Помоги мне, если, конечно, я тебе это позволю

      Капли, не переставая, били по небольшому навесу неизвестной Вэриану забегаловки. Алхимик крепко держал хрупкую руку Кейтлин, боясь, что это недвижимое состояние — лишь прикрытие и стоит ему дать слабину, как девчонка вырвется и убежит, но она уже который час смотрела на то, как вода стекает с крыши, и не шевелилась.        — Я был прав насчёт Дуэйна, не так ли, юная леди? — разрезая такую упоительную тишину, проговорил Вэриан, в надежде хоть как-то разговорить её и добиться от неё действий, ведь вся эта тишина казалась настоящей мукой. Затишьем перед очередной бурей, которую Вэриан точно не переживёт.        — В чём именно ты был прав? — раздался хриплый всё тот же милый голос, вот только сейчас всю его слащавость разбавляла дрожь то ли от страха, то ли от холода.        — В том, что он твой отец.        — О, до тебя это так долго доходило. Ежу понятно, что мы родственники, по внешним показателям, а так, где я, а где он и моя мать. Я и рядом с ними не стою. Я слишком умна, хитра….        — Самовлюблённа, — добавил алхимик, отчего Кейтлин фальшиво улыбнулась.        — Спасибо, что помог договорить, Вэриан.       Парень, сам того не замечая, тряхнул руками, отпустив девчонку. Истеричное «Всегда рад помочь» пронеслось по всему двору, благо, тут был лишь он и она, а в помещение музыка и громкий хохот мешали проникнуть этому отчаянному крику.       В этот момент Вэриан пожалел, что разжал руку. Кейтлин, уловив момент, уже собиралась перемахнуть через крыльцо, но за всё это время, проведённое с пиратами, Вэриан довольно-таки повысил свою ловкость, поэтому рука хрупкой на первый взгляд девочки вновь оказалась в ловушке.       Тишина. О, эта противная тишина, что вновь повисла. Алхимик застыл, продолжая держать её руку, не давая девчонке полететь вниз. Это была бы прекрасная диорама или картина, но под эпичный раскат грома Кейтлин свободной рукой, в которой всё это время находился нож, ударила Вэриана в челюсть, а маленький нож с немаленькой силой был воткнут в бледную и дрожащую от холода руку алхимика.       Вэриан, съёжившись от боли, пытался сдержать крик. Тело колотило от болевого шока, но ещё больше от вида девчонки, что, качаясь из стороны в сторону, поднялась с земли и, хромая на левую ногу, уходила к арке, ведущей в парк.       «Нет!» — шептал Вэриан, переводя взгляд с ножа в руке на девчонку. В его разуме сейчас была одна ярость и ничего более, он хотел… Нет, он жаждал воткнуть тот самый нож в её руку, чтобы и она прочувствовала ту боль, что он пережил… В этот момент Вэриана словно ударила молния. Она ведь и так, как он, их боль схожа. Кейтлин лишена матери так же, как и Вэриан лишён отца. Чёрт, причина смерти и то одинаковая. Однако следующее сходство повергло Вэриана в ещё больший шок. Он погубил своего отца, а пару часов назад погубил её мать, будучи одурманенным чёртовым камнем.       Парень распахнул полные слёз глаза и с бешеным сердцебиением, что отдавало в уши, смотрел на раненую руку, с которой ручьями в разные стороны стекала его тёплая кровь. Всё ещё дрожа, Вэриан обхватил плоскую металлическую рукоятку ножа, но стоило слегка потянуть вверх, как тело затрясло от новой волны нестерпимой боли, а очередной поток алой жидкости разлился по испачканной коже, одаряя её теплом.       Вытерпев столь неприятные и болезненные минуты, Вэриан, отмахнув от себя мысль об ещё одной попытке, поспешил догнать девчонку, что не ушла слишком далеко и одаривала его злым взглядом, стоя у каменной арки. Под столь маленькой аркой было довольно сухо, а земля немного намокла из-за воды, что стекала с алхимика ручьями. Он стоял у второго основания арки, облокотившись на каменную стену, периодически отводя от стоящей напротив Кейтлин взгляд, ведь столь пристальное наблюдение с её стороны очень напрягало.       Дождь, холод, боль. Что может быть хуже? О, у Вэриана есть ответ. Тишина. Он её ненавидит. Ведь не знаешь, чего ожидать от этой тишины, и кажется, идёт дождь, звуки капель не есть тишина, но Вэриан имел в виду другу тишину, которую, наверное, более правильно назвать молчанием. Молчание со стороны Кейтлин сводило его с ума… Он боится её, боится, что она сбежит и вернётся за ним с отцом, что отомстит ему за смерть Леди Кейн, которая получилась случайной. Он налил раствор в тарелку, что всегда доставалась Синему глазу, но каким-то чудным образом она оказалась у капитана, и в этом ему ещё предстоит разобраться.        — Почему ты не убегаешь? — отпустив рукоятку, измученно, он обратился к Кейтлин, что вздрогнула от неожиданности.       На её лице появилась зловещая улыбка, когда хрупкие руки оттолкнули тело от стены, и Кейтлин, всё ещё хромая, побрела к Вэриану, сложив руки за спиной.        — А какой смысл? У меня болит нога, я далеко не уползу, да и ты не догонишь, ведь с твоей кровью уходит и твоя сила. У нас обоих невыгодное положение, пойми это, Вэриан.        Алхимик опять посмотрел на нож, торчащий в руке, и вновь попытался схватиться за рукоятку, но маленькая ручка с отнюдь не маленькой силой ударила его по здоровой левой руке.        — Первая попытка тебя ничему не научила? Это необычный нож, пусть на первый взгляд кажется, что нет в нём ничего необычного, вот только чем больше ты пытаешься его вытянуть, тем сильнее маленькие зубцы впиваются в твою плоть.        — И как мне прикажешь избавиться от него? Руку отрезать, что ли? — отчаянно крикнул Вэриан, не желая провести всю жизнь с железякой в руке или вовсе без конечности.       Кейтлин отчаянно выдохнула и развернула руку Вэриана, взявшись за лезвие, что выглядывало из ладони. Девчонка размяла свои исцарапанные пальцы и резко выдернула нож.       Из-за очередной волны боли, правда, чуть менее острой, нежели в первый раз, перед глазами алхимика забегали тысячи синих точек, прежде чем весь мир для него превратился в чёрную пустоту, в которой нет ни света, ни звука. Сплошная тишина и ощущение того, как тело соприкасается с холодной каменной стеной, а дальше — пустота.       Кейтлин с несвойственным её образу сожалением смотрела на лежащее, испачканное в грязи и крови тело того, кто испортил её жизнь. Маленькая ручка, дрожа, сжимала окровавленный нож, и, казалось бы, ничто не мешает ей перерезать ему глотку прямо сейчас и вернуться к отцу, но она лишь переводила взгляд с лежащего без сознания Вэриана на нож и обратно.       Наконец остановив взгляд на оружии, Кейтлин любовалась своим отражением в его холодной поверхности, испачканной ещё не успевшей засохнуть кровью. Она смотрела на себя и не могла сдержать слёз, сейчас от неё зависит судьба не только своего обидчика, но и её собственная. Конечно, кричать о своей важности и жестокости легче, чем действительно взять и убить кого-то. Это был всего лишь её образ, но теперь он исчез, как и те люди, для которых он был создан. Кейтлин вновь посмотрела на Вэриана. Шумный выдох вырвался из её груди, и она, вся такая хрупкая и миниатюрная, издала настоящий звериный вопль, бросая нож в ближайшее дерево.

***

      Дождь постепенно утихал. Капли срывались с каменной поверхности и падали на землю одна за другой, а эхо разносило этот звон по всему «укрытию», раздражая маленькую девочку, которая и без этого сидела на ящиках как на иголках. Её тельце дрожало, а левый глаз изредка дёргался от пристального наблюдения за кровью, что стекала с лезвия ножа, воткнутого в дерево.