, а наша биологичка. Видимо, Насте было мало, что я влетела в неё один раз, надо ещё и второй. Но я сейчас хотя бы чуть этого не сделала. Мы просто тупо стояли: она ждала продолжения от меня, а я глазами по пять рублей смотрела на неё. И что мне, ёпта, делать?! Настя, тебе пизда!  — Эм… Я тут это… Можно Вас поздравить… С днём учителя? — я смотрела куда угодно, но только не ей в глаза. Не в эти холодные, а скорее уже ледяные, как айсберг в океане, глаза. Протянув этот «несчастный» букет, который уже по логике должен стать самым счастливым, я немного подняла свои «потерянные пять рублей». Учительница точно переменилась в лице: уже не было видно никакой строгости, на лице была милая улыбка, а её ледяные глаза стали теплее. Она как будто бы сама стала мягче! Нет, я не про её грудь третьего размера, которую мне посчастливилось уже почувствовать даже не рукой, а лицом. Татьяна реально стала добрее некуда, как будто именно я, из сотни учеников нашей божественной школы, осчастливила её. — Можно… — она приняла мой букет, смотря на меня всё так же пристально и долго, как будто видит меня последний раз. Я глупо улыбнулась в знак вежливости, а она потихоньку развернулась и пошла прочь. Я же осталась стоять, как вкопанная, и смотреть ей в след. Даже сил ругаться на Настю не было. Как-то всё так мигом отпустило и стало хорошо… Как будто можно свободно выдохнуть после трудного и долгого дня. — Эй, ты чё заморозилась-то? — подошла Настя, недоумённо смотря на меня. — Я ждала, что ты просто набросишься на меня из-за этого, а ты что-то даже и не собираешься… — Ага… — всё так же я продолжала смотреть в одну точку, потеряв связь с этой Вселенной и пребывая где-то в другой. Во Вселенной гуманоидов, кажется. — Чё у нас там, алгебра, да? — немного «отошла» я, вернувшись в этот мир. — Да. Главное её сейчас задобрить, чтоб ничего не делали. — Чёт не особо похоже на нашу математичку, чтобы мы ничего не делали. Деваться было некуда, до звонка пару минут, а алгебра всё-таки на третьем этаже. Рядом с этой чертовой биологией, которая будет у нас сразу же после неё. На кой-чёрт завучи, или кто там составляет это расписание, поставили нам два дня подряд этот урок? Хоть сегодня уроки и по полчаса, но у меня плохое предчувствие. После того, что натворила Настя, мне больше не хотелось не то, что смотреть ей в глаза, а вообще попадаться на них. Завалившись в кабинет и сев на последнюю парту, мы с Настей тут же начали обсуждать настроение математички. Гадать, что же будет на уроке — тоже весело. Но прозвенел звонок, и ничего того, что мы предполагали даже и близко не было. На наши «поздравления» учительница отреагировала довольно сухо и нейтрально. «Математика — царица всех наук» — читала я каждый урок на стенде, что висел выше доски. Действительно, математика — важный предмет. И русский, и английский, и ОБЖ, и биология… Каждый учитель говорит всё то же самое про свой предмет, и это немного раздражает. Эти полчаса пролетели вроде бы быстро и незаметно, но и тянулись неимоверно долго. Мы решали уравнения из сборника для подготовки к экзамену, поэтому тут как бы с Настюхой особо и не поболтаешь-то. Да вообще на алгебре мы редко разговаривали, потому что работа шла полным ходом, и отвлекаться никак нельзя. Боишься, что тебя спросят следующим. Вроде бы знаешь, вроде бы и нет, но когда выйдешь к доске, из дырявой башки всё сразу конечно же вылетает. «Windows завис». А кнопки перезагрузки не существует, и поэтому ты нарываешься на плохую оценку. Но всё обошлось, со звонком по всему классу пронёсся вздох облегчения. Записав домашку, я первая вылетела из класса, абсолютно забыв о том, что следующий урок — ужасный урок. Нет, он действительно был бы нормальным, если бы не Настя. — Настюх… — начала я, заходя в биологию. Слава Богу её не было в классе, и она решила скрыться в лаборантской, иначе бы я этого не вынесла. Видимо, у неё не было первого урока. — Чего? — Мне почему-то прямо сейчас стало интересно: а нафига ты это сделала? — Что именно? — Не прикидывайся… — я серьёзно посмотрела на подругу, дав ей понять, что абсолютно не шучу. Мы уже дошли до нашей парты, и я начала доставать принадлежности из портфеля. — Ну… Просто мне очень понравилась ваша вчерашняя случайная встреча, и у меня появилось новое любимое ОТП. Давно никого не шипперила, ну и тут мне прямо под руку попалось… Пусть и фемслэш, конечно, но это вроде тебя больше прикалывает, — как дура, честное слово, улыбалась моя конченая подруга. Да, я люблю фемслэш, но не с каждой же встречной меня шипперить! — Ну ты и дура, Насть… — Ой, да ладно тебе, забей. Лучше готовься, а то спросит, потом не исправишь! — Иди нахер, — и подруга закатилась громким смехом, в то время как мне было абсолютно не до этого. Вот сейчас прозвенит звонок, она выйдет из лаборантской, начнёт урок, в течение которого будет смотреть только на меня. Просто прожигать глазами. Я действительно этого не вынесу! А купидону-Насте я тоже скоро что-нибудь придумаю… Надо хорошенько пораскинуть мозги, и всё получится просто «вуаля». Предательский звонок! Прозвенел на минуту раньше, чем надо было! И вот уже, Татьяна на горизонте, такая же, как и всегда: строгая и недоступная. Ну реально, какой год её уже знаю, а конкретно ничего не знаю. Да дело даже не в том, что я не обращала на неё внимания, а действительно — кто-то просто очень скрытный. Хикка-биологичка, о да. «В женщине должна же быть загадка», правильно? Ну вот у неё был целый кроссворд на китайском из десяти томов, по тысяче одной странице в каждом. Не спрашивайте, я просто люблю это число. — Так, записываем! Времени мало, поэтому работаем в темпе. Тема урока: «Круги кровообращения. Строение сосудов.». На странице сто сорок семь рисунок, быстренько перерисовали в тетрадь, — о боже, моё самое любимое просто. Заморачиваться на такое… Ну ладно, что уж поделать-то. Странно, но она сейчас задумчиво смотрит куда-то вдаль или в пол, хрен различишь из-за её толстых очков. Нет, не такие как у бабуль там всяких, а просто у неё линз много. Это я тоже запомнила, она сама говорила. Её светлые волосы, собранные в пучок просто идеально подходили для внешности учительницы. И это платье… Действительно, хватит одного лишь взгляда на неё, чтобы понять, кто она и даже по какому предмету. «Шоу интуиция»! Я бы поиграла. Татьяна начала что-то говорить дальше, а мы конспектировать. И мне как-то стало полегче, что она не смотрит не то, что на меня, даже в мою сторону. А чего я боялась?.. Смотрю время на телефоне. Пять минут до звонка! Тем более выдыхаю спокойно! — Так, ну что, гуманоиды?.. — о боже, ну не засмеяться от этого просто нельзя. Реально выносит. И, кажется, я ржала громче всех. — Павлова Женя, пожалуйста, — так, а вот это уже нифига не смешно. — Женя же у нас не гуманоид? — она впервые посмотрела на меня за весь урок, смутив меня ещё больше. Во-первых, с чего она взяла, что я не гуманоид? Во-вторых, почему я? В-третьих, она меня никогда не спрашивала… Я послушно вышла к доске, смотря на плакат с сердцем. — Так, Женёк, погоди, — что? Женёк?! Мама, роди меня обратно! Что стало с нашей биологичкой? — Покажи мне, где какие клапаны, — не знаю, откуда, но показала я правильно и даже назвала. Ну, а аорту показать было как два пальца об… асфальт. — Хорошо, теперь по конспекту. Расскажи мне работу сердца. — Сокращение предсердий, затем желудочков, и общее расслабление, — ура, звонок! Все разбежались, а я всё осталась стоять, она, по идее, меня не отпускала. Не закончила я свой ответ. Настя, выбегая, дала мне взглядом понять, что «очень рада за вас, и я жду тебя за дверью». Как только мы остались наедине, я начала нервничать. — Женёк, ты же биологию сдаёшь? — и какая муха меня укусила выбрать именно этот предмет?! — Д-да. — Я знаю, что ты способная девочка, только вот стараешься редко. Хорошо сегодня ответила, пятёрку поставлю. Но… Если тебе понадобится помощь по биологии, у меня места ещё есть, обращайся. Разве ты не хочешь на «отлично» сдать экзамен? — она хитро улыбнулась, а я всё не могла не наглядеться в её зелёные бездонные глаза за такими красивыми очками. Когда она улыбнулась, у неё улыбнулись и глаза, серьёзно. — Ну так что? — Конечно… Хочу…