Забытое

Место встречи, обычно, указывает на судьбу будущих отношений. Как если, например, вы познакомились в саду во время цветения сакуры, ваша любовь обещает быть романтичной и полной прекрасный моментов, ведь только мечтатели решились бы потрать свободное время на прогулку. Если же встреча произошла на поле для тренировок, не исключено, что вы привыкли добиваться своего всеми силами, а значит будущие отношения будут крепкими, и партнеры станут лучшими сокомандниками. Но что, если впервые вы увиделись на кладбище? Сомневаюсь, что такое происходит с счастливыми людьми… Обычно, в таких местах встречаются только побитые жизнью одиночки, которым настолько не повезло, что сейчас все, кого они любили, погибли… Если подумать, мир отчасти с самого начала намекал Какаши, что всё будет похоронено, засыпано черной землёй. Трудно сказать, кому было хуже в этот день. Двенадцатилетнему Ируке, который недавно потерял родителей, и пришел, чтобы в очередной раз показать свою слабость напротив могильного камня. Или Какаши, который лишился всей команды, включая сэнсэя, и сейчас прячет свои чувства под маской бойца АНБУ. Одно можно сказать точно, это явно не походило на то, что хоть у одного из них в сердце горела надежда на светлое будущее. Обычно, Какаши приходил к Рин и Обито, когда на кладбище никого не было. Дело в том, что с формой АНБУ Хатаке не расставался уже долгие месяцы, на это просто не было времени. А если кто-нибудь из посетителей, не дай бог, проследит его маршрут от могилы к могиле, то личность под маской раскроют в два счета. Даже неопытный генин справится с этой задачей. Поэтому на кладбище Какаши появлялся в основном ночью. Хатаке с аккуратностью ниндзя примкнул спиной к одному из деревьев недалеко от входа. Сначала нужно разведать обстановку. Хоть ночью люди встречаются крайне редко, но всё же такие случаи уже бывали. А для члена АНБУ осторожность превыше всего. Какаши замер и стал внимательно вслушиваться в тишину. За первые две минуты он не уловил ни единого доказательства чьего-то присутствия. Но стоило Хатаке сделать шаг в нужном направление, как он услышал тихий всхлип. Звук доносился из теневой части кладбища. В любой другой день, ниндзя просто покинул бы местность и перенес визит на другую дату. Но именно сегодня, почему-то, стало до жути интересно, кто решил провести ночь в таком неприятном месте. Какаши проверил, насколько надежно маска закреплена на лице, и уже через несколько секунд был прямо у источника звука. Им оказался невзрослый парнишка. По структуре тела он был несколько младше самого Хатаке. Мальчик сидел на коленях перед могильным камнем, на котором было высечено два имени. Ладошками закрывая лицо, он тихо плакал. Догадаться, что мертвецами были его родители, не сложно. Война Шиноби оставила многих детей Конохи сиротами. Вот только Какаши еще не разу не видел их на кладбище в такое время. Это наблюдение давало понять, что что-то в истории этого мальчика всё не так просто. Около пятнадцати минут Хатаке сидел на ветвях соседнего дерева и тихо наблюдал, пытаясь понять, кто был предметом его интереса. В конце концов мальчик таки поднял голову, и в темноте Какаши разглядел до неузнаваемости искаженные черты лица. Перед ним сидел ни кто иной, как вечно улыбающийся студент академии и любимчик Хокаге, Умино Ирука. Если честно, Какаши и подумать не мог, что на той войне погибли и его родители. Настолько много Ирука смеялся и дарил света и тепла, что от туч в его душе не видно было и следа. Поэтому сейчас узнать его было почти невозможно. Ируке только двенадцать, он еще даже не генин. Как он умудряется держать горе потери далеко в себе и не сходить с ума? Какаши невесомо спрыгнул с ветки и стал прямо у парня за спиной. Немного помедлив, он всё-таки положил руку Ируке на плечо. Этот простой жест и стал началом их тяжелой истории. А ведь ниндзя мог просто скрыться, лишь в мыслях посочувствовав Ируке. Или уйти еще раньше, как только понял, что сегодня на кладбище он не один. Но сердце почему-то советовало поступить именно так. Возможно, случись всё иначе, они так никогда и не заговорили бы, и никто бы из них не жалел об этом. Но получилось, как получилось. И одним жестом Какаши запустил механизм, сам того не подозревая. В одно мгновение ока, Ирука обнаружил себя сидящим на бойце АНБУ. В руке он сжимал кунай, приставив тот к горлу незнакомца. То, что Какаши мог отразить неумелые попытки Умино защититься, было бесспорно. Но пугать Ируку еще больше не хотелось, он и так пережил стресс, будучи окликнутым незнакомцем, ночью на пустом кладбище. — АНБУ-сан, — неуверенно буркнул Ирука, поднимаясь на ноги. Какаши лишь кивнул, внимательнее вглядываясь в заплаканные глаза. Передать то, насколько Ируке сейчас было стыдно, сможет лишь человек, оказавшийся в такой же ситуации. Мало того, что Какаши первый, кто увидел его слёзы, а значит изнаночную сторону души, так он еще и великий АНБУ. — Твои родители? — спросил Хатаке, кинув взгляд на могилу. Ирука лишь грустно опустил голову и, как мог, незаметно смахнул навернувшиеся вновь слёзы. — Мои родители, тоже погибли… — выпалил Какаши и положил руку на плечо парня, таким образом показывая их связь. — Я знаю, как хочется плакать, но разве в этом есть смысл? — Ирука лишь непонимающе поднял взгляд. — Разве они хотели бы видеть твои слёзы? Знаешь, когда я прихожу на кладбище, я никогда не плачу… — Вы ведь АНБУ… — прошептал Ирука. — Это не имеет значения… У меня тоже есть чувства… Такое необычное признание АНБУ застало Умино врасплох. Пожалуй, впервые, он задумался от том, что бойцы организации — не машины, а обычные люди. А конкретно этому, судя по внешним признакам, нет и восемнадцати. Если так подумать, вряд ли в АНБУ вступают от хорошей жизни. Наверняка, он потерял много родных и друзей. Как стыдно сейчас Ируке пускать сопли, он ведь будущий ниндзя Конохи. — Когда я прихожу сюда, я говорю. Рассказываю, как прошел мой день и чего добился за неделю. Наверное, это хотели бы слышать мои родные, будь они живы, — Какаши почесал затылок, а по интонации можно было понять, что его скрытое лицо растянулось в неловкой улыбке. — Я никогда об этом не думал, — признался Ирука. Ему было очень неудобно и стыдно за своё поведение. Слова незнакомца заставили в серьез задуматься и пересмотреть свою жизнь, которая еще не закончилась и может в будущем помочь многим людям. — Задумайся, — кивнул Хатаке. — Но ты молодец. Я видел тебя ранее. Хорошо держишься, никогда бы не подумал, что на твоей душе такая рана, — щеки Ируки приобрели красноватый оттенок, еще никто не делал ему комплиментов. — Как твоё имя? — Ир-ирука, — парень покраснел еще сильнее. — Ирука, никогда не переставай улыбаться! — кинул Какаши напоследок, похлопал парня по плечу и скрылся в неизвестном направлении. Ирука так и остался стоять, прожигая взглядом место, где только что стоял загадочный АНБУ. Сердце непонятно колотилось в груди, а все мысли как будто полностью покинули голову. Произошедшее было больше похоже на сон, чем на реальность. Но после этого Умино действительно больше никогда не плакал на кладбище, а в академии улыбался еще шире. Не хотел подводить своего нового знакомого, чьё имя он, наверное, не узнает никогда. Какаши же отскочил на то же соседнее дерево и крепко прижался спиной к его стволу. Он сидел и слушал своё неугомонное сердце, которое буквально выпрыгивало из грудной клетки. Что такого необычного в Ируке, словами Хатаке передать не мог. Но что-то явно зацепило его, и он впервые за службу в АНБУ почувствовал себя человеком. Знакомством это назвать трудно, но оба потом еще не раз думали друг о друге и подсознательно чувствовали, что их история только началась.