Сестра
5 декабря 2018 г., 02:55
— Только попробуй!
Хелена выпрямилась, скрестила руки на груди, возмущенно глядя на волшебную палочку. Во всей стройной фигуре девушки чувствовалось напряжение. Гермиона вздохнула. Она знала, что будет трудно. С Хэл всегда было трудно. У младшей сестры упрямства хватит за них двоих, к сожалению, хватит у нее и безрассудности. Порой Гермиона радовалась, что у сестренки не оказалось магических способностей. Хэл бы точно вляпалась в самую гущу событий только затем, чтобы доказать: Грейнджеры — ничего не боятся.
— Ну, — Хелена внимательно смотрела в карие глаза сестры. — Долго будешь молчать?
Ее волосы снова растрепались. Опять занималась с боксерской грушей. Дыхание сбилось. Значит, определенно занималась, оттачивала удар. Разрумянившееся лицо Хелены вспотело, пара каштановых прядей прилипла ко лбу. Каждая девушка должна уметь себя защитить. Гермиона усмехнулась. Так любила говорить сестра. Жаль только, что против Пожирателей веселая боевая Хэл совершенно беззащитна.
— Я просто хочу как лучше, — ответила гриффиндорка, понимая, что оправдывается. — Ты не знаешь, не можешь знать… В стране сейчас опасно. Я очень люблю тебя и наших родителей, и очень боюсь вас потерять. А в Австралии вам будет безопаснее.
— А мое мнение спросить ты, конечно же, забыла? — желчно осведомилась Хэл. — Ну, конечно, мы же маглы. Зачем нас спрашивать? Наверное, для волшебников мы даже не люди. Хотя, как по мне, вы только палочкой махать умеете. Ты, наверное, даже стыдишься меня с родителями в этой своей школе.
— Глупости! — возмущенно воскликнула девушка. — Я просто хочу вас защитить.
Некоторое время сестры молчали, словно заново рассматривая друг друга. Такие похожие и разные одновременно. Обе кудрявые, вечно растрепанные. Две отличницы каждая в своей школе. Вот только Хэл более упрямая, эмоциональная и самостоятельная. На сколько только может быть самостоятельной пятнадцатилетняя девчонка, лишенная магии.
— Присядем? — предложила младшая сестра.
Они сели на старый диван, за клетчатую спинку которого было засунуто несколько фантиков из-под конфет, которые хозяйка комнаты, как всегда, забыла убрать. Забыла она также убрать книгу — роман Гюго «Собор Парижской Богоматери». Книга лежала на небольшом столике у подлокотника дивана. На диване лежали подушка, плед. А на полу стояла грязная чашка из-под какао. Гриффиндорка усмехнулась. Сестренка никогда не страдала особой аккуратностью.
— Как у вас там? Совсем паршиво? Безносый лютует?
— Еще как, — вздохнула Гермиона.
Ей пришлось отложить в сторону палочку. Слишком уж выразителен был взгляд сестры. Уж чего-чего, а волшебства, направленного против нее, пусть даже если бы оно оказалось ей во благо, Хелена бы не простила. Слишком ценила свою свободу и независимость.
— Но ты же всех победишь? Правда? — карие глаза встревоженно смотрели на Гермиону, желая одновременно навсегда сохранить в памяти образ родного лица. — У Вас есть Гарри, он крутой. Ты сама говорила.
Гермиона промолчала, не в силах сказать правду. Уж она-то не была так уверена в легкой победе. Но вот только как сказать, как выразить сомнения, когда в тебя так верят. Да и тревожить понапрасну сестру тоже не хочется. Ей повезло не знать войны, не знать, как это страшно оказаться со смертью лицом к лицу. Она совсем ребенок. Так пусть беззаботное детство продлится хотя бы у нее.
— Значит, в Австралию? — кивнула Хэл. — Ты стираешь родителям память, мы улетаем.
Она вдруг умолкла, стиснула зубы, сжала кулаки, не желая заплакать. Уж чего-чего, а лить слезы ей никогда не нравилось. Разве глупая вода из глаз может как-то помочь? К тому же, быть слабой противно. Пусть даже твою слабость видят только близкие люди. Несколько смутившись, Хелена прижала к себе старшую сестру, причем с такой силой, что та даже поморщилась от боли.
— Пообещай, что ты вернешься, — взволнованно прошептала девушка. — Ты же вернешься?
— Обязательно, — ответила Гермиона, решив любой ценой исполнить обещание.
