Помоги мне, если, конечно, я тебе это позволю

      Постепенно туман в голове рассеивался, возвращая Вэриана из мира снов в суровую реальность. К его большому удивлению, в этот раз Вейра не объявилась, а ведь он ждал её. Вэриану до муки хотелось узнать, освободит ли она его отца, ведь он выполнил свою часть сделки, но, увы, не всегда то, что мы хотим, получается, пусть надежда на её скорое появление так и осталась в его голове даже при окончательном пробуждении.       Разлепив свои веки, парнишка слегка прищурился от тёплых лучей утреннего солнца. Он не был зол или раздражён, в его душе царило спокойствие и умиротворение, что не посещали его так долго, а конкретнее с момента заточения отца. Но сейчас об этом и мысли нет. Вэриан счастлив, что просто проснулся, ведь та ночь могла плохо кончиться для него.       Слегка приподнявшись, оперившись левой рукой о ящик, алхимик посмотрел на другую часть арки, где на деревянной бочке со сломанным низом, как настоящая царевна, сложив ногу на ногу, сидела Кейтлин, сверлящая алхимика уже менее укоризненным взглядом. Вэриан искренне улыбнулся, ведь то, как юная бунтарка кусала спелое красное яблоко, не могло не умилять. Из-за отколотого зуба бедняжке приходилось есть на левую сторону, что явно для неё было неудобно, а для Вэриана это казалось весьма забавным. Он даже слегка усмехнулся, вот только резкий поворот головы в его сторону и недовольный кашель Кейтлин дали понять алхимику, что его смешок не остался незамеченным или проигнорированным.       Девчонка достала из небольшого кармана яблоко и швырнула его Вэриану, удачно расположившемуся на ящиках. Спелый плод пролетел небольшое расстояние и угодил прямо в руки алхимика, что улыбнулся, но не только от удачной поимки. Взгляд Вэриана был прикован далеко не к фрукту, а к умело перебинтованной руке. Это было очень неожиданно — он ожидал увидеть дыру, кровь, загнивающую плоть, что угодно, но только не это, ведь он знал Кейтлин, и она, по его бывшим убеждениями, никогда бы не пошла на помощь, ибо всю свою короткую жизнь она прожила по правилу: каждый сам за себя.       Вэриан поднял голову и посмотрел на неё виноватым взглядом.       — Я действительно недооценивал тебя… Извини и спасибо.       Кейтлин, швырнув огрызок к куче других, улыбнулась и сказала с весьма наигранным удивлением:       — Странно, конечно, слышать «спасибо» за то, что я просто бросила тебе яблоко, к тому же оно было немного гнилое.       — Но я имел в виду свою руку, — Вэриан продемонстрировал забинтованную ладонь, отчего девчонка усмехнулась, обхватывая руками колени.       — Это ты ему «спасибо» говори, а не мне, — Кейтлин кивнула в сторону ящиков.       Вэриан весьма шумно сглотнул, но, невзирая на страх, повернул голову в левую сторону, где его поджидало лицо Аргонавта.       — Привет, — протянул мужчина, отчего Вэриан резко вскочил и с визгом попытался убежать, но руки афериста схватили его за плечи и усадили обратно на ящик.       — Тихо, дыши спокойнее, я не собираюсь тебя убивать, — спокойным голосом проговорил мужчина, хлопая всё ещё дрожащего алхимика по плечу.       — Что ты тогда здесь делаешь? Тебе ведь приказали меня убить… Ты стрелял в меня, —пролепетал Вэриан отошедшему Аргонавту, на что тот отмахнул назад волосы и облокотился на ящики.       — Я тут прячусь, как и ты, ну и защищаю тебя от неё… — неожиданно мужчина повернул голову в сторону сидящей девчонки и уже более громким голосом обратился к ней: — Что, Жаннетт Фон Дуэйн, по папенькиным стопам идёте? Насколько мне не изменяет память, ваш папенька пытался зарезать своего старшего брата в шестилетнем возрасте.       Увидев разозлённое лицо Кейтлин, Аргонавту словно снесло крышу, и он продолжил.       — О, я, кажется, напомнил тебе о твоём происхождении. Как это печально иметь отца, которого вышвырнули в приют из-за покушения. А самое интересное в этой истории то, что род Дуэйнов так и остался без наследников, ведь твой дядя оказался бесплодным, а твои богатенькие бабушка и дедушка просто не знают, что ты существуешь.       От всех вышесказанных фраз, что очень сильно задели девчонку (это было видно по её взбешенному виду и звериным глазам), Кейтлин моментально соскочила с бочки и выбежала из-под арки, крикнув Аргонавту своё излюбленное: «Ja, du gehst in die Hölle».       Вэриан всё это время с открытым ртом от искреннего удивления сидел на ящиках и боялся пошевелиться. Перед ним уже не было той девчонки, которую он знал, вместо неё была другая, менее грубая и очень эмоциональная. На его плечо легла тёплая бледная рука с не меняющими расположения кольцами.       — Не волнуйся, она остынет, а пока я готов рассказать настоящую причину моего присутствия тут.       Мужчина замолк в ожидании ответа со стороны алхимика, который, выдохнув, кивнул.       — Так вот, — Аргонавт слегка кашлянул, что намекало на долгий рассказ. — Я, конечно, Дуэйна как «друга» уважал, но, если честно, теперь я его больше боюсь. За одну минуту он убил двух членов экипажа, Черепа и… Увы, я слышал лишь второй выстрел и не могу сказать, кто попал под его руку: Дикий Н или Глаз, но скорее всего, второй, ибо с ним у него тяжёлые отношения были. Меня, видимо, по старой дружбе он выбросил за борт, приказав найти тебя, но я не обязан выполнять его приказы, он мне не капитан. Женщина, что была моим капитанам, умерла, а её хахаль не в праве мной командовать, поэтому я тут, чтобы предупредить. Беги отсюда, Вэриан, как можно скорее беги. Избавься от девчонки и беги. Дуэйн найдёт тебя, этого она и добивается, да, без его очень умной лошади это будет трудно сделать, но помяни моё слово, этот парень перероет каждую бочку и каждый ящик на этом острове, перебьёт кучу людей, если они откажут в помощи, и всё это, чтобы тебя найти.       На мгновение Аргонавт замолчал, вытаскивая из кармана штанов нож, удивительно похожий на тот, который ранее торчал в руке Вэриана.       — Ты задавался вопросом, как я нашёл тебя? Вот по этому. Кейтлин всю дорогу бросала ножи, по которым я и следовал. Кстати, очень вовремя я появился, она ведь уже собиралась тебя зарезать, но я выбил у неё нож, который сейчас находится вон там, — мужчина указал рукой, за которой Вэриан, проследовав взглядом, увидел дерево, в стволе которого был воткнут окровавленный нож.       Алхимик вновь посмотрел на своего собеседника, что слегка изменился в лице, и улыбнулся.       — В таком случае я действительно тебе верю, но я не забуду о том, как ты дурил меня на корабле. Надеюсь, это всё, что ты хотел мне сказать, потому что я не особо хочу с тобой иметь дело, аферист хренов. Я бы, как и Кейтлин, послал тебя к чёрту, но буду более вежливым и скажу просто auf Wiedersehen. И искренне надеюсь, что мы больше не встретимся.       Вэриан медленно удалялся по тропинке в парк, не желая оставаться в компании бывшего обидчика. Аргонавт долго смотрел ему вслед и, шумно выдохнув, произнёс:       — Что ж, удачи, алхимик, и я действительно надеюсь, что мы больше не встретимся.       Когда Вэриан всё-таки обернулся, то никого уже не было под каменной аркой, зато отчётливо был слышен хлопок двери, ведущей в таверну, навес которой ранее послужил алхимику защитой от дождя.       Вэриан усмехнулся и медленно побрёл по каменной дорожке. Он разглядывал яблони, заросшие кустарником из-за отсутствия должного ухода. Довольно жуткие, почерневшие в некоторых местах статуи девушек, что обвивали лозы одичавшего виноградника, смотрели на Вэриана пустым и холодным взглядом, почти таким же на него в ту ужасную ночь смотрела умирающая Леди Кейн.       От нахлынувших воспоминаний алхимик резко остановился, задумчиво всматриваясь в спину Кейтлин, мирно сидящей на перилах небольшой беседки. Услышав малюсенький факт из её биографии, Вэриан вдруг почувствовал себя ответственным за её дальнейшую жизнь. Да, она ему никто, но он единственный, кто сейчас рядом с ней, и, если вдруг она исчезнет, совесть ночами будет пожирать его душу.       Алхимик медленно подошёл к девчонке, облокотившись на одну из четырех деревянных колонн, удерживающих крышу.       — Знаешь, а твоё настоящее имя, если, конечно, оно действительно дано тебе при рождении, мне нравится куда больше, — Вэриан начал этот странный диалог с самой банальной фразы, боясь, что юная разбойница опять попытается удрать. Для начала Вэриану нужно было сделать лишь один шаг: получить её доверие, а остальное уже, как поплывёт. И к его большому удивлению, Кейтлин развернулась к нему и, пытаясь натянуть улыбку, ответила:       — Да, оно настоящее, и ты единственный человек, которому оно нравится.       — Чего так?       Девчонка шумно выдохнула, пожимая плечами.       — Сама не знаю. За последние три года у Кейн было много команд. И для всех новых членов я представала в образе милой, грубоватой девочки Кейтлин, которую всеми уважаемая Леди Кейн беспощадно украла… Она всеми силами пыталась стереть Жаннетт, которую она родила шесть лет назад. Для неё моё существование всегда было позорным пятном, возможно, Кейн с годами сама поверила в ту придуманную историю. Из посторонних правду знали лишь Череп и Аргонавт, они единственные члены экипажа, которые не заменялись.       Вэриан вздрогнул, когда столь суровый, правдивый рассказ подошёл к концу. Алхимик судорожно разминал пальцы, обдумывая свою дальнейшую речь. Ему о многом хотелось сказать и расспросить, но девчонка резко соскочила с перил.       — Наверное, из-за всего этого, я никогда не называла её мамой, мамочкой и прочими словами, которые ей омерзительны, оно и оправдано, ведь лестных слов в мой адрес от неё никогда не было. Да, папа рассказывал мне, как она улыбалась, когда впервые Череп дал ей меня подержать, но стоит ли верить тому, кто за всю свою жизнь научился лишь врать?       — Знаешь, а я верил своему отцу, но, как выяснилось, зря, он всегда мне врал, — подходя к девчонке, с грустью произнёс Вэриан.       Жаннетт посмотрела на него своими блестящими карими глазками и протянула свою маленькую ладошку.       — Может, ну их, этих отцов? Ответь мне на один вопрос, Вэриан. Что может быть лучше, чем тырить яблоки?       Вэриан хмыкнул и задумчиво посмотрел вверх, почёсывая подбородок.       — Тырить яблоки с кем-то? — ответил Вэриан, отчего они оба рассмеялись.       Вэриан аккуратно взял её за руку, всё ещё боясь её сломать, и они вместе направились по каменной дорожке в сторону яблонь. А звонкие голоса эхом разносились по пустому одичавшему парку.       — Знаешь, а у меня был енот, он страсть как любил воровать яблоки. Вы с ним очень похожи, поэтому я буду называть тебя Енотиком, если ты, конечно, не против.       — О, нет, я против.       — Но это же мило.       — Вэриан, я и милота — вещи несочетаемые.       — Зануда.       — Вот это уже больше подходит.