Грязнокровка? Это вряд ли!

Девушки пару секунд молча переглядывались, а затем, осознав тот факт, что в комнате находился посторонний, дружно завизжали, проявив истинно женскую логику. Будто забыв, про то что они маги, Блисс зачем-то кинула в парня, спокойно сидевшего на стуле возле двери, подушку, а Тори, все так же пронзительно визжа, метнулась к окну и закуталась в длинную тяжёлую штору. — Мерлин и Моргана! — выругался парень и, достав свою палочку наколдовал чары немоты, после чего пару секунд посмотрел на беззвучно раскрывающих рот девушек и встал со стула. Подойдя к Блисс, он легонько потряс ее за плечо и, дождавшись более-менее осмысленного выражения лица, сказал: — Грант, ты что, совсем ополоумела так визжать? Мы же договорились, что будем вместе писать эссе сегодня, а сама не пришла. Вот я и нашел тебя, пришел сюда, чтобы напомнить про задание, а вы тут так меня встречаете. Блисс скорчила лицо в возмущенной гримасе и указала на свои губы, требуя вернуть ей право голоса. Блондин недоверчиво уточнил: — Точно орать не будешь? Сидящая на кровати девушка выразительно на него посмотрела и ещё раз показала на свои губы. — Ну, если ты настаиваешь… — протянул парень и отменил чары, предусмотрительно отойдя к двери, чтобы в случае чего-нибудь незапланированного успеть сбежа… тактически отступить и приготовился выслушать все, как бы это неприятно не было. Блисс пару раз глубоко вдохнула-выдохнула, а затем на удивление спокойно сказала: — Про Тори забыл. Блондин не сразу понял, кого Грант имеет в виду, по после выразительного взгляда на окно, хлопнул себя по лбу. — Прошу прощения, мадмуазель, — парень быстро пробормотал чары и отодвинулся ещё дальше, уж больно грозный вид был у Виттории. Взбешенная Блэквуд медленно наступала на него, практически шипя: — Что же вы забыли у меня в комнате, которую мы предусмотрительно заперли на заклинание, мистер-я-не-желаю-называть-свое-имя? — девушка сдула со лба прядку волос и отмахнулась от пытавшейся что-то сказать подруги. — Прошу простить мою неучтивость, юная леди, — блондин картинно поклонился и представился: — Скорпиус Малфой, к вашим услугам. — Малфой, говоришь… — протянула девушка, раздумывая над тем, откуда ей знакома эта фамилия. Потом ее будто озарило. — А не ваш ли это батенька — Драко Малфой, импозантный мужчина среднего возраста? — О, как приятно, мадемуазель Виттория знает моего отца! Позвольте уточнить, откуда? — казалось, блондин серьезно заинтересован. — Да так, — отмахнулась девушка, — мадемуазель Витория и старший Малфой встречались как-то на аллее. Однако вы, Скорпиус, так и не ответили мне на вопрос, что вы забыли в моей комнате. Блисс с удовольствием наблюдала за этим обменом репликами, но все же решила вмешаться: — Ваша перепалка, безусловно, радует мою душу, но давайте серьезно, — девушка обратилась к Малфою: — Мне кажется, что я что-то забыла, но вот что? — Ну конечно, ты забыла про эссе, а я тебе напомнил. — Да нет, — отмахнулась блондинка от парня, — я не про это сейчас. Что-то еще есть, что-то важное. — Ну ладно, вспомнишь потом, раз уж это важное, — Скорпиус пожал плечами. — А я, собственно, чего пришел, ну, не считая эссе, — парень неожиданно бухнулся на колено, заставив девушек от неожиданности охнуть, — Блисс Грант, не соблаговолите ли вы сопровождать меня на балу в честь Хэллоуина сегодня ночью? — Эврика! — возопила вышеупомянутая девушка и хлопнула себя по лбу. — Вот что я забыла! Я же хотел тебе сообщить про бал. Тори бросила выразительный взгляд на часы, показывавшие пять часов вечера. — И во сколько же он начинается? — В восемь, — пискнула Блисс. — В восемь?! — возопила Блэквуд. — Что я могу успеть за три часа? — Девушки-девушки, — вклинился между подругами Скорпиус, — не стоит так переживать. Это же бал-маскарад, а у тебя есть самая надежная маска, которую можно было приобрести. Просто приди туда в своем истинном облике и все, дело сделано. — Идея, конечно, хороша, но какой у тебя интерес во всем этом? — подозрительно прищурились девушки, сразу же став похожими друг на друга как сестры. Блондин преувеличенно горестно вздохнул. — Позор на мои седины, — схватился парень за свои платиновые волосы, — меня, самого честного первокурсника Слизерина, заподозрили в обмане. Горе мне, горе! А если серьезно, — неожиданно спокойно сказал Малфой, — то мне просто приятно будет появиться на балу с двумя очаровательными леди, о которых обязательно донесут моему отцу. Он будет в ярости. — Ты что, мазохист? — после недолгого молчания спросила Тори. Скорпиус расхохотался. — Я знал, что с вами будет весело. Нет, я не мазохист, просто мне неимоверно нравится бесить отца своими выходками. «Наследник Малфоев увлекается маггловской музыкой!», «Наследник Малфоев снова отличился! Прогулка с маглорожденными в маггловском Лондоне», — перекривил он заголовки газет. — Мне кажется, что еще чуть-чуть и он отречется от меня. Ну и плевать. Плевать, ясно? Я все равно уйду в ваш мир! — с неожиданной злобой вдруг выкрикнул он. — Ну-ну, будет тебе, разбушевался. Мы не против, да Тори, — Блисс выглянула из-за широкого плеча первокурсника. — Нет, конечно, не против. Но довольно лирики, у меня есть одна идейка, как можно расшевелить это общество, — Тори ухмыльнулась, — однако для этого нам кое-что надо будет сделать. Девушка негромко высказала свою идею, и комнату сотряс дружный смех магов. Не стоит недооценивать грязнокровок, ой, не стоит…

***

Большой зал гудел. Первый бал в учебном году выдался на славу. Все пространство было буквально забито ведьмами, русалками, оборотнями, маглокровки отличились костюмами известных людей и супергероев. Было весьма забавно наблюдать за недоумевающими слизеринцами, которые никак не могли понять, зачем на маскарад надевать простое белое платье, белокурые локоны и рисовать мушку. Точно такое же недоумение у них вызывали грязнокровки в странных костюмах с плащом, в которых они были похожи на летучих мышей, сходство также добавляла нелепая маска с ушами. Однако вскоре все более-менее привыкли и уже не дергались, когда рядом с ними возникал очередной чудак в странном черном шлеме, плаще хрипел что-то, что смутно напоминало «Люк, я твой отец!». Часы пробили девять часов, и у дверей возникла колоритная троица. Нельзя сказать, кто первым заметил прибывших, но вскоре большая часть зала смотрела на тех, кто позволил себе нарушить правила, явившись на бал на час позже. Посмотреть было на что. За великолепного платинового блондина в банальном костюме принца, в котором легко узнавался Малфой, с двух сторон держались две девушки в интригующих масках, закрывающих половину лица в не менее банальных костюмах принцесс. Впрочем, несмотря на банальность, платья были хороши. Совершенно одинаковый фасон у обеих девушек: корсет, который приподнимал грудь, однако платье вовсе не казалось вульгарным — вырез был кокетливо оторочен кружевом, который скрывал все то, что было неприлично показывать на людях, и пышная юбка создавали атмосферу сказки. Единственное различие в нарядах было в цвете. Если у девушки со светлыми волосами корсет был черным, а кружево и юбка — темно-бордовые, то у второй девушки бордовым был корсет, а кружево и юбка — черные. На изящных шеях красовались бархотки, которые, опять же, были разные по цвету. Волосы были собраны в элегантные прически, из которых выбивалась пара локонов. Наряд Малфоя идеально подходил этим платьям. Черная рубашка заправлялась в черные же штаны, сужающиеся к низу, которые в свою очередь были заправлены в ботфорты. На рубашку был надет жакет. Темный цвет костюма разбавляли бордовые вставки, да и только. Единственным аксессуаром «принца» являлись ножны, висевшие на бедре. В общем, это трио, несомненно, привлекало внимание. Во всяком случае, вскоре на них стали обращать меньше внимания, что, в принципе, было им только на руку. Весело переглянувшись, троица кивнула друг другу и, вроде бы, разошлись. К тому времени, как часы пробили десять часов, про принца и принцесс успели уже позабыть. Зря. Как только послышался последний удар часов троица заговорщиков собралась вместе, и две девушки, словно случайно, оступились, упав и уронив свои маски. Стоящие рядом парни поспешили поднять красавиц, однако они никак не ожидали того, что увидели. Стоящих рядом оглушил здоровый мужской визг. С пола медленно поднимались две девушки в по-прежнему прекрасных платьях, однако часть лица незнакомок, та, которая была закрыта масками, значительно отличалась от белоснежной кожи на другой половине. Девушки синхронно наклонили головы, открыв всем желающим вид на свою «темную сторону». Послышался женский визг и глухой стук, будто кто-то упал в обморок. В повисшей тишине прозвучал вопрос, заданный двумя «милашками» к стоящим рядом парням: — Али я не мила тебе теперь, добрый молодец? Все услышали еще два глухих стука и сделали вывод, что нет, не мила. Насколько прекрасна была открытая часть лица незнакомок, настолько ужасающей выглядела другая. Вся в струпьях, она сочилась кровью из оторванных кусков кожи. Под одним куском кожи, висящим буквально на волоске внимательные зрители увидели копошение, а спустя несколько секунд оттуда показалась личинка. Теперь визжали все. Сопровождаемые этим визгом девушки медленно побрели к выходу, изредка останавливаясь, чтобы обратиться к очередным двум несчастным с тем же вопросом. Только спустя несколько минут после их ухода, когда особо ретивые стали предлагать звать профессоров, Малфою удалось убедить всех в том, что это всего лишь безобидная шутка. Чтобы не быть битым прямо в большом зал, причем по-магловски, кулаками, блондину пришлось срочно прощаться со всеми и сбегать в комнату, где его должны были ждать Блисс с Тори.

***

Комнату сотрясал громовой хохот. — Вы… видели… их… лица? — делая после каждого слова паузу, чтобы отдышаться от смеха, в очередной раз спрашивал Малфой. — Мордред, я думала они помрут прямо там на месте, — стонала уже Блисс. — И это великолепные маги, которые троля могут завалить, не особо напрягаясь, по их рассказам, — задыхалась Тори. Веселье пошло на новый круг, когда неожиданно Блисс поняла, что же ей не давало покоя все это время на балу. — Стойте, а как же профессора? — Что профессора? — не врубились Тори с Малфоем. — Ну вы что, — внезапно расхотелось веселиться Грант, — профессора — это не наивные студенты, они то уж явно поймут, кто был на балу под масками. - И что? — Как это что, да с нас снимут по сотне баллов с каждого! — Не-а, — лениво протянул Малфой, — не имеют права. Мы ничего плохого не сделали, более того, применили чары иллюзий, хоть и недолговечные. К тому же это бал-маскарад, нам было разрешено одевать все, что хотите, главное, чтобы это было прилично. У нас все было прилично, я проверял, — важно добавил он. — Ну если так, то ладно, — успокоилась блондинка.

***

Хогвартс гудел словно улей. То и дело пересказывались события произошедшего на балу, постепенно обрастая более жуткими подробностями. Профессора на все это только улыбались, не спеша раскрывать всем тайну загадочных незнакомцев. — Извините, а что произошло на балу? — Тори, уже в своем иллюзионном облике робко обратилась к какой-то слизеринке. — Не твое дело, грязнокровка, — презрительно отозвалась та и вернулась к спору с подругами о том, кто же скрывается под маской принцесс. Тори только улыбнулась в мыслях. Шалость удалась!