Дом Разбитого Солнца

Он покинул полыхающее поместье (загорелся обрушенный призванными мертвецами склад топлива) на позаимствованном из аварийного ангара челноке – остальной транспорт был либо слишком повреждён, либо украден; к удовольствию фелиноида, некоторым все же удалось сбежать из поместья. Держась возле земли (воздух наверняка уже был закрыт), Крогнорр направлялся к месту тайной стоянки «Мосгота», уповая Силу, чтобы к тому не добрались ни мятежники, ни верные ситхам войска. Ему надоели интриги, надоела политика и все с ней связанное – не зря же одним из немногих запретов, которым подчинялись Тени, был запрет на вмешательство в политику. Он сбежит с Зонджу, и отправиться прямиком к учителю на Вэйланд – наверняка там он сможет обрести душевный покой, и понять, все ещё ли он истинный Тень. Перелёт прошёл без происшествий – следуя скорее инстинктам, чем подсказкам Силы, тогориец добрался к «Мосготу». Хозяин застал свой корабль целым и невредимым – просторная пещера возле самого дна каньона была надёжным убежищем. Крогнорр полез в карман за «дистанционкой», и выудив прибор, пробудил к жизни безмолвный грузовик. С тихим гудением и шипением гидравлики открылась рампа. Крогнорр бросил последний взгляд на челнок, и сделал первый шаг к своему летающему дому… но очередное воспоминание приковало его к месту. … Когда он впервые посетил Тайтон, учитель прочем ему лекцию о дже'дайи – ордену, чьи традиции и взгляды легли в основу Ордена Теней, их с учителем ордена. И Крогнорр удивился, когда Бенедикт Грей сравнил Силу в понимании дже'дайи с маятником. Но после разговора с учителем все стало ясно – как естественно для маятника состояние покоя, так и естественно для Силы стремится к балансу. Лишь познав равновесие, можно познать и настоящую волю Силы. Ошибка джедаев, как и ситхов, состоит в том, что они под равновесием понимают крайние точки колебаний – когда маятник, застыв на мгновение, продолжает двигаться, но в обратную сторону. Само собой, их восприятие воли Силы искажается. Но не стоит и забывать о том, что заставляет маятник двигаться, а Силу колебаться. В первом случает это физика, во втором – воля тех, кто порождён Силой. Как маятник не может отречься от законов физики, так и Сила, при всей своей изменчивой бесконечности не может уйти от парадокса. И в этом состоит задача Теней– познать истинное равновесие Силы, и познать, сквозь призму её воли, свою собственную судьбу, выполнить то, что предначертано. Лишь тогда, выполняя обе задачи, можно стать проводником воли Силы Неделимой… …Воспоминание заставило уже самого ставшим мастером Крогнорра задуматься. Возможно, он безнадежно провалил все попытки обрести баланс… но, возможно, еще не провалился в попытках следовать судьбе. Буря в Силе не стихала – её источником явно не был ни марионетка Хайен, ни кукловод Некори. Возможно, с самого начала и Крогнорр, и Вициус ошиблись. «Возможно, – мысленно сказал себе серый, «Вициус тоже об этом подумал. А это значит…» А это значит, что роль Тени в этой трагикомедии ещё не подошла к концу. Дом Разбитого Солнца – не финальная партия, а лишь прелюдия к финальному акту. Вициус – вот кто ключевая фигура всего представления, тот, у кого должны быть ответы на все вопросы. Следовательно, Вэйланд и учитель пока подождут!

***

Полевой командир Локейн ликовал – именно его отряду (и самое главное лично ему, Локейну) удалось прижать ситхского губернатора. И плевать, что в другой ситуации потери были бы несоизмеримы (шутка ли, из двух сотен бойцов уцелело лишь восемьдесят, а из четырёх ховертанков два уничтожены, а один тяжело повреждён) – к ситху уже направились переговорщики, подписывать капитуляцию. Локейн уже ощущал на груди награду (а на счету в республиканском банке – солидную прибавку). – С-сэр? – командир услышал голос радиста. – Что? – недовольный, что его оторвали от сладостных дум, отозвался Локейн. – На радарах кто-то приближается к нам, – ответил радист, сухопарый дурос. – Если приборы не врут – челнок. – Чей? – у Локейна внутри нехорошо зазудело. – Поймали сигнатуру, – доложил радист, вслушавшись в бормотание наушника. – Этот челнок принадлежит Дарту Хайену. Локейн вздохнул с облегчением: – Наверняка наши. Отряд Гартарина доложил, что Дом Разбитого Солнца горит – скорее всего, восстали рабы. А затем подошли и наши. – Сэр, челнок не отвечает на попытки связи, – голос радиста звучал встревожено, а большие глаза бегали. – И… он не сбавляет скорость. Судя по траектории – летит прямо на наши позиции! – Сбить, – коротко отрубил Локейн. Радист кивнул и передал приказ. Однако все оказалось не так просто – тот, кто сидел за штурвалом челнока, обладал немалым опытом, и от десятка самонаводящихся ракет ушел сложным манёвром – гражданский вариант флотской «Тау», все-таки. Не помогли даже пушки ховертанков – челнок миновал и эту преграду, угрожая врезаться в пост мятежников возле ворот усадьбы… … Крогнорр наблюдал взрыв с задней стороны пологой крыши резиденции губернатора – начинённый найденной в трюме «Мосгота» взрывчаткой челнок сработал как отличный брандер. Ну и, само собой, отлично отвлёк повстанцев, позволяя тогорийцу проникнуть на территорию поместья. Защитив уши Силой, Клыкач переждал минуту, пока к месту взрыва подтянутся уцелевшие мятежники и спрятав пульт «дистанционки» в карман, шмыгнул через широкое окно на верхний этаж. Там царила небольшая суматоха – несколько солдат мятежников (очевидно, караул переговорщиков) переругивались возле кабинета Вициуса: они не знали, как поступить – выбираться наружу или же оставаться на посту. Тогориец быстро решил их проблему – прежде чем солдаты успели отреагировать, он при помощи светового меча разделался с ними. Затем, погасив, но не спрятав меч, вошёл в кабинет. Там Тень наблюдал следующую картину – переговорщики и их охрана лежали замертво напротив стола, за которым пожилой эчани, чуть более бледный, чем обычно, потирал запястья. Увидев Крогнорра, Вициус улыбнулся и раздались аплодисменты – ситх не спеша хлопал со словами: – Эффектное появление, дружище! Несомненно, это результат вашей любви к… ааарх… хрр… Крогнорр не дал ему договорить – вскинув руку, он сжал горло старика тисками Силы и выдернул из-за стола. – Ты врал мне! – прошипел Крогнорр. – Ты манипулировал мной! Он не усиливал, но и не ослаблял хватку. В ответ эчани лишь беспомощно хрипел, пытаясь сквозь Силу дотянуться к Тени. Однако все потоки Темной стороны, направленные на Крогнорра, поглощало Сердце Грауша. Лишь когда бледное лицо ситха начало синеть, Клыкач разжал пальцы. Вициус рухнул в кресло и тяжело откинулся на спинку, хрипло кашляя и отдуваясь. – Однако Сила подсказывает мне, что это ещё не конец, – процедил Крогнорр, глядя на беспомощно выглядящего губернатора. – И ты ещё не полностью сыграл свою роль в этом фарсе. – Недостаток… ума… – выдавил из себя старик между очередными судорожными вдохами, – порождает… неправильные выводы… Крогнорр лишь раздражённо взмякнул и махнул рукой: – Не езди мне по ушам, старик, я устал от твоего тявканья! Лучше ты послушай меня! – он отодвинул кресло, и уселся в него – прямо напротив Вициуса, чье лицо выражало смесь злобы, беспомощности и гнева. – И интрига, и этот мятеж – не дело рук Дарта Хайена. Он – вообще марионетка… – Марионетка … Некори, его якобы управляющего и агента заговора, желающего вернуть на трон Фелов, – тихо прервал его Вициус. Услышав это, Тень вскочил, и ударил ладонью по столу – по пластиловой столешнице пошли трещины. – Ты знал! – взревел Крогнорр. – Ты, ситхская мразь, с самого начала все знал! – Повторюсь, – Вициус уже оправился, и никак не отреагировал на вспышку гнева фелиноида, – недостаток ума – ну и информации – порождает неправильное восприятие, и, как результат, заставляет делать неправильные выводы. Кажется, именно правильное восприятие Тени ставят во главе доктрины? – Философский бред тебе не поможет, – Крогнорр тоже совладал с эмоциями, и теперь презрительно кривился. – Если ты пришёл за моей жизнью, то прошу, избавь меня и от своего бреда, – бесстрастный голос Вициуса едва не заставил тогорийца вот прямо сейчас размозжить голову треклятому старикану. На несколько мгновений воцарилась тишина. Тень украдкой взглянул в окно – если мятежники и узнали, что в переговоры вмешалась третья сторона, то пока не принимали никаких действий. – Я не собираюсь тебя убивать, – сказал он, стараясь не глядеть на Вициуса. – Сила подсказывает мне, что я не должен этого делать… по крайней мере пока. – Однако даже ограниченный разум может быть просветлён, если его озаряет свет Силы, – на тонких губах ситха заиграла улыбка. – Я расскажу тебе все… но сейчас у нас есть дела поважнее! – он привстал, и выглянул в окно. – Кажется, идут по наши души! Проследив за взглядом старика, Крогнорр заметил, что от разрушенного поста к дому приближается отряд мятежников. – Не согласитесь составить мне компанию в небольшом развлечении, рыцарь Крогнорр? – к ситху вернулась прежняя самоуверенность и манеры. – С удовольствием, – парировал тот, сам крепче сжимая ребристую рукоять.

***

Того, что дуэт тогориец-эчани нанесут удар первыми, мятежники не ожидали. Первые, кто осмелился подойти к дверям кабинета, были раскиданы мощным импульсом Силы. Остальные, не дожидаясь появления ситха и Тени, вскинули винтовки и едва заметив движение, устроили настоящее огненное шоу – гул бластеров слился в единый звук, а глаза едва не ослепли от почти постоянных вспышек. – Что будем делать, Вициус? – Крогнорр заставил свой голос звучать прямо в ушах ситха. – У меня есть идея, но ты должен будешь меня прикрывать! – Вициус поступил так же. – Слушай сюда!.. … Когда из кабинета пулей вылетела гигантская фигура, мятежники сосредоточили свой огонь на ней. Однако загорелись и тут же завертелись оранжевые клинки, превратившись в непробиваемый щит. Прежде, чем стрелки смогли хоть что-нибудь предпринять, из-за спины тогорийца показалась тощая фигура эчани с поднятыми руками – а мгновение спустя стрельба затихла: облако холода, сорвавшись с рук губернатора, превратило весь отряд в ледяные статуи. Крогнорр опустил меч. От его тела шёл пар. Бросив быстрый взгляд на замороженных стрелков, он презрительно фыркнул: – Неспортивно. – Зато эффективно, – парировал Вициус. – А что бы… – Ложись! – следуя ощущению опасности, рявкнул фелиноид, и заставил ледяные фигуры сдетонировать – как тогда, на полигоне. Ситх успел юркнуть за угол, вслед ему влетел Клыкач. Взрыв льда уничтожил часть стрелков, которые уцелели после предыдущей атаки, заодно разнеся в клочья широкие, на всю стену окна коридора, выходящие на фасад резиденции. – А вот и выход! – Вициус мотнул головой на разбитое окно, затем сиганул в него. Незадачливому охотнику за головами не оставалось ничего кроме как повторить манёвр. Пробежку по саду Крогнорр не запомнил – он мчался огромными скачками, стараясь побыстрее преодолеть опасное пространство. А находясь уже возле импровизированных баррикад, взмыл в воздух и обрушился на противников ударной волной. И только добив силящихся встать мятежников он вспомнил про Вициуса. Ситх не терял времени – оказавшись рядом с баррикадами ещё быстрее, чем Крогнорр, он просто перемахнул их и со всей прыти понёсся к командному спидеру, откуда резво выскочили трое бойцов. У этих уже оказались неплохая броня и атомарники – наверняка нанятые Некори наёмники. Добив последнего стрелка, Крогнорр ухмыльнулся, решив не вмешиваться – ему так и не довелось поспарринговать со своим «учителем». Вициус, увидев нового врага, застыл. Наёмники не спешили атаковать, зная, чем может закончится опрометчивое нападение. Владыка тем временем не спеша вынул меч (от вида которого фелиноид скривился – безвкусное, кричаще роскошное нагромождение электрума и украшений, игрушка, а не оружие), зажёг алый клинок и отсалютовав наёмникам, встал в стойку. Те приняли это, как призыв к действию – быстро рассредоточившись, начали наступать с трёх сторон. Первым ожидаемо напал наёмник сзади – на втором шаге к ситху, с полуоборота. Вициус заблокировал удар и молниеносно взвился в воздух – в атаку пошли двое оставшихся. Их удары пришлись в пустое пространство… а тем временем эчани оказался за спиной первого нападающего и с улыбкой снёс тому голову. Отбросив труп Силой, ситх снова отсалютовал и принял стойку. На этот раз наёмники решили играть грязно – ближний из них вскинул руку, и из вмонтированного в наруч дротикомета в Вициуса полетела серия зарядов, наверняка отравленных. Не успел он от них уклониться, как второй наёмник встретил его потоком огня из наручного огнемёта. Последующее заставило тогорийца удивлённо вскинуть брови – огонь, едва прикоснувшись к эчани, мгновенно погас, а наёмник-огнемётчик рухнул оземь. Приглядевшись, Крогнорр ухмыльнулся – Вициус поглотил огонь, а избыток энергии пустил на испитие жизни. Ситх и последний наёмник остались вдвоём. Тот, очевидно, учёл ошибки товарищей, и сделал несколько шагов назад, вертя атомарником. Вициус по дуге, обманчиво медленно, приближался к нему. Внезапно наемник дернулся в сторону, словно убегая. Не заметив подвоха (или сделав вид, что клюнул на приманку), старик рванул за ним. Наёмник мгновенно сменил траекторию и выставив атомарник, бросился в атаку… однако алый клинок с ужасной рукоятью пронзил его шлем в районе рта, остановив атомарник буквально в нескольких миллиметрах от груди эчани. Крогнорр похлопал Вициусу. – Вижу, старый банта борозду не испортит! – тогориец с улыбкой прокомментировал увиденное. – Давно я не видел в действии чистый Макаши. Тебе бы больше подошло не это убожество, – он кивнул в сторону меча, – а хорошая световая рапира. Тот не ответил – он сузил глаза, глядя куда-то за спину фелиноида. Спустя мгновение сквозь Силу пришло предупреждение, и Крогнорр взмыл в воздух – секундой позже на место, где он стоял, обрушился заряд плазмы, выпущенный из пушки уцелевшего ховертанка. Клыкача задело взрывной волной, и вместо изящного приземления он, кувыркнувшись, неуклюже рухнул на землю. Резануло спину, в глазах потемнело, а в ушах раздался звон – вперемешку с призывным гулом Сердца. – Без тебя обойдусь, – буркнул Крогнорр и вскочил на ноги. Тем временем ховертанк выстрелил ещё раз – но целился он не в Крогнорра или Вициуса: заряд попал в командную машину. От очередного взрыва Крогнорр защитился щитом, который едва-едва выдержал ударную волну. Сквозь пыль и мушки в глазах тогориец заметил старого эчани – тот, невредимый, находился на безопасном расстоянии, и стоял, скрестив руки. Клыкач хмыкнул – вот же зараза!.. Хотел того Крогнорр или нет, но с танком нужно было разобраться. На долю секунды прикрыв глаза, он вспомнил Вжун, и подобные антиграв-танки гоунов. А также вспомнил, каким способом Алекс Райнер расправился с одной из таких машин. Наверняка пилот танка принял Крогнорра за сумасшедшего – с одним только зажжённым световым мечом идти на пятнадцатитонную бронированную боевую машину! Что же, пусть будет так – тогорийцу небольшое смятение было на руку. Он сфокусировал на верхнем клинке Силу, и пользуясь им как направляющей, взмахнул мечом снизу вверх, целясь в определенную точку ховертанка. Результат оправдал усилия – танк резко дёрнулся носом вверх, и застыл в одном положении. Однако репульсоры сделали своё дело – пилот не успел переключить генераторы на реверс, и танк перевернулся, сотрясая землю. Бросок меча вывел из строя репульсоры, заставив танк взорваться. Крогнорр решил больше не рисковать, и расширил сферу восприятия в поисках уцелевших бойцов. К радости фелиноида, таковых рядом не оказалось, и он смог спокойно вздохнуть, вернув меч на пояс. – Надеюсь, у тебя есть идеи, на чем мы будем отсюда выбираться? – сказал Крогнорр, подойдя к владыке-ситу. – Мой «Мосгот» далековато. – Полагаю, то, на чем ты сюда прибыл, и сработало в качестве отвлечения внимания? – сказал Вициус, бросая тревожный взгляд на покрытое облаками небо. – У нас мало времени – точнее, у меня – поэтому слушай. Я знаю о заговоре потому… – ситх на мгновение запнулся, опустив глаза, но подняв их, твёрдо произнёс: – … потому что я сам к нему причастен. Тогориец отшатнулся – а мгновение спустя прижал уши к голове и оскалился. Но прежде чем он открыл рот, Вициус продолжил: – Выслушай меня до конца, и тогда ты все поймёшь. Потомку Руггера Фела было отказано в троне из-за «нечистоты» крови. Руггер Фел не был официально женат, но ближе к концу жизни он влюбился в девушку. Девушку из народа эчани, которая и родила ему сына. Он был наполовину эчани – а моффы не желали подчиняться нечеловеку. Этот наполовину эчани, наполовину Фел был моим отцом. Вот теперь Крогнорр удивился по-настоящему. И как ему показалось, начал понимать. А Вициус (или не совсем) продолжал: – Когда начались гонения на монархистов, я и мои родные спрятались в секторе Тапани. Незадолго до вторжения Ц'Гоу мой отец принял решение – единственные, кто мог помочь ему вернуть престол, были ситхи. Договорённость почти была достигнута, но появился Дарт Тибурон – Владыка Ужаса, который на пороге войны и узурпировал престол. Нам снова пришлось прятаться. Мой отец, не выдержав потрясения, умер, и генерал-магистр имперских рыцарей взял на себя руководство. Мы внедрились в государство ситхов Тибурона, выслуживаясь и постепенно занимая важные посты. Увы, но не все с этим согласились, и начали искать союза с гоунами. Но сейчас мы снова в глубоком подполье. Крогнорр молча слушал старика, не веря своим ушам. Да, он сам, как и многие другие бойцы, относились к монархистам с презрением – ещё бы, лизать задницы гоунам ради пусть и благородной цели!.. Но о том, что это далеко не последние фел'фидели, Клыкач и не представлял. А Вициус-Невициус тем временем все говорил и говорил: – Когда настанет благоприятный момент, мы должны были начать переворот и вернуть себе законные позиции. И, если ты спросишь, я не должен был занимать престол – слишком стар, слишком… ситх. Эчани вздохнул: – Престол должен достаться моим детям – они и есть настоящие наследники: для большинства фел'фидели я всего лишь сочувствующий заговору ситх. Само собой, Некори тоже не знал о моем истинном происхождении. К сожалению, этот фанатик оказался слишком влиятелен и нетерпелив, и практически погубил нас. Твоей задачей было уничтожить его до того, как он запустит мятеж – но увы, я переоценил твои возможности… Крогнорр тяжело вздохнул – чёртова политика!.. – Ты мне одного моего знакомого напоминаешь, – заметил Клыкач. – Если бы он тоже рассказал мне все с самого начала, ситуация была бы намного проще. Вициус покачал головой: – Ты – союзник ситхов. Ты на короткой ноге с одним из высокопоставленных владык, тебе благоволит сам Дарт Тибурон. Если бы я все рассказал тебе, как есть – ты бы первым донёс на меня. Крогнорр не ответил – лишь неопределённо хмыкнул, заложив большие пальцы за пояс. – Потому что вы – угроза покою и миру, – сказал он, глядя себе под ноги. – Ситхи обязательно будут сопротивляться – и начнётся очередная война. Галактика едва-едва оправилась после вторжения гоунов, а ты со своими товарищами собираешься ввергнуть её в очередной хаос. Вициус презрительно скривился: – Как же ты все-таки наивен, Тень Неделимой Силы!.. Ты и в самом деле думаешь, что ситхи и Республика способны мирно сосуществовать? Политика «ситхов с человеческим лицом» – очковтирательство! Она бы в любом случае закончилась быстро, этот мятеж лишь ускорит неминуемое! А затем… Затем Тибурон пойдёт на Республику – он хочет всю галактику. Но если к власти вернётся законная династия – а она обязательно вернётся! – вероятность мира малой кровью возрастает! Возможно, мои потомки вместе с Республикой смогут возродить Триумвират! – Ты-то хоть сам себя слышишь? – Крогнорр, хоть и подсознательно понимал правоту эчани, не желал сдаваться. – Одни «если» и «возможно»! Да ты сам слуга Темной стороны! Где гарантии, что твои потомки не объявят себя такими же, и вместо Тибурона к власти придёт очередной Дарт Вициус? Который продолжит традицию Роана Фела и снова продаст свою задницу ситхам? Худой мир лучше доброй войны, приятель. И я сделаю все возможное для его сохранения. Вициус не ответил. Он втянул голову в плечи и сгорбился. А когда поднял глаза к тогорийцу, то заметил, что в них не осталось и тени желтизны – они стали обычного, выцветше-голубого цвета пожилого человека. – В венах Фелов течёт и кровь Скайуокеров, – голос эчани стал хриплым и дребезжащим. – От них мы унаследовали связь с Единой Силой. Мне было послано видение, Тень – я видел, как мой потомок восходит на престол. И я видел рядом с ним тебя, рыцарь Крогнорр. Ты стоял с ним плечом к плечу. И он благодарил тебя. Вы, Тени, как никто фаталисты, и верите в предзнаменования – что ты на это скажешь? Крогнорр шумно выдохнул через нос, и прикрыл глаза. Он даже не посмел заглядывать в Силу – впервые в жизни он сознательно боялся это делать. – Меня учили, что просто так свои помыслы Сила не открывает никому, – разум Крогнорра из последних сил цеплялся за знакомые догмы. – Возможно, ты видел будущее. Возможно, ты видел один из его вариантов. Возможно, этого не случится никогда. Когда Крогнорр открыл глаза, то заметил, что Вициус-Фел выпрямился, и смотрит куда-то вверх. Проследив за его взглядом, тогориец нервно сглотнул – из-под облаков выныривал знакомый треугольный силуэт. Последний из находящихся в строю звёздных разрушителей класса «Имперский-II» – «Месть Ситхов», корабль Алекса Райнера. – Как бы то ни было, сейчас это не важно, – в голосе старика звучало облегчение. – Важно то, что моё предзнаменование завершается здесь. Ты должен меня убить, Крогнорр! Фелиноид выпучил глаза: – С какой стати? – Если я попаду в руки дознавателей Тибурона, то сам того не желая выдам ситхам все о фел'фидели, – эчани вынул свой аляповатый меч. – И тогда дело всей моей жизни пойдёт прахом. Крогнорр фыркнул: – Тебя ведь не подозревают! – Подозревают, – произнёс старик. – Немало ситхов в системе следят за мной и доносят Ямму и Разору. Моя связь с этим демаршем рано или поздно вскроется – и тогда всему конец. Я не могу этого допустить! Он выпрямился, твёрдо уверенный в своей правоте. Клыкач почувствовал, как шерсть на загривке встаёт дыбом. – Нет, – мотнул головой фелиноид. – Я не буду этого делать. Ты не добыча и не угроза! Эчани мягко улыбнулся – и от этой, по-настоящему отеческой улыбки, у Крогнорра внутри похолодело. – Я чувствую твою боль, тогориец, – сказал он. – Ты убиваешь, и возможно получаешь от этого удовольствие – но внутри тебе это противно. Тебе это надоело. И, раздери меня звезды, я тебя понимаю. Но увы, у тебя впереди ещё немало битв – не откажи в этом такой простой услуге старику, спаси его от мук! – Это не спасение, – Крогнорр покачал головой. – Тебе не обязательно умирать, есть другой выход! Беги, уходи отсюда! – вскричал тогориец. – Я возьму огонь на себя! Старик снова улыбнулся и мягко покачал головой: – Нет. Моя последняя пристань – здесь. Ты должен жить – чтобы выполнить своё предназначение! От этих слов у рыцаря закипела кровь. – Нет никакого предназначения! – взревел Крогнорр. – Нет и не было! Оно существует только тут! – он яростно постучал пальцем по виску. – Все остальное – ложь и домыслы! Он сглотнул очередной ком в горле и уже спокойнее продолжил: – Я видел, кем мне предстояло стать. И поверь мне, та тварь – последнее, чтобы ты хотел видеть возле своего потомка. Я не смогу вечно сдерживать Сердце! – Сможешь, – в голосе Вициуса звенела стальная уверенность. – Ты подчинил его себе, превратил паразита в симбиота – а значит, ты теперь имеешь над ним власть, а не оно над тобой! Отбрось сомнения – и тогда ты станешь тем, кем должен стать! Крогнорр замотал головой, отрицая свои собственные мысли, сказанные эчани. – Ложь, – шептал он, – ложь, ложь и ещё раз ложь! Ты столько раз меня обманывал, Вициус или как там тебя! С какой стати я должен верить тебе сейчас? Тот вздохнул: – Поверь, я не меньше твоего сожалею о содеянном. Узнай я тебя лучше, я бы избрал другой путь – то, что натворила моя ложь, ударило по мне же со всей силы. И только теперь я понимаю все это. В этом твоя заслуга – как моя в том, что ты обуздал Сердце Грауша. Я сбросил маску – сбрось и ты свою… – Ты не заставишь меня, – Крогнорр совладал с эмоциями, и голос его зазвучал твёрдо. – Я не хочу и не буду причиной твоей смерти! Вициус улыбнулся – в очередной раз – и активировал клинок.