Переступить черту

— Гос-спади, я уже сто лет не тренировался, бля! Знаешь, чего нам стопудово недостаёт в Святилище, Арат? Ёбаной беговой дорожки! Ходить с Люсиль наперевес — раз плюнуть, но отгонять этих мудаков на милю? Да я скончаюсь от обезвоживания. Там холод ебучий, а я ещё и весь промок. — Ниган обессиленно упал на пассажирское сиденье, пока Арат заводила фургон. — Допустим, — ответила она в своей обычной безапелляционной манере, — однако если бы ты не попёрся сюда, зная, что они в затылок дышат, сейчас не пришлось бы их отгонять. — Оно того стоило, я не об этом плачусь. Просто… бля. Я совсем расклеился, Арат. Ну скажи честно, да ведь? То есть я, конечно, не ёбаный трус, но ты понимаешь, о чём речь. — Нашёл у кого спрашивать, — хмыкнула она, бросив в его сторону взор. — Да уж, пожалуй, — фыркнул Ниган; фургон тронулся. Он сунул руку в карман куртки, коснувшись того, за чем они, собственно, сюда и приехали. Арат заметила и кашлянула. — Что, на хер, тебе вообще понадобилось в ювелирном магазине? Ниган вынул руку из кармана и продемонстрировал простое серебряное кольцо. — Вот что. Арат как-то странно на него посмотрела, потом вновь уставилась на дорогу. — Для Рика? Ниган уже давно заметил (ещё когда впервые после всех событий посетил Рика в Александрии), что тот снял с пальца кольцо. Они ничего не обсуждали, но он точно знал, что это не случайность. Тот очень пёкся о кольце, простая потеря исключалась. Учитывая обстоятельства, Ниган воспринял это как хороший знак, намекающий на готовность Рика развивать их отношения в более серьёзном ключе. Ко всему прочему Рик на прошлой неделе наконец-то прошептал ему заветные три слова, причём на полном серьёзе. Не потому, что хотел успокоить или решил поэкспериментировать, а потому что действительно любил. И как бы ни хотелось Нигану продолжать считать, что они по-прежнему женаты, он понимал, что Рик так не думает. Их брак был вынужденной мерой, сложившейся в силу обстоятельств, — никаких колец, обетов и привязанностей. Ниган ни на секунду не жалел о прошлом, но, вертя в пальцах серебряный ободок, ощущал желание перевести их отношения на более серьёзный уровень, в этот раз по-настоящему. — Да, — ответил он, улыбаясь под нос. — Для Рика.

***

В Александрии всё спокойно уже некоторое время (ощущение, что столетие), хотя прошло всего-то три месяца. За столь короткое время им, однако, удалось добиться значительных изменений, поэтому создавалось впечатление, что миновало гораздо дольше. Теплицы практически достроили, вдоль задней стены возвели новую сторожевую башню, люди вокруг потихоньку начали общаться с Риком. Розита вроде поумерила свою ярость, пусть и по-прежнему кидала в сторону Нигана угрюмые взгляды. Во время визитов он порой оставался ночевать, но нечасто — Рик не хотел лишний раз испытывать судьбу. Хотя если бы обстоятельства зависели лишь от его желаний, то Ниган никогда бы не покидал его постели. Отчасти потому, что Рику становилось дико одиноко в его отсутствие (но такая причина была крайне несерьёзной). Всего лишь ночь или две без Нигана вызывали адское желание его прикосновений, и с этим невозможно было ничего поделать. Рик всегда быстро привязывался и жаждал тактильности от тех, кого любил. Ему нравилось спать в обнимку, просыпаться от тёплого дыхания на шее, нравились совместные завтраки — они с Ниганом, Джудит и даже (всё чаще в последнее время) Карлом. Где-то в глубине души Рик эгоистично хотел взять и просто попросить Нигана остаться. И почти поддался порыву, когда однажды тот угрюмо и расстроенно принялся жаловаться, как мало теперь от него зависит в Святилище. — Ты охуеешь, Рик, но теперь все процессы там доведены почти до автоматизма. Много кто свалил в другие общины, но проблемы всё равно решаются сами собой, без моего участия. Я одно время помогал наладить садоводство — благодаря твоим наставлениям, но, бля, в целом я себя чувствую бесполезным куском говна, — сказал он. Тогда оставайся здесь, со мной, — хотелось ответить Рику. Ты так часто говоришь о том, как тебе тут нравится, как скучаешь. Просто не уезжай. Но всё не так просто, и Рик это понимал. Пусть Ниган и жаловался, что ему нечем заняться в Святилище, но пойди он на поводу у желаний Рика, покинув это место навсегда, — и ему придётся отказаться от последних остатков власти и свободы… от Рика и жителей Александрии, которые нет-нет да воспринимали его в штыки, как и раньше. Поэтому он промолчал, оставив желания внутри и надеясь, что, может быть, когда-нибудь… И несмотря на то, что они не проводили много времени вместе (вопреки его желаниям), в остальном всё складывалось хорошо — настолько, что для Рика, направившегося в один прекрасный холодный зимний день к воротам встречать Нигана, стало полной неожиданностью поведение встреченного по пути Спенсера. Тот грубо схватил Рика за плечо, рывком разворачивая и оглядывая сверху вниз. Рик поднял голову, глядя на возвышающегося над ним мужика, встретившись с гневным взором. — Какие-то проблемы, Спенсер? — Слушай, Рик, я всё понимаю. Тебя имеют в жопу, и ты балдеешь, — он с отвращением кивнул в сторону ворот, — что совершенно не означает, что другие обязаны это терпеть. Если ты не можешь и дня прожить без хуя, тогда переезжай в Святилище. Ведь ты, судя по всему, уже к такой хуйне привык. Глубокий вдох. Не теряй самообладания. Ссора ни к чему хорошему не приведёт. — Ты уверен, что сейчас самое время снова поднимать эту тему? — сквозь сжатые зубы спросил Рик, стараясь не вестись на явную провокацию. Спенсер с усмешкой посмотрел сверху. — Вообще-то да. С тех пор как ты решил, что любишь члены, всё вокруг полетело к ядрёной матери для каждого из нас. О, поздравляю, Рик, но не от всего сердца, с тем, что теперь у тебя появился бойфренд, с которым можно в каждом углу поебстись, как последняя блядь, — выплюнул он. Рик почувствовал, как помимо воли всё тело напряглось, готовое к атаке, кулаки непроизвольно сжались, чтобы выбить на хер парочку зубов этому мудаку Спенсеру. — Мы каждую ёбаную неделю отдавали последние пожитки — потому что ты не удосужился договориться на нормальные условия, хотя мог бы! Ты позволял им нас иметь так же, как имели тебя! — Ах вот, значит. как тебе все это представляется?! — огрызнулся Рик. — Считаешь, что я хотел всего случившегося? Чтобы убили Гленна и Абрахама? Не было никаких условий, которые можно было бы выторговать, Спенсер. У спасителей один для всех тариф — половина припасов с каждой общины, которую они терроризировали. И всегда они кого-то убивали, чтобы объяснить доходчивее. — Рик осознал, что говорил «они» вместо «Ниган», словно пытаясь вычеркнуть его причастность ко всему произошедшему… что совершенно невозможно. — И ничего бы не изменилось, даже если бы мы пошли к ним договориться, не уничтожив тот блокпост. Результат был бы одинаковым. — Тебе хотелось бы в это верить. Удобнее же думать, что ничего нельзя было сделать, чтобы остановить их. Ты неблагодарный, мелкий… — Рик вовремя прикусил язык, проглатывая тираду, пытаясь говорить более конструктивно. — Я сделал всё что мог, чтобы остановить происходящее. Я отдал себя фактически в рабство, женившись на Нигане, чтобы александрийцам жилось проще. — Ага, но это для тебя не такое уж и наказание, как оказалось, да? — фыркнул Спенсер. — Тебе так сильно нравилось прогибаться под него. Ты позорище какое-то, а не лидер. Не понимаю, как другие сохранили к тебе хоть каплю уважения, узнав, что ты жопу ему подставляешь по своей воле. — Может, они достаточно умные, чтобы понимать, что то, с кем я трахаюсь, никак не влияет на мою способность руководить, — огрызнулся Рик, ощущая, как горит лицо от слов Спенсера, и ненавидя себя за это. — Ой, думаю, как раз влияет, поскольку мужик, который тебя ебёт, пиздит у нас последние пожитки! — Больше он их не пиздит! — проорал Рик. — И если б не я, пусть и трахающийся с ним, сейчас была бы война, и никто не знает, сколько мы бы потеряли людей и победили бы вообще! — Победили бы. Если б ты не рвался руководить. Без тебя было лучше. Мы добились бы успеха без этих бесконечных смертей и твоих тупорылых ошибок. Даже твоему сыну было без тебя лучше. Наверное, у него большая травма после того, как он узнал, что отец блядует с нашим врагом. На этом Рик молча развернулся и продолжил путь к воротам. Он слишком разозлился из-за упоминания Карла, горло онемело от сдерживаемого крика, руки дрожали, и если Спенсер ляпнет ещё хоть слово, что Рик плохой отец, то он просто взорвётся. Игнорь его на хуй. — Так как оно было, Рик? — выкрикнул ему в спину Спенсер. — Ты просто лёг и раздвинул ляжки, как шлюха, или первую пару раз он тебя всё-таки принудил, пока ты не втянулся? Перед глазами полыхнуло красным, терпение лопнуло. Он резко развернулся, метнулся к Спенсеру и со всей дури врезался в его дыхалку плечом, выбивая воздух, повалив на землю. Завязалась драка. Спенсер выкрутился из-под него и молотил по лицу и рёбрам. Рику удалось вновь подмять его под себя, из горла вырывался вопль ярости. Он смутно ощущал, как что-то тёплое и мокрое течёт по лицу, застилая зрение. — Я задел за живое, Рик?! — ядовито выплюнул Спенсер. — Сначала он тебя заставил, а потом тебе понравилось? — Он меня не заставлял, — прорычал Рик, ударив Спенсера в челюсть. — Так ты сам подставился? Какой же ты жалкий. Не верится, что жители позволили тебе вернуться, снова начать собой руководить! Если б я был главным… Рик издевательски захохотал — звук, похожий на тот, что так много раз покидал уста Нигана. — Думаешь, ты бы справился? Хотелось бы посмотреть! Твои люди ни черта не знали, пока мы не пришли к вам в общину! Подъезжай спасители к воротам — вы бы сразу упали лапками кверху! Если бы, конечно, тут вообще что-то осталось после «Волков» и того стада. Ты неблагодарная свинья, даже не понимаешь, сколько раз мы спасли ваши жопы просто своим присутствием! — Рик почувствовал, как его подхватили под мышки и оттащили от Спенсера, как раз в тот момент, когда он занёс кулак для очередного удара. Его повалили на траву в нескольких футах от места драки. Он вскинулся и увидел, как Ниган метнулся обратно к Спенсеру, рывком поднимая на ноги и слегка отталкивая, не давая броситься на Рика вновь. — Какого хера, Рик? — пробормотала Мишонн ему на ухо, крепко обхватив руками, будто думая, что он вновь набросится на Спенсера. — Опять вынуждаешь меня вытаскивать себя из уличной драки? Рик тяжело дышал, красная пелена перед глазам проходила, по мере того как выветривался адреналин. — Этот ебанутый напал на меня! И ты просишь его бойфренда сдерживать меня? Серьёзно? — проорал Спенсер, отбрасывая руку Нигана с груди. — Кто-нибудь из вас желает объяснить, в чём проблема? — строго, но спокойно спросила Мишонн. Она, кажется, не сильно расстроилась, что Рик избил Спенсера до полусмерти, — вероятно, потому, что провела достаточно времени с последним, чтобы понимать, что он, скорее всего, виноват сам. Спенсер сплюнул кровью под ноги Нигану. — Проблема в том, что Рик пригласил этого маньяка потусить тут, тупо чтобы предаваться анальным утехам, как какая-то… Ниган набросился на Спенсера, прежде чем тот успел договорить, вновь повалив его на землю, стиснув горло и вдавив колено в живот. — Что ты только что пизданул о нём? — проорал Ниган с красным лицом. На секунду Рику показалось, что всё пропало, и Ниган сейчас просто убьёт Спенсера, и весь прогресс, который им удалось достичь, пойдёт к ебеням. — Бля, — прошипела Мишонн, отпустив Рика и бросившись к Нигану, чтобы оттащить за воротник куртки; тот успел лишь раз ударить Спенсера со всей дури. — Ты что, идиот? Правда, скажи, ты дурак, Ниган? — рявкнула она. — Мне кажется, излишне объяснять, чем для тебя закончится драка с ним. Идея просто ужасная. — Жалко тебя, Мишонн, — проворчал Спенсер, усевшись на траве. — Мало того, что Рик выбрал этого говнюка вместо тебя, ещё и крутит с ним прямо у тебя на глазах. Ниган снова рванулся к нему; Мишонн сбила его с ног, матерясь. Спенсер рассмеялся. — Знаешь, Рик, никогда бы не подумал, что ты любишь хуи. Когда ты появился здесь, то казался настоящим мужиком. И вроде как даже баб любил. Джесси, Мишонн… И ты их променял на этого мудилу, серьёзно? — Это называется бисексуальностью, ты, невежественный гомофобный кусок говна, — прорычал Ниган, к счастью, на этот раз не порываясь напасть. Мишонн дёрнула его за куртку, заставив подняться, и толкнула к Рику. — Идите-ка вы отсюда подальше. Немедля. — Она повернулась к Спенсеру, глаза сверкали отвращением. — И ты тоже вали. Пошёл с глаз моих. И не трись возле них больше. Иди в лазарет, и пусть Тара тебя осмотрит. Спенсер унёсся прочь, что-то недобро бормоча себе под нос. Мишонн глубоко вздохнула, устало взявшись за переносицу. — Пойдём. Надо тебя подлатать, заодно расскажешь, какого хрена тут было.

***

Рик устроился за обеденным столом, положив окровавленные руки на колени. — Объяснишь? — спросила Мишонн, многозначительно глядя на него. Она вроде была раздражена, но явно не сердилась, скорее всего потому, что знакома со Спенсером и его поведением не понаслышке, ведь много времени провела с ним, пока Рик отсутствовал за периметром. Слишком велика вероятность, что Спенсер сам спровоцировал нападение. Что Рик и собирался подтвердить своим рассказом. — Он заслужил в полной мере. — И он не собирался притворяться, что ему стыдно. Спенсер нёс отвратительные вещи, а мысль о том, что мог спиздануть подобное Карлу, вызывала желание треснуть ему ещё пару раз. Мишонн, ухмыльнувшись, достала из шкафчика аптечку. — Да, я уже догадалась. Но мне казалось, что после того раза с мужем Джесси ты уяснил, что набрасываться на людей посреди улицы и устраивать сцены не лучший выход. — Погодь, попридержи коней, — встрял Ниган, положив руку на спинку стула, на котором сидел Рик (он ни на шаг не отступал с тех пор, как они вошли в дом, словно какой-то обтянутый в кожу ангел-хранитель). — «После того раза»? Он и раньше избивал людей на улицах? Почему я, на хрен, не слышал эту историю? Мишонн совершенно его проигнорировала. — Я пытаюсь сказать, что это не самый лучший способ доказать таким людям, что ты хороший лидер. Он бесится. И многие жители тоже. Розита старается справиться со своим гневом, но потребуется много времени, чтобы смириться с тем, что Ниган мелькает перед её носом. Даже не берусь предполагать, как Саша с Мэгги это переживают. И пусть я по ним ужасно скучаю, но хорошо, что их тут нет, потому что остаётся только представлять, как бы они высказались… — она метнулась взглядом к Нигану, потом вновь посмотрела на Рика, — обо всей ситуации… Рик уставился на свои руки. Он не знал, что на это возразить. Спенсер… Спенсер — это одно. И его гнев и ненависть не новость. Они проявились ещё до Нигана. Но Мэгги? Саша? Розита? Его друзья, его семья. И причиной их натянутых отношений стал именно Ниган. Конечно, сейчас всё понемногу исправлялось — ведь Мэгги пригласила его погостить в Хиллтоп, и, когда Рик принял предложение, их совместное препровождение, пусть и приправленное поначалу напряжением, ясно показало, что всё ещё можно исправить. Мишонн вздохнула, потянулась к его лицу и нежно приподняла пальцами за подбородок, оглядывая ссадины. — Парочка царапин, швы не понадобятся. — Она достала из аптечки антисептик и бинты, протянув их Нигану. — Мне нужно уладить дела со Спенсером, чтобы не натворил дел, когда выйдет из лазарета. Сможешь позаботиться о нём? Рик ожидал язвительных комментариев со стороны Нигана о том, сколько раз он уже «позаботился», но последовало молчание. Тот просто взял инструменты и сказал: — Да, конечно, — прозвучало очень искренне, что застало Рика врасплох. Мишонн, кажется, тоже удивилась, потому что одарила его долгим задумчивым взором, прежде чем уйти. Ниган сел на соседний стул, положив бинты на стол. — Так почему ты сорвался? — В смысле? — спросил Рик, запрокидывая голову, давая Нигану возможность осторожно осмотреть себя. — Ты же слышал, какую он нёс хуйню. — Да, — угрюмо нахмурившись, пробормотал Ниган, — слышал. Но ты вроде не из тех, кто выходит из себя от пары идиотских комментариев со стороны носителя микропениса. Так что конкретно тебя задело? Рик потёр большим пальцем разбитые костяшки, размазывая засохшую кровь. — Он начал приплетать Карла. Сказал, что… ему было лучше без меня и что у него наверняка травма от того, что я блядую с врагом. — Рик скривился от последних слов. Судя по виду, Ниган готов был вернуться и добить Спенсера окончательно. — Он пизданул тебе подобное? Бля, Рик… Ты же понимаешь, что это совершеннейшая чушь собачья? Карл крепкий парень. И справляется со всем успешнее, чем большинство здешних жителей. И ни одному ребёнку не может быть лучше без отца. Тем более такого, как ты. Возможно, он не в восторге, что я постоянно кручусь рядом, но он точно рад, что ты вернулся. И это видно невооружённым глазом. Рик ощутил, как перехватило горло от столь искренне-доброго отзыва о его родительской роли. — Больше никаких причин не было? — спросил Ниган, промокая кровь на лице влажной салфеткой. — Вообще-то да, было ещё кое-что. Я уже уходил. Честно. А потом он… он намекнул, что ты меня изнасиловал. Спросил, сам ли я раздвинул ноги или ты меня поначалу принуждал, пока я не втянулся. Лицо Нигана осталось нечитаемым. — Я его заткнул, — быстро продолжил Рик, памятуя о том, как сильно подобные обвинения злили Нигана. — Сказал, что всё было не так. Кажется, намёк он понял. Рик растянул разбитые губы в неловкой улыбке, пытаясь заставить и Нигана улыбаться своей неуклюжей шутке. Выражение его лица не поменялось. — Ты защищал меня, — сказал он напряжённо, прижав пропитанный антисептиком бинт к ранам на лице; Рик стиснул зубы от боли. — Ну да. В последнее время мне часто приходится это делать. Ты на всех произвёл отвратительное первое впечатление. Я это методично исправляю. Ты должен мне приплачивать за рекламную кампанию, — пошутил он, но Ниган по-прежнему оставался серьёзен. — Ты избил ради меня мудака. Рик посмотрел на руки, задавшись вопросом, должен ли чувствовать себя виноватым. — Да. — Ты взял и защитил мою ёбаную честь, — слегка улыбнулся Ниган. — Мой рыцарь в сверкающих доспехах. Рик рассмеялся, поморщившись от стрельнувшей в губу боли. — Да иди ты. Ниган закончил промывать раны, прилипнув взглядом к губам Рика, потом склонился и осторожно поцеловал. — Спасибо. Рику показалось, что он задыхается. — Не за что.

***

— Пап! Ниган проследил за тем, как Рик вскинул голову, метнувшись взором на сына, влетевшего в дверь. Тот небрежно кинул сумку в прихожей к ногам Мишонн, направившись прямиком к сильно потрёпанному отцу. — Карл, — отозвался Рик, протянув к нему руку, — ты как, в норме? В поездке ничего не случилось? Участившиеся визиты Карла в Хиллтоп беспокоили Рика. Когда сына не было дома, он всё чаще просил Нигана остаться на ночь, и, понятное дело, не просто чтобы они не стесняли себя в стонах. Рик был очень заботливым родителем, но тяжело принимал, что его ребёнок взрослеет, и не раз выражал беспокойство, что Карл вскоре захочет съехать из Александрии насовсем. — Всё норм, пап. Дороги хорошо охраняются. Я беспокоился о тебе, что случилось? Мишонн сказала… Рик смущённо отмахнулся. — Ничего особенного. У нас со Спенсером просто возникли разногласия. Ниган насмешливо фыркнул под нос, привлекая на мгновение внимание Карла. — Не похоже на «ничего особенного». — Ну, во всяком случае, мы разобрались, — ответил Рик, потирая фиолетовый от синяков подбородок. — По крайней мере, я на это надеюсь. Ты же не думаешь, что он попытается… — обратился он к Мишонн, но замолчал на полуслове. Ниган догадался, что он хотел сказать: Ты же не думаешь, что он попытается сделать какую-нибудь глупость кому-то из нас, чтобы отомстить? Такая возможность вызывала у Нигана желание схватить Люсиль и из-под земли достать Спенсера, чтобы предотвратить катастрофу. Если этот мудак сделает что-то с Риком… Одна только мысль вызвала бурю гнева внутри. Никто не смеет к нему прикасаться. И тем более причинять вред моему Рику. — Не знаю даже. Он вроде не настолько безбашенный, но нельзя сказать наверняка. Однако если он попытается, то пусть пеняет на себя. Конечно, некоторые люди не в восторге от того, что Ниган на свободе, но они понимают, что нам удалось сохранить мир благодаря тебе, Рик. Когда Спенсер вернётся, я с ним поговорю. Возможно, с подкреплением. — Вернётся? — уточнил Ниган, которому совершенно не понравилось то, что за агрессивным придурком никто не следит. — Куда он, хрен его дери, подевался? — Тара сказала, что они с Розитой пошли убивать ходячих, чтобы немного спустить пар, — ровным тоном ответила Мишонн. Может, он не вернётся, злобно подумалось Нигану. И ему не стыдно за подобные мысли. Некоторые решения Рика, как лидера, порой вызывали у него вопросы. И это был идеальный пример — нужно ли позволять подобным придуркам, как Спенсер, безнаказанно разгуливать только потому, что они члены общины. Но Ниган прикусил язык, не дав вертящимся в голосе мыслям выйти наружу.

***

Спенсер не вернулся. А вот Розита — да. Поздним вечером того же дня, окровавленная, с заплаканными глазами. Рик с Мишонн встретили её у ворот. Ниган и Карл стояли чуть поодаль, но у всех возник один вопрос. — Долбаный идиот попытался взять на себя целую кучу, — слишком спокойно сказала Розита. Рик слышал в её тоне сдерживаемое горе. — Не знаю, выпендривался он или что-то доказывал, но я еле успела его вытащить. — Она пристально посмотрела на Рика, и в этом взоре было что-то, что он никак не мог уловить. — Его укусили. Я решила проблему. Труп в багажнике. Рик встретился с недоверчивым взором Нигана, когда они все вместе несли тело Спенсера на кладбище за церковью, когда копали могилу, когда Розита произносила прощальную, довольно сердитую речь. Ниган, конечно, вправе осуждать всё, что хочет, и Рик в какой-то мере его поддерживал, но не мог избавиться от радостной мысли, что Спенсер больше не будет проблемой. Рик подманил Нигана после похорон и осторожно сжал запястье: — Дай мне минутку, я хочу поговорить с Розитой. Она стояла, глядя на свежий холм земли, выглядя совершенно растерянной. Рик тихо встал рядом, она не вздрогнула. — Да, он был мудаком, — сказала Розита без предисловий. — Наговорил о тебе всякой херни… Я знаю, что он слишком надумывал и придирался. Я тоже такой была. Но мы не должны так себя вести по отношению друг к другу. Бля, да он лучшее доказательство, что я выбираю совсем не тех мужиков. Но ты должен понять, что я охуенно разозлилась. И это длилось довольно долго. Не только на тебя. На всех, кто пытался помочь. Даже на Тару… Бог свидетель, она этого не заслужила. Не понимаю, почему она всё ещё любит меня, после всего… Рик с удивлением заметил краем глаза, как Розита смахнула слезы со щёк. — Чёрт, — пробормотала она, презрительно усмехаясь. — Не знаю, в чём моя проблема. Мне не следует плакать об этом мудаке. Я понимала, что он совсем не тот, с кем мне по пути. А после сегодняшнего… — она вздохнула, — мне вообще должно быть пофиг. Но это не так. Меня задолбало терять людей, даже таких, как он. Рик неуверенно коснулся её плеча. Однако на удивление Розита накрыла его руку своей. — Я не согласна с той хернёй, которую он наговорил. Ни сегодня, ни вообще. Я злилась, когда всплыла правда о ваших отношениях с Ниганом, и мне не нравится, что он тут трётся. Но тебя я не хочу в этом винить. Эти слова принесли облегчение, и внутри забрезжила надежда, что в конце концов им удастся всё исправить.

***

Что-то было такое в Александрии, что Ниган просто обожал, и дело не только в голубоглазом мужчине, похитившем его сердце. Уютные дома, в которых люди ютились вместе, словно одна большая семья; мощёные улицы, на которых бегали и играли дети; неспешно гулявшие по парку пары, счастливо обсуждающие свои дела. Пышная зелень вокруг, хорошая кухня, на которой он готовил обеды; кресла-качалки на крыльце, в которых он не раз засыпал вместе с Риком и Джудит. Проживание в Александрии заставляло чувствовать себя живым, впервые после времени, проведённого с Люсиль, пусть это в основном и заслуга Рика. Он заметил это не сразу. Люди в Святилище стали понемногу оттаивать и сближаться — теперь, когда не приходилось работать до изнеможения и жить в страхе. Появлялось всё больше дружеских и семейных связей. Замечая, как налаживается жизнь в Святилище и Александрии, он ощущал вину. Всё получается, пришло осознание. И всё могло быть так с самого начала, если бы много лет назад появился кто-то с достаточно крепкими яйцами, чтобы противостоять твоей власти. В глубине души Ниган, конечно, эгоистично радовался, что именно Рик заставил его поменяться. Теперь они сидели рядом в креслах-качалках, Джудит крепко спала у Рика на руках. Она не единственная, кто вырубился — Ниган добрые пять минут сетовал на то, как трудно найти семена клубники, которую он обещал Эмбер вырастить. Потом посмотрел на Рика, крепко спавшего с приоткрытым ртом. С пухлых губ срывались тихие выдохи. Следующие десять минут Ниган просто наблюдал за этими двумя, ощущая нечто похожее на обожание, сладко разливающееся внутри. Было ли уже поздно? Он не знал, ведь в начале зимы, такой как эта, темнота наступала уже ближе к полуночи. Холод пробирал до мурашек, и Ниган совсем озяб в кожаной куртке. Осторожно, неуверенно он взял на руки спящую Джудит, прижимая к груди. Она зашевелилась, но не проснулась. Ниган отнёс её наверх, осторожно уложив в кроватку. — Сладких снов, дорогая, — прошептал он, осторожно поглаживая непослушные светлые кудряшки. Она была тёплой и такой крохотной, но всё же заметно подросшей за последнее время. Они так быстро растут в этом возрасте, сказал как-то Рик с оттенком задумчивой грусти в глазах, без сомнения, вспоминая маленького Карла. Нигану нравилась комната Джудит — маленькая и причудливая, живописная в своей невинности, словно вырванной из другой, более безопасной жизни. Впервые за долгое время он позволил мыслям обратиться к Люсиль и на этот раз был трезв. Печаль омрачила когда-то счастливые, обнадёживающие воспоминания. — Мы с Люсиль любили ходить в детский мир, разглядывая всякие безделушки, — доверительно прошептал Ниган. — Кроватки, погремушки и остальное говно… ой, извини. Она очень хотела детей, даже выбрала имена. Джеки, если будет девочка, и Уилсон — если мальчик. Даже не знаю, почему именно такие, но ей нравилось, а значит, нравилось и мне. — Он вздохнул, положив руки на бортик кроватки. — У меня всегда находились причины, почему мы не можем завести полноценную семью. Наверное, этим я её тоже подвёл. Ниган опустил руку в карман, где всегда теперь носил кольцо. Глупость, конечно, ведь оно могло потеряться или Рик мог обнаружить его раньше времени, но ему просто нравилось, что оно всегда в доступности. Порой, когда Рика нет рядом, он вертел кольцо между пальцами, будто оно частичка Рика, помогавшая сохранять спокойствие и рассудок. — Я не подведу твоего папочку, как подвёл Люсиль, — тихо поклялся он. — И собираюсь провести остаток жизни, заглаживая свою вину. — Тебе необязательно это делать. — Нежный голос Рика, раздавшийся из темноты, чуть не заставил Нигана выпрыгнуть из портков. Он стремительно вытащил руку из кармана, застёгивая молнию. — Чёрт, детка. Я чуть не помер от инфаркта. Не подкрадывайся так. Сильные руки обхватили талию, Ниган ощутил, как Рик прижался щекой к спине. — Прости, я не специально подслушивал. Просто проснулся, и вас не было. Я тут всего минуту. Ниган вздохнул, усмехнувшись, и накрыл холодные руки Рика своими. — Ты что, слышал всю эту херню? — Да, — пробормотал Рик, развернув его к себе лицом. — Пошли, не хочу её будить. Они прошли по коридору, Рик прикрыл дверь своей спальни. Их спальни? — подумалось Нигану, пока он раздевался. Оставшись в боксерах и майке, так же как Рик, он забрался в постель. Они обнялись, зарываясь в тепло одеял. Ниган умилённо улыбнулся, когда Рик уткнулся носом ему в грудь. — Ты не должен заглаживать никакой вины передо мной, Ниган, — тихо пробормотал он, нежно целуя его шею. — Я не хочу, чтобы ты… Не знаю. Провёл остаток жизни, думая, что я затаил обиду. — А ты не затаил? — горько спросил Ниган, даже себя удивив прозвучавшим в голосе отчаянием. Рик ощутимо напрягся, потом обнял его щёку ладонью, заставляя смотреть в глаза. — Нет. Ты не в состоянии изменить случившееся с Гленном и Абрахамом. И я не собираюсь притворяться, что смирился с их смертями. Но я не хочу провести остаток дней, припоминая тебе это. Я не такой, Ниган. Он прерывисто вздохнул, ощутив, как эти слова утешили его больше ожидаемого. Он осторожно поцеловал его в висок, прижимаясь теснее. — Я люблю тебя, — прошептал Ниган, взяв Рика за руку и целуя каждую костяшку, задержавшись на безымянном пальце, где раньше было кольцо. — Какой она была? Твоя жена. Лори. Рик улыбнулся, грустно и нежно одновременно. — Она… была сильной. Любящей, заботливой, преданной. Она не сдавалась, всегда поддерживала, даже когда ей было тяжело, даже если не была уверена в правильности моих решений… Она стояла за меня, даже если другие сомневались. Ниган заметил, как Рик с трудом сглотнул. — Идеальной она не была. Как и я. Я уже рассказывал тебе об их с… Шейном интрижке. Последнее время, незадолго до её смерти, я ужасно с ней обходился, винил в том, в чём не было её вины, она всё равно пыталась сгладить углы. Мне пришлось принимать трудные решения, после чего в её взгляде появилось что-то такое… будто она больше не узнавала меня… И это меня дико испугало. Потому что я сам себя не узнавал. Я из тех людей, которые особо не делятся мыслями и чувствами. И эта моя привычка была проблемой для наших отношений ещё до апокалипсиса, мы просто не могли нормально поговорить. Она пыталась меня разговорить, пыталась помочь, я видел, как ей одиноко, как она ненавидела отчуждение между нами, но я просто продолжал вести себя отстранённо. До самого конца. И только после всего случившегося мне… захотелось попробовать исправиться. Но между нами уже поздно было что-то менять. Глаза Рика поблёскивали налившимися слезами в тусклом свете комнаты, Ниган сжал его в объятьях немного крепче. — Каждый из нас творил херню, которой не гордится. — А что насчёт Люсиль? — дрожащим голосом спросил Рик. — Какой она была? Должно быть, святой, раз тебя терпела. Ниган хрипло, раскатисто рассмеялся. — Точно, мать твою, терпела. Эта женщина была подарком этому миру. Но отнюдь не святой. Нет, она была той ещё ёбаной оторвой. Держала мою жопу в узде и настолько обожала жизнь, что я не мог расслабиться. — Ниган зажмурился, ощущая нахлынувшую вину; он не любил об этом думать, но откровенность Рика о совершённых ошибках заставляла поделиться тем же в ответ. — Но я всё равно был хуёвым мужем, — признался он. — Я… ей изменял. Без оправданий, без причин. Наши отношения были не идеальными, но хорошими уж точно, понимаешь? Ничто на свете не бывает идеальным, но она для меня была лучшей женщиной в мире, а я всё равно так себя вёл. Просто потому, что подворачивались возможности, бля. Она знала об этом, знала и всё равно оставалась, на хуй, со мной. Я не… не перестал изменять, пока ей не поставили диагноз. Рик принялся поглаживать его по спине между лопатками успокаивающими круговыми движениями. — Наверное, она видела в тебе нечто особенное, раз прощала и оставалась рядом. Несмотря даже на всю боль. Слова Рика ножом вонзились в живот, остро, точно. Он услышал двойной смысл, таившийся в этих утверждениях: Ты стоишь всего этого, Ниган. Я с тобой, потому что ты стоишь той боли, которую причиняешь мне. Нигану трудно было в это поверить, так же как и с Люсиль. Ко всему прочему он ненавидел себя за то, что заставлял Рика страдать. Он же понимал, что делает. Но без этой боли не было бы «их», ведь всё началось именно с неё. Он отстранил Рика от семьи, от женщины, которую тот любил. Убил двух его друзей, хотя они могли бы решить всё мирным путём и остаться квитами. Боль от потери двух близких людей, убитых Ниганом, намного превышала ту, что испытал Ниган от потери своих людей на блокпосте. Потому что Рик — неравнодушный человек. И по какой-то неведомой причине Ниган стал одним из тех счастливчиков, кто небезразличен Рику. Он не понимал почему, но не хотел ни секунды больше принимать как должное такое отношение. Не хотел причинять этому человеку больше ни капли боли и горя. И пока они остаются вместе, Ниган каждый день будет стараться стать лучше, чем вчера.