Тупик (Deadlock)

      Рассказ Дика был очень подробным, Юто слушал его с большим интересом.       Он был сиротой и вырос в приюте. Выиграв армейскую стипендию, Дик поступил в военное училище, где еще во время обучения прошел серьезную подготовку и был зачислен в армию. Прослужив «зеленым беретом», он был отобран в спецподразделение «Дельта». Его официальное название – первый оперативный отряд специального назначения США. Это было элитное армейское подразделение, выполняющее особые задания.       Бойцы «Дельта» проходили тяжелую и всестороннюю подготовку и обладали арсеналом и навыками для ведения любых видов военных действий. Команда была обучена управлению авиа- и бронетехникой, обезвреживанию взрывчатых устройств, оказанию медицинской помощи раненым. Силы подразделения применялись для проведения штурмов, освобождения заложников и защиты VIP-персон. Закончив подготовку, Дик был отобран для участия в спецзаданиях за рубежом.       Юто не знал всех подробностей, но он слышал тревожащие слухи о том, что отряд «Дельта» был замешан в незаконной деятельности на территориях ряда стран, а также в убийстве некоторых важных персон. Но Министерство обороны США не подтверждало подобную информацию.       - Оперативная команда формировалась из четырех человек, и наша была очень сплоченной. Вместе с Фрэнком, Джонсоном и Ноэлем мы прошли через самое пекло. Это были веселые парни, которым можно было доверить свою жизнь. Обычно мы жили на базе Форт Блэк в Северной Каролине, но потом мы совместно купили пляжный домик и стали беззаботно проводить там наши увольнительные, смывая с себя служебную грязь, пока нам не поручали очередное задание. Эти трое парней были моими лучшими друзьями, но Ноэль был особенным… Он был моим возлюбленным.       Неожиданное признание заставило что-то в груди Юто болезненно сжаться. Дик говорил, что у него был любимый человек, и теперь, когда он узнал его имя, некий абстрактный облик стал приобретать в его сознание четкие, материальные контуры.       - Ноэль был на два года старше, мы сразу поладили. У него было доброе сердце, он всегда старался помочь всем. Но как-то он узнал о моей ориентации и стал вести себя странно. Я был уверен, что теперь ему было противно находиться рядом со мной, но все оказалось иначе. Ноэль тоже был геем и, похоже, я с самого начала ему понравился. Мы начали встречаться. Фрэнк с Джонсоном легко приняли наши отношения. Вот так я, после долгих лет одиночества, получил понимающих друзей и нежного возлюбленного. Впервые я по-настоящему ощутил, что такое семья. Но мое счастье продлилось недолго. В один миг Корвус отобрал его у меня.       Дик резко замолчал и посмотрел на свои руки, будто силился отыскать что-то в узорах на ладонях. Сжав кулаки, он вновь продолжил, но дальше слушать стало очень тяжело, потому что эта часть рассказа затрагивала самую трагическую часть его жизни.       Два года назад, в феврале, их отряд неожиданно был отправлен на срочное задание. Оно заключалось в освобождении заложника, которого захватила группа террористов-фанатиков, именующих себя «Белый Рай», и забаррикадировалась в здании. Миссия была поручена элитному спецподразделению, и от Дика с командой ожидалось, что они возьмут полный контроль над ситуацией, пока информация о захвате заложника не стала публичной.       - Это было странное задание, потому что нам не дали подробной информации. Нам назвали только место и оперативную задачу.       В ту ночь их команда отправилась из Форта Блэк к небольшому горному домику в Южной Каролине. Но когда они прибыли, оказалось, что к террористам уж был отправлен офицер для ведения переговоров, и было похоже, что в этот раз можно будет обойтись без штурма.       Через некоторое время преступники вышли из коттеджа с поднятыми руками. Старший офицер приказал отряду Дика войти внутрь и помочь раненному. Пострадавший заложник находился на втором этаже.       - Командиром отряда был Фрэнк. Он приказал мне принести носилки, поэтому я единственный оказался снаружи, когда все случилось. Раздался оглушающий грохот, и меня отбросило взрывной волной. Казалось, мои барабанные перепонки лопнули, щепки и осколки стекла вонзились мне в лицо и руки. Я даже не понял, что произошло, а когда посмотрел в сторону дома… Я не мог поверить своим глазам. Там, где стоял двухэтажный коттедж, не было ничего. Просто ничего. Дом был взорван до основания, будто его изначально не было на том месте… А трое моих друзей погибли ужасной смертью. Их тела разорвало на куски, и уже нельзя было разобрать, кто есть кто…       Голос Дика дрогнул. Только став взрослым, он обрел близких людей, которые подарили ему настоящую семью. Спокойствие и счастье как награда за одиночество. И вот в одно мгновение Дик лишился всего. Юто даже не пытался представить душевную агонию, которую он испытал в тот роковой день.       - Лучше бы я тогда погиб с ними…       Юто непроизвольно сжал руку Дика. Тот стиснул его ладонь в ответ и слегка кивнул, будто говоря «все в порядке».       - Но почему произошел взрыв?       - Лидер террористов приказал им взорвать коттедж после сдачи в плен. Самого его в доме не было, видимо, он успел скрыться, по телефону сказав своим подчиненным установить бомбу с часовым механизмом. А перед сдачей в плен они активировали таймер. Видимо, это было сделано для того, чтобы скрыть улики, но я думаю, что он взорвал моих друзей и заложника просто ради забавы. Лидером «Белого Рая» был Корвус. Бездушный и жестокий убийца.       В глазах Юто потемнело.       - За время службы я постоянно сталкивался с риском и привык к опасности. Я всегда был готов к смерти. Но я никогда не прощу Корвуса за его трусливое и подлое убийство. Лежа в госпитале, я сходил с ума от горя и гнева. Я хотел лишь одного – любыми средствами найти Корвуса и отомстить. Я поклялся себе, что непременно заставлю его заплатить за смерть друзей. Но у меня не было возможности исполнить задуманное. Отчаяние овладело мной, я погрузился в депрессию и ушел из армии. У меня практически исчезла воля к жизни, а воспоминания о Ноэле я изо дня в день топил в алкоголе… А далее моя история очень похожа на твою.       - Мою?       - Да. Со мной связалось ЦРУ. Они уже следили за Корвусом в течение нескольких лет, поскольку тот представлял особую опасность. Хладнокровный и искусный манипулятор, он зазывал молодых людей в закрытое сообщество наподобие секты, где прививал им экстремистские идеи. Но этим его деятельность не ограничивалась. Корвус был связан со многими террористическими организациями, которым оказывал как финансовую, так и силовую помощь. Даже фундаменталисты пользовались его «услугами» для проведения терактов на границе с США.       После того случая в горах, ЦРУ все силы бросило на то, чтобы отыскать исчезнувшего Корвуса. Наконец, оперативникам в руки попали сведения, что Корвус, выдавая себя за некоего Нейтана Кларка, скрывается среди заключенных в тюрьме Шелгер. Тогда-то ЦРУ и наняло Дика в качестве внештатного агента и послало сюда.       - Вероятно, в ЦРУ планировали использовать мой армейский опыт и жажду мести. Я ухватился за предоставленный шанс.       Юто был поражен тем, что ЦРУ обладало практически той же информацией о Корвусе, но было на шаг впереди ФБР. Когда он высказал свои мысли вслух, Дик саркастично улыбнулся.       - ЦРУ с ФБР на ножах и информацией не делятся. Они все время стараются обставить друг друга. Со стороны это выглядит по-идиотски. Во время терактов 11 сентября обе организации знали о планировавшихся атаках, но скрыли эту информацию, не предотвратив трагедию. Свой урок они не усвоили. ЦРУ остервенело преследует Корвуса, чтобы защитить честь мундира. Из-за прессинга со стороны Министерства Обороны, ЦРУ вынуждено было взять на себя ответственность за атаки на Всемирный торговый центр, а также за провальные операции во время вторжения в Ирак. Хотя неоконсерваторы из Белого Дома… нет. Это уже совершенно другая история о мире, который к нам с тобой не имеет никакого отношения. От ЦРУ я получил разрешение устранить Корвуса, и отныне моя месть становилась абсолютно правомочной и легальной. Так я и стал работать на ЦРУ.       Дик жил лишь одной единственной целью – местью Корвусу. Только его смерть могла унять боль от потери товарищей.       - Ты с самого начала планировал убить его?       - Да. Но ЦРУ обязало меня сначала втереться к нему в доверие и выпытать информацию о той организации, которая стояла у Корвуса за спиной. Поэтому я сошелся с ним, и в течение года потихоньку собирал сведения о его таинственном покровителе. ЦРУ все же колебалось, и мне пришлось убеждать их. В конечном итоге мне дали разрешение устранить террориста… И когда я уже собирался довести дело до конца, появился ты, и из-за этого ЦРУ снова дало задний ход.       - Из-за меня? Но почему?       - Поскольку Корвус из тюрьмы координировал действия своих людей из «Белого Рая», немудрено, что он попал и в поле зрения ФБР. В ЦРУ не до конца знали, агент ты или нет, а потому мне приказали следить за тобой. ЦРУ хотели знать, какой информацией о Корвусе владело ФБР. По твоим действиям мне стало ясно, что федералы ничего конкретного не знали, и я был искренне рад этому. Окажись ты помехой заданию, пришлось бы принять определенные меры.       Теперь Юто понял, чем были вызваны изначальные холодность и отстраненность Дика.       - А посадили нас в одну камеру тоже не случайно?       - Конечно же, нет. Разве могли два человека, которые работали на две соперничавшие организации, оказаться сокамерниками по чистой случайности? Тебе не кажется такой вариант странным?       - Но каким образом? ЦРУ может влиять на внутренние распорядки тюрьмы? Тогда зачем такие сложности со слежкой, когда они могли просто самолично схватить Корвуса?       - ЦРУ не имеет таких полномочий. Мне помог Гатри. Он сотрудничает с ЦРУ и как старший надзиратель отвечает за распределение заключенных по камерам. И кстати, Спенсер тоже с нами в одной команде. Он был посредником для моей связи с ЦРУ.       - Корвус тоже неспроста был добреньким со мной?       - Нет. Он проявил к тебе столько радушия, чтобы сблизиться с тобой и понять, что ты из себя представляешь. Новичок, всюду шныряющий и вынюхивающий, выглядел подозрительно.       - Поэтому ты так разозлился после того случая с Линдси?       - Ты действовал грубо, преследуя не того человека, и Корвус мог раскусить тебя. В такой ситуации высок был риск, что он скроется, обнаружив угрозу.       Юто внутренне негодовал. Для Дика он был сплошной головной болью.       - У меня и мысли не закрадывалось, что Нейтан мог оказаться Корвусом. Он полностью обвел меня вокруг пальца. А ведь я уважал его…       - Ничего удивительного. Хоть я и знал его истинную сущность, даже меня вводил в заблуждение его образ филантропа и образцового заключенного… У Корвуса редкий талант - он не просто играет роль, он действительно перевоплощается в человека, за которого выдает себя. Таких, как он, нечасто встретишь.       Почувствовав непреодолимую усталость, Юто прижался лбом к коленям.       - Что такое?       - Чувствую себя идиотом… Я все это время был просто марионеткой в ваших руках. Имея те крохи информации от ФБР, я отчаянно пытался отыскать Корвуса, потому что от этого в прямом смысле зависела моя жизнь. А он все это время был прямо у меня под носом. Хуже того – Корвус сам следил за мной все это время! Тебе, должно быть, я казался безмозглым тугодумом. Боже, до чего же я жалок!       - Не отчаивайся, - сказал Дик, растрепав его волосы.       Юто сердито стряхнул его руку.       - А не ты ли виноват?!       - Не злись. Пока я работаю на ЦРУ, я обязан сохранять секретность. Фактически, мы с тобой враги. Так что это самое большее, что я могу сейчас сделать.       Дик был абсолютно прав, а Юто был не в том положении, чтобы обвинять его. Он просто сказал правду. Наоборот, следовало его поблагодарить.       - А что будет с Нейтаном… то есть, с Корвусом?       - Пока он чувствовал себя в полной безопасности, Корвус вел себя тихо, - сухо ответил Дик. - Но сейчас, обнаружив, что за ним послали убийцу, он непременно сбежит. Он наверняка уже далеко, воспользовавшись помощью коменданта.       Юто был совершенно выбит из колеи. Все это время он был просто помехой, перечеркнув год упорной слежки Дика. Вся его работа пошла насмарку. Нет, для Дика это была непросто работа. Это был смысл его существования, ради этого задания он не побоялся рискнуть собственной жизнью.       - Дик, прости, - Юто побледнел. – Это все моя вина… Из-за меня Корвус сумел сбежать…       - Ты не виноват, - сказал Дик, покачав головой. – Мне следовало убить Корвуса сразу, как только он прикончил Чокера. Если бы не мое промедление, то этого бы не случилось. Я прекрасно понимал, что во время бунта у меня не будет шанса расквитаться с Корвусом. Похоже, жизнь в тюрьме сделала меня чересчур осторожным. Моя интуиция подвела меня.       Дик горько улыбнулся и вытащил из рюкзака маленькое радио.       - Скоро шумиха вырвется наружу, и о бунте заключенных начнут говорить в новостях. Думаю, памятуя печальный опыт предыдущего тюремного бунта, местная администрация пойдет на крайние меры и для подавления беспорядков призовет Национальную гвардию. Нас наверняка захотят допросить после ранения Би-Би, так что нам лучше переждать здесь некоторое время.       Юто был согласен с Диком. Он прислонился к стене, чувствуя сильную усталость. Человеческий организм мог выдержать только определенный лимит напряжения, после которого наступали изнеможение и апатия.       - Юто.       Услышав свое имя, Юто повернулся к Дику, не отрывая голову от стены.       - Когда прибудет Национальная гвардия, я воспользуюсь суматохой и тоже сбегу. А дальше я собираюсь пойти по следу Корвуса.       Юто удалось внешне сохранять спокойствие, хотя на самом деле он был потрясен.       - Вот как…       Но Дик точно справится и сумеет сбежать. Наверняка он уже сделал все необходимые приготовления. Юто не следовало о нем волноваться…       - Уверен, у тебя все получится. Ты точно найдешь Корвуса. И… желаю тебе удачи.       За целый год Дик сблизился с Корвусом, и в той информации, которую он выудил, наверняка были сведения о тайном укрытии его врага.       - Ты пойдешь со мной, Юто?       Во взгляде Дика ясно читалось сильное желание.       - Что…       Юто не смог скрыть своего удивления. Таких слов он не ожидал.       - Одного человека я смогу вывести с собой. Ты нашел Корвуса, но тот сумел сбежать. Откуда ты можешь быть уверен, что ФБР сдержит свое обещание? Разве ты хочешь провести долгие годы в этой дыре? Не стоит хоронить свою жизнь в тюрьме.       Дик говорил с нажимом, словно требовал ответа. А Юто был в замешательстве.       Сбежать вместе с Диком…       Предложение было очень заманчивым, вот только ответить было не так-то просто. Дик изначально был свободным человеком. Выйдя отсюда, он сможет вернуться к прежней жизни, но Юто, покинув эти стены, автоматически станет беглецом, тем самым еще сильнее запятнав свое имя.       - Идем со мной, Юто.       Юто колебался. Соблазн был велик. Он хотел пойти с Диком. Юто не хотел с ним расставаться, и согласие даст ему свободу в сей же момент. Только об этом он и мечтал все это время… Свобода. Как сладко отдавалось в сердце это слово! Грудь болезненно сдавило. Если он станет беглым преступником, он уже никогда не сможет увидеть свою семью. Остаток дней ему придется провести в бегах, скрываясь от полиции. Всю жизнь озираться по сторонам, боясь быть пойманным. Разве можно было это назвать «свободой»?       Но если он откажется, то потеряет Дика. И возможно, они больше никогда не встретятся. Противоречивые мысли терзали его, Юто отчаянно пытался найти правильный ответ. Наконец, с трудом подбирая слова, он заговорил.       - Я благодарен тебе за твое предложение… Но я останусь здесь.       - Уверен?       - Да. Но долго прохлаждаться тут я не намерен. У меня есть козырь – я вступил в контакт с Корвусом, и эту информацию я собираюсь использовать в переговорах с ФБР. Этим я выкуплю свою свободу.       Юто старался говорить оптимистично. Дик печально улыбнулся и покачал головой.       - Что такое?       - Ничего. Просто не могу поверить, до какой же степени я дурак… А ты открыл мне глаза. Теперь я действительно рад, что ты отказался.       Дик скривил губы.       - Даже если я и вытащу тебя отсюда, взять тебя с собой я не смогу. Нам придется сразу же разойтись. Было очень безответственно с моей стороны предлагать тебе такое. Забудь обо всем.       - Нет, - просто и без лишних эмоций ответил Юто.       - Юто?       - Я не забуду. Я никогда не забуду, как ты позвал меня с собой.       Да, предложение Дика было безрассудным, но чувства, которые были вложены в эти слова, несказанно радовали. Это было гораздо лучше, чем сухое прощание перед расставанием.       - И даже если мы никогда больше не встретимся, эти слова я буду помнить всю оставшуюся жизнь.       - Ясно, - только и пробормотал Дик, глядя в пол.       ***       С начала беспорядков прошло около четырех часов, и в новостях прошла информация о бунте в тюрьме Шелгер.       - …Между черными и латиносами начались столкновения, беспорядки приняли массовый масштаб. Все камеры были в экстренном порядке заперты, и на данный момент вся инфраструктура тюрьмы полностью парализована. Внутри по-прежнему остаются несколько охранников, их безопасность вызывает серьезные опасения…       - Похоже, власти несколько ускорят мобилизацию Национальной гвардии, - предположил Дик, слушая выпуск.       Они вдвоем успели обыскать кладовую и собрать все запасы еды и питья, которые нашли, перенеся все в каморку. Аппетита не было, но Дик настоял, и Юто неохотно принялся за еду.       Дик сварил в котелке овсянку и консервированное мясо. Поскольку другой посуды не нашлось, его стряпню они ели из чашек. Вкус был не так уж и плох.       - Как в походе, - пошутил Юто. - Не хватает только спального мешка для полного соответствия.       Дик улыбнулся, помешивая свою кашу чайной ложкой.       - А мне вспоминаются армейские деньки.       - В детстве я каждое лето проводил в лагере. Я ненавидел эти поездки, которыми был сыт по горло, но отец неизменно отправлял меня туда. Работа в команде давалась мне из рук вон плохо.       Дик удивленно посмотрел на него.       - А мне казалось, все совсем наоборот.        - Это только внешнее впечатление. Я легко могу общаться с людьми, с которыми меня связывают поверхностные отношения. Но мне тяжело поддерживать более глубокие связи. Поэтому я уже давно ни с кем по-настоящему не сближался. У меня практически не было друзей, не говоря уже о романтических отношениях.       - У тебя нет девушки? Когда ты в последний раз с кем-то встречался?       - Примерно два года назад. Это была роскошная брюнетка, с которой меня познакомил Поль. Но она бросила меня через три месяца. Сказала, что я скучный тип, которого кроме работы ничего не интересует.       Дик приподнял бровь и сочувствующе покачал головой.       - Что для тебя важнее – я или работа? По-моему, эту заезженную фразу эксплуатируют все женщины. Почему им непременно нужно ставить тебя перед выбором? Это ведь все равно, что спрашивать, что важнее – еда или вода. Оба жизненно необходимы.       - А тебе не приходилось оказываться в подобной ситуации? – шутливо спросил Юто. – Тебя не ставили перед выбором?       - Нет, - серьезно ответил Дик. – Для Ноэля задание всегда было на первом месте, и в критический момент он бы выбрал долг. У нас была особенная работа, которая сама по себе стала смыслом нашей жизни.       Имя Ноэля, слетевшее с губ Дика, отозвалось болью в груди Юто.       - А кроме него у тебя был еще кто-то?       - У меня было несколько партнеров, но только Ноэля я мог назвать своим возлюбленным. Пока мы не начали встречаться, я и не знал, что такое любовь. Ноэль многому меня научил.       Любой разговор Дик так или иначе переводил на Ноэля. Хотя он и не думал сравнивать их двоих, всякий раз, когда он хвалил своего возлюбленного, Юто казалось, что он проигрывал несуществующий бой. Будто ему давали завуалированный отказ.       Юто прекрасно понимал причину своего состояния. Он любил Дика. И это была не дружеская любовь. Дик привлекал его как мужчина.       Он не понимал, когда и почему начал испытывать подобные чувства. Юто сколько угодно мог отрицать очевидное, но факт оставался фактом – хоть он и не был геем, однако вне всякого сомнения он страстно желал Дика. И в глубине души Юто сам хотел быть желанным.       Чтобы отогнать эти навязчивые чувства, он решил сменить тему разговора.       - Когда ты найдешь Корвуса… ты убьешь его?       - Да, - без колебаний ответил Дик. – Только ради этого я и живу.       - И за целый год твои чувства совсем не изменились? Мне казалось, что вы очень сблизились и действительно стали друзьями.       - Я лишь усердно играл свою роль, чтобы усыпить его бдительность. Если бы он почувствовал мою жажду мести, то непременно бы сбежал. Корвус изображал доброго и ответственно Нейтана, а я, в свою очередь, изображал Дика Барнфорда.       Это было ужасно. Какой же силой воли нужно было обладать, чтобы изображать друга человека, которого ты жаждал убить?       - Ты теперь презираешь меня, узнав, какой я хладнокровный сукин сын?       Юто покачал головой. Зная, что Корвус убил самых дорогих ему людей, он не имел морального права, да и не хотел критиковать выбор Дика. Кроме того, будучи солдатом, ему наверняка неоднократно приходилось убивать. С точки зрения закона и морали Дик был преступником. Но кем же было тогда его руководство, которое отдавало ему такие приказы?       - Нет. У меня нет права тебя презирать… Но я бы хотел, чтобы ты больше никого не убивал. Нет, я не стану говорить, что убийство – это грех, а всякая жизнь священна. Ничего подобного. Просто мне кажется, что когда ты причиняешь кому-то боль, то теряешь частичку себя.       Произнеся вслух эти слова, Юто сам осознал, насколько глупо они прозвучали. Это была просто пафосная, пустая фраза. Если бы Юто действительно было дело до его чувств, то он бы никогда не сказал подобной банальщины. Потому что Дик не боялся потерять себя.       Дик ничего не ответил, но в воздухе ясно витал укор.       Ты ни черта не понимаешь.       Тишина становилась невыносимой. Чувствуя, что он задыхается, Юто больше не мог оставаться в этой комнате. Он поднялся.       - Куда ты?       - В кладовую. Ночью здесь станет холодно, и нам потребуется что-то в качестве одеяла…       Дик схватил его за руку.       - Не уходи.       - Я… Я же быстро…       - Нет!       Дик сильно потянул его за руку, Юто потерял равновесие и упал ему на колени.       - Что на тебя нашло?       - Останься здесь. Прошу тебя… Не уходи.       Выражение лица Дика было как никогда серьезным. Юто был в смятении. Взгляд голубых глаз словно пронзал его.       Дик протянул руки и взял его лицо в ладони. Сердце в груди забилось, как безумное.       - Юто…       Глядя на него снизу вверх, Дик обеими ладонями коснулся его лба, медленно убрав назад вороные пряди Юто.       - Останься со мной. Прошу тебя…       Проникновенные слова. Пронзительный взгляд. Горячее дыхание.Юто было легко понять состояние Дика, ведь он чувствовал то же самое.       Желание касаться. Желание чувствовать. Внутри Юто словно щелкнул переключатель, и самые обыденные вещи вдруг стали казаться невероятно важными: выражение лица, тон голоса, запах волос, цвет кожи…       Видя голод в чужих глазах, Юто, не желая себя сдерживать, подался вперед и неловко поцеловал Дика в нос.       - Юто… Не соблазняй меня! Я на пределе…       В хриплом голосе звучала неприкрытая страсть. Юто хотел, чтобы он отпустил себя, потерял контроль. Теряя терпение, он на этот раз поцеловал его в губы.       - Юто…       - Я тоже на пределе, разве ты не видишь?! – измученно воскликнул Юто.       Дик изумленно посмотрел на него и покачал головой.       - Ты же не гей. Это просто минутный порыв, потом ты пожалеешь…       - Да, я не гей. И мне ни разу не хотелось переспать с мужчиной. Но я хочу тебя! Хочу к тебе прикоснуться, очень хочу… Потому что я люблю тебя. Разве этого недостаточно? Или я не подхожу тебе?       Отчаянная мольба в голосе… Дик протянул руку и нежно, словно касался хрупкой драгоценности, погладил его по щеке.       - Это я тебе не подхожу. Я не могу тебе сейчас ничего обещать, а потому не имею права заняться с тобой любовью.       Юто задумался над его словами. В сердце Дика был только Ноэль. Может, он считал, что если переспит с Юто, то предаст память своего возлюбленного?       - Мне ничего не нужно. Ни клятв, ни обещаний. Только этот момент. Пока мы здесь, вдвоем, думай только обо мне. Этого достаточно.       Никто не мог сказать, что будет с ними завтра. У них было так мало времени вдвоем, и эти мгновения Юто хотел разделить с Диком.       - Не надо пустых слов или оправданий. Сомнения и неуверенность только мешают. Если ты хоть немного любишь меня, Дик… возьми меня.       От его прямолинейности и соблазнительных слов Дик буквально потерял дар речи.       - Неужели ты и сейчас откажешь мне? После того, как заставил натурала сказать такие слова?       - Твоя взяла… У тебя куда больше мужества, чем у меня.       Отбросив сомнения, Дик со всей страстью поцеловал его. Юто отвечал ему с не меньшим пылом. Он тонул в этом невероятном, долгожданном поцелуе. Их языки влажно переплелись. Юто сорвал резинку, что стягивала волосы Дика, и золотой каскад свободно рассыпался, обрамляя красивое лицо этого сексуального мужчины. Зарывшись пальцами в шелковые пряди, он тянул и гладил их. Простые движения сами по себе доставляли удовольствие.       Выпустив из сладкого плена его губы, Дик снял с Юто рубашку.       - Твоя кожа действительно прекрасна. Словно бархат, ее так приятно касаться…       Дик поглаживал его с нескрываемым восхищением, и губы Юто против воли изогнулись.       - Что такое?       - А раньше ты шутил, что моя кожа похожа на слоновую кость.       - Все, сдаюсь, - улыбнулся Дик и сжал Юто в объятиях. – Против твоей памяти у меня нет никаких шансов. Только я не шутил. Я действительно говорил то, что чувствовал.       - Несмотря на то, что я был надоедливой шавкой ФБР?       - Проблема в том, что мои чувства упорно шли против доводов разума. Ты все время умудрялся лишать меня самообладания.       Говоря эти слова, Дик осыпал поцелуями его шею, плечи и грудь. Удобно оседлав его бедра, Юто выгнулся назад от сладкого удовольствия. Все места, которых касались губы Дика, были его эрогенными зонами. Он стал дразнить губами и языком его соски, и Юто почувствовал, как между ног начал возгораться твердый жар. Совершенно новые и необузданные чувства пугали, но жаждущее тело Юто покорно отдавалось ласкам мужчины.       Дик опрокинул его и уложил на спину, стянув брюки и трусы, а затем склонился между его ног. Но Юто мгновенно оттолкнул его.       - Нельзя! Точно ведь неизвестно, болен я или нет, а ты можешь заразиться…       - С тобой все хорошо. У тебя нет инфекции. Я это гарантирую.       Дик говорил очень убедительно, и Юто доверился ему. Ведь будь хоть малейший риск заражения, Дик бы его сразу предупредил.       Юто расслабился, и горячий влажный жар целиком обхватил его орган. Нежный язык игриво ласкал его, и острое удовольствие пронзило все его существо.       - Ахх… нгхх… Дик… охх...       С его губ срывались сладкие стоны, в то время как Дик продолжал свои дразнящие ласки, мгновенно доводя его орган до крайней степени возбуждения.       - Дик, пусти… нет… ахх!       Дик неохотно отстранился и довел Юто до предела уже руками.       - Ахх!       Юто выгнулся и излился в его ладони. Отголоски пережитого оргазма захлестнули его с головой, и он отрешенно лежал, загнанно хватая ртом воздух. Дик вытер с рубашки следы его бурной страсти. Успокоив дыхание, Юто, не вставая, протянул руку к его промежности.       - Позволь и мне…       - Не заставляй себя, - сказал Дик.       Юто без зазрения совести порывисто расстегнул его ширинку, и стало очевидно, как под бельем достоинство Дика изнывало от недостатка внимания.       - Это ты себя заставляешь. Разве стоит оставлять его в таком состоянии?       - Все нормально, Юто, я потом сам…       - Заткнись.       Он бесстыдно стянул белье Дика, и его возбужденный орган предстал перед глазами. В первое мгновение Юто немного струхнул, но потом решительно взял его в рот. Чувствуя распирающую горячую плоть, он начал самозабвенно лизать член Дика, доставляя тому удовольствие. Касаясь чувствительной бархатной кожи, он совершенно не испытывал отвращения.       Юто как во сне дразнил губами чужое достоинство, а рука Дика потянулась к его ягодицам. Он нежно поглаживал его промежность, от входа до мошонки. Мышцы Юто задрожали от острого удовольствия.       Облизав палец, Дик погладил узкий проход.       - Дик, - невнятно простонал Юто.       Но мокрый палец уже проскользнул внутрь. Мышцы Юто рефлекторно сжались, глубоко заглатывая Дика. Он шумно выдохнул от удивления, а потом волна смущения накрыла его.       - Не там…       - Я буду осторожен. Я не сделаю тебе больно… Приподними бедра.       Юто было настолько стыдно, что он хотел убежать в сию же минуту. Но все же он покорно поднял ягодицы, и палец Дика проник еще глубже, осторожно поглаживая его чувствительные стенки.       - Ах, Дик!       От трепетных ощущений внутри между его ног снова стало тяжело. Юто совсем недавно излился, но его тело было уже готово ко второму оргазму. Определенно, с ним происходили какие-то странные метаморфозы.       Дик действовал очень умело и аккуратно, растягивая его. Страх и неуверенность отступили. Юто знал, что Дик не причинит ему вреда. Он опять оседлал его бедра и, сжав рукой влажный от собственной слюны пенис, направил его к своему проходу.       Дик потерял самообладание.       - Эй, ты что делаешь? Я не для этого тебя трогаю!       - Разве? Но ведь это же естественно… Думаю, если ты будешь входить медленно, то я смогу его принять. Со мной все будет хорошо.       - А дальше что?! Я не смогу себя сдерживать и если буду неосторожен, то причиню тебе вред.       - Ты не причинишь мне вреда…       Это было жестоко по отношению к Дику. Дать ему вставить, но не позволять двигаться, было слишком сурово.       - Прости, Дик. Не нужно, если ты не хочешь… Я думал, тебе будет приятно, если я так сделаю… Я не подумал, извини…       Чувствуя острую вину, Юто начал вставать, но сильные пальцы сжали его бедра, не давая ему уйти.       - Эй, ты не можешь просто дать задний ход после того, как так обнадежил меня! Хорошо. Я постараюсь двигаться не очень резко. Господи, я так сильно хочу тебя, что мне кажется, будто я схожу с ума…       Дик поцеловал его, и Юто испытал облегчение. Получив согласие, он снова начал опускать бедра. Слюна была плохой смазкой, и Юто подумал, что он не войдет. К тому же, его тело слишком напряглось.       Юто сделал глубокий вдох, стараясь расслабиться. А Дик нежно поглаживал его тело, помогая избавиться от напряжения. Постепенно его мышцы растянулись, и большая головка пениса начала проникать внутри. Юто думал, что это был самый тяжелый этап, дальше он сможет принять Дика целиком.       Но даже сейчас от боли и давления он болезненно свел брови.       - Тебе больно? Не заставляй себя!       Дыхание Дика было учащенным, и он, словно успокаивая, поцеловал Юто. Ему тоже сейчас было тяжело. От его заботы и внимательности в груди Юто становилось горячо. Превозмогая боль, он начал двигать бедрами. Боль не сильно изменилась. Сжимая горячий орган внутри, Юто раскачивал бедрами, вырвав из груди Дика стон.       - Это словно сон: ты сидишь на мне верхом и так соблазнительно двигаешься.       - Ты воображал секс со мной? Признавайся!       Он сильно сжал мышцы, и Дик снова застонал.Юто неприятно было чувствовать себя некой ветреной красоткой, которая водила мужчин за нос.       - Воображал. В моих фантазиях ты принимал меня целиком, двигая ягодицами, и сладким голосом умолял о большем. Ты всегда был сдержанным и спокойным, и когда я представлял тебя растрепанного и ошалевшего от страсти, мой младшенький сразу вставал по стойке смирно. Я много раз тайком мастурбировал, пока ты спал на верхней койке.       Дик говорил, как жалкий одинокий холостяк, и явно преувеличивал. Его слова звучали смешно и нелепо.       - Эй, не смейся! И вообще, кто-то тут явно отлынивает!       - Хорошо, я уже… нгх!       Дик ритмично двигал рукой его пенис, и аппетит Юто разыгрался с новой силой. Он снова был на грани и с готовностью бросился в омут сводящего с ума удовольствия, извиваясь всем телом.       В ответ на его движения, Дик усиленно тер его орган. Как по волшебству, через некоторое время боль исчезла, и на ее место пришло удовольствие. Внутри начало пульсировать.       - Дик… я снова кончу!       - Ты уже течешь, - дразнил его Дик. – Спереди ты весь мокрый.       От его непристойных слов щеки Юто вспыхнули. Его пенис сочился каплями прозрачной жидкости, которая текла по пальцам Дика. Такое с ним было впервые.       - Сзади тебе тоже хорошо?       Юто покорно кивнул.       - Я могу двигаться?       - Да…       Юто почувствовал короткие ритмичные толчки. Боли не было, а от сильного удовольствия сладко немели бедра.       - Дик… я уже… Ах, нет! Кончаю!       - Я тоже. Внутри тебя так восхитительно, не могу сдерживаться!       Сзади и спереди его ласкали в едином ритме, и Юто казалось, будто он падает в бездну и следом возносится ввысь. На пике наслаждения его сознание помутилось. Удовольствие было запредельным, у Юто еще никогда не было такого восхитительного секса.       - Хах…уфф… ахх!       Юто выгнулся назад, отпуская себя, и Дик тоже излил свою страсть в него. В маленькой каморке эхом гремело сбившееся дыхание двух любовников. Когда волны страсти схлынули, Юто обнял плечи Дика. Тот сжал его в ответ.       - Ты в порядке? Тебе больно?       - Все хорошо… Можно мы немного так посидим?       Юто прильнул к нему щекой, словно ластящийся ребенок.       - Сколько угодно, - прошептал Дик и погладил его по волосам.       Объятый его теплом, Юто полностью расслабился. И физически, и морально. Наконец-то он поймал Дика. Смог прикоснуться к его далекому и неприступному сердцу.       Внутри стало тепло от чувства безграничного удовлетворения.       ***       Они все еще были соединены, и Юто почувствовал, как внутри него пенис Дика снова затвердел. А когда любовник попытался выйти из него, он не позволил.       - У тебя слишком мало опыта. Если переусердствуешь, то потом сильно пожалеешь.       - Плевать. Я хочу чувствовать тебя еще, одного раза мало.       Это были очень рискованные слова, и при других обстоятельствах Юто бы ни за что не произнес их вслух. Но времени, отведенного им двоим, было катастрофически мало, а потому он отбросил стыд, полностью отдаваясь своим желаниям.       - Люби меня много раз, чтобы я всегда помнил тебя и эти мгновения. Прошу тебя, Дик…       Дик тяжело вздохнул и убрал волосы с его лба.       - Молчи. Когда ты что-то говоришь, я теряю контроль.       - О, это небывалая честь – заставить Дика Барнфорда потерять над собой контроль!       Юто рассмеялся, Дик тоже улыбнулся. Они вновь слились в поцелуе, наслаждаясь легкими прикосновениями и ласками. После первой волны страсти в движениях любовников исчезла нетерпеливость.       - Повернись ко мне спиной, - шепча, попросил Дик.       Юто кивнул. Он привстал, разъединяя их, и повернулся к Дику спиной, снова принимая его. Остатки семени вытекли из его тела, заменяя смазку. Благодаря этому, второй раз член Дика вошел гораздо легче.       - Вот так?       - Да. Тебе даже не нужно ничего делать, просто облокотись на меня. Предоставь все мне.       Губы Дика страстно ласкали его плечи и шею. Правой рукой он сжал член Юто, а левой дразнил его соски, заставляя японца нетерпеливо ерзать.       - Нет, не хочу… чтобы только я… Хочу, чтобы нам двоим было хорошо…       - А мне хорошо. Ты внутри так сжимаешь меня, просто невероятно!       Но Дик был мужчиной, определенно ему было слишком мало этого. Он хотел двигаться, страстно и необузданно. Но Дик терпел, чтобы не навредить Юто, который еще не до конца оправился.       А Юто хотел доставить ему удовольствие. Поэтому он начал двигаться, неторопливо стимулируя член Дика. Тот застонал и сжал пальцами его бедра.       - Тебе хорошо?       - Да… Но не заставляй себя…       - Не заставляю я себя, сколько можно повторять?! Я хочу этого…       Он продолжал ритмичные движения, чувствуя, что снова потек, и влажный непристойный звук невероятно возбуждал. Юто выбросил из головы все бесполезные в данный момент мысли и отдался страсти.       Дик не оставил его без внимания. Правой рукой он ласкал истекающий мутной жидкостью пенис Юто, а левой массировал его мошонку. Его самые чувствительные места стали каменными от поглаживаний сильных ладоней.       - Угхх… Дик… нет!       - Что «нет»? По-моему, тебе очень хорошо.       Было слишком хорошо, но Юто не мог этого сказать. Не мог признаться, что удовольствие было слишком сильным, а чувство того, как возбужденный орган Дика пульсировал и подрагивал внутри него, только разжигало его непристойное сладострастие.       - Не трогай так… я сойду с ума…       - Давай. Покажи, как ты теряешь рассудок от наслаждения.       Его горячее дыхание дразнило. Юто извернулся и нашел губы Дика, сливаясь с ним в сладком поцелуе.       Это был нежный неторопливый секс, где не было места нетерпеливости и необузданности. Чувственные ласки, не для быстрой разрядки, но передающие любовь. Интимная близость, которой предаешься после долгого сна, купаясь в теплых лучах полуденного солнца…       Они занимались любовью, не думая ни о времени, которое истекало, ни о расстоянии, которое их разделит. Они держались за руки и смотрели друг другу в глаза, сливаясь телами и губами. Это был миг болезненно сладкого счастья, который заставил любовников забыть о жестоких жизнях, которые их ожидали за пределами этих стен.       ***       - И все-таки это должна была быть большая мягкая постель.       На Дике были только брюки, он сидел, прислонившись к стене, а уставший Юто лежал, положив голову ему на колени. Снаружи творился настоящий бедлам, но в маленькой комнате было тихо. Словно это был центр их личного мира.       - Что? – спросил Юто.       - Место, где я хотел в первый раз заняться с тобой любовью, - ответил Дик. – Никогда бы не подумал, что мы переспим на картонной коробке в грязной подсобке.       - А ты, оказывается, романтик, - улыбнулся Юто.       - Все мужчины романтики, - ответил Дик, целуя его за ухом.       - Дик… Когда выберешься отсюда, возьми отпуск. Хотя на один день поезжай куда-нибудь и просто расслабься. Можешь съездить к морю.       Юто чувствовал, что как только Дик покинет тюрьму, он тут же бросится искать Корвуса. Это его тревожило.       - Море… Звучит неплохо. Давненько я не видел моря.       - А где тот дом, который вы купили с друзьями? Или он уже продан?       - Да нет, где был, там стоит. В местечке Кур-Бич, в Уилмингтоне. Там красивый белый пляж, а пейзажи просто прекрасны… Но туда я не поеду. Нет смысла ехать туда одному.       Юто тихонько сжал руку Дика. Это было место, где он жил со своими боевыми товарищами. Конечно же, возвращаться туда, теперь уже одному, было тяжело. Одни лишь воспоминания о счастливых днях, проведенных там вместе, должны были причинять невыносимую боль…       - Дик, ты скажешь мне свое настоящее имя?       Юто сел напротив него.       - Прости, но этого я сделать не могу.       Ну да, Дик по-прежнему был агентом ЦРУ и не мог нарушать секретности. Но чутье подсказывало Юто, что не только в этом было дело. Он не называл своего настоящего имени, потому что здесь, в этот момент, их отношения не начинались. Здесь они заканчивались.       - А если мне повезет выбраться отсюда, и я захочу встретиться с тобой, что мне для этого нужно будет сделать?       - Нам не следует встречаться. Я не знаю, что будет завтра и не могу тебе ничего обещать. Поэтому просто забудь обо мне. Для твоего же блага.       Юто не мог винить Дика за холодность. Он все понимал и сам сказал, что ему нужно только мгновение близости.       Мне ничего не нужно. Ни клятв, ни обещаний. Только этот момент. Пока мы здесь, вдвоем, думай только обо мне. Этого достаточно…       Дик сказал, что живет только ради мести. А что с ним будет, когда он исполнит задуманное?       Юто от всего сердца желал, чтобы Дик смог начать новую жизнь. Чтобы он нашел свою любовь, и каждый его день проходил в спокойствии и счастье с человеком, которым он будет дорожить так же сильно, как и Ноэлем. Даже если этим человеком будет не Юто…       Он прислонился к плечу Дика. Юто так много хотел сказать, но он знал, что любое его слово причинит только боль человеку, сидящему рядом. И потому он просто молчал.       Юто почувствовал нежный поцелуй в висок. Подняв глаза, он увидел пронзительный взгляд Дика.       - Поспи немного. Ты, наверно, устал.       Дик обнял его со спины, и Юто прикрыл глаза. Ему хотелось, чтобы эта ночь длилась вечно.