Летели облака, летели далеко

      За окном серой непроходимой стеной лил дождь. Все дела, запланированные на сегодня, пришлось отложить. Ещё утром Лиза пришла к Эвелине, по дороге перепрыгивая через лужи и чуть ли не падая в них. Забавные ярко-жёлтые резиновые сапоги были насквозь мокрые лишь потому, что девушка без какого-либо страха шагала прямо по лужам, не задумываясь о том, как она потом будет сушиться.       Услышав настойчивый стук в дверь, рыжая лениво поднялась со старого кресла и поплелась к двери, по дороге гадая, кого же могло занести к ней в такую погоду, да ещё и в девять часов утра.       На старом синем крыльце, где сильный поток воды беспощадно заливал петунии в горшках, любовно выращенные Эвелиной, стояла Лизка со счастливо-глупой улыбкой от уха до уха. Её волосы напоминали нечто жалкое, вся одежда была мокрой, а из обуви через край лилась вода. Кошкина тут же строит недовольную гримасу, мельком улыбнувшись.       — Лиз, ты серьезно? — протяжно стонет Эва.       — Проходи, — смирившись, вздыхает она и пропускает русоволосую в дом, делая вид, что сердится на Лизку за её детское, безрасудное поведение. — Горе ты моё луковое, — добавляет рыжая спустя пару секунд.       — В такую погоду хороший хозяин собаку из дома не выгонит, а ты по лужам чапаешь, — осуждающе качает головой Эвелина. Но Неред, суетливо снимающая дождевик, знала, что на самом деле сейчас Эва улыбается, стараясь прикрыть неловкую улыбку нахмуренными бровями и сморщенным лбом.       — И, главное, ради чего? — возмущённо продолжает рыжая, пристраивая верхнюю одежду Лизки на батарею.       — Ради тебя, — Лиза обиженно скрещивает руки на груди.       Кошкина не знает, что на это ответить, а потому устремляет взгляд в пол, чтобы Лиза не видела её смущения. Она просто делает вид, будто для неё это ничего не значит, хотя на самом деле короткая реплика зажигает искорки в глазах и заставляет табун мурашек пронестись по спине.

***

      Парочка как всегда сидит на чердаке. Во всём доме царила полусонная атмосфера, будто сам дом спал, тихо сопя каждой лестничной ступенькой, дверным проёмом и постером на стене. По окну скатывались крупные капли дождя, оставляя за собой мокрые дорожки. Их тихий стук убаюкивал, навевая дремоту, противостоять которой Эвелина не смогла. Даже блекло-серый пейзаж на улице как никогда раньше располагал ко сну.       Неред сидела на кровати у окна, прислонившись головой к холодному стеклу и поджав под себя ноги. На её плече безмятежно сопела Эвелина, недавно увлечённо рассказывавшая русоволосой о разнице между книгой и экранизацией одного из ужастиков Стивена Кинга. Всё тело девушки уже давно затекло и изнывало от боли, но она боялась сделать даже малейшее движение, способное потревожить сон Кошкиной. Неред переводила взгляд с верхушек тёмно-зелёных сосен, едва заметных в окне, на подрагивающую во сне Эвелину и думала о чём-то своем. Она чувствовала дыхание рыжей, каждый тихий вздох и дрожь по всему телу.       От атмосферы веяло непонятной, сжимающей сердце тоской. Дождливыми осенними вечерами, Сплином и Нервами в наушниках, холодным пасмурным утром, чаем без сахара, пустыми грязными автобусами с привычным маршрутом, продувающим насквозь ветром, замерзшими руками и вечным одиночеством. Взгляд снова неосознанно фокусируется на рыжеволосой девчонке, внимательно изучая каждую родинку, не скрытую под одеждой. Вообще Лиза любила дождь, просто сегодня что-то пошло не так.

Полгода плохая погода. Полгода — совсем никуда. Полгода плохая погода. Полгода — совсем никуда. Никуда, никуда нельзя укрыться нам. Но откладывать жизнь никак нельзя. Никуда, никуда, но знай, что где-то там Кто-то ищет тебя среди дождя.