Завтра

Проснувшись на следующее утро, Шань лениво потянулся, как кот после дремоты. Но когда его голова прояснилась, он резко сел в постели, хрипя от боли в пояснице. Это была постель Тяня! Его взгляд метнулся на высокие, от пола до потолка, окна. Сквозь них струился яркий дневной свет! «Бля!» – безмолвно простонал он, только сейчас понимая что он наделал. Скользя взглядом по комнате он пытался найти Тяня, но в итоге не найдя его, хотя меньше всего он хотел видеть его в этот момент! Под покровом тьмы они могли притворяться, что Тянь не мажор, а он не вор, но с наступлением дня жизнь возвращалась в свое русло, и приходило понимание пиздеца. Шань соскочил с постели. К сожалению, неожиданное неприятное ощущение между ног после ночных событий заставило его двигаться гораздо медленнее, чем обычно. Он едва смог стянуть простыню с постели Тяня и завернуться в нее, Шань оглянул комнату и заметил свою брошенную одежду на полу. О, как же он сейчас ненавидел Тяня! Должно быть, Господь наказывает его за все грехи. Шань постарался гордо выпрямиться, и направился в ванную. Стоя под душем, его лицо приняло такое выражение, что можно было подумать, будто бы он хлебнул касторки: нос его сморщился, глаза начали слезиться, губы сжались в линию, что еще чуток и лицо лопнет. Конечно, Тянь ничего не должен ему и ничего не обещал минувшей ночью. - Бля, веду себя как девка. – скривившись в усмешку, сказал рыжик,– Подумаешь, какое дело, похуй. Сейчас Шаню надо было решить, каким должен быть следующий шаг. Он думал об этом все утро, вместо того чтобы заниматься делами, и пришел к выводу, что не намерен больше оставаться с Тянем, пока не решена проблема со Змеем. Вытеревшись полотенцем, он обвязал им бедра и вышел в залу. Застыв на одном месте заметив что Тянь стоит в прихожей. - Привет. - промямлил Шань, когда Тянь поднял взгляд, после того как разулся. - Угу, как себя чувствуешь? - Нормально. - Мммм, понял. Они уставились друг на друга, не зная что говорить. Шань обратил внимание, на взгляд Тяня, который так и кричал о том, что он, что то ждет от рыжего. Но Шань не хотел ничего обсуждать с Тянем, просто игнорируя его взгляд. – Мне надо одеться, – тихо сказал он. – Конечно, – согласился Тянь слегка напряженным голосом. Он направился на кухню, но остановился на полпути и повернулся. – Я совсем забыл – у меня кое-что для тебя есть. Сунув руку в карман, он извлек какой то маленький предмет, который скрылся между пальцев. Подойдя к Шаню, он взял его руку и вложил вещь ему в ладонь, рыжик сморщился от колесящего ощущения. – Ну? Что ты думаешь по этому поводу? – спросил Тянь, выжидающе глядя на Мо. – Я… я не понимаю. Зачем ты показываешь мне это? – Примерь его, – сказал Тянь вместо ответа. Шань покачал головой. Но Тянь уже забрал подарок, а рыжик вздрогнул, когда холодный металл коснулся его кожи. Тянь взял его за руку и повел к зеркалу обратно в ванную. – Смотри. Глаза рыжика встретились через зеркало с глазами Тяня. – Нахуя? –спросил он. Тянь не понимал, что на него нашло: – Ничего особенного, считай это моей прихотью. Шань проглотил ком в горле, однако не мог говорить. Какого хуя? Прихоть.... Пиздец. Теперь его убежденность в том, что он должен уйти, окончательно окрепла. Мо не выдержит эгоизма Тяня. Рыжик развернулся от зеркала с их отражением, опустил взгляд на ноги, понимая что вручил ему Тянь. Вещица могла послужить освобождению Змея из дьявольских лап Джин Хо. Достойным предмет для сделки. Джин Хо обязательно клюнет на него. Теперь пропала необходимость красть что-нибудь из дома: - Мне нужно уйти, срочно. - и не дождавшись пока Тянь что то ему скажет, вышел в залу, одеться. Тянь же, посмотрел на свое заебаное отражение в зеркале, и решил что ему срочно нужно кофе, черный кофе, настолько крепкий что бы напрочь забыться, потому что, он не понимал что творится в черепушке, и душонке рыжего. Рыжеволосый закончив с одеждой, нерешительно крикнул: - Пока. - и выбежал с квартиры. Тяню показалось, что его ударили молотком по голове, вернувшись в залу он увидел записку, он не хотел брать её, чувствуя плохое предчувствие. Рука слегка дрожала, когда он взял листок бумаги. Он долго смотрел на него, не разворачивая. Затем медленно раскрыл листок, челюсть сжалась, когда он начал читать то, что там было написано.

***

«Твой замечательный подарочек так хорошо подходит мне, что я не мог не взять его с собой. Считай это платой за то, что ты получил от меня. Не ищи меня. Я не вернусь. Надеюсь ты понял, что я тот еще мудак.».

***

Закончив, Тянь смял записку в кулаке, чувствуя, как гнев застилает боль от предательства Шаня. Он выглядел довольно странным, не похож на себя, Тянь это заметил, но посчитал, что все дело в том, как изменились их отношения. Он полагал, что, возможно, рыжий смущен и даже немного напуган. Какой же он дурак! Шань просто играл с ним, как с мальчишкой! Он прекрасно притворялся. Для Чэна это было очевидно. Только он, Тянь, не видел этого. Наверное, он смеется над ним сейчас, считая его доверчивым мажором. О чем он только думал? Надеялся, что он изменится? Он жил на улице и постоянно дурачил людей своим простодушным личиком. Почему он посчитал себя каким-то особенным? Тянь почувствовал всепоглощающую пустоту и просто, бросил смятую записку на пол. Каждый шаг становился для Шаня тяжелее предыдущего. Он ненавидел Джин Хо, но еще больше он ненавидел себя. Очевидно, Тянь уже прочитал записку и, наверное, проклинает Мо. Все кончено. И не надо было начинать. К сожалению, эта мысль не могла успокоить его. Змей. Вот на ком необходимо полностью сосредоточиться сейчас. Ночь пройдет, и настанет утро, как бывает каждый день, независимо от его желания или желания других людей. И с каждым днем боль начнет потихоньку утихать. Так должно быть, потому что он не сможет жить с разбитым сердцем. «Бля, ну почему до меня всегда так туго доходит?!» - грустно подумал Шань, понимая как сильно он влюбился в заносчивого ублюдка. – О, Шань, рыжик ты мой, что делаешь здесь? Ты знаешь, что человек может пострадать в этой части города, тут нехорошее место. Шань застыл на месте. Затем он медленно повернулся и обнаружил Джин Хо у себя за спиной. Будучи довольно толстым, он тем не менее умел бесшумно подкрадываться. Ему следовало ожидать его появления. Он отправил Бао сообщить ему о встрече. – Я вижу, ты совсем не изменился, уличный пёсик. – Слова медленно слетали с его языка и тянулись, а из-за жары его мучила одышка после каждого третьего слова. – Твои глаза все так же остры, как мой нож. А то можно было бы подумать, что время, проведенное с Хэ, смягчило твой характер. – Можно было бы также подумать, что тебя окончательно раздуло и разорвало на части, – запальчиво ответил Мо. – Но кажется, мы оба ошибаемся. – Он проклял себя за свой несдержанный язык. И без того красное лицо Джина побагровело еще больше. – Знаешь, я никогда не думал, что Змей так боится ножа, хотя сначала дерзил так же как ты, – произнес он, растягивая слова, от которых по спине Шаня пробежали мурашки. Зачем он провоцирует его? – Я надеюсь, что мне придется выпустить ему кишки. – Оставь Змея в покое! – Мне кажется, ты не в том положении, чтобы мне приказывать. И если ты беспокоишься о своем дружке, то советую заткнуться. Надеюсь, тебе все понятно? Стиснув челюсти так сильно, что скрипнули зубы, Шань не проронил ни звука. Он должен сохранять спокойствие, хотя внутри кипели ненависть и злость при виде самодовольно улыбающегося Джина, удовлетворенного его покорностью. Он, как всегда, был одет весьма причудливо, стараясь казаться состоятельным, однако его одежда даже близко не походила на ту, что носили мажоры, на которых он очень хотел быть похожим. – Ты должен сделать разумный выбор, – сказал Джин. Затем он потер руки и мелкими шажками приблизился к Шаню. – Дай-ка мне получше рассмотреть тебя. – Зачем? – резко спросил Шань, стараясь сдерживать свое отвращение, и отступил назад. Джин подвинулся и оказался в нескольких дюймах от его лица. – Не думаю, что мне нравится твой тон. Прежде чем Мо успел понять, к чему он клонит, Джин влепил ему тяжелую пощечину. От этого удара у него посыпались искры из глаз. Рыжик едва не упал на землю. Однако, Джину не видать Мо на коленях. Он потер саднящую щеку и ощутил вкус крови из рассеченной верхней губы, Джин всегда носил на мизинце кольцо с рубином. Однако этот удар не вселил в его сердце страха, на что рассчитывал Хо. Нет, это только укрепило его решимость. Здесь был привычный для него мир, в котором он вырос. Здесь не было ни широких кроватей, ни высоких многоэтажек. Ни любви. Шань отпрянул назад, когда Джин поднял свою жирную руку, однако он всего лишь достал платок. Он не мигая смотрел на него. В мире Мо не было места страху. Чтобы выжить, надо быть спокойным, даже если тебя убивают. Он сделает то, о чем Хо просил, но никогда не поступится своей гордостью. Это все, что у него осталось. – Так-то лучше, – сказал толстяк, растягивая слова и касаясь губы Мо. – Теперь, если ты будешь хорошо вести себя, я обещаю сделать так, чтобы ты забыл об этой ненужной неприятности. Ты будешь петь у меня от восторга, хотя.... нет.... будешь стонать подо мной, но зато не под Хэ. Эти слова Джина подействовали на Шаня как еще один удар. «Он все знает!» Как бы прочитав его мысли, Джин Хо сказал: – Да, я знаю твой маленький секрет. – Он воспользовался платком, чтобы вытереть кровь с уголка рта Мо. Сердце рыжего сжалось. «Неужели он знает также о?..» – Ты думал, тебе удастся скрыть это от меня? «Спокойно!» – приказал себе Шань. – Да, надеялся. – Он немного помолчал, затем сказал: – А как… как ты узнал? Джин улыбнулся дьявольской улыбкой. – Мои люди видели тебя, и с их слов я понял, что ты прекрасно устроился. Сердце Мо пропустило удар. – Значит, ты следил за домом Хэ Тяня? – Бля, Тянь мог пострадать, и это была бы его вина. – А ты думал, я не буду следить? Неужели я мог доверять такому, как ты? Твое счастье, что ты сам пришел сюда. По спине Шаня пробежал холодок. – Оставь в покое Хэ. – Не тебе указывать, что мне делать. – Оставь его! – Уж не привязанность ли звучит в твоем голосе? – спросил Джин, и в его маленьких заплывших глазках промелькнул алчный огонек. Мо мысленно выругал себя. Он слишком многое открыл Джину. Нельзя позволять ему цеплять его еще на один крючок. – Чего ты добиваешься? Он проигнорировал его вопрос. – Представь мою досаду, когда я узнал, что ты скрываешь свою добычу прямо у меня под носом. Люди, обманывающие меня, долго не живут. – В воздухе повисла скрытая угроза. – Однако, думаю, ты скоро утешишь мое уязвленное самолюбие своим ртом, ну а потом и телом. – Хрен тебе! – прошипел Шань, не сдержавшись, и почувствовал тошноту при мысли о том, что эти мерзкие руки будут к нему прикасаться. Он скорее сдохнет, чем позволит ему прикоснуться к нему. – В чем дело? – Джин удивленно приподнял бровь. – Подумай о Змее, – напомнил он и мрачно посмотрел на Мо, угрожая возмездием. Шань заскрежетал зубами. – Хороший мальчик, – пробормотал Джин и, сдернув с него кепку, начал поглаживать затылок рыжеволосого своей толстой ручонкой. Мо весь сжался, чувствуя, как к горлу подступает ком. Он никогда не считал себя особо сильно жестоким, но в данный момент ему хотелось, чтобы у него оказался нож, он бы обязательно как то, умудрился бы, им отрезать башку Джин Хо. – Где Змей? – спросил он сквозь стиснутые зубы. Рука Джина замерла, и Шань подумал, что он хочет опять ударить его. Джин хотел обладать безоговорочным преимуществом в разговоре, но забыл, что он тоже имел козыри на руках. У него была серьга из серебра и Карбонадо*. Джин владел тем, что хотел заполучить Мо, а у него было то, что хотел поиметь он. – Где Змей? – снова спросил рыжий, но на этот раз более требовательным тоном. Джин сжал челюсти. Он был похож на вулкан, который вот-вот начнет извергаться. Затем, к удивлению Шаня, на его безобразном лице появилась улыбка. – Скоро узнаешь, – язвительно сказал он, сверкая глазами. – Знаешь, малыш, приглядевшись к тебе поближе, я заметил, что ты стал довольно хорошеньким. У тебя большое будущее. С таким подтянутым и соблазнительным телом, которое, я уверен, скрывается под твоими лохмотьями, ты вполне мог бы составить мне компанию. Ты мог бы жить как принц, вместо того чтобы обчищать кошельки и карманы зевак, как заурядный вор. – Я предпочитаю быть заурядным вором, место твоей личной шлюхи не по мне, – прошипел Мо. – С каких это пор ты стал святым? Странно. Думаешь, если ты переспал с Хэ Тянем, то стал выше всех нас? То, что мажочкик лежал между твоих ног, не делает тебя лучше обычной проститутки. Я не стал бы на твоем месте слишком важничать. – Он сделал паузу, изучая Шаня. – Или, может быть, ты думаешь, что Хэ в дальнейшем захочет иметь дело с таким, как ты? Мо напрягся. Казалось, Джин читал его мысли. Однако он ни за что не признается в этом. – Ты совсем ебу дал? У меня нет никакого интереса к этому высокомерному мудиле, и он нисколько мной не интересуется. – Я почему-то думаю что ты просто пытаешься меня наебать. – Мне пох, веришь ты мне или нет! – яростно ответил Мо, дав волю своему гневу. Джин ухмыльнулся: – Ну ладно, верю, малыш. – Ты позвал меня сюда, чтобы языком почесать, или у тебя есть ко мне дело? – Конечно, дело… и оно гораздо серьезнее, чем твое пидорское увлечение, не так ли? Шань сжал кулаки. – Чего ты хочешь? Джин погладил свой подбородок. – Очень многое, малыш… и, как ты знаешь, я всегда получаю то, что хочу. В данном случае я хочу заполучить некоторые вещицы Хэ. Полагаю, у тебя найдется что-нибудь для меня? Мо ощутил тяжесть украшения в своем кармане, напомнившего ему о его предательстве. – А если я не соглашусь? – рискнул спросить он, не желая расстаться с подарком Тяня. Джин сузил глаза, и лицо его приняло угрожающее выражение. – Если не согласишься, я подрежу твоему дружку крылышки и ты найдешь его плавающим в реке лицом вниз. Шань побледнел. Он не сомневался, что Джин выполнит свою угрозу. Зачем доводить его до этого? Главное сейчас – вернуть Змея. – Я вижу, ты представил эту картину. Очень хорошо. – Джин зашел за спину Мо и сказал на ухо: – Мне очень не хочется, чтобы что-то случилось со Змеем, однако несчастные случаи не редкость в нашем городе. Какая будет трагедия, если вдруг оборвется жизнь такого молодого парнишки. Ты согласен со мной? Шань кивнул, с трудом справившись с тошнотой, подступившей к горлу, когда ощутил на своей шее горячее мерзкое дыхание Джина. Он закрыл глаза и впился ногтями в свои ладони, почувствовав, как потная рука Джина коснулась его ягодицы и сжала ее. Он услышал, как он одобрительно хмыкнул. – Я мог бы облегчить твою участь, малыш… если бы мы объединились. – Никогда! – Никогда не говори «никогда», – сказал он, в то время как его рука скользнула по его бедру и боку, подбираясь к груди. Этого Шань уже не смог стерпеть. Двинув локтем ему в живот, он освободился от него и почувствовал огромное удовлетворение, когда он застонал. – Бля! – выругался Джин, согнувшись пополам. – Ну, погоди! Мо понял, что надо поскорее замять этот инцидент. Он не должен допустить ошибку, в результате которой может пострадать Змей. – Я пришел сюда не для того, чтобы меня лапали. Ты говорил, что хочешь получить какую-нибудь вещицу от Хэ, а взамен вернешь мне Змея. Так вот, у меня есть кое-что для тебя. – Забудь о возвращении Змея! – прошипел Джин, медленно распрямляясь. Шань призвал на помощь всю свою волю, чтобы не поддаться панике. У него есть то, чего он хочет, и он изменит свое мнение. Он достал серьгу из кармана и повертел ею. – Значит, ты не хочешь получить это? Внимание Джина было приковано к бриллианту, и Шань почувствовал облегчение. – Что это? – спросил он, облизнув губы и протянув руку к серьге. Мо отдернул украшение и Джин нахмурился. Теперь все козыри были у него в руках. – Откуда я знаю, что это настоящий камень? Шань недоверчиво посмотрел на него. – Ты что, слепой? Любой скажет, что это настоящий бриллиант. Думаешь, я так глуп, чтобы принести тебе подделку? Джин пожал плечами: – Кто тебя знает? – Он протянул руку. – Дай мне посмотреть на него. Рыжик покачал головой: – Не дам, пока не увижу Змея. – Твоя преданность друзьям трогает мою душу, – насмешливо сказал Джин. – Однако твоя энергия достойна лучшего применения. – Он пожал плечами. – Очевидно, ты сделал свой выбор. Однако я думал, что ты умнее. Шань увидел, как он кивнул кому-то позади него. Из темноты возникли двое его головорезов. Ему некуда было бежать – Джин заманил его в ловушку. Но он не сдастся так легко! Мо ринулся в направлении двух мужчин с одной только мыслью: сохранить серьгу. Иначе он лишится единственной возможности спасти Змея. Рыжик метнулся в одну сторону, затем в другую, увертываясь от рук амбалов, пытавшихся схватить его. Он был легче и проворнее, и в этом заключалось его преимущество. Любой из них мог сокрушить его ударом мясистой руки, но он к тому же был гораздо сообразительнее и намеревался воспользоваться этим в полной мере. – Хватайте его, болваны! – прорычал Джин, присоединившись к погоне, несмотря на свою огромную массу. Мо удалось успешно избежать захвата, и мужчины, тяжело двигаясь, устремились за ним. Однако он уже был вне их досягаемости. – Я убью Змея. Рыжий остановился и замер. Эти три слова заставили его отказаться от бегства. Мужчины подоспели к нему, и каждый схватил его за руки, как будто он был настолько сильный, что мог освободиться от их захвата. Один из мужиков, сунув руку в его карман, вытащил серьгу. – Отдай его мне, болван! – приказал Джин. – Извини, – промямлил громила, протягивая серьгу главарю. Шань оцепенел. Теперь он пропал. – Ты получил то, что хотел, Джин. Я выполнил условие нашей сделки. Теперь твоя очередь. Где Змей? – Всему свое время, мой мальчик. – Ты не можешь быть недовольным! Я сделал все что ты хотел! Мо попытался высвободить свои руки из захвата амбалов, но эта попытка оказалась бесплодной. Они даже не шелохнулись. Он тяжело дышал от расстройства и гнева, глядя на Джина. – Что ты собираешься сделать со Змеем? Я должен знать. Джин весело рассмеялся. – Должен знать? К сожалению, у нас разные взгляды на это. – Уебок! – крикнул Шань. Джин снова резко ударил его по лицу. – Ты испытываешь мое терпение! Мо наверняка упал бы, если бы головорезы Джина не держали его за руки. – Чего же ты еще хочешь? – прошептал он, понимая, что потерпел поражение. – Я хочу, чтобы ты вернулся в дом Хэ и притащил еще вещицы, похожие на эту, – сказал он, указывая на серьгу. Глаза Шаня расширились. «Вернуться назад к Тяню? Это невозможно». – Я не могу сделать это. – Сможешь, сможешь, если хочешь снова увидеть Змея. – Говорю тебе, я не могу! Думаешь, он такой тупой, что позволит мне вернуться в его дом после того, что я сделал? Джин окинул его взглядом. – Ты недооцениваешь власть своего обаяния, малыш. Ну, думаю, ты справишься с этим делом, не так ли? Внутри у Мо все сжалось. – Значит, ты хочешь, чтобы я принес тебе еще одну вещь, и тогда ты отпустишь Змея? Джин пожал плечами: – Может быть, да, а может быть, нет. Это зависит от того, что ты принесешь мне. Ты достаточно сообразительный и сам решишь, как тебе следует поступить. Уверен, ты найдешь правильное решение. При этом не забывай о Змее и о том, какие ужасные могут быть последствия, если ты разочаруешь меня. Затем Джин кивнул и его помощники отпустили Шаня. Он потер свои руки, на которых наверняка останутся синяки в тех местах, где мясистые пальцы держали их. – Могу я по крайней мере увидеть Змея? – спросил он. – Посмотрим. – Выражение его лица говорило о том, что он явно получал удовольствие, чувствуя зависимость Шаня от него. – Если ты сделаешь то, что я сказал, я позволю тебе поговорить со Змеем завтра. Ты должен прийти сюда в то же время и ни минутой позже. Понял? – Да, – кратко ответил он. Джин криво улыбнулся. – Я уверен, что ты сделаешь все возможное, чтобы не разочаровать меня, не так ли? Мо коротко кивнул и потом наблюдал, как Джин и два его телохранителя удалялись, пока не исчезли из виду.