Помоги мне, если, конечно, я тебе это позволю

      Холод и дрожь охватили тело мальчика, что озирался по сторонам, пытаясь разглядеть во тьме хоть что-нибудь, что бы выдало его долгожданную собеседницу.       Неделю от неё не было вестей, и у Вэриана скопилось слишком много вопросов, на которые он хотел бы узнать ответы. И вот, наконец, знакомый мрак и холод окружают его.       Рука аккуратно легла на его плечо, но алхимик не вздрогнул от страха. Он с радостным визгом развернулся и обнял шокированную каменную деву, пусть она и была в облике длинноволосой принцессы.       — Боже, я так скучал по тебе! — пролепетал он, вытирая набегающие слёзы.       Холодная рука осторожно похлопала его по голове, пригладив выбившиеся чёрные пряди.       — А я-то как скучала… — скривив губы, ответила Вейра, отчего алхимик поднял голову вверх, смотря в её лицо блестящими небесно-голубыми глазами, покрасневшими из-за слёз.       — Ты, правда, скучала по мне? — удивленно произнёс он, но руки девушки отцепили Вэриана от талии и отодвинули его в сторону.       — Разумеется, нет. Я камень, тупица, камни не скучают, они вообще ничего не испытывают, им плевать! — обиженно отвернувшись, крикнула Вейра.       Вэриан прикоснулся рукой к шее, почёсывая её, и робко спросил, боясь отказа:       — Вейра, а чисто из любопытства… — он запнулся, когда она развернулась, но, увидев жёлтые заинтересованные глаза, продолжил. — Камни могут превращаться в людей?       Девушка, накрутив на палец длинный золотистый локон, опустила глаза вниз.       — Камней много, Вэриан. Я бы сказала, их слишком много. Некоторые попали на Землю с других планет и звёзд…       — Как ты? — перебив Вейру, уточнил алхимик.       Она одобрительно кивнула, скрещивая руки на груди, и вновь отвела взгляд в сторону.       — Верно, как я… Так вот о чём это я… Камней много, и все они разные… Цвет, размер, способности… Всё это, конечно, интересно, но не так важно, как агрессивность. Вот ты, наверное, думаешь, что я такая плохая, самая ужасная из камней, я держу твоего отца в плену, но так думаешь только ты… Если во вселенной существует рейтинг опасных камней, я буду в нём на последнем месте. Какой бы могущественной и непобедимой я ни казалась, моя сила — ничто по сравнению с теми тварями, что обитают во вселенной, и с одной, увы, тебе уже пришлось столкнуться.       — Об этом я и хотел поговорить… — очертив ногой полукруг, ответил Вэриан.       Вейра, взявшись длинными пальчиками за подол, приподняла ткань и плюхнулась на появившийся стул, больше всего похожий на трон из-за высокой спинки, образованной из чёрных камней. Закинув ногу на ногу, она наконец обратила внимание на Вэриана.       — Прости, тебе табуреточку не наколдую, а то отморозишь там всё и не порадуешь своего отца внуками.       Вэриан кашлянул, закатывая глаза.       — Что ж, я начну издалека. Камень, с которым ты столкнулся, на самом деле не единственный в своём роде, и опасны они по большей степени для других камней, нежели для людей. Харпины, так они называются, одни из древних видов камней. Они сожрали много других видов, забирая их энергию и магические способности. Как гласит история, они отправились на Землю ещё во время её зарождения, но из-за того, что Земля была пуста и поживиться камушками у них не получилось, а сил покинуть эту планету у большинства особей не осталось, они впали в спячку. До появления людей остались в живых лишь пять особей из тысячи прибывших. Эти пятеро сожрали всех своих сородичей, но отправной точкой стало то, что из-за страха исчезнуть они смогли принять человеческий облик. Да, они остаются камнями, холодными и бесчувственными, но человеческий облик помогает им питаться. Конечно, это не энергия камней, человеческая энергия слабее, но хоть какая-то еда в добавок к человеческой пищи. Один такой камушек был и в Короне, это были самые паршивые сто восемнадцать лет в моей жизни, ведь ты не сможешь убежать, если это седоволосая тварь найдёт тебя и будет паразитировать, с каждым днём высасывая из тебя силы, благо, его уничтожили — прямо глоток свежего воздуха для меня. Кстати, я надеюсь, ты понимаешь, почему я не приходила к тебе во снах. Я знаю, где примерно обитаю эти твари, и поверь, Вэриан, если бы она учуяла, что ты контактировал со мной, она убила бы и тебя, и меня, а так я отправила её по ложному пути… Пока до этой старой клячи дойдёт, что не девчонка имеет дело с камнем, ты уже покинешь этот остров, — кладя руку на сердце, она закончила свой рассказ.       От услышанного Вэриан схватился за голову, сжимая местами спутанные чёрные волосы. Всё, что он только что узнал, отчасти было ответом на тревожащие его вопросы, но из-за рассказа вопросов появилось ещё больше.       — Тебя ещё что-то тревожит? — приподняв бровь, с интересом спросила Вейра.       Вэриан развернулся, сверля свою собеседницу гневным взглядом.       — Спасибо, конечно, за заботу, но скажи мне, Вей, каковы гарантии, что это существо в гневе не убьёт маленькую девочку?       — О Вэриан, а никаких гарантий нет… Камни непредсказуемы… Кстати, коль ты назвал меня Вейрой, будь добр называть меня так. Я тебе не Вей и не Вейрочка, — она вздрогнула и сплюнула на пол, — это очень мерзко звучит.       — Хорошо, хорошо, Вейра, значит, Вейра… Ты можешь ответить ещё на один вопросик? — соединив указательные пальцы и подперев ими подбородок, спросил Вэриан, искренне надеясь на одобрительный кивок.       Девушка, подперев голову рукой, поставленной на подлокотник, крутила несколько прядей в свободной руке.       — Что ж, задавай, но это последний вопрос на сегодня, так что надеюсь, ты выберешь самый важный.       — Как узнать, что человек на самом деле камень?       Локоны выпали из бледной руки, присоединяясь к остальной массе. Вейра резко встала со своего трона, что с противным скрипом исчез, словно врос обратно в пол, и подошла к Вэриану, положив руку на его плечо.       — Очень просто: их глаза серые, кожа холодная, и они постоянно всё нюхают, — Вейра похлопала его по плечу и отошла, собираясь исчезнуть, но неожиданно обернулась. — Ах, да, они всегда в облике пожилых женщин или мужчин — для молодых сил не хватает.       Вэриан уже собирался крикнуть своё излюбленное «спасибо», но Вейра исчезла, оставляя его одного в темноте, однако пробуждение пришло слишком внезапно. Чьи-то холодные руки хлопали его по щеке.