Единственно правильные решения
4 июля 2018 г., 14:38
— Ты меня слышишь? — настойчиво спросила Ева, помахав ладонью у самого носа рыжеволосой подруги. Та вздрогнула, но невидящего взгляда от окна не отвела. Она всё ещё обдумывала вчерашние события. Снова и снова.
Надежда хоть каплю переварить сложившееся при помощи беспробудного сна не принесла желаемого результата — Лили, погружаясь в короткие дозы дремоты, снова и снова просыпалась этой ночью. Надеялась, что сегодняшний день принесёт хоть каплю облегчения и вчерашний бред начнёт потихоньку забываться, но не тут то было. Стало толь ко хуже. Всё ощущения и эмоции после тщательного обмозговывания усилились как минимум вдвое.
— Что-что? — растеряно спросила Лили, взглянув, наконец, на Бэддок. Затем мотнула головой и зажмурила всё ещё красные и раздраженные слезами и недосыпом глаза.
— Третий раз тебя зову, — мягко сказала подруга. — Ты чем-то мне напоминаешь её? Глуховата, ничего не видишь и находишься за пределами разума, — сказала девочка, кивая в сторону старенькой Трелони, а Лили удалось выдавить из себя слабое подобие улыбки.
Пятый курс уже целый час сидел на сдвоенном уроке прорицания. Несмотря на теплую погоду, внутри Лили бушевал настоящий смерч.
Хозяйка зеленых глаз ещё раз потерла их ладонями, а после принялась осматриваться по сторонам: на каждом из круглых столов, расположенных на нескольких ярусах небольшой ораторской, и накрытых старенькими скатертями, стояли красивые фарфоровые чайники и чашки с чаем. Весь первый семестр пятый курс должен был заниматься хиромантией и картами, но старенькая Трелони перепутала их программу с третьим курсом.
Несмотря на невероятно скучные задания и повторение давно надоевших гаданий по остаткам чая, определенная положительная сторона в уроках прорицания всё-таки была. Проявляла она себя тогда, когда спустя всего четверть часа от начала урока профессор Трелони, покачиваясь в своем кресле-качалке, засыпала, а весь оставшийся час и сорок пять минут студенты занимались своими делами и разговорами. С самого начала года это случалось всегда, и такой расклад всех вполне устраивал, а рьяных нелюбителей всей этой чепухи про гадания, среди которых были и три слизеринки, ещё и радовало.
— Поверить не могу, что он вытворил такое, — грустно заговорила Айрис, уставившись на Лили полным сочувствия взглядом. Её ожидания совсем не совпали с реальностью и Гринграсс отчасти расстраивалась ещё и от настигшего её чувства вины, ведь вчера имела неосторожность вполне непрозрачно намекнуть подруге на совсем иной итог разговора со Скорпиусом.
Ева сделала шумный и большой глоток из своей чашки. Набрав полные щеки уже остывшего напитка, девушка свела брови и начала крутить в руках предмет посуды, но попытка увидеть в нем хоть малейший намек на знак судьбы закончилась тем, что слизеринка закатила глаза и вернула чашку на блюдце.
— Я тоже… Совсем не могу поверить, — проявив максимальное равнодушие, ответила Лили, но сейчас ей совсем не хотелось говорить об этом.
Все это утро она растратила на подробный и занимательный рассказ о том, что всё-таки вчера произошло, и заговаривать об этом опять было последним в списке её желаний. Как и ловить на себе сочувственные взгляды.
— Альбус рассказал, что Криста и Скорпиус тоже были… близки, когда та в прошлый раз была в Хогвартсе. Дружили общались и даже после её отъезда обменивались письмами, — только и выдавила из себя девушка, но и от этого короткого пояснения поморщила нос.
— Что-то я не припомню их в школе, — свела брови Айрис. При этом говорила с невероятной брезгливостью. — Таких мегер сложно не запомнить. Разве что они приезжали по такому же обмену ещё до нашего поступления.
— Как раз перед ним, на их первом курсе, — закивала Лили. — Знаешь, Ал её… — Лили замолчала, подбирая самое лояльное слово, — …не очень жалует. Ещё с тех пор.
— Только Кристу? — про между прочим поинтересовалась Гринграсс, уставившись в бордовую скатерть и обкусывая нижнюю губу, а Лили поспешила выказать свое незнание на поставленный вопрос и пожала плечами. К слову, Поттер про себя удивилась, что среди массы прочих возможных подруга задала именно этот слегка странный вопрос.
— И что теперь будет? — поинтересовалась Бэддок, привлекая к себе внимание подруг. Своим жалостливым выражением лица в первую очередь. Айрис пожала плечами, ощущая пока только безысходность, а Лили так и вообще предпочла проигнорировать этот вопрос — выровняла спину и начала осматривать захламленный класс прорицаний.
С каждым годом башен из чашек, количества любимой мишуры старой предсказательницы и прочих странных предметов тут становилось больше. В той же прогрессии росла численность кошек, стремительно подбираясь к дюжине. Директор МакГонагалл, которая всегда относилась к профессору Трелони с теплотой и мягкостью, не раз просила старенькую прорицательницу остановиться, но та рьяно доказывала ценности этих животных. Называя их лучшими проводниками на тот свет, профессор уверяла, что эти бесценные животные обеспечат ей после её кончины перерождение в кого-то достойного, а директору больше ничего не оставалось, как смириться с этими безумными словами. Всё, чего смогла добиться МакГонагалл, это обета, что все эти коты не будут покидать пределов башни прорицаний и не станут бродить по Хогвартсу. Исходя из этого, всем ученикам приходилось по два часа в неделю сосуществовать с этими «проводниками», а в конец обнаглевшие пушистики чувствовали такую вседозволенность, что не считали чем-то из ряда вон запрыгивать ученикам на руки, засыпать на столах и пить чай прямо из их чашек.
— Теперь всё будет так, как мы оба того хотим: будем делать вид, что нас друг для друга не существует, но это совсем не сложно, — рассуждала Лили, из которой почти выплескивалась гордость, но слушательниц её слова совсем не порадовали. — Никогда его не прощу, — посуровела она, почти зашипела, а в вместе с её возмущением зашипел сидящий под столом серый кот, которому Ева нечаянно придавила хвост.
— Брысь! — кинула она, заглядывая под край скатерти. — Но вы… Вы же так хорошо дружили, — посредственность фразы Бэддок заставила Лили и Айрис переглянуться, ведь за всё время, проведенное в их компании, только Ева и не догадывалась о том, что Лили испытывала к нему нечто большее, чем дружба. — Честно говоря, я могла ожидать подобного от Айрис и Альбуса, — нервно хихикнула она, — но только не от вас.
Рассуждения и нечаянно сказанная Евой фраза заставила Лили отвлечься от обдумывания качества их со Скорпиусом отношений. Уперев локоть в бордовую тряпицу на столе, и подперев ладошкой подбородок, Лили уставилась на Айрис. Таким же внимательным взором, каким всего пару минут назад был взгляд Гринграсс.
— Ты чего? — с удивлением спросила жертва странного, настигшего её взора, но Лили на фоне недавних событий и не думала скрывать истинную причину своего поведения. Плевать. Надоели все эти тайны и загадки.
— Почему вы с Алом так себя ведете? — уверенно спросила она.
Услышанное, конечно, удивило светловолосую девушку, но Айрис пока и не догадывалась об уровне решительности подруги, а Поттер на этот раз точно не думала сдаваться. Только не сегодня, хватит! Её буквально переполняла решительность расставить всё по своим местам, ведь силы терпеть эти тайны и недоговорки который год подряд уже иссякли. Надоело каждый раз делать вид, что тема замята.
— Почему? Только не говори, что так получилось, Айрис. Я ведь тоже не идиотка. Ни за что не поверю, должна быть причина этому всему. То вы грызетесь, то мило шепчете друг другу что-то на ухо, то скрепите зубами, то улыбаетесь друг другу.
Поттер была во всеоружии. Даже не помышляла скрыть тот факт, что ниединожды замечала нечто схожее с тем, что было между Айрис и Алом в Большом зале в тот злосчастный день, когда прибыли гости из Ильверморни.
— Никто никому не улыбается, — огрызнулась Айрис. Во всяком случае, постаралась, но вышло не убедительно, ведь слизеринка уже потупила взор и прикусила край нижней губы.
— Говори мне правду, Гринграсс! — скрестив руки, Лили откинулась на удобную спинку стула и наблюдала за тем, как теперь исчезают губы Айрис, которые та поджала до возможного максимума. За этим последовало рьяное отрицание в виде мотания головой, но Лили была неумолима.
— Айрис, если ты не скажешь мне всю правду, то я тебе клянусь, что найду способ добиться её от тебя.
— Не выйдет, — хихикнула светловолосая девушка. И хотелось бы, чтобы вышло насмешливо, но нет. Получилось весьма нервно и отчасти даже испугано.
— Ещё как выйдет, — многозначительно кивнула прищурившая глаза Поттер. Вот у неё как раз получилось передать многогранность эмоций так, что Айрис невольно позавидовала подруге. — Не сомневайся, — хитро и смело заверила она. — Настропалю даже Альбуса и так, что он же и заставит тебя сказать мне правду, — Поттер выделяла каждое слово, а задатки слизеринки играли ей на руку. — Даже если это займет не одну неделю, я всё равно добьюсь желаемого, ты же меня знаешь. Уверена, что хочешь проверить?
Последний аргумент явно подействовал, ведь на лице Айрис тут же появилась смесь растерянности и недоумения, приправленные раздражением. Та сделала глубокий вдох и отвернулась. Лили на секунду показалось, что у человека физически не может так поворачиваться голова, как сильно повернула её подруга. Было очевидным, что предпринимает попытки спрятать лицо.
Не исключено, что Грингарасс и вовсе помышляла о том, чтобы раствориться сейчас в воздухе — настолько она не хотела заговаривать о всём этом. Даже прикрыла глаза, но на деле… Лили было невдомек, что её подруга в этот самый миг вступает в бой сама с собой и пытается принять верное решение, ведь ей тоже до чертиков надоели все эти расспросы и то, что приходится вечно увиливать от этой вот темы. До пугающего часто, ведь она и Альбус, как и до недавнего времени Лили и Скорпиус, виделись очень часто. И общались, хоть и по воле случая. Это было неизбежно, ведь все они ещё вчера были шестеркой хороших друзей. Во всяком случае, в глазах школьных обитателей. Многим из тех, конечно, было не известно о качестве отношений кого-либо внутри этой компании, даже не всем близким было известно истину, но Поттер, ведомая массой мыслей и эмоций, сегодня была решительно настроена открыть все карты:
— Гринграсс, я тебя слушаю. Ничего не хочешь рассказать? — не отступалась она.
— Что я должна рассказать? — резко спросила Гринграсс.
— Всё. Я хочу знать, что происходит, — ровно, но невероятно настойчиво сказала Лили, складывая свои ладони в замок и ведя бровью. — Есть что-то, что вы с Алом не договаривали всё это время? — теперь она немного прищурила глаза, но по-прежнему сверлила собеседницу своим уверенным взглядом. — Должна же быть причина тому, что ты его так долго терпеть не можешь.
— Он тоже! — раздражаясь, выпалила светловолосая девушка, но снова поджала губы после того, как Лили и Ева обменялись взглядами. Это было чем-то вроде неосознанной привычки, но сейчас прекрасно понимала, что чаще всего сама была зачинщицей их с Поттером противостояния и перепалок. — А ты со Скорпиусом? Вы же тоже раньше всё время собачились, — быстро кинула Айрис, предпринимая попытку перевести тему, но тут же выругала себя за то, что освежила для Поттер события вчерашнего вечера. Те на фоне дружбы Скорпиуса и Лили казались чем-то совершенно необъяснимым.
— У нас совсем другая история. Меня уже с первой минуты нашего общения взбесила его самоуверенность, а его — моё упрямство. Это началось ещё до школы, когда мы встретились в магазине мадам Малкин, — пояснила Поттер, но сделала это с убийственным безразличием, — а вот вы… — теперь подруга говорила с укором, ткнув в Айрис указательным пальцем, — помнится мне, что у вас тоже с самой первой минуты в школе не заладилось, а причины этому я совсем не понимаю. Не потрудишься объяснить?
Оглядевшись по сторонам, Айрис ещё какое-то время собиралась с мыслями.
— Хорошо, — тяжело выдохнула девушка. — Да и рассказывать толком нечего. Мы тоже познакомились ещё до школы…
— Я так и знала, — хихикнула Ева, но после двух многозначительных взоров пробормотала что-то похожее он «ой», и прикрыла ладошкой рот, дав таким образом понять, что больше не помешает начавшемуся рассказу.
— Мы познакомились тогда, когда Альбус приехал в гости в дом Малфоев. Помнишь, он гостил у Скорпиуса пару недель перед своим вторым курсом? — спросила Айрис, а Лили кивнула. — Ну… Я тогда тоже жила у тети в поместье. Там мы и познакомились. Скорпиус всегда был мне как родной брат, а тогда… Они оба… Оба относились ко мне замечательно. У меня никогда не было родных братьев или сестер, но тогда мне казалось, что не только Скорп, а эти двое заменяют мне их. Нам троим было безумно интересно и весело… Мне так казалось, но это продлилось до тех пор, пока я нечаянно не подслушала их разговор. И в нём Альбус убеждал моего же кузена в том, что нам не следует общаться. Говорил, чтобы тот держался от меня подальше. Что ему не следует со мной общаться и тем более дружить. Что я глупая, но амбициозная и что наше общение вылезет когда-то Скорпиусу боком. Советовал, чтобы он был осторожней и держался от меня подальше. Представляете?
Айрис поочередно смотрела на нахмурившуюся Еву и абсолютно недоумевающую Поттер. Последнюю услышанное повергло в оцепенение.
— Айрис, ты уверенна, что речь шла о тебе? — вытянув вперед шею, аккуратно поинтересовалась Лили. Ушам своим она точно не верила.
— А о ком же ещё? Там была только я, и ни с кем другим они не общались, — фыркнула девушка, но отчасти выглядела задумчиво и самую малость растерянно.
— Что-то мне слабо верится, что Ал говорил подобное, — прищурилась Лили. — Он… Просто не мог. Зачем?.. — отрывочно и недоуменно говорила она. — И почему? Разве что этому была уж очень весомая причина, ведь Ал никогда не сказал бы такое просто так, и он никогда не делал необдуманных поступков, даже в детстве… Да это же… тупость какая-то просто, — сказала, но мысли тут же повели в сторону свитка и игры, и Лили поспешила исправиться, — почти не делает глупостей… Тех, что касаются других… Да он никогда не позволил бы себе подобное. Не стал бы отговаривать твоего брата общаться с тобой. Тем более, что общался сам. Это же бред какой-то! — Теперь и Лили почти фыркнула. Мотнула от неверия головой, а Айрис нахмурилась.
— Он тоже всё отрицал, — наблюдая за оживлением подруги, слизеринка не дала себя перебить. — Как бы то ни было, я тогда зареклась, что впредь не буду с ним общаться, но их со Скорпиусом дружба внесла свои коррективы в виде его постоянного присутствия. Всё очень похоже на то, что было между вами и Скорпиусом… Есть… То есть было… Ну, ты поняла… — Айрис поморщила нос от собственных неудачных попыток оценить правильность того, что сейчас было между Лили и Скорпиусом, но всё равно не угадывала, ведь такой неприязни Поттер к нему ещё не испытывала. Сейчас она могла поклясться, что он вчера навсегда перечеркнул все те хорошие моменты, которые у них когда-либо были.
— Айрис, это — дикость какая-то, — почти шептала Поттер, а шепот этот был злобным. — Не обижайся, но я не верю ни единому слову.
— Лили, я слышала всё сказанное Поттером собственными ушами! — злилась в той же степени подруга.
— Я знаю Ала всю свою жизнь, он бы никогда… — оправдывала брата абсолютно сбитая с толку девушка, но была перебита.
— Я никогда и подумать бы не смогла, что Скорпиус поступит так низко, Лили! По крайней мере, уж точно не по отношению к тебе или к кому-то из его близкого круга. Я тоже знаю его всю жизнь. Но он поступил, ты сама в этом вчера убедилась. Почему же ты думаешь, что и твой Альбус не способен на такое? Не забывай, что они лучшие друзья и безумно похожи.
Айрис её вновь перебила, ответив подруге ещё более строгим тоном, а после этого обе надули губы и воцарилась тишина.
— Тот ещё денёк был. Никогда его не забуду, — сердилась расстроенная давнишними воспоминаниями Гринграсс. — А ко всему этому я тогда ещё и медальон потеряла.
— Ты и в этом Альбуса обвинила? — съязвила Лили, которую раздражало то, что ей не верит её собственная лучшая подруга, а та за это смерила её укоризненным взглядом. Отчасти Лили угадывала, Гринграсс видела и в этом вину Поттера, ведь он, по мнению Айрис, выковал первое звено, ставшее началом цепи событий того дня.
— Что за медальон? — растерянно спросила Ева, которую явно не радовало то, что она стала свидетелем назревающей ссоры, ведь температура диалога уже зашкаливала.
— Золотой медальон. После их разговора я убежала оттуда. Долго гуляла в большом парке у поместья и слышала, как они звали меня, но не хотела, чтобы нашли.
— Не хотела, чтобы они видели, как ты плачешь? — вклинилась Ева и снова в своём репертуаре, ведь задавала вопрос с присущей ей детской непосредственностью, но настолько тихо и понимающе, что сочувствие отразилось в её мимике. Она угадала, конечно, а Айрис отвела взор. Гордая слизеринка не хотела признаваться в этом даже близким подругам, но догадаться было не сложно.
— Там и потеряла медальон, который подарила мама, — продолжила девушка. — Он переходил из поколение в поколение уже более трехсот лет, а я его потеряла, — уже абсолютно грустно говорила Айрис, — никогда ещё не видела маму такой расстроенной, — она потупила взгляд, но всё так же смотрела на стол перед собой, — она даже не кричала. Просто смотрела на меня так, что я готова была провалиться под землю, — говорила Гринграсс, — дав его мне, мама сказала, что когда-то я передам его своему избраннику, а тот отдаст нашим детям, а те своим… Никогда не любила и не понимала эту романтическую чушь, но это была фамильная драгоценность. Очень ценная для моей семьи штука, а я так облажалась, — хмыкнула она, закончив тем самым свой рассказ.
— Ты его искала? — тихо спросила Бэддок.
— Конечно. Много раз, но так и не нашла. И не только я, все искали. Ты не видела сад Малфоев, он огромен, — выгнула бровь слизеринка. — Это ещё хуже, чем искать иголку в стоге сена. Хотя я сомневаюсь, что он остался в саду, вполне возможно, что его нашел кто-то вроде садового гнома и был таков. Манящие чары тоже не подействовали.
— Это ещё почему? — нахмурилась Бэддок, а Айрис лишь пожала плечами.
— Думаю, из-за того, что на этот момент он уже был за пределами воздействия магии. На него не действует магия только тогда, когда он находится в руках того, кому принадлежит по праву — кого-то из нашей семьи. Вот так вот, — Айрис повернулась к окну и смотрела на сентябрьское небо, которое затягивали темные грозовые тучи.
— Господи, Айрис, какой же… бред… — возвращаясь мыслями к Альбусу, шепотом и на выдохе сказала Лили. Прятала своё лицо в ладонях и отняла их только тогда, когда пару раз сильно провела ими по щекам, а в лице Гринграсс не пошевелилась ни одна клеточка. Очевидно, что Поттер говорила о тех событиях, которые и привели Айрис и её брата к тому исходу. А исход этот она наблюдала каждодневно.
— Может отчасти и бред… — почти беззвучно и уныло промямлила Гринграсс, — но теперь вы хоть понимаете почему у нас с Поттером всё так. И лучше, наверное, уже не будет, — заключила она, но с непозволительной самой для себя ноткой горечи. Тут же пожалела о собственных мыслях в слух и эмоциях, ведь эта её фраза достигла ушей слушательниц, а неосторожность в виде правдивости расстроенных чувств обещала вылезти боком. И не позднее следующей фразы Бэддок. Та заставила Гринграсс испытать нарастающее чувство стыда:
— И что же ты, Айрис?.. Все эти годы?.. Ну, даёшь!.. — хватала воздух Ева, но на фоне оконченного вроде как разговора выглядела дико — округлила глаза и улыбалась. — Русалку мне в соседи! — громко выругалась она.
Бэддок выглядела так, как будто только что постигла какую-то истину, а профессор Трелони дернулась и громко храпнула. Смешное и громкое ругательство наивной Евы запустило по классу целую волну смеха, но тот сменился шиканем рьяных стражей крепкого сна старушки-предсказательницы. К гадалке лениво пробирался жирный рыжий кот, желая запрыгнуть на руки и покачаться вместе с хозяйкой в её кресле, но эту его попытку прервал пуффендуец. Под смех других ребят юноша поспешил запустить в потенциального нарушителя покоя Трелони смятым клочком бумаги. Пушистый толстяк недовольно мяукнул и сменил траекторию, а профессор снова громко храпнула и пробормотала что-то об опасных знаках грядущего.
— И всё это время вы с ним собачитесь из-за того, что произошло тогда, когда у вас в голове все было забито мечтами о шоколадных лягушках? — Ева посмеивалась вместе со всеми, но тут же вернулась к былому разговору.
— Он практически предал меня, Ева! Наговорил такого, чего я ни когда не забуду и не прощу и сделал это за моей спиной. У него не хватило духу сказать мне это в лицо! Хватило только на то, чтобы потом отрицать то, что я слышала своими собственными ушами! А детские обиды самые долгоиграющие, знаешь ли, — огрызнулась Айрис, вздернула нос, а Лили прыснула.
— Ого… Крепко же ты на него взъелась, и это при том. .С ума сойти! Все это время? Вот это да, ну ты даешь! — на грани восторга и безграничного удивления заикалась Ева. Поттер и понятия пока не имела, к чему та ведет, а вот Айрис догадалась, потому и заливалась румянцем. От злобы или стыда? Пока не разобрать, но взгляд широко распахнутых глаз так и забегал по лицам подруг.
— Безумно злишься на него, но и сохнешь по нему одновременно… Вот это ты даёшь, Айрис. А так разве бывает? — удивилась Бэддок, рассматривая то, как Айрис сильно закусывает край губы и как Лили нечаянно и неосознанно приоткрывает от изумления губы. — Это же очевидно. Разве нет? — искренне веселилась, глядя на Лили, но сразу двое собеседниц явно не разделяли её веселья и каждая по своей причине. — Он тебе не безразличен, Гринграсс. Я это давно заметила, — добивала, заканчивая фразу Ева. Выглядела очень довольной, Лили не шевелилась и была, кажется, в предшоковом состоянии, а вот Гринграсс теперь заметно передернуло. Белокурая девушка прямо на глазах становилась розового цвета.
— Скажешь тоже. Нет, конечно. Не говори глупостей, Ева! — злилась девушка, испуганно осматриваясь по сторонам. Будто желая убедиться, что этого не услышала ни одна живая душа, но поздно же переживать по этому поводу. Да и с напором в своём отрицании Айрис перестаралась, а Поттер, рассматривая подругу, чуть ли не первый раз в жизни сочла сказанные Евой слова на сто процентов не наивными. Теперь видела, что Бэддок попала в самое яблочко. Поражалась её прозорливости и ругала себя за собственную слепоту. И как только не заметила этого?
— Да ладно… — почти беззвучно обронила шокированная Лили, но тут же выругала себя за это. Всё обретало новый смысл. — Не знаю, Айрис. Как по мне, то он всегда относился и относится к тебе вполне нормально. Даже на порядок лучше, чем ты можешь предполагать, — решив ковать железо, пока горячо, Лили уводила этот разговор в нужное ей русло, ведь если не сейчас, то эта тема из-за упрямства характерной Айрис может навсегда кануть в бездну. Поттер решила воспользоваться моментом, и если бы Гринграсс не была перебита на вдохе, то до рыжеволосой девушки долетел бы её ответ:
— Абсолютно согласна с Лили. Сама подумай, даже если судить по вчерашнему вечеру, — подхватывала Бэддок. — Ты, кстати, пропустила вчера всё веселье, — с укором сказала Ева, прервав бури эмоций сразу обеих подруг. Обращалась теперь к Лили, а имела ввиду те события, которые происходили в общей комнате Слизерина двумя часами ранее Армагеддона в дружбе Поттер и Малфоя.
— Вы тоже, — сказав это, Лили снова словила на себе два сочувственных взгляда. В них даже читалось некое чувство вины за то, что в нужный момент её теперешних собеседниц не было рядом. — И что же было? — без энтузиазма вопрошала Поттер.
— Ребята протащили в школу товары из «Всевозможных волшебных вредилок», и это было то ещё зрелище, — хихикнула Бэддок, а Айрис это только раздражало. — После «Носокровной нуги» из носа Булстроуда кровь лилась словно из ведра, а подбородок Монтегю целый час волочился по полу, — весело рассказывала темноволосая девушка.
— Очень зрелищно, — скептически прокомментировала Айрис, ведь мысли были о прочем.
— Не будь занудой, Айрис, было весело. И интересно. О, я аж обалдела, когда Альбус при всех затеял взбучку этому придурку Бэрку, представляешь? Ал обычно такой сдержанный, но вчера его аж передёрнуло, когда Бэрк чуть не шибанул Айрис током, — кивнув в сторону Гринграсс, сказала сияющая от улыбки Ева.
Лили немного наклонилась и прищурилась. Будто переваривая услышанное.
— Затеял взбучку?.. — тихо и медленно повторила Лили, пытаясь понять истинный смысл этой фразы.
— Да, — активно кивая, весело ответила Ева, но совсем не понимая озадаченности в лице подруги. — Я думала, что вообще начистит ему физиономию. Заботливы такой, молодец, — хихикнула она, а брови Лили уползли так высоко, что вот-вот и слились бы с её волосами. Девушка улыбнулась, а улыбка эта была из-за того, что кто-то кроме неё смог назвать порой замкнутого, скрытного, иногда бесящего своим спокойствием, обладающего сложным и даже непредсказуемым характером брата «заботливым». Как бы то ни было, но Гринграсс после очередного упоминания об Альбусе и его поступке грызла изнутри одну из своих румяных щек.
— Ал?.. Заботливый?.. — снова повторила слова Евы Лили.
— Вот видишь, Айрис. Ты ему тоже… — Бэддок сияла ярче лампочки, но Лили легонько пнула её ногой, намекая, чтобы та теперь оставила Айрис в покое. Зная вспыльчивость и нетерпеливость Гринграсс, Поттер посчитала нужным заверить её в том, что предположения Евы ошибочны, но в этом были её личные мотивы. Те, которые позволят Альбусу и Айрис самим разобраться в своих шатких отношения. Будь то приятельство по неволе, искренняя дружба или нечто большее.
— Ладно, — выпалила Лили, желая покончить с этим разговором, но в голове, как и в душе, всё ещё был настоящий винегрет. Только теперь к смеси своих собственных чувств и ощущений добавлялись ещё и домыслы об этой вот парочке «А+А». — Скоро обед, пойдемте отсюда. Всё равно Трелони ещё долго будет дремать, а у нас будет шанс поесть втроем, избежав общества «некоторых».
Сказав эти слова, Лили раздосадовано осмотрелась. Наспех затолкала в сумку учебник, и все трое покинули кабинет прорицаний. Всю дорогу в Большой зал Лили думала о том, каково это: несколько лет испытывать симпатию к человеку, которого ты в силу глупейших детских обстоятельств и своей гордости избегаешь, всеми силами пытаясь убедить себя, что он тебе полностью безразличен. Понять чувства Айрис не составило особого труда, поскольку Лили каждый день пыталась разубедить себя в симпатии к человеку, который тоже когда-то невозможно раздражал. Но, в отличие от Айрис, она хотя бы потом с ним отлично ладила и хорошо дружила. Но это всё закончилось несколько часов назад…
***
Учебная неделя закончилась третьими в сентябре выходными, а теплая солнечная погода сменилась по-осеннему холодными дождями и шквальными ветрами, которые показались почти всем абсолютно не уместными, поскольку многие из учеников планировали провести субботний день вне стен школы. Студенты и гости замка всю неделю планировали направиться в Хогсмид, но сегодня не рискнули сразиться с непогодой и остались в замке. Лишь небольшая часть смельчаков, в числе которых были Айрис и Лили, не побоялись покинуть школу и худо-бедно добраться до деревушки. И они бы, возможно, остались в Хогвартсе, но Лили сочла эту перспективу намного лучшей, чем вероятность даже на миг встретиться с Малфоем или его подружкой, которые продолжали себя вести в том же духе, что и в тот самый злосчастный вечер. Хотя для похода в Хогсмид появилась и другая причина. После тех событий у Альбуса со Скорпиусом состоялся серьезный и обстоятельный разговор, о содержании которого никому кроме них не было известно. Понятным было только то, что им кое-как, но всё-таки удалось помириться. По крайней мере, у Поттера изрядно поутихло желание подправить своему лучшему другу физиономию, но за это тот взял с него обещание, что Скорпиус больше не будет разговаривать с Лили подобным образом и задирать её. И так оно и было, но только тогда, когда Малфой находился в поле его зрения. Как только его не оказывалось рядом, Скорпиус не упускал возможности кинуть в сторону Лили пронзительный взгляд, а Криста и её подруга при этом довольно посмеивались, шептались или подло ухмылялись, чем заставили компанию слизеринок почти ненавидеть их. Поначалу подобное злило Лили настолько же сильно, насколько и выводило из себя, но спустя всего пару дней и кучу злобных высказываний Айрис, полетевших в сторону Скорпиуса, Поттер просто делала вид, что все слова Скорпиуса и его новоиспеченной свиты не достигают её ушей. Айрис же, которая никогда не могла похвастаться своей терпеливостью, сделала над собой почти титанические усилия и попыталась вразумить кузена, но все закончилось тем, что они сами погрызлись и теперь общались намного реже и суше. Ко всему прочему редким их общение стало и из-за того, что почти всё своё свободное время Скорпиус посвящал Кристе и Стефани. Уже к утру субботы Лили очень удачно делала вид, что американские гостьи и Скорпиус для неё прозрачнее приведений, а обида и безразличие возросли настолько, что мысли о чувствах к Малфою казались ей чуть ли не бредом. Подобное поведение Поттер вызывало у её подруг чуть ли не восхищение, ведь обе согласились с тем, что в свете произошедшего не смогли бы на её месте проявить такую рациональность. Обстоятельства складывались так, что всего одна неделя и единственный поступок привели к тому, что дружба в компании из Слизерина трещала по швам: Ева и Том старались держаться от этой неразберихи подальше и не влазить со своими советами, Лили игнорировала Скорпиуса и дулась на брата по поводу того, что тот частично помирился с другом. Малфой не упускал возможности обсмеять Поттер и игнорировал воспитательные речи сестры, а последняя всячески поддерживала свою подругу и не сдерживала желания разнести в пух и прах поведение раздражающей её мужской половины их уже бывшего «золотого секстета». При этом Скорпиуса она ругала за свалившееся словно наваждение безумие, Тома за его безразличие, а Альбус и без того был у неё в чёрном списке. Ему и делать ничего не пришлось. Пробираясь мимо узких и серых промозглых улиц Хогсмида, пара слизеринок шагнула сквозь скрипучую деревянную дверь «Трех метел». Оказавшись в сухом, относительно светлом помещении, в котором витала смесь запахов хереса, кофе и еды, обе девушки задержались на пороге до тех пор, пока бегущие по одежде потоки воды не превратились в приличного размера лужу под ногами, а только после огляделись. В пабе было немноголюдно, но при этом с нарушением тишины отлично справлялась шумная компания третьекурсников, которая заняла место за большим столом и насчитывала в себе не менее дюжины человек. Очевидно, что ребята, для которых подобные вылазки были разрешены только с начала этого года, решили не упускать такой возможности и не обратили внимания на стену дождя за окнами. Помимо них в зале заведения сидели ещё несколько парочек и троица учеников Хогвартса, с десяток взрослых волшебниц и волшебников, и даже два старшекурсника из Ильверморни. Выбор укромного места не составил огромного труда, ведь пустых столов в конце зала было предостаточно. Поманив Лили рукой в нужную сторону, Айрис стянула с себя ярко-малиновый капюшон дождевика и зашагала в ту часть «Трех метел», которая почти не насчитывала в себе нежелательных слушателей. Проведя около получаса за потягиванием горячего чая из светлых фарфоровых чашек, Гринграсс с невероятным интересом расспрашивала Лили о Леоне Корнере. Уже спустя пару дней после театрального действа, развернувшегося в подземелье, вся школа, как и предполагала Поттер, прознала о том, что там случилось. Было яснее, чем белый день, что эти слухи достигли и старосту Когтеврана, но того произошедшее только порадовало. И не из-за того, что он был злорадным или сардоническим человеком. Скорее наоборот — юноша был добрым и отзывчивым, а потому поспешил пресекать все разговоры об этом, как только слышал подобное. Как бы то ни было, но эти события дали ему своеобразный зеленый свет. Решив не упускать такой возможности, Леон поспешил предложить Лили свою компанию. При этом был ненавязчивым, но настойчивым, а Лили, которая всегда видела в нем веселого, интересного и обаятельного собеседника, решила не отвергать его предложение встретиться около полудня в «Сладком королевстве». Тем более, что это была скорее дружеская встреча, нежели свидание, а Корнер был чуть ли не единственным человеком, которому удалось в течение всех этих дней заставить её улыбаться. А пара его историй так и вообще заставили Лили засмеяться и на время забыть о том, как ей на самом деле паршиво. Закончив свой рассказ об их прошлогоднем знакомстве и былом общении, Лили покосилась на стрелки часов, которые уже показывали без четверти до обусловленного времени, но совсем скоро её внимание привлекла фигура, появившаяся на пороге. Шагнув сквозь двери, довольно рослый молодой человек тряхнул мокрыми ладонями и потянул за глубокий черный капюшон ветровки, но она узнала в этом человеке старшего брата прежде, чем он это сделал. — Беда никогда не приходит одна, — пробормотала Лили, надеясь на то, что следом за Алом не появится физиономии его лучшего друга и еще двух девушек, но этого не происходило, а сказанная фраза заставила её смазливую собеседницу свести брови и проследить за взглядом подруги. — А он что тут забыл? Ещё и в гордом одиночестве, — последнее сорвалось с губ Айрис максимально язвительно, а Лили сразу же поняла, что речь зашла не о Малфое, а о Стефани, которая в последнее время перешла в наступление при помощи всех своих девичьих уловок. Девушка не упускала возможностей липнуть к Альбусу не хуже репейника. Вчера всё зашло так далеко, что она не постеснялась и прямо в гостиной повеситься ему на шею, залепив в щеку Поттера намекающий на большее поцелуй. Альбусу больше ничего не оставалось, чем изобразить подобие улыбки, аккуратно избавиться от её кричащих знаков внимания, и исчезнуть по причине внезапного появления домашнего задания по Защите от темных искусств. Сейчас Лили только успела пожать плечами, как Альбус уже следовал в их сторону, но обе девушки были не очень рады его компании, и для этого у каждой была своя причина. — Что ты тут делаешь? — сухо спросила сестра, поморщив носик от капель воды. Те полетели в разные стороны, стоило Альбусу потрепать свою мокрую челку. — Нужно поговорить, — серьезно сказал он, но при этом смотрел почему-то уже не на сестру, а на Айрис, а Лили снова покосилась на часы. Она догадывалась о ком пойдет речь, но совершенно не хотела даже слушать об этом. — Разговаривайте, а я уже опаздываю, — подскочила на ноги девушка, — встретимся в замке, Айрис. Дождавшись её кивка, который сопровождался короткой улыбкой, Лили попыталась сдержать свою. Под шепот подруги, желающей ей удачи, зашагала к выходу, оставляя позади немного недоумевающего брата. Проследив за Лили до самого выхода, Альбус хорошенько свёл брови. Лишь когда её облик пропал за дверью, юноша, всё ещё`не повернувшись, шагнул к столу и занял то место, где только что сидела сестра. — Она уже ушла и возвращаться не собирается, — Айрис совсем не плоско намекала на то, что ему самое время сделать то же самое, но именно эта фраза заставила его отвести, наконец, взгляд от выхода и полностью сосредоточить его на Гринграсс. — Неужели? — наигранно спросил он, тарабаня пальцами по столу, — хотелось бы знать куда, — рассуждал молодой человек, но и сам начинал догадываться. Альбус понимал, что причиной, по которой его сестра оставила подругу в его компании, могла быть только встреча с кем-то ещё. — Ты этого не узнаешь. Во всяком случае, от меня точно, — потянула девушка. Хотела выказать насмешку при помощи ухмылки, но вышло так обаятельно, что Поттер аж прищурился. И своей хитрой и чарующей ответить не забыл. Уже понял, что Айрис свою подругу без боя не сдаст. Несмотря на это, он уже кое о чём догадывался. — У неё что?.. Свидание? — он прищурил глаза ещё сильнее, но было видно, что начинал злиться. — Чёрт, ну, конечно… Корнер? — потирая сморщенный лоб, тут же тихо выругался Альбус. Он ещё с прошлого года догадывался о симпатии своего сокурсника к сестре. И хоть Поттер всегда относился к нему достаточно хорошо, но сейчас Леон начинал его раздражать. — А тебе какая разница? — эти её слова развеяли последние его сомнения в том, что как минимум про свидание он угадал, а Айрис тут же пожалела о них, поскольку Поттер уже поднимался на ноги. Ал будто забыл ту причину, что привела его сюда, сжимал кулаки и готовился сойти с места. — О, нетушки, Поттер! Даже не думай, — девушка преградила ему путь так быстро, что и сама не ожидала от себя подобной реакции. А в довесок ещё и указывала ему в лицо своим тонким пальчиком. — Ей ещё рано… С кем-то встречаться, — почти прошипел свои мысли вслух Поттер, но этим лишь повеселил слизеринку. — О, ну, конечно! Кто бы это говорил. Себя и братца моего вспомни, Поттер! — бросила она, имея ввиду развитие личной жизни Скорпиуса и Поттера, когда они были даже ещё помладше их с Лили. — Даже не думай совать туда свой нос. Тем более, что это никакое не свидание. Они просто договорились встретиться и погулять, — приложив усилия, чуть сбавив обороты, Айрис сочла это правильной стратегией и не прогадала. Оправдывала подругу в глазах брата, но взаправду злилась сейчас даже больше него. Даже на себя, ведь вспоминала и даже прокручивала в голове всё то, о чём сама же упомянула — то, что знала о личной жизни непрошеного собеседника и своего кузена. Как не крути, но знала многое и это почти бесило. — Я открою тебе секрет, Ириска, — чуть склонившись, тихо говорил он. — Когда двое видятся и проводят время вместе — это и есть свидание, — сейчас Альбус ничем не уступал кому-либо из профессоров, которые поясняют что-то очевидное непонятливому первокурснику, не забывая в конце пояснения дернуть уголком рта, — только тс-с-с… — слизеринец поднес палец к губам и улыбался. Наполовину мило, наполовину ядовито. — Никому об этом не говори. Это будет наша маленькая тайна, — став в конце монолога серьезным, он во всю бегал глазами по лицу Гринграсс, а та все больше походила на закипающий чайник. Терпеть не могла такого сарказма. От быстрого стремления к точке кипения её отвлек громкий смех компании третьекурсников. — Да что ты говоришь? Не может быть… А я и не знала, — девушка выпятила свою нижнюю губу и подняла брови, блеснув актерским талантом. Полностью перенимала его беспроигрышную модель поведения и это было лучшим вариантом. — Раз это наша с тобой тайна, я обещаю, что никому не скажу, Поттер, — прошептала она, сделав маленький шаг вперёд. — Но смотри-ка, какая штука получается: нас тут двое… И мы проводим вместе время… Уже целую минуту и… — Айрис прищурилась, взглянула на настенные часы и приглушила голос до шепота, — … и даже сорок секунд. Выходит, что у нас тоже свидание? Думаю, что на сегодня вполне достаточно. Как-нибудь обязательно повторим, — закончив переполненный иронии монолог, девушка наигранно мило улыбнулась ему и даже подмигнула. — Обещаешь? — на грани шутки спросил Альбус, но Айрис отмела суть этого бредового вопроса раньше, чем смысл достиг её разума. — Ловлю на слове, Гринграсс. — Обещаю, — с вызовом шепнула девушка. Склонив голову в сторону, Айрис ещё разок фальшиво улыбнулась и тут же шагнула для того, чтобы уйти. Тем более, что со своим заданием отвлечь Альбуса она справилась. Лили уже отошла на то расстояние, которое помогло бы ей скрыться от опеки брата и спасло её от морали: «Тебе еще рано гулять с ребятами». Спешно следуя к двери, девушка и не догадывалась, что её остроумие и весь этот наигранный диалог на самом деле искренне потешили Альбуса. Все ещё странно улыбаясь, он догнал её уже у большой витрины соседнего магазина. — Постой, — посмеиваясь, Поттер спешил, чтобы преградить ей путь. Нагнав, перехватив её за мокрое от дождя предплечье, молодой человек аккуратно повернул собеседницу в свою сторону. — Ну чего тебе ещё? — выдохнув, она опустила плечи и всем своим видом и закатанными под веки глазами почти молила, чтобы тот отстал от неё. Подобные диалоги были для них редкостью, поскольку они очень редко оставались наедине, а потому отзывались в девушке весьма странным набором чувств и ощущений. — Я всё равно не скажу тебе где Лили и с кем. — Пускай. Я тут не из-за неё, — выдыхал юноша, присекая очередную её попытку зашагать прочь. Говорил будто тяжеловато — он явно был чем-то озадачен. — Я тут, потому что хотел поговорить, но не с Лили… А с тобой, — слова были сказаны после паузы, но сказал их Альбус невероятно серьезно. — Со мной? — чуть не хихикнув от шока, Айрис даже округляла глаза. — И о чём же? — задавала риторический вопрос она. Гринграсс, конечно, была уверена, что говорить им абсолютно не о чем. К тому же ещё и начинала злиться. Этому виной были воспоминания давно минувших дней. Когда-то Поттер сказал ей то же самое, несколько лет назад, но она тогда так его и не выслушала. — Я думаю, что нам с тобой не о чем разговаривать, Поттер. Теша себя надеждами, что ставит точку в этом их диалоге, слизеринка всё-таки развернулась и зашагала в нужную сторону. Поттер не отставал, а ей слабо верилось, что он не поленился в такую погоду прийти сюда ради того, чтобы поговорить именно с ней. — Есть… О чём. Айрис не могла не заметить, что Альбус выглядел задумчиво и даже немного растерянно. Последнее было для него редким явлением, а потому сразу бросилось ей в глаза. — Что тебе нужно от меня, Поттер? — пытаясь не раздражаться, лениво произнесла она. Немного подняла голову и подставила на пару секунд лицо под дождь. Как будто этот жест помогал ей совладать с собой, а для усиления эффекта и поисков такого нужного умиротворения, Айрис даже прикрыла веки. — Не поверишь, — на волю вырвался его тихий ироничный смех, вызванный некой нелепостью собственных слов. Альбус словно и сам не до конца верил в то, что происходит. — Ну, меня уже трудно чем-то удивить, Поттер, так что можешь попытаться, — безэмоционально пробормотала Айрис, но подтекстов было не счесть: тут тебе и намёк на то, как поступил по отношению к ней много лет назад; или это внезапное безумие кузена? Или то, что они впервые за довольно долгое время общаются с глазу на глаз, ещё и при том, что Ал сам её нашел и стал зачинщиком этого странного разговора. — Я знаю, что ты точно не будешь от этого в восторге, но мне нужна твоя помощь, Ириска. Смысл сказанного заставил её не просто приоткрыть глаза, а снова округлить их. Гринграсс, сделав ещё несколько шагов, замедлялась и скоро вовсе остановилась. На миг она подумала, что ей послышалось. При этом смысл она уловила, а в удивление её повергла искренность и даже мягкость этой фразы. Привычные шутливые или язвительные полутона напрочь отсутствовали, как и мало-мальское подобие ухмылки или прочего подобного. Ал лишь поочерёдно смотрел в её глаза и на миг ей показалось, что даже затаил дыхание, выжидая вердикта на то, что добралось до её сознания. — Не очень-то и трудно… удивить, — Поттер сказал это на порядок веселее предыдущего, а Айрис была ошарашена. Несколько молчаливых секунд Ал рассматривал черты мокрого от дождя личика Айрис чуть ли не с умилением, но объятая шоком слизеринка этого даже не заметила. — Что-что? — наконец-то переспросила она, но с насмешкой, — что тебе может понадобиться от меня? — делая акцент на словах, обозначающих её и Альбуса, Айрис все ещё не верила в то, что услышала. Не верила ушам, но точно начинала верить глазам. Она, зная Альбуса несколько лет, прекрасно понимала, что это не уловка и что он сейчас действительно не лжет и не шутит. Быстро слизав с губы капли дождя, девушка, не в силах терпеть его внимательный взгляд, тут же завертела головой. И очень удачно, что сделала это, ведь на глаза тут же попалась до боли знакомая бронзовая голова, которая двигалась вдоль огромной яркой витрины «Сладкого королевства», а рядом семенил Леон Корнер. Их разговор и откровения Поттера заставили Айрис застыть как раз перед тем самым магазином, перед которым этого нельзя было делать. Чуть дернувшись и надеясь, что Альбус этого не заметил, Айрис быстро отвела взгляд и поджала влажные губы. Сейчас она судорожно придумывала, как сделать так, чтобы Поттер не заметил уже подошедших к двери ребят, ведь те с секунды на секунду покинут пределы магазина. Не придумав лучшего, Айрис крепко схватила его за черный рукав ветровки в тот момент, когда на двери зазвенел медный колокольчик. Альбус уже готовился повернуться в сторону звука, но слизеринка, найдя его ладонь, так крепко вцепилась в его на удивление теплые пальцы, что этот её поступок заслужил полного внимания юноши. — Полегче, — посмеивался он, но Айрис, потянув за собой, а после и повернув лицом, напористо толкала его в грудь. И перестала это делать лишь тогда, когда они оказались в безумно узком проходе между двумя строениями, где черепичные крыши стали встык и не пропускали капли дождя. Настолько узком по сравнению с улицей, что уже довольно широкие плечи Альбуса еле умещались в нем. За это, как и за всё своё спортивное телосложение, Поттер мог поблагодарить лишь собственное фанатичное отношение к квиддичу, но если бы не оно, то Ал не увидел бы значка капитана, как собственных ушей. — Ого… Это ещё зачем? — огляделся повеселевший юноша. — Что за странные порывы уединиться? Но с выбором места проблема очевидна, — Альбус посмеивался. Он использовал свое обаяние как минимум на половину, но и этого обычно хватало, чтобы вызывать у многих девушек томные вздохи. Айрис была чуть ли не единственной, на кого эти его уловки не действовали. — А может, я не хочу, чтобы кто-то видел меня в твоей компании? — ехидно ответила она, глядя на улицу позади себя, но слышала, как Альбус прерывисто и часто выдыхает. Стало понятно, что смеётся. К её облегчению Лили и Леон, покинув лавку сладостей, ушли в другую сторону. Волнение за подругу начало сменяться другим. Айрис приготовилась сосредоточиться на разговоре, который безумно удивил её. И это было только начало. — Тебе нужна моя… Что? — недоверчиво переспросила она, прищурив один глаз. Надеялась, вероятно, что ей парой минут ранее послышалось. — Твоя помощь, — Ал был убийственно спокоен и настолько же серьезен. — Это в чём же? И с каких пор ты?.. Почему я? — почти тараторила Айрис. — Попроси об этом Лили. — Она не будет помогать мне. — С чего ты взял, что я соглашусь? — фыркнула Гринграсс, пытаясь упереть руки в талию, но узкое расстояние между магазинами не позволило ей выполнить этот жест. — Потому что тебе, в отличие от неё, не наплевать на Скорпиуса, — пояснил Альбус. Оба замолчали. В шуме дождя провели несколько тихих секунд, обдумывая одно и то же. Думали о том, что шансы на примирение их друзей с каждым днём всё призрачней, и о том, что они оба в этом почти бессильны. Что говорить, если они сами уже давно как кошка с собакой? — Но почему я? — впервые за сегодня Айрис говорила без каких-либо издевок, сарказма и прочего подобного. Тихо, размеренно и не пытаясь скрыть того, что его просьба взаправду удивила её. — Почему ты просишь о помощи меня? — спокойно спросила она, поочередно рассматривая янтарные вкрапления в глазах такого же сбитого с толку собеседника. — Просто я больше никому не доверяю, — с той же громкостью ответил Ал, — ты — единственный надежный и стабильно сумасшедший человек, которого я знаю. — Поттер после улыбнулся, а Айрис сделала всё, чтобы не сделать то же самое. Попытка отчасти провалилась и ей пришлось прятать нечаянную короткую улыбку в поджатых губах. Это повеселило Альбуса ещё больше, а Гринграсс пришлось опустить голову. Теперь она делала вид, что её увлекла заплесневелая и поросшая коротким мхом стена. Всё это казалось ей чуть ли не диким, но нет, взаправду же. — Что за помощь? — спросила Айрис с выражением лица: «Так уж и быть, но только отцепись Бога ради». — Пока что не могу сказать, — ответил он, а две графитовые бровки девушки поползли по лбу. — К тому же точно не тут, — осмотрелся Ал. — Долго рассказывать… И я должен быть хотя бы наполовину уверен, что ты согласишься. — Поттер, вы с моим братцем на пару из ума повыживали? — недоверчиво поинтересовалась девушка. Нервно и обвинительно. Сейчас загадочность Поттера бесила ещё больше, — ты хоть представляешь бредовость своей просьбы? — Ты не представляешь серьезность моей просьбы, Айрис. Ал казался сейчас взрослее и убедительнее себя привычного в несколько раз. А может, она просто отвыкла от него, ведь не общались же с глазу на глаз давным давно. Да, виделись непозволительно часто, каждый день мозолили друг другу глаза и помногу раз, общались, но лишь в окружении друзей. Но то, что он впервые за долгое время назвал её по имени, действительно доказывало серьезность его намерений. — Не темни, Поттер. Хотя бы вкратце и по сути, — Айрис всегда бесили недосказанности, но этот случай прямо на глазах становился вопиющим. — Вкратце? — тихо выдохнул Альбус, рассматривая все до единого черты лица собеседницы. Той даже показалось, что в нём промелькнула тень улыбки. Словно он ненадолго отвлекся от своих тяготящих мыслей, но ожидание слизеринки снова вернуло ему былую задумчивость. — Мы с твоим братом добротно вляпались. И вместо решения проблемы я наблюдаю, как он съезжает с катушек, а единственный человек, который мог мне помочь, теперь и слушать об этом ничего не хочет. Поэтому я и прошу тебя о помощи. Я давно тебя знаю и больше никому не верю. Сказанные Альбусом слова заставили Айрис испытать смесь недоумения, злости от упоминания о прошлом, и жуткого волнения. А от последних она даже смутилась. Не могла отрицать, что ей было приятно слышать их, но эта искренность, просьба и слова о том, что они попали в какую-то беду… Это всё совершенно выбивало из колеи. — Хорошо, — резко выдыхала она. — Я… Я подумаю, — сделав голос максимально ровным и даже равнодушным, Айрис, очевидно, решила, что в их разговоре явно начинался перебор с откровением и радушием. Потому и осмелилась внести в него дозу отрезвляющей реальности, — но радоваться не спеши. Я бы на твоем месте особо не рассчитывала на мою помощь, Поттер. После этих слов девушка развернулась и начала пробираться к мощеной улочке деревушки. Альбус последовал её примеру, но при этом как-то странно улыбался. Его всегда веселило подобное поведение Гринграсс: её к нему отношение, тон фраз и подтексты взглядов менялись иногда так быстро, словно кто-то переключает рычаг тумблера. — В полночь в общей комнате, Гринграсс, — эти слова Поттера, сказанные ей вдогонку, снова заставили её остановиться, но на этот раз она не поворачивалась. Лишь сделала глубокий вдох, от которого поднялись её плечи. — Если ты, конечно, не сдрейфишь, — тише и будто поддразнивая, подытожил Альбус, но по голосу было слышно, что выглядит он довольным. Для этого ей даже не нужно было видеть его улыбающееся лицо. Так и не повернувшись, Айрис поджала губы. Зашагала вдоль светлых волшебных витрин магазинов, которые на фоне серых тусклых улиц даже казались чем-то излишне вычурным. Всю дорогу до школы она судорожно обдумывала все до единого слова Альбуса и прекрасно понимала, что рискует ввязаться во что-то совершенно сумасшедшее, ведь от Поттера и кузена другого ожидать не следует, а факт столь поздней встречи в гостиной только подтверждал её догадки. Злясь на безрассудство шестикурсников и тайные недосказанности, девушка спрятала руки в карманы яркого дождевика. Всегда могла похвастаться рассудительностью и рациональностью суждений. Эти задатки родились раньше неё и почти вопили о том, чтобы их хозяйка держалась от этого всего подальше. Шагнув на кладку мощеного двора школы, Айрис всеми силами попыталась избавиться от будто застывшего перед её глазами образа так раздражающего её иногда Поттера. Девушка замедлила шаг, а скоро вовсе остановилась. Подняв лицо вверх, снова подставила его под падающие с небес капли. Это хоть немного помогало взять под контроль быстротечность кучи мыслей, взвесить всё, но она уже поняла, что чаша весов качнулась в сторону единственно правильного решения.
