Шах и мат

Черно-белый мир. Такой, каким она видела его несколько раз во снах. С этим серым небом без облаков. С двумя горящими пятнами света вместо привычного Солнца в вышине. С этим вечным штилем, начинающем сводить с ума, и со стройными рядами одинаковых елей за окном. Она до сих пор не знает, сдержал ли свое слово демон. Действительно ли брат, дяди и друзья снова живы? И если да, то помнят ли они про неё? Лучше бы не помнили. Девушка вздрагивает, когда ее полуприкрытых светлой рубашкой плеч касаются чужие руки. Да, она смогла смириться, но привыкнуть все никак не может. И не знает, сколько времени здесь провела. В этом мире с бесконечными днями. Мэйбл чувствует, как шероховатые ладони скользят вдоль ее рук вниз. И нервно сглатывает, когда ощущает прикосновение холодных влажных губ к шее. Она жмурит глаза и неосознанно царапает подоконник, на который только что опиралась. И уже более грубыми движениями демон тянет её к себе, разворачивая лицом. Все та же неизменная усмешка с чуть заметными белыми клыками, выступающими за линию губ. «Это стоило их спасения, — твердит мысленно девушка, позволяя опрокинуть себя на спину. — Они живы, и это главное». Она стала повторять это так часто за последнее время, что уже почти сама поверила. «Ты должна помнить, почему ты здесь», — закрывая глаза, говорит себе юная Пайнс. И она чувствует, как эта рубашка снова задирается на ней, и судорожно выдыхает. А он кусает ее везде, тут же слизывая алую кровь с маленьких ранок. И руками царапает кожу.

***

От этого можно сойти с ума. Видеть, как он исчезает куда-то каждый день. А потом просыпаться от его голоса рядом. Ненавидеть. Но быть вынужденной иногда с ним говорить, чтобы не лишиться рассудка от одиночества. Пытаться дважды убить его. А потом расплачиваться за это. Не знать, бессмысленно ли это все. И живы ли те, ради кого она здесь? Видеть на коже незажившие глубокие укусы. Новые поверх старых. Длинные красные царапины по всему телу. Пятна свежих фиолетовых и уже пожелтевших синяков на руках, бедрах и шее. Раньше все это пропадало, стоило лишь проснуться. А теперь этот кошмар длится вечно. Теперь он реален. Как пленница в башне. Только она точно знает, что здесь её никто не спасет. И даже если попробуешь сбежать из этого дома, магическим образом все равно окажешься перед дверью, куда бы ни пошла. Да и возможно ли сбежать из другого измерения, подвластного лишь одному безумцу?

***

— Тебе тут не одиноко? — насмешливая улыбка. — Кажется, ты скучаешь, когда меня нет. — Ты прав. Тебе кажется, — она ковыряет вилкой свой обед. Да, к этому можно привыкнуть. Даже к попыткам демона раздразнить и сделать еще хуже. — Быть может, ты хочешь, чтобы я больше времени проводил с тобой? — иронически спрашивает он. — Я думаю, что обойдусь без этого, — склоняя голову к плечу, бесстрастно отвечает ему Мэйбл. Она уже даже не помнит, когда перестала его бояться. Не помнит, когда в последний раз видела кого-то, кроме него. Порой ей даже кажется, что она скоро забудет свое имя. Неизменная серая картинка за окном. Неизменно каждый вечер прикосновения демона. И новая порция неприятных ощущений по всему телу, отдающихся противным покалыванием в пальцах рук. Изнеможение и ощущение полной беспомощности. Все это будет теперь длиться вечно для неё. Конечно, спасение родных стало благой целью, ради которой она готова пожертвовать собой и каждый день заново переживать свои прошлые кошмары, теперь лишенные луж крови и смертей, но все еще неотвратимо оставляющие на её сердце мерзкий осадок, который будет медленно растекаться по нему в океан отчаяния. Да, ей уже не страшно. Она просто потеряла надежду.